Аукцион Тайн

Их туфли были начищены до блеска, белые шёлковые платья дам изредка волновал ветер, костюмы джентльменов сидели как влитые. Речь абсолютно спокойная, поистине утончённая осанка, тонкие цепочки цвета утреннего солнца, сверкающие на нежной коже изящных запястий и шей. Богачи поодаль от людей среднего достатка. У них больше власти, больше возможностей. И больше ненавистников. Сильвана не была из числа последних, поскольку считала, что богат тот, кто умён, а глупцы либо останутся бедняками, либо обнищают со временем, не зная, что делать с деньгами. Она заинтересовалась телохранителями и подошла чуть ближе: те держались строго официально. Одинаковые костюмы, стрижки, клипсы с именами на карманах - мужчины многим отличались от простых охранников, на данный момент в яркой форме ходивших по парку дворца. Нос почувствовал шлейф вязкого парфюма. -Мадлен.-Обратилась к кузине старшая Бьёрклунд, поняв что та стоит позади и тоже смотрит на загадочных персон.-Что думаешь? -Выправка военных, причём строгая.-Ответила Мадлен, поравнявшись.-Стоят как оловянные солдатики. Это охрана непростая... Мне кажется, её наняли для особого случая. -Вижу ремень от кобуры, вон, под пиджаком.-Сильвана дополнила её доводы, указав ещё на одну деталь.-Такая предназначается для тяжёлых револьверов, например, как мой. -Надеюсь ты не собираешься из него стрелять... -Не могу обещать. Хотя, думаю их всех можно обойти, если постараться. Паула, услышав дискуссию, подошла к сёстрам. -Как нам это сделать?-Спросила она, глядя то на Сильвану, то на Мадлен. -Тут нужна разведка, потом поймём, как. Ходить туда-сюда вокруг забора никто не запретит, но лучше не создавать подозрений.-Пояснила детектив. -Как будто бы мы просто гуляем по Парижу...-Добавила Эскофье-Бьёрклунд.- И нам нравится это здание. Ну, Сильвана, дерзай. Какая наша цель? Та попросила девушек отойти подальше от толпы и свернуть за угол. -Окна и траектория охраны. Если увидим людей внутри, надо их запомнить. Что они делают, как выглядят...-Миновав группу аристократов, сказала она. Те люди её уже не слышали, похоже, они обсудили всё что им было нужно и собрались уходить. Справа от дворца находилась парковка, на ней стояли экипажи немалой стоимости, продолговатые, новые и яркие. Между их жёлтыми фарами, похожими на круглые глаза, стояли медные фигурки львов и лошадей на дыбах. Беседовавшие с охраной люди направились туда, а Паула, Мадлен и Сильвана - налево, где затенённая сочно-зелёными кронами деревьев аллея спасала прохожих от вездесущей жары. Задрав головы, девушки проходились взглядами четырёх карих и двух серых глаз сначала по первому этажу, затем по второму и наконец по третьему. Некоторые окна занавесили, но кроме них ещё оставалась возможность заглянуть внутрь здания. Всё те же джентльмены в костюмах, снуют по коридорам, останавливаются, говорят и расходятся. Никого иного, хоть отдалённо похожего на изобретателя. Судя по времени, оставшемся до выставки и её масштабу, подготовка должна идти полным ходом, что прямо противоречит происходящему. Позади дворца был обширный парк с идеально ровно подстриженными кустами-лабиринтом. Слышалось щёлканье садовых ножниц и шорох граблей, собирающих в кучу срезанные листья. Пахло свежескошенной травой. К узким ладоням приятно прилип холод камня, когда Мадлен наклонилась к забору. На напудренное лицо легла тень чёрных прутьев с пиками на концах, торчавших из полуметрового, гладкого фундамента. -Ничего не вижу. Только охрана...