Аукцион Тайн

Как только девушки вернулись в Скотленд-Ярд, им сообщили что Питерс просит их обеих прийти к нему в кабинет, на серьёзный разговор. Сразу стало понятно, что это не сулит ничего хорошего. Похвалы за раскрытые дела можно было и не ждать, когда переступался порог, от которого удерживала лишь деревянная дверь с латунной, именной табличкой. И стоит повернуть ручку, змеиные зубы защёлки освободят путь, чтобы примерно через полчаса человек вышел оттуда после очередной иньекции яда, а затем продолжил свою работу. Комиссар восседал в кожаном кресле за дубовым лакированным столом, полностью уверенный в своей власти. Жалюзи на окнах были опущены, делая обстановку ещё более зловещей. В стекло двери постучала белая костяшка руки, скрывавшейся под бежевым, в коричневую клеточку, рукаве пальто. -Войдите.-Бросил он, перекатывая в мозолистой руке жестяную коробочку с табаком. Сильвана вошла первой. За ней проскользнула Паула и встала рядом. -Для чего вы нас позвали?-Спросила она. Питерс с хищным лицом достал папку с разлинованным бланком в самом центре, точь в точь такую же, что Бьёрклунд видела в руках своего психиатра. Детектив развеяла эту мысль, смахнула рукой, решив что папка, вероятно, относится к делу, и может дать ей очередную зацепку. В глазах сверкнула крохотная, как от бенгальского огня, искорка азарта, но островатый привкус подозрения всё же остался на кончике языка. -Мне в руки попал кое-какой материал.-Начал джентльмен.-Довольно интересные файлы, между прочим. Если они попадут в прессу, нам очень не поздоровится. -И какие же?-Сильвана подалась вперёд, желая услышать предполагаемый ею ответ. Питерс держал паузу. -Что за файлы? Скажите!-Повторила она. Комиссар смотрел на неё взглядом рыбы из аквариума. Тупой, пустой взгляд, очень сильно выводивший девушку из себя. Но за долгие годы она научилась полностью отключать эмоции и поэтому сейчас ограничилась еле заметно повышенным тоном.-Что в этих материалах!? -Ваш рассудок, детектив Бьёрклунд. Мне передала их миссис Хаксли. Здесь,-Говоря медленно, вкрадчиво, с чувством превосходства, он постукивал пальцем по картону.-в этой папке, указано всё о вашей психике. Посттравматический синдром, от которого вы никак не избавитесь, социопатия, асоциальное расстройство психики... Полный набор, так сказать. Сердце Паулы ёкнуло, а затем зажглось огнём праведного гнева, напоминавшего тот, что под котлами в самом аду. Она прекрасно разбиралась в людях и прекрасно понимала что комиссар Питерс, вытеснивший мать Сильваны с предназначавшегося ей места, собирается совершить ещё одну подлость. -Что вы хотите с этим делать? Надеюсь, не прибегнете к шантажу?-Девушка прищурилась, уставившись на него, снова в центр переносицы, теперь тоже напоминая хищника, встретившего враждебного сородича. Казалось, они оба сейчас будут ходить кругами, выискивая момент чтобы напасть и перегрызть друг другу глотки. -Нет.-Мужчина хлопнул папкой о письменный стол. Паула рассредоточилась из-за громкого звука.-Всего лишь подстрахую течение дела. -Как это?-Поинтересовалась Сильвана, вернувшись в разговор. -Чтобы вы меня слушались, и не смели грубить. -Это и есть шантаж. -Ну... Женщинам нужен контроль мужчин, как никак. -Что за патриархат такой?-Возмутилась инспектор Лихтенштайн, медленным шагом приблизившись. -Именно, милочка. Он и спасает наш шаткий мир. Невесть что они могут натворить, если спустить их с поводка. Особенно такие, как твоя подруга. С диагнозами... -Мы не собаки. Нам не нужны поводки.-Паула стояла на своём. -Это вы так думаете.-Питерс улыбнулся ещё шире.-Мало ли детектив Бьёрклунд сорвётся и убьёт кого-нибудь? А мне что, придётся всё это самому расхлёбывать? Ну или если вы уйдёте от темы или вообще бросите расследование? Никаких гарантий нет. -У нас есть уговор. Пари, что мы заключили. Если вы так поступите, вы его нарушите. Это жульничество! -Да, но простой договор на словах не надёжен... Войдите в положение, мне очень важна наша репутация.-Он говорил с ленцой, нудно, медленно.-Так вот, если детектив Бьёрклунд, или же вы, инспектор Лихтенштайн, меня ослушаетесь, эта папка отправится прямиком в "Дейли Телеграф", и весь Лондон узнает, что кое-кто... Мужчина не успел договорить: Сильвана достала револьвер из кобуры под пальто и направила на него, целясь прямо промеж бровей. Он поднял руки. -Ни с места, гад!-Она рванулась вперёд, чтобы забрать папку, но комиссар всё же успел ухватить её за запястья. Та нажала на спуск и пуля с грохотом пробила потолок. Паула упала на пол, инстинктивно зажав уши. Бьёрклунд выронила оружие и стала бороться с комиссаром врукопашную. Последний громко звал на помощь. В это время она почти обездвижила оппонента, пытаясь оцарапать ему глаза. Придя в себя, Паула принялась оттаскивать Сильвану за воротник. -Не надо! Сильвана, не надо! -Лежит и улыбается, урод несчастный!-Рыкнула та на шокированного выходкой Питерса, однако, всё же отошла назад. Лихтенштайн маленькими ладошками взяла её за лицо. -Тихо, успокойся! Нам же хуже будет! -Вы правы.-Прокряхтел Питерс, вставая из-под стола. Он смотрел куда-то за спину девушкам. Паула обернулась: у распахнутой двери кабинета стояли несколько полицейских, сбежавшихся на выстрел, как собаки на кость.