-пробормотала она, пожав плечами.-Что я тут делаю... -Нет. Ты посмотри на третий этаж. Вон, крайнее окно.-Прыгнув на месте, указала рукой Паула. -Не показывай.-Пресекла её Сильвана, а сама тоже обратила внимание на объект интереса девушки. За стеклом стояла женщина в строгом чёрном платье, с тёмно-рыжеватыми волосами, обьёмными волнами уложенными на голове. Детектив прищурилась. -Говорит с телохранителем. Что-то пишет.-Сказала она и сделала шаг назад. Стоило отметить что Бьёрклунд обладала очень хорошим зрением, замечать мелкие детали она могла и вне прицела снайперской винтовки. В совокупности с точной индукцией - логическими заключениями от частного к общему, такое качество сразу выдавало профессионала в сыскном деле. Смотреть и видеть, знать и понимать - Сильвана различала разницу этих слов. -Эй.-Инспектор потрепала её за плечо, приблизившись губами к уху.-Кто-то за нами смотрит! Шёпот извне дал команду оглядеть местность. Высокая фигура быстрым шагом приближалась к забору. -В переулок.-Тихо скомандовала Мадлен, кивнув головой в сторону ближайшего поворота. Паула и Сильвана последовали за ней, потихоньку ускоряясь. Тропинка между зданиями бережно поглотила тенью и окружила прохожими, позволяя наблюдать издалека. Рядом потянуло кофе и выпечкой - под навесом посетители маленького кафе безмятежно проводили завтрак. Звуки города, сливаясь воедино напоминали жужжание пчёл в улье. Подняться по ступенькам, пройти, снова подняться - дорога шла прямо и вверх. Паула видела шершавые жёлтые кирпичи домов, медные колокольчики на стеклянных дверях магазинов, стоявший рядом с окном под цветами вьюнка старый велосипед, на котором облупилась нежно-голубая краска, и такого же цвета небо над тёмной кровлей крыш. Рядом мяукнула кошка. Вдруг инспектор Лихтенштайн остановилась. Вишнёвые туфельки леди еле слышно стукнулись носами, когда та развернулась к выходу из переулка, почувствовав, что упустила что-то важное. Свет брызнул на край вымощенной камнем мостовой, дальше растекаясь утренним морем по центру Парижа. Взгляд карих глаз заметался по отдалённому зданию Елисейского дворца, теперь похожему на бумажный макет. Калитка в ограждении открылась и через неё протиснулся тот самый мужчина, собравшийся прогнать, как он, похоже, думал, излишне любопытных ротозеев. Губы Паулы пересохли, язык быстро прошёлся по ним, мимолётно ощущая сладковатый привкус персиковой помады. Кошка, в это время собираясь потереться о белые чулки девушки, вдруг испугалась громкого, частого перестука каблуков, уходящего дальше, вглубь переулка. Чёрный комок шерсти подпрыгнул и прижав уши шмыгнул под крыльцо пекарни, оттуда наблюдая за цветастой юбкой. Услышав шаги, сёстры синхронно обернулись. Подбегая всё ближе, Паула смотрела с мольбой то на одну, то на другую. -Там, он...-Переводя дыхание, она пыталась собрать мысли в кучу и донести слова. Те вполголоса, неохотно вылетали изо рта, прерываясь глотками воздуха. Сильвана насторожилась: -Кто? -Охранник. Он вышел оттуда и следует за нами. -Чёрт.-Мадлен занервничала. Украдкой посмотрев назад она крепко ухватила подол длинного платья рукой.-Тогда, чего уж там... Придётся бежать. Сможешь? -Ага.