-Вывести. Немедля. -Есть, сэр.-Послышался голос сержанта Уильямса. Джентльмены под руки сопроводили их обеих на первый этаж. Комиссар напоследок одарил Бьёрклунд насмешливым взглядом, еле заметно ухмыляясь и будто говоря ей: «Ты бы не выстрелила. Кишка тонка!». Однако он ошибался - если она хотела, она вполне могла это сделать. Паулу и Сильвану посадили в свободную комнату допроса. Сильвана оглядывала помещение, отходя от внезапной агрессии, которая непонятно откуда взялась, а Паула, спустя примерно две минуты тишины сделала глубокий вдох перед тем как начать говорить: -Зачем ты на него напала?-Спросила она сидевшую напротив девушку. Та явно чувствовала себя неуютно, ей показалось, что сейчас она сама попала под допрос. -Я понятия не имею.-Детектив уставилась на собеседницу светло-серыми глазами, иногда её зрачки на долю секунды переводились то влево, то вправо. Тембр голоса был похож на холодный, полупрозрачный пар. -Ты поступила неприемлемо. Это может повлечь за собой неприятности.-Паула не хотела винить Сильвану, вспоминая тот разговор с Ричардом, во время дачи показаний, к тому же, подобная манипуляция была совсем не её методом. Никто за ними не наблюдал - всех полицейских созвал к себе комиссар Питерс, поэтому молодые леди говорили свободно. -Понимаю. Я обычно не злюсь настолько сильно, а тут... Тело будто само бросилось. -Сильви, ты не ходишь к психиатру. Что-то случилось? Та снова посмотрела на неё, прищурив нижние веки и поджав губы: -Она уехала. И выписала мне справку в лечебницу. За лесбиянство!-Она ударила кулаками по столу и вскочив с места, зарылась пальцами в седые волосы. Паула дёрнулась от громкого звука.-А потом выдала меня с потрохами! Лицемерная, старомодная... Вдруг девушка замолчала. Она стояла, по-дикому озираясь, и вдруг заметила царапину на железной поверхности стола. Эту царапину оставил револьвер, когда Сильвана, девять лет назад, будучи совсем юной, подралась с двумя полицейскими, испугавшись, что они причинят ей вред. То же самое место. Та же самая комната допроса. В голове закружилась цепочная карусель воспоминаний: «Мисс Бьёрклунд, опустите револьвер» - фраза обожгла как раскалённая кочерга. «Слушай, я не твой отец, и не твой дедушка, но мне важно, чтобы ты была в безопасности» - эти слова сказал комиссар Фрэнк Дональд, тогда ещё не знавший, что вечером того же дня его ждёт смерть. Смерть в лице человека с оружием. «Я не выживу, поэтому слушай меня внимательно...» - сказал он, из последних сил сжав предплечье своей ученицы через сукно пиджака. Тогда она не плакала. Физически не могла заплакать. Ровно как и сейчас она не может сказать, видит ли эти вспышки из прошлого наяву, или это просто играет её память. Память страшных событий, терзавшая её днями и ночами. Сильвана осела на пол, закрыв лицо руками и поджав колени. Она говорила что-то по-шведски, неразборчиво, прерывисто. Паула подбежала к ней, желая оказать помощь. -Тише, тише, всё хорошо... Дыши глубже. Смотри на меня. Бьёрклунд убрала ладони. Она всё ещё дрожала, зажмурившись от нахлынувшего ужаса. Звук механического сердца отскакивал от стен. Нос быстро втягивал кислород. Наконец она осмелилась открыть глаза, издававшие яркое белое свечение. Столь милое ей лицо Паулы было первым, что она увидела, постепенно приходя в себя. Лихтенштайн выглядела обеспокоенной. Она протянула ей руку и помогла подняться. Та послушно встала, но взгляд её по-прежнему оставался отрешённым. -Он...-Еле слышно выдохнула Сильвана. -Кто? Ты про кого?-Спросила Паула, безуспешно пытаясь установить зрительный контакт с девушкой. -Он же... отдаст их прессе...-Бьёрклунд понемногу успокоилась. Дыхание стало ровнее, как и тиканье шестерёнок в её груди. Лихтенштайн тем временем недоумевала: коим образом в данный момент её волнует шантаж комиссара? -Он спровоцировал твой эпизод, потому что посадил нас тут. Его здесь стоит винить, а не тебя. -А мы... Мы уволены, так?-Почти прошептала детектив. -Сильви, не глупи! Несмотря на то что ты очень умна, иногда ты бываешь невероятно глупой! Он знал, что у тебя ПТСР. И всё равно давил. Поэтому мы тоже вправе ответить ему шантажом. Сильвана наконец посмотрела на Паулу, взгляд смягчился. Та наконец смогла вздохнуть с облегчением. -Ох, снова этот твой суфражизм...-Со вздохом Сильвана села на стул. -Никакой это не суфражизм. Обычные права человека.-Фраза прозвучала из уст Паулы грубее, чем ей хотелось, однако она тут же поспешила смягчить её.-Это просто неприемлемо, ко всем людям, независимо от пола. Сержант Уильямс бесцеремонно прервал их дискуссию, практически ввалившись в комнату допроса. -Ну что тебе, Генри?-Прогудела Сильвана привычным тоном, будто ничего и не произошло.. -Во-первых, простите что участвовал в вашем задержании. А во вторых, у меня для вас новости: комиссар не собирается арестовывать детектива Бьёрклунд. *** -«Не играйте с судьбой». Символа нет.-Хмыкнула Паула, прикрепив желтоватую записку в рыжей кирпичной пыли на доску. Инспектор уже несколько раз просматривала улику на свету, вглядываясь в волокна бумаги, но всё тщетно. -Что сказал Питерс?-Спросила её Сильвана, цепляя красную ниточку за новую кнопку. -Сказал что даст ещё один шанс. Точнее два. Он ввёл «Правило трёх штрафов». После них - увольнение. Решил нами попользоваться, старый мужлан. Но и мы заручились поддержкой. С фонда Скотленд-Ярда нам покроют все расходы на дело. Это я тоже подстраховаться решила.-Девушка заговорщически подмигнула возлюбленной. -Хитрый ход.-Похвалила её та.-Но мы с тобой до сих пор не можем найти убийцу. У всех либо есть алиби, либо нет мотива. Если вычислять методом логической таблицы, тоже ничего не сходится. Дай я немного подумаю... Сильвана жестом попросила Паулу отойти от доски, после чего устроилась на стуле немного дальше, чтобы увидеть схему целиком и, скрестив ноги, сцепила руки в замок. Она сидела так, вглядываясь в алую паутину, напоминавшую кровеносную систему. Только что же в этой системе является главным органом? Он один или их несколько? Где сердце? Где мозг? Что здесь важнее, а без чего можно обойтись? Четыре записки, на последней из них нет символа. Аббревиатура? Анаграмма? Шифр в именах жертв? И что значат эти три буквы? Е.Л.И. Куда они ведут? Ясного ответа не было. Полчаса раздумий, а дополнительных зацепок до сих пор не обнаружилось. В конце концов Сильвана бросила эту затею и решила уехать домой, вместе с Паулой, в надежде, что на следующий день её, если внезапно не осенит, то хотя бы придёт в голову пара способов выбраться из тупика. Но эти надежды, увы, не оправдались. Наутро Бьёрклунд проснулась, чувствуя себя так, будто не ложилась спать вовсе. Казалось, последнее время она разучилась высыпаться, несмотря на то, что обычно её не мог разбудить даже салют прямо в их дворе. Зато Паула, проснувшись чуть позже и обнаружив свою возлюбленную, сидящую в кресле перед окном, пребывала в очень хорошем расположении духа. Сильвана отстранённо созерцала серое небо над Лондоном, по которому лениво плыл один единственный дирижабль. -Ты уже нашла решение?-Паула прервала её раздумья, подойдя ближе. Та сдвинула брови к тонкой переносице и закинула длинные ноги на подоконник, не задевая мятный куст в горшке рядом. Лихтенштайн невольно пришло в голову, что если бы в пальцах её возлюбленной тлела сигарета, то вид у неё был бы точь в точь какого-нибудь мужчины-мечты из дамского романа. Даже уставшие глаза детектива идеально вписывались в сей образ. Но для неё она была чем-то лучшим, чем смазливый, полный клише персонаж. -Повторный допрос.-Проговорила Сильвана со вздохом.-Я хочу узнать всё с самого начала. Пола, будь так добра, позвони в Скотленд-Ярд, скажи собрать всех подозреваемых. Эту фразу она сказала, когда инспектор оказалась прямо перед её лицом, уперев ладони по бокам спинки. -Или что?-Игриво спросила та, закусив губу. Сильвана подняла голову, почти касаясь с ней носами. -То.-Коротко ответила она.-Времени не так много. Паула сделала по-детски обиженное лицо. Сойдя с кресла, она надела свой любимый шёлковый халат цвета шампань и направилась к телефону в гостиной, намеренно обнажив плечо и часть спины, как-бы случайно спустив блестящую, тонкую ткань на локоть. Ухоженной, изящной рукой она сняла трубку и набрала номер, который знала наизусть. Сильвана тоже решила одеться, ибо утро было на редкость холодным. Её же халат был махровым, тёмно-коричневого цвета и, в отличии от халата Паулы, был чуть выше щиколоток, в то время как тот еле доставал до середины бедра. -Да, повторный допрос. Детектив Бьёрклунд мне так и сказала.-Уточняла Лихтенштайн.-Сейчас скажу кто давал показания. Миссис Вебер, мисс Тина Грин, мисс Вэй Цзы... И мистер Ричард Бьёрклунд. Ну, пиротехник, который доставил салют в тот квартал. Но у него алиби. А, есть ещё один? Кто это?-Она подождала пока человек на том конце провода закончит ответ.-Где он сейчас? Хорошо, мы поедем к вам, дайте только... Она почувствовала, как что-то пушистое обнимает её сзади, заботливо укутывая тёплой тканью. -Замёрзнешь же.-Тихо сказал бархатный голос в другое, свободное от трубки ухо. По женственной спине пробежала волна мурашек. -Минут сорок.-Улыбнувшись, бросила юная леди в динамик и со звоном повесила трубку. Она хотела было развернуться к Сильване, но та тут же выпустила её из мягких объятий. -Сейчас не время. Одеваемся и едем.-Отрезала она. Паула с досадой щёлкнула языком. Одевшись, они спустились вниз и, выйдя из дома, направились к парковке. Бьёрклунд завела двигатель и наконец заставила экипаж тронуться с места. Проехав половину пути она заметила затянутые в белые чулочки, чуть ранее скрывавшиеся длинной юбкой, ноги, прямо на медной передней панели. Сама их обладательница, скинув туфли, непринуждённо красила губы сочно-алым блеском. По салону разлился аромат вишни с ванилью. В левой руке Паула держала ажурное зеркальце, параллельно водя одной ступней о другую. Полупрозрачная ткань приятно шуршала. -Прости, но сейчас и вправду было не время.-Начала Сильвана, аккуратно держа руль. -Может, это бы помогло? Ну знаешь, может, думать лучше получится.-Та коротко взглянула на неё и снова принялась смотреться в отражение. -Пока стоит сосредоточиться на деле. Его нужно подтолкнуть, чтобы сложить пазл. -Вечно ты со своими головоломками.