-На менее краткий ответ не было времени: мужчина уже приближался к переулку. Младшая Бьёрклунд носила туфли на шпильках исключительно во время выступлений, и сейчас эта привычка ей несказанно помогла. Трое девушек неслись по улицам во всю прыть, то и дело уворачиваясь, чтобы не столкнуться с прохожими и фонарными столбами. Сердца бились громко и быстро, почти в унисон - два живых и одно механическое. Адреналин огненным ветром подгонял со спины, не давая устать и сбавить ход. Дома проносились мимо как кинолента. Стая сизых голубей и коричневых воробьёв, клевавших оброненную кем-то булку, взорвалась хлопаньем крыльев и рассыпалась в разные стороны. Спустя минуту Сильвана услышала позади топот четвёртой пары ног - Из-за поворота в нескольких метрах от девушек выскочил телохранитель и кинулся следом. Спереди оказалась развилка. Громко, будто поддразнивая, свистнув, старшая Бьёрклунд отделилась от Мадлен и Паулы, ныряя в другую сторону. Ветер стал прохладнее, он с силой дунул на порозовевшие худые щёки. И вдруг всё стало как во сне. Мысли затянул непроглядный туман, а затем как наяву перед ней возникли ужасы прошлого. Появилась большая собака. Животное рвалось с цепи и громко лаяло, почти орало. Глаза налиты кровью, лапы роют снег и чёрную землю, а повод из железных звеньев держала рука, еле показывающаяся из-под расшитого узорами пончо. Кто-то другой больно сдавил плечи и с силой повернул к обезумевшей собаке. -Слушай сюда, дрянь!-Ударило в ухо хриплым баритоном.-Это - питбуль. Если ты от него не убежишь, он мгновенно порвёт тебя на куски. А если ты не побежишь я прострелю тебе ноги и оставлю в лесу умирать. Под тонкой порваной курткой громко тикали шестерёнки, в унисон им трещоткой прокатился барабан тяжёлого револьвера. Коротко остриженную девочку толкнули перед псом. Босые ноги немели от холода. Вокруг никого. Самая чаща леса. И неизвестно куда идти, чтобы вернуться домой - на пути сюда Сильване завязали глаза. -Пошла!-Этот крик сопроводил выстрел совсем рядом, волной горячего дыма обдав тощие ноги за секунду до того как те сорвались с места и щёлкнул карабин на ошейнике питбуля. Псина огромными скачками приближалась к девочке, что неслась сквозь деревья, выдыхая густой пар, спотыкаясь и царапаясь о колючие ветки. Метель белой стеной размыла очертания деревьев. Сзади острые зубы, спереди - неизвестность. Солнце блеснуло прямо в туманно серые глаза, сверкающие молниями как грозовое небо. Сильвана поняла, что до сих пор бежит. И бежит, похоже, уже несколько минут: перед собой она увидела площадь, больше напоминающую небольшой парк. Шум листвы, разговоры и детский смех вызывали умиротворение. Сбавив ход девушка как следует оглянулась: никого, кто бы её преследовал, в переулках не оказалось. В горле встал ком. Желудок будто сдавило. Стало дурно. Бьёрклунд прислонилась к дереву, и опёршись рукой о жёсткую чешую коры, опустила голову вниз, пытаясь привести в равновесие вестибулярный аппарат. Вместо этого её стошнило на траву. Долго, выворачивая желудок наизнанку, оставляя внутри жгучее, мерзкое чувство, а затем накатывая снова и снова. Наконец, придя в себя и сделав пару шагов от поребрика, рамкой окружавшего корни дерева, Сильвана огляделась, параллельно пытаясь привести себя в что-то похожее на порядок. Она решила узнать, где находится, и как отсюда выйти к Пауле и Мадлен, ведь скорее всего они потеряли её из виду и даже не договорились, где встретятся все вместе. Мимо проходила группа подростков. Три девочки, на вид лет так пятнадцати, о чём-то оживлённо болтали, время от времени хихикая между собой. Их летние платья были чуть ниже колен, худые ноги в белых гольфах и лодочках быстро шагали по мостовой. -Извините, вы случайно не знаете, что это за улица?