-Паула закатила карамельного цвета глаза и убрала ноги под сиденье, где лежала обувь. Слегка моросило. Май в этом году выдался прохладным, исключая редкие проблески солнца. Из тёплых вещей девушки надели шерстяные свитера, на данный момент их было достаточно, чтобы не вздрагивать при каждом порыве ветра. В здании Скотленд-Ярда всё было готово к продолжению расследования. Все подозреваемые прибыли туда и теперь сидели в комнате ожидания под надзором одного их сержантов. Сильвана поздоровалась с одним из старших инспекторов. Тот игнорировал её приветствие. Тогда она спросила о деталях дела Уильямса, развлекавшегося деревянным стаканчиком, к которому за верёвку был привязан шарик. Сержант тоже сделал вид, что перед ним пустое место, и продолжил свою игру сам с собой. Продолжил ловить шарик в стаканчик. Сильвана хотела выбить незамысловатую игрушку у него из рук и начать остервенело браниться в его адрес, но быстро поняла, что этим ничему не поможешь, ибо комиссар Питерс объявил против неё бойкот. И разрешить это недопонимание можно было лишь принеся извинения. Она считала что была права, и могла обвинить его в жульничестве, но тогда тот предаст огласке её злополучные файлы. Другого пути не осталось. Когда они поднялись на второй этаж, Паула принялась проверять их доску, а Бьёрклунд, сделав глубокий вдох и выдох, повернула ручку двери кабинета. Похоже, комиссар вошёл в азарт, и отчитывал детектива, во что был горазд. Та слушала его с каменным лицом, мысленно сокрушаясь, что не может уйти. Она вспомнила школу в Смоланде: из окна светит солнце, в кресле, за письменным столом, сидит полногрудая директриса, а за её мощной спиной стоят стеллажи с самыми разными книгами. Противный, гнусавый голос вопрошал, почему девочка из такой хорошей семьи дерётся с мальчиками и прячется в уборных. Бьёрклунд тогда что-то подсказывало о частых изменах директрисы мужу, вероятно, отсутствие чёткого следа под кольцом на пальце, или письмо в конверте, тщательно заваленное бумагами, но сказать о догадках она не решалась. Было совершенно очевидно, что женщина не знала полной картины происходящего с ученицей. Травля, преследования, оскорбления, всё это просто пролетало мимо. Перед глазами маячила двухцветная, длинная прядь - тогда у Сильваны волосы ещё были цвета между чёрным и тёмно-каштановым, печальным серебром блестел один единственный клочок посередине линии у лба. На ногах были круглоносые туфли с бантиками, а у края коричневой юбки выглядывали кружева гольфин. Свитер без рукавов контрастировал с тонким хлопком блузки. Как будто Сильвана снова вернулась туда, на родину, в Швецию. Только вот ругают её теперь за более взрослые проступки. Та десятилетняя девочка, похожая на худенькую мышку, совершенно не знала, что в скором времени будет испытывать много боли, и физической, и душевной, хотя даже тогда, для ребёнка такого возраста, её было предостаточно. А потом научится обращаться оружием и убивать. Маленькая Сева, как звали её все взрослые, не знала об этом ничего. Сильвана вернулась из раздумий. Ей всё ещё двадцать два, она всё ещё стоит посреди кабинета, а комиссар всё ещё изоходится от гнева, скорее всего, уже по инерции. -Я скажу, что они могут говорить с тобой, но только по делу и кратко, а теперь прочь! Как только прокуренный голос произнёс эти слова, они тут же едким дымом растворились в воздухе. Только вот этот дым оставил после себя неприятный запах. Будто под гипнозом Бьёрклунд вышла в гул голосов и треск печатных машинок, коим было наполнено здание. Эпизода не случилось, вероятно потому что травля в начальной школе была одним из самых лёгких событий, по сравнению с другими, куда более травмировавшими. Хотя детектив считала, что прошлое сделало её нервы лишь крепче, позволив заниматься её профессией. Собравшись с мыслями, она направилась в комнату допроса, где её ждали несколько человек. Один офицер, пухленькая девушка в круглых очках, дама средних лет в траурном платье, коротковолосая китаянка в бордовом, ещё пятеро незнакомых лиц и смуглый, низкого роста индус, с тонкими усиками и кудрявой короткой шевелюрой. Он был одет весьма бедно: куртка и сорочка были ему велики, ровно как и штаны, перехваченные плетёной лентой в качестве пояса, на ногах пыльные, потёртые сапоги. На шее у него висел кулон-оберег, больше похожий на мелкие бусы из камней, никак не вязавшийся с одеждой. Этот мужчина был четвёртым подозреваемым, о котором утром Пауле сообщили по телефону. Как выяснилось, он работал уборщиком в "Дейли Телеграф", обнаружившим труп журналиста. -Что-ж, начнём всё с са-амого начала.-С этими словами Сильвана облокотилась на дверной косяк, сложила руки на груди и вздохнула.-Номер первый, пройдёмте со мной. Мисс Грин встала с места и ушла вместе с ней в сопровождении двух полицейских. Один из них допрашивал, второй наблюдал, а Сильване оставалось сопоставлять услышанное стоя за односторонним стеклом. От работницы печатного цеха она не услышала ничего нового. Голова работала вяло, мысли сильно путались от недосыпа, поэтому пришлось по рации послать Уильямса за чашкой кофе. Миссис Вебер уже провела похороны мужа, и эмоции её заметно улеглись. Она давала показания более трезво, детально. Но всё же, даже под давлением, больше сведений чем в прошлый раз выудить не получилось. За миссис Вебер последовали её соседи. Нужно было допросить четырёх человек, дабы официально подтвердить алиби. Как прикинула в уме Сильвана, это займёт довольно много времени, ведь никто из них ранее здесь не был. На редкость благополучным был район, где жила первая жертва. Пока детектив Бьёрклунд занималась свидетелями и подозреваемыми, инспектор Лихтенштайн возилась с шифром. Она сидела на софе в зале первого этажа и читала небольшую, старенькую энциклопедию о видах защиты информации. Одна страница, другая. Пляшущие человечки, азбука Морзе, шифр Цезаря, цифры вместо букв... Ничего не подходило к странным посланиям, найденным рядом с жертвами. В конце концов девушке надоело вчитываться в длинные заумные статьи и она начала листать, ориентируясь на заголовки. Двойное шифрование, тройное, символы с ключом, комбинированное. Её взгляд задержался на «дешифровке с помощью частотного подбора», но тут же скакнул на следующую страницу. Вдруг перед Паулой предстал пестрящий заголовок с нарисованным гусиным пером. Вычурная надпись каллиграфическими буквами гласила: «Невидимые чернила в домашних и лабораторных условиях». Девушка сразу просияла и, загоревшись интересом, снова бросила всё своё внимание на более мелкий и более длинный текст под небольшими иллюстрациями. Продолжая читать она встала с софы, пересекла зал и поднялась по лестнице, ни на секунду не отрываясь от статьи. Подойдя к доске она сняла последнюю записку, ту что без символа под фразой. В книге было написано про чернила из лимона, которые можно было вычислить характерным запахом, если надписи не более недели и, почти всегда, кислым вкусом. Облизнуть бумагу девушка так и не решилась. Но понюхав она узнала, что от записки хорошо отдаёт цитрусом. «Свежая, совсем свежая...-Подумала Паула, заложила уликой нужную страницу и взяла книгу под мышку.-Только вот почему так банально? Могли бы и льняное масло использовать, оно только под светом через цветные стёкла проявляется.» Паула снова спустилась вниз и начала ходить по кабинетам в поисках Уильямса. Наконец она его нашла: сержант увлечённо болтал с одной из машинисток. Юная леди грубо схватила его за запястье и оттащила от дальнего стола. -Эй! Ты что?-Негодовал он когда она вывела его к софе в коридоре у кабинетов, той самой, где она читала энциклопедию. -Ты мне поможешь. Понял?-Паула сверлила его взглядом, ожидая ответа. Тот нервно сглотнул, кадык на шее испуганно подпрыгнул. Немного помедлив, Уильямс кивнул. -Понял. А с чем? Та подошла не сводя глаз. Это ещё сильнее его пугало. -Нам нужно дойти до лаборатории. Там есть спиртовка. На ней можно нагреть вот это. Когда она вынула из книги записку, и так круглые от природы глаза сержанта стали похожи на теннисные мячи, на которых краской нарисовали зрачки. -С ума сошла!?-Почти крикнул он, но Паула приложила палец к губам, что мигом заставило его замолчать. -Тут невидимые чернила. Нюхай. Чувствуешь?-Она ткнула ему под нос квадрат из желтоватой бумаги.-Лимон. Сок станет коричневым под действием огня, а значит, проявится ещё что-то. Итак... -Я не знаю как туда попасть.-Уильямс перешёл на шёпот, осмотревшись по сторонам.- Так-то я вообще не могу с тобой говорить. Питерс дал всем приказ игнорировать тебя и детектива Бьёрклунд. -Но Сильвана же извинилась. -Сильвана, но не ты. Он хочет видеть с раскаяниями именно тебя. -К чёрту его. И не говори что я это сказала. Юноша снова кивнул. -Пошли.-Паула махнула рукой в сторону двери лаборатории.-Повоспитывать меня, значит, решил. Ничего, я тоже не лыком шита... Пока они шли туда, она замечала что работники, мимо которых она проходит, смотрят на неё, а потом быстро отводят взгляд. Вероятно они таким образом убеждаются, что это та самая леди, которую стоит избегать. Но каково было их удивление, когда они видели сержанта Уильямса позади. Дверь в лабораторию была заперта. Рядом с ней стоял мужчина в полицейской форме, держа в руке железную флягу и прикрывая рукавами, периодически отхлёбывал содержимое. По красным щекам и носу Паула поняла, что он успел изрядно подвыпить. -Здравствуйте, инспектор Дайс.-Девушка подошла к нему и кивнула в сторону спрятанной за спиной руки со спиртным.-Что это там у вас? Офицер промолчал, глядя куда-то в сторону. -Игнорировать не получится. Вы пьёте на рабочем месте, так? -Да. Но я друг комиссара. Он меня прикроет.-Дайс одарил их пьяноватым смешком. -Нет, если об этом узнает весь лондонский департамент. И вся Англия.-Покрыла его слова Лихтенштайн.-Ну, почему выпиваете? -С женой сегодня поругался. Она хотела тюль в доме повесить, а я думаю что лучше гардины... Тюль. Это ж целый кинотеатр для соседей, только цветной, бери попкорн и смотри! Она вообще ни от чего не закрывает... -Похоже, вы ушли от темы!-Паула прервала его и вдруг сменила эмоцию. Хитрый взгляд и полуулыбка, что делала девушку похожей на лису из детских сказок.-Давайте договоримся. Вы перестанете выпивать при исполнении и откроете нам дверь в лабораторию, а мы удержим этот... конфуз в тайне от комиссара. Идёт? -Но... Я не могу. -Можете, инспектор Дайс. Это важно для расследования одного крупного дела. И ещё, одна дружеская просьба: скажите комиссару Питерсу, что не стоит более продолжать это ребячество. Оно очень усложняет нам работу. Нам всем. Инспектор Дайс кивнул и открыл дверь. Люди в халатах, как по команде, обернулись. -Всё в порядке, мы здешние.