-Спросила детектив по-английски, подойдя к ним. -Ну... Вон там табличка есть, можете посмотреть.- Ответила юная леди с чёрными кудрявыми волосами, указав на высокий дом, судя по виду это была гостиница. Смущённая улыбка не сходила с пухлых губ, пока она смотрела на Сильвану. Но как только та посмотрела в её карие глаза, она отвела взгляд в пол. Другие девочки рассматривали иностранку с любопытством. -А, и ещё.-Добавила Сильвана, как только они собрались продолжить свою прогулку.-Как отсюда пройти до Площади Звезды? Ей ответила уже светловолосая, с голубыми глазами и красным бантом в причёске: -Пройдёте туда, мимо пекарни, затем свернёте налево и там будет большая аллея. А с неё уже и арку видно. Идти минут десять.—Подростки говорили на уровне школьных знаний, но речь была достаточно понятна. -Х-Хорошо, спасибо... Девочки пошли своей дорогой, с увлечением перешёптываясь и оглядываясь назад, на Сильвану, уже направляющуюся по указанному пути. Она достала из кармана электротелеграф и принялась печатать сообщение на ходу. После нажатия кнопки отправить на пиксельном экранчике появилась анимация загрузки, а ещё через пару секунд - галочка, сопроводившаяся сигналом из трёх нот: отправлено получателю. Вокруг солнечный, радостный город, а в сердце чёрный мороз - осадок от эпизода приятен не бывает никогда. *** Паула вынула из кармана платья электротелеграф. Высветилось сообщение: Иду к отелю. Встретимся на площади. С.Б. Она посмотрела на Мадлен, поравнявшуюся с ней: девушки убедились что погони за ними больше нет и позволили себе идти спокойным шагом. -Надеюсь с ней всё хорошо.-Вздохнула Паула. -А как же?-Хмыкнула Мадлен, поправляя бантик на ридикюле.-Если ей пришло в голову увести от нас преследователя, то она явно знает, что делает. -С чего ты взяла? -Мозг у неё работает быстро. -Это мог написать тот человек. Вдруг он её поймал?-Лихтенштайн мяла подол платья от волнения. -Успокойся. Мы почти там. Если что у меня есть одна хорошая вещь.-С этими словами Эскофье-Бьёрклунд расстегнула карман ридикюля и крутанула в руке блестящий предмет. Длинные острые ногти лязгнули о рукоять. -Ты носишь с собой нож?-Удивлённо шепнула Паула, глядя на диковинку. -Да.-Мадлен ответила так, будто для неё это было чем-то совершенно обычным.-Называется "бабочка". Не забывай, я в кабаре работаю, к тому же оно ещё и в квартале красных фонарей. Так что похотливых дураков предостаточно. Она подкинула нож и поймала, немного испугав этим Паулу. Та содрогнулась при виде небольшого, но, всё же, весьма опасного оружия. -Ты применяла его когда-нибудь? Я имею ввиду, в целях... Самообороны. -Нет. Но вот пригрозить, чтобы очередной мужлан отвалил и не приближался - да, бывало такое. Они все там думают, что женщина - товар, причём любая, даже не шлюха... -Ужас... -Мир жесток, Chéri. Тут нужно уметь за себя постоять. Змея разношёрстных домов показала свой хвост. Из-за неровной линии черепицы и труб показалась Триумфальная арка, возвышавшаяся на фоне голубого неба. Большая каменная скульптура, полностью противоположная невесомым облакам. На её барельефах крылатые девы уже как двести с лишним лет беззвучно трубили в роги. «Как живые» - Думала Паула, каждый раз глядя на них. Шаги длинных ног пересекали площадь. Руки наспех причёсывали пальцами волосы под беретом. Сильвана подошла к спутницам, на время отделившимся от неё. -Возвращаться в отель пока нельзя.-Тихо сообщила им она, осмотревшись. -Тогда приглашаю в гости.-На той же ноте сказала Мадлен. -А где ты живёшь?-Заинтересованно спросила Паула, до сих пор прокручивая в голове мысль о содержимом сумочки певицы. -Отсюда придётся проехать на омнибусе. Где-то пару-тройку остановок. Нам нужен номер тринадцатый.-Та указала на дорожный знак рядом с деревянной скамейкой под железной, сшитой клёпками крышей на толстых прутьях. К ним прибита тиснёная таблица с расписанием, где значились время, в которое ходят многоместные паровые экипажи, и их номера. Здесь тринадцатый не значился, и девушкам пришлось пройти дальше, чтобы увидеть другую остановку. Там их поиски увенчались успехом, и они, дождавшись омнибуса, зашли в сложившиеся по бокам гармошкой двери. Поездка оказалась недолгой, совсем скоро Мадлен кивнула на многоквартирный дом по правую руку. -Приехали.-Эскофье-Бьёрклунд первой ступила на мостовую, затем Паула и, наконец Сильвана. Оказавшись внутри, а затем поднявшись на четвёртый этаж, они, с несколько секунд послушав звяканье ключей, зашли в прихожую. В обувнице стояла целая коллекция туфель, что была в довольно ограниченной палитре, начиная от красного, а заканчивая винным и чёрным. Паула, снимая обувь, пыталась их сосчитать, однако голос Мадлен из гостиной остановил её: -Во Франции обувь дома не снимают. Заходи так.-Сказала ей она и заговорила с кузиной на шведском. Лихтенштайн застегнула ремешок на туфле обратно и вышла к сёстрам. У длинной козетки стоит журнальный столик, под ним был ковёр, напоминающий индийскую мандалу, а напротив - книжный шкаф, где на полке, помимо романов, хранились свечи, картонка спичек и колода таро в деревянном коробке. Кухня наполовину закрыта стеной, из скруглённого сверху пролёта, на столешнице, видно коричневые пакеты с чернильными печатями. Уехав из Смоланда, Мадлен наконец обрела настоящий дом, который выглядел в точности так, как она того хотела. Это место сочетало в себе грацию и мистику, пахнущую благовониями. Легко угадать, что и девушке, живущей в нём, присущи эти качества. -Мы здесь побудем немного и уедем.-Начала Сильвана.-К вечеру, скорее всего... -Нет-нет, вы можете тут оставаться дольше. Гостей кроме Сесиль у меня нет.-Заверила её Мадлен.-Давайте пока чаю заварим. -Чай это хорошо.-С этими словами Паула устроилась на козетке, сомкнув колени вместе. Она восторженно осматривала гостиную, пока Эскофье-Бьёрклунд ставила полный воды чайник на газовую конфорку. Когда вода закипела, девушка перелила её в фарфоровый заварник и принялась крутить внутри него деревянной палочкой, отчего образовался маленький водоворот. В самый его центр изящная маленькая ложка насыпала заварку. Вода медленно начала темнеть, приобретая глубокий янтарный оттенок. Аромат бергамота поднялся вверх и соблазнительно потянулся своими мягкими, как у кота, невидимыми лапами, к гостьям. Мадлен поставила чайник, чашки на блюдцах и тарелку нарезанного кубиками марципана на поднос с двумя ручками по бокам. Вернувшись в гостиную, она поставила его на журнальный столик и села слева от Паулы. Справа же отдыхала от долгой пробежки Сильвана. -Ты сегодня была какой-то странной.-Вздохнула Мадлен разливая чай.-Когда мы встретились на площади. Какая-то нервная... На это Сильвана качнула головой. -Ну, я... Слегка заблудилась.-Спокойно отрезала она, стараясь не вспоминать об эпизоде, накрывшем тогда с головой. Тот же голос в её мыслях молил, чтобы Паула ничего не заподозрила. Та, хорошо зная человеческую натуру и людей в принципе могла быстро вычислить ложь даже у неё: человека, очень скупого на эмоции. «Жаль я не взяла её на допрос, мы бы справились легче.»