-Уильямс показал удостоверение. Паула повторила за ним. Перегнав сержанта, она направилась к свободному столу и, убедившись что никто на нём ничего не оставил, принялась устанавливать и настраивать спиртовку. -Откуда ты знаешь, как с этим работать?-Спросил молодой полицейский, наблюдая за ней. -Мой старший брат - доктор, работает в больнице Святого Варфоломея. Благодаря ему я ещё в часах и механизмах разбираюсь.-Та про себя улыбнулась. Синий огонёк заплясал под держателем для пробирок и склянок. Девушка поднесла записку к пламени, нагревая пустую сторону. Её гипотеза подтвердилась: скрытое послание всё-таки было. На бумаге стали постепенно вырисовываться контуры и узоры. -Ой, спалишь, спалишь!-Запричитал Уильямс, когда уголок записки загорелся. Паула быстро придавила опалённый край подвернувшейся под руку колбой, чтобы огонь не распространялся дальше. Под дутым стеклом были искажённо видны коричневые буквы. -Ещё один кусочек пазла.-С энтузиазмом произнесла девушка, держа улику в вытянутой руке, подставляя её полоске света из-под закрытых шторами окон. *** Пришла очередь последнего подозреваемого. Сильвана с равнодушным лицом наблюдала за происходящим. Белобрысый офицер ввёл индуса. Тот послушно сел за стол, в смуглых руках, словно чётки, перебирая кулон-оберег. Офицер сел напротив. Стулья были расположены так что через окно можно было видеть и допрашивающего, и допрашиваемого. -Когда вы обнаружили труп?-Белобрысый мужчина первым задал вопрос. -Я зашёл через чёрный ход как обычно, достал швабру и стал убираться в комнате с большим аппаратом...-Подозреваемый медленно, с акцентом, проговаривал эти слова, в конце голос чуть дрогнул. Сильвана про себя отметила, что речь идёт о кабинете, где над экземпляром газеты колдовала мисс Грин. -Потом я убираться у машинок,-Продолжил индус-и почувствовать странный запах, за доской. Которая закрывает рабочий место. Я продолжал уборку и вдруг увидел человека за столом. От него пахло плохо. Он... не двигался. -Что-то ещё вы видели? -Нет. Я позвонил в полиция сразу... Потом полиция забрали меня... -Ни алиби, ни свидетелей.-Нарушила молчание Сильвана. Рядом с ней смотря на допрос стояли ещё двое полицейских детективов. Темнокожая дама нахмурилась, а русый джентльмен стал накручивать усы на палец. Оба о чём-то задумались. -Он может быть невиновен.-Женщина подошла к стеклу, дабы детальнее рассмотреть подозреваемого и сняла котелок, под которой мелкими кудряшками вилась причёска почти под ноль.-Выглядит очень напуганным. -Но ничего нельзя отрицать.-Мужчина прищурился.-Может, он и напуган, но явно нервничает, что может говорить о его лжи. -Нужно вынести вердикт. Виновен или невиновен. -Извольте объяснить как? Мы вообще мало что о нём знаем... Джентльмен запнулся, услышав в динамике речь: -Вы кого-нибудь видели в офисе кроме вас? -Нет.-Индус интенсивно покачал головой.-Я раньше всех прихожу, всегда. Убираюсь очень чисто. -Ну а вас кто-то мог видеть? Он снова стал перебирать бусины, но немного быстрее. На лбу выступили капельки пота. -Потом я молюсь.-Он игнорировал вопрос офицера, не прерывая поток слов ни на секунду.-Журналисты иногда смеются над этим. Говорят, я слишком набожный... -Вот и мотив.-Темнокожая полицейская бросила взгляд на усатого коллегу.-Убийство во имя веры это довольно распространённое явление. А вы были правы. -Спасибо. Но всё же, дело ведёт детектив-консультант, мисс Бьёрклунд, пусть она скажет, что с ним делать.-Тот перешёл на шёпот.-Покойный комиссар Дональд говорил, что она умная не по годам, от матери. Читает людей, как книгу. Сильвана краем уха услышала их сплетни и восприняла как сигнал к действию. Пора принимать решение. Виновен этот человек или нет, до правды нужно было докопаться. Она осмотрела его лицо. Чётких указаний на его вину не было, но имелось доказательство лжи. Когда мужчина говорил, он смотрел влево и вверх, автоматический рефлекс, когда человек хочет что-то придумать, чтобы поставить это на место правды. Вероятно, он скрывал факты из-за которых его могут подозревать или сочесть виновным, поэтому не хотел, чтобы о них узнали. -Встаньте.-Скомандовала Бьёрклунд в динамик. Её голос с другой стороны сопроводился шумом и коротким фонящим звуком. Уборщик послушно поднялся со стула. Что же могло выдать в нём убийцу? Яд, которым отравили журналиста, скорее всего, был во флаконе, а значит, ни следов на пальцах, ни запаха не должно быть. Если же он всё-таки был, то отмылся за время поисков, ибо подозреваемого вызвали на допрос только сейчас. Девушка с ног до головы осмотрела его, несколько раз разглядела рукава, попросила развернуться спиной. Офицер проверил руки на запах. Ткань манжет была чем-то осветлена, наверняка едким моющим средством. Нет. Доказательств, что уборщик виновен, попросту нет. Но он почему-то лжёт. Это Сильвана и собралась сказать в качестве долгожданного вердикта. Чуть вдохнув она разомкнула тонкие губы, но тут случилось нечто неожиданное: -Это я убил его!-Заорал индус, зажмурив чёрные глаза с ярко выраженными ресницами.-Я убил мистера Вебера!!! Он снова сел на стул и зарыдал, закрыв лицо руками. Услышав его признание Бьёрклунд сорвалась с места и быстрым шагом почти выбежала из обзорной. Она появилась уже с другой стороны стекла и попросила белобрысого полицейского поменяться с ней местами. Тот вышел и через несколько секунд уже стоял у динамика. Теперь допрос был в руках Сильваны, и она точно знала, что конкретно ей требуется выяснить. Увидев её, подозреваемый сжал в кулаке фигурку будды из слоновой кости на кулоне, будто в надежде, что оберег спасёт его от приговора. -Это правда?-Начала детектив с простого вопроса, дабы начать речь. -Да.-Мужчина еле сдерживался чтобы снова не броситься в слёзы. -Почему вы его убили? -Мне... Мне сказали это сделать. -Кто? -Я не знаю! Клянусь! Вопрос напрашивался сам собой, и Сильвана не стала его сдерживать: -Вам что-то предлагали взамен? Индус закивал головой. -Деньги. Сто тысяч фунтов! А я ведь приехал сюда чтобы заработать. Мне надо кормить семью... -Жена и маленькие дети. Четверо детей, так? -Что!? Как вы узнали!? -Сейчас это не важно. Важны ваши показания, мистер... -Ранган Хатри. Меня зовут Ранган Хатри. -Итак, мистер Хатри. Вы выполнили наёмное убийство. Мне нужно знать, что именно вы сделали.-Сильвана сцепила руки в замок и сдвинула седые брови.-Расскажите всё с самого начала. -За три дня до смерти мистера Вебера мне позвонили. Я снял трубку. Мне ответил мужчина, и назвал меня по имени и фамилии! Назвал место, где я работаю! Откуда они всё знали!? Меня в Лондоне никто толком и не знает, а тут... Я очень удивился. Этот человек знал всё про мою семью, что мы очень бедны, и почему я в Англии... Он предложил мне убить одного человека из издательства. У меня не было выбора, понимаете? Моя семья умерла бы с голоду! -Продолжайте.-Бьёрклунд равнодушно вращала расслабленной кистью руки, будто крутила ручку на шестерёночном колесе. -Он предложил, а я согласился. На следующий день мне снова позвонили. Был тот же голос. Сказали что баночка с ядом припрятана у чёрного хода, за мусоркой. А потом объяснили, что и когда с ней делать. Я пошёл на работу как обычно, нашёл тайник и весь пузырёк вылил в губку для пальцев... Он очень сильно вонял мертвечиной, даже через пробку. Не знаю, как меня не стошнило. А потом я сам позвонил в полицию. -По факту вы его не убили...-Детектив задумалась.- Но с другой стороны это подстроенный несчастный случай с отравлением. Вебер мог и не порезаться... Мистер Хатри, как вы получили плату за труды? -Через день, после того, как там была полиция, мне в третий раз позвонили и сообщили, где искать. В шкафчике раздевалки для персонала: у нас она в полуподвале, я нашёл большой пакет из-под жареных каштанов. Как и сказали, я забрал пакет, и не раскрывая его, не оглядываясь ушёл домой. Этот человек был честен, в рабочем доме я всё пересчитал - сто тысяч фунтов ровно! -Куда вы их дели? -Отправил жене по почте, в Мумбаи. -Не волнуетесь, что перехватят или вскроют? -Я отправил их в специальной коробке. По правилам её не должны проверять. -Вы сказали про голос в телефоне. Каким он был? -Я говорил, мужской. Такой мягкий, успокаивающий, не слишком низкий и не слишком высокий. Но почему-то мне показалось, что этот человек чего-то боится... Сильвана наконец встала, выпрямившись во весь рост, и развернулась к одностороннему окну. -Арестуйте подозреваемого.-Отрезала она, подняв голову к динамику над медной рамой. Хатри прекрасно понимал, какое преступление он совершил, поэтому совершенно не сопротивлялся, пока темнокожая полицейская заключала его смуглые запястья в металл наручников. Вместе с русым офицером они вывели мужчину из комнаты допроса. Белобрысый джентльмен тоже ушёл. Оставшись одна, Бьёрклунд искренне улыбнулась. Первое убийство раскрыто. Наконец после долгого, по её меркам, затишья, она добралась до нужных ей сведений и зацепок. За стенкой послышалась речь. -Мне нужна детектив Бьёрклунд, вы знаете, куда она ушла?-Вопрошал высокий, девичий тембр. Потом раздался стук в лакированную дверь. Сильвана открыла и тут же чуть не упала по вине накинувшейся с объятьями Паулы. -Я нашла зацепку! Я нашла зацепку!-Нараспев повторяла та. Детектив обняла её за талию. -Незачем так орать.-Прервала она её радость.-Ну, о чём речь? В ответ Паула задорно подмигнула и повела её на верхний этаж, на удивление крепко держа за руку. На доске дела была прикреплена опаленная записка. Теперь на ней были две чётко выведенные коричневые буквы. -«Дв.». А тут уже интереснее.- Протянула Сильвана, проверяя на своём ли месте улика.-Будто какое-то сокращение... -От чего?-Паула пробежала взглядом по прошлым посланиям и вздохнула.-Мне вообще непонятно. Вот я и подумала, может тебя это на след наведёт? -Хм, возможно... Давай подумаем с самого начала. Убийца, возможно их несколько, но предположим что он один, убивает лишь тех кто берётся расследовать дело об Аукционе, иногда чужими руками. Но почему он не покушался на нас с тобой? Он убил журналиста, двух офицеров полиции и машинистку. К тому же, пытался убить беспризорника... Последнее ни с чем не вяжется. -Ему надо было закончить послание, но он не знал как?-Сержант Уильямс точно из ниоткуда появился за их спинами. Инспектор Лихтенштайн ахнула от неожиданности: -Тьфу, напугал! Предупредил бы заранее! Зачем так делать? -Ладно, ладно. Извини.-Ответил тот и пошёл дальше, понимая, что здесь он будет лишь путаться под ногами, и пользы это отнюдь не принесёт. -Какую интересную догадку дал мне сержант...-Протянула Сильвана.-Только к разгадке она нас не приблизила. Итак, продолжим!-Она начала умеренным шагом ходить туда-сюда.-Мы знаем что аукцион находится в Париже, но где именно?... Вдруг они хотят чтобы мы приехали, и поэтому оставляют послания. Иначе зачем им... -Значит, это может быть место?-Перебила её Паула, озвучивая свою мысль. Бьёрклунд резко вдохнула ртом, будто вынырнула из воды. -Точно! Пола, сбегай в библиотеку! Мне нужен самый новый путеводитель, самая новая карта Парижа! Бегом! Просияв, юная леди направилась к лестнице. Многослойное платье до колен непрерывно шуршало, пока она спускалась вниз. Затем она выбежала из здания, с улыбкой держа курс в главную библиотеку Лондона. Улица, на которой находился Скотленд-Ярд, находилась совсем рядом с центром города, поэтому пеший путь не был изнурительным. Солнце вышло из-за облаков, что порядком рассеялись к полудню и теперь, белоснежными волнами и перьями, лежали на небесном своде. Открыв двери, пестрящие яркими витражами, Паула зашла внутрь. Длинные дубовые столы с многочисленными лампами простирались до громадных окон, разливавших свет по библиотеке, высокие книжные стеллажи заканчивались у самого потолка, а ещё выше закрученной спиралью уходила лестница, прямо под стеклянный купол, занимающий почти всё пространство крыши, в обсерваторию. Там стоял большой длинный телескоп, через него можно было увидеть планеты вблизи, к примеру Марс или Луну, лицезреть большие и маленькие звёзды... В дневное время обсерваторию закрывали из-за опасности ослепиться, а с наступлением темноты снова открывали туда путь астрономам, студентам и всем желающим. У стеллажей стояли заводные подъёмники, на замену часто падающим и ненадёжным лестницам. С помощью них без опаски можно было дотянуться даже до самых верхних полок. Народу в будни было совсем немного, но даже если наступили выходные, сохранялась приятная тишина, нарушаемая лишь шорохом страниц. Девушка положила формуляр на лакированную стойку. Пожилой библиотекарь с моноклем, тонкими усами и седой, козлиной бородкой, сдержанно поклонился, увидев посетительницу. Оказалось, что он довольно высокий. «Чуть ниже чем Людвиг.» -приметила та про себя. -Здравствуйте.-Промолвил он, забирая формуляр.-Что вам угодно? -Я ищу книжку о местах Парижа.-Начала Паула.-Путеводитель, карту, энциклопедию... -Я вас прекрасно понял, мэм. Второй стеллаж, девятая полка, ищите ближе к краю. Показать? -Нет-нет. Я сюда давно хожу и хорошо ориентируюсь. Вы меня помните? -Припоминаю... А, да, это вы, мисс Лихтенштайн. Всё, не смею вас задерживать. Удачи найти то, что ищете.    Паула кивнула и, тихо повторяя указания библиотекаря, удалилась. Без подъёмника было не обойтись, и её маленький рост был не при чём: полка находилась на самом верху. Инспектор за широкую ручку подкатила подъёмник к нужному месту и, встав на платформу, нажала большую кнопку. Из дна выдвинулись несколько широких прямоугольников, удерживающих приспособление от случайного движения с места. Потом она докрутила маленькое колёсико до нужного номера полки и опустила вниз длинный рычаг, похожий на пружину с медным шариком на конце. Платформа под рокот шестерёнок начала подниматься. Завода хватало даже на самый людный день, поэтому вероятность, что посетитель застрянет наверху, была крайне мала, за исключением нескольких случаев, да и они быстро разрешались. Пальцами гуляя по разноцветным корешкам, Паула наконец нашла нужную книгу и нехитрыми манипуляциями вернула подъёмник обратно вниз. Сойдя на деревянный пол она взглянула на обсерваторию, надеясь прийти сюда ещё раз, чтобы посмотреть в телескоп. *** На лестнице показался силуэт в платье. —Долго же ты ходила.—Усмехнулась Сильвана. Встав со стула она направилась навстречу фигуре. Фигурой оказалась Паула, державшая руками очень толстую книгу в коричневом переплёте. Девушка положила увесистый предмет на один из письменных столов. —Извини, не могу устоять перед библиотеками и книгами.—Искренне улыбнулась она. —Хорошее тиснение...—Заметила та.—"Париж: все заведения, достопримечательности и прочие места. Полный путеводитель." Ну и Эйфелева башня, как же без неё... —И что мне с ней делать? —Ищи всё что начинается на букву «Е»!—Бьёрклунд взяла листок бумаги из держателя и карандашом написала:«Е.Л.И. Дв.».—И попадает под эти буквы. Пролистав по алфавиту, Паула нашла нужный раздел. —Та-ак... Эйфелева башня, её я уже знаю, Елисейские поля... Так, а это уже что-то похожее. —О, тут давай поподробнее.—С этими словами Сильвана подошла и наклонилась рядом. —«Елисейские поля – главная улица Парижа. На ней расположены известные бутики, а наиболее популярная её достопримечательность – Елисейский дворец. Елисейский дворец был построен...» А, не важно, пропустим даты. Итак: «В нём проводятся мировые показы мод, выставки знаменитых художников и ювелиров.» —Сдаётся мне, подсказки нас ведут именно сюда.—Промолвила Сильвана, отойдя от стола.—Первые три буквы и сокращение от слова «дворец». Паула, у меня для тебя новость. —Какая? —Мы с тобой едем в Париж.