-Подумала Бьёрклунд, вспоминая инцидент с Ранганом Хатри. Вот и марципан закончился. И чай тоже весь выпит. Пора собраться с мыслями, смотря на розовую кайму пустой чашки. Хоть звук промолвить, помимо разговоров о красивом городе, помадах и милых шляпках. Паула как раз без умолку болтала о двух последних с Мадлен, когда Сильвана встала с места. -Тут что-то не так...-Выдохнула она, глубоко в душе не желая прерывать идиллию. -Ты о дворце?-Лихтенштайн подняла глаза на девушку. -Да. Думаю, дело в людях. -М-м... Я видела только охрану. Больше никого.-Сказала Эскофье-Бьёрклунд.-Это считается странным? -Вероятно. Но я видела ещё одного человека. На третьем этаже была женщина. Она говорила с ними. -Организатор, скорее всего. А разве там не должны быть ещё и учёные? Судя по тому, что выставка в середине июня, то они уже должны к ней готовиться. -Ни одного сумасшедшего парня в белом халате.-В шутку посетовала Паула, улыбнувшись и пожав плечами. -И в этом вся загвоздка.-Сильвана ходила туда-сюда по ковру, пока говорила.-Сейчас самое начало июня, а изобретения - дело серьёзное. Привезти, собрать, проверить - уйма дел на две недели. В конце мая мы узнали об аукционе... -Я поняла! Они готовят именно его! -Хорошо. Мадлен, что ещё? -Они попросили изобретателей подождать, как будто там технические неполадки, а потом попросят быстро всё сделать.-Заговорила та.- Освещение, места, всё такое. Если бы всё готовилось по полной, тогда мы бы там увидели либо занавешенные окна, либо кучу народу с именными значками. -А ты учишься.-Подметила Сильвана, указав двумя пальцами на кузину, будто изображая рукой пистолет.-Лично моё мнение таково: Они специально перенесут его и таким образом дадут себе время подготовить и аукцион, и выставку. -Двух зайцев одной пулей.-Добавила Паула. -Выстрелом.-Поправила её детектив и обратилась к кузине.-Что-ж, добро пожаловать в мой мир. -Страшновато тут у тебя.-Шутливым тоном отозвалась та.-Прямо как на американских горках. *** Номер впитал в себя жару всего дня, поэтому Сильвана, зайдя в номер, сразу включила вентилятор на потолке. Она терпеть не могла такую погоду, искренне благодаря те моменты, когда наступал вечер. А вечера здесь были на редкость нежные, мягкие, так и завлекают пройтись за стаканом содовой или ванильным мороженым с шоколадной крошкой. Девушки смыли день под прохладным душем, ибо тела требовали этой прохлады. Никаких отяжеляющих голову мыслей. Сейчас - только мокрая кожа под халатом, блестящие от воды волосы и самое начало лета. Только мягкая простыня и молочный кофе с круассанами. Лето набирало свою силу, подгоняя людей сделать всё то, что планировалось зимой. Но у девушек были свои планы на этот вечер. -Боже правый, как хорошо без косметики!-Сказав это, Паула устроилась на краю кровати, примкнув своими коленями к худым, угловатым коленям возлюбленной, вышедшей из ванной комнаты раньше неё. Нос дразнил тонкий терпкий аромат, смешанный со сливочным, и тёплыми нотами выпечки воедино. Она посмотрела в длинное окно и стеклянную дверь балкона, слушая приглушённые переливы музыки, исходящие от одного из жилых домов, когда Бьёрклунд заговорила: -Что не так с этим делом? Твою мать, ничего непонятно... Вроде бы есть киллер, вроде бы он убивает. Но зачем ему оставлять подсказки? Зачем он нас ведёт? -Тоже над этим думала.-Подключилась Лихтенштайн, сделав глоток из чашки.-Если бы он был настроен убивать всех кто интересуется аукционом, то почему на нас не покушался? -А ещё мы до сих пор не знаем, кто это делает. Вдруг разные люди? И чем таким ужасным они все там торгуют? Зацепок нет.-Было видно, что Сильвана рассержена отсутствием ключей к нужным дверям. -Лично мой метод это просто наблюдать за делом пока оно само не приведёт меня к разгадке. -В корне не согласна.-Холодно отрезала детектив. -Расслабься, Сильви.-С этими словами Паула толкнула её в грудь, заставив повалиться на кровать спиной. Она зависла над ней, скользнув рукой по ключице.-Хоть сегодня. Ну пожалуйста! Сильвана положила руку на её узкую талию, пристально глядя в глаза. Та в ответ долго и крепко поцеловала её, сбросив с плеч уже сделавший своё дело халат. Другая рука уже легла с другой стороны. Паула встала с кровати, прильнула к возлюбленной и, закусив полную губу, наблюдала за её реакцией. Вдруг раздался трезвон телефона, стоящего на трюмо. Бьёрклунд рефлекторно откинула голову назад, чтобы найти источник звука. Лихтенштайн, с досадой закатив глаза, перебралась с неё обратно к столику. Детектив же невозмутимо сняла трубку и села на стёганый пуфик. -Сильвана Бьёрклунд, Скотленд-Ярд.-Представилась она в динамик голосом с каплей усталости.-А, Генри, это ты. И какого чёрта тебе нужно от меня, когда я в Париже? Ах вот оно что... Она поговорила немного и повесила трубку. Затем подошла к шкафу, открыла, достала одежду. Как заметила Паула, вещи были формальные: котелок, жилетка, брюки и рубашка, всё кроме последнего в чёрном и сером цветах. Нетрудно было догадаться, что сообщили о деле. -Убийство. Заброшенное здание на окраине города.-Предугадав вопрос заговорила Сильвана.-Скотленд-Ярд заранее сообщил французской полиции, что я приеду, но с регистрацией мы протянули... -Ясно.-Бросила инспектор и заглянула в шкаф.-Когда подадут экипаж? -С минуты на минуту. Пока нас пригласят как консультантов, потом получим разрешение... -И полноценно возьмёмся за дело. -Правильно. Пока Лихтенштайн натягивала чулки, закрепляя их на ремешках пояса, к ней в руки прилетело тёмно-серое платье. Проворно натянув его поверх белья, она принялась за кожаный корсет, извлечённый из комода. Девушка обулась в чёрные туфли, застегнула их ремешки и уже красила губы полупрозрачным, похожим на клубничный джем блеском из коробочки, когда в окне мелькнули огни фар и овального верхнего фонаря такси. Спрятав коробочку в плюшевый ридикюль-мишку, она выскочила из номера за Сильваной, как раз доставшей ключ из вшитого в жилетку потайного кармана. Дорога была утомительно долгой, а в трясущемся салоне пахло дешёвым табаком, ибо шофёр не вынимал изо рта папиросу. Леди внутренне возликовали, наконец расплатившись и вдохнув свежий воздух на выходе из экипажа. Им пришлось немного постоять на земле, прежде чем подойти к уже ожидавшим их джентльменам в форме. -Здравствуйте, детектив. Здравствуйте, инспектор.-С улыбкой заговорил полноватый офицер. По-английски он изьяснялся на удивление хорошо.-Вы недавно приехать, да? Бьёрклунд кивнула. -Добрый вечер. Где труп? Полицейский немного опешил, однако на вопрос ответил: -Обойдёте и сзади руин этих будет. Разбился насмерть. Имя не знаем. -Нельзя судить сразу. Пола, идём. -А вдруг не сам?-Проходя мимо полицейского, кокетливо пропела Лихтенштайн и ступила на плешивую траву. Сильвана сразу обратила внимание на голые клочки земли. -Здесь часто бывают.-Заметила она. -Возможно, дети.-Пожала плечами Паула.-Они любят такое. Вон, все стены исписали и изрисовали. Заброшенное здание имело пять этажей, два последних - почти полностью разрушены, на верхнем была только лестница и один примыкающий к ней угол. У низкого окна лежал человек в чёрном грязном костюме, глаза закрыты, рубашка испачкана в сухой грязи. -Тройка. Дорого.-Бьёрклунд наклонилась, слегка принюхиваясь к воздуху.-Даже не сильно бледен. Он тут совсем недавно... Холодный? В ответ один из судмедэкспертов, сидевший на корточках с лупой и пинцетом, сначала поднял голову на детектива, нависшей над ним, а затем рукой в виниловой перчатке коснулся лба покойного и молча кивнул. -Яс-сно.-Только это и сказала высокая девушка, продолжив ходить вокруг. Миниатюрная, шагая следом, вдруг тихо ахнула и взяла её за плечо: -Сильвана, лицо!-Прошептала Лихтенштайн по-немецки. Та повернулась: -О чём ты?-Спросила она на том же языке. -Я видела его раньше. Когда мы бежали. Это телохранитель! -Хм... Думаешь, убит? В ответ лишь еле заметный кивок. Паула нервно кусала губы, пока Сильвана искала следы, кусочки пазла, что могли привести её к факту. Но как бы она ни смотрела, под каким бы углом ни искала - везде натыкалась на тупик. Она спросила про яд - ничего, порезы - тоже, кроме ран от падения. Она попросила закатать рукава мертвеца и увидела на них несколько точек. Следы иньекций. Но этого было мало, чтобы доказать убийство, если оно всё-таки произошло. Завихряясь между шестерёнок и наполняя сердце острым дымом, зарождался бесшумный гнев. -Неизвестно.-Выдохнула Бьёрклунд по-английски после долгого молчания. От неё, похоже, ожидали большего, считая одним из лучших детективов.-Я не могу понять, от чьих рук он умер. Уколы могут быть от морфина или другого яда, так что... Нужно выяснить что именно его убило. Получится выяснить всё до конца только когда тело будет в морге, с полным заключением от судмедэкспертизы. На этом пока всё. Полноватый офицер выглядел слегка расстроенно после этого заявления, однако всё же приосанился, когда услышал, что оно не окончательное. Мужчина на французском языке поговорил с остальными полицейскими, после чего обратился к иностранкам: -Как знаю, вы ещё не записаны у нас. Тело увезти и без моего контроля, не беспокойтесь, мадемуазель Бьёрклунд. Идёмте к экипажу, мы поедем в главный участок. -Чёртов тупик!-Рыкнула Сильвана сквозь зубы, когда они выехали на главную дорогу. Мысленно она бранилась куда больше и куда крепче - в расследовании она почти ничем не помогла. -Ругаться невежливо.-Заметила Паула, положив маленькую ладонь на манжет её рубашки. Та отдернула руку: -Извини. -Мне интересно, почему ты так хорошо говоришь на немецком?-Инспектор попыталась перевести тему, отвлекая возлюбленную от её же ярости.-Ты всегда какая-то загадочная, сколько вещей о тебе ни знай. -Дед научил. Он хотел чтобы я работала в Германии. Там хорошая система права, ну, как он думал. Я после его смерти опровергла это... -А теперь навык пригодился. -И правда.-Уголки губ детектива поднялись, что заставило Лихтенштайн внутренне ликовать: получилось.-Я встречаюсь с немкой, что ещё говорить... В кабинете, куда дам направил офицер, разило одеколоном, и когда они закрыли за собой дверь, стало понятно, откуда: лысый худой клерк лет тридцати семи в ярко-зелёном костюме сидел, сгорбившись, за столом, через монокль рассматривая мелкий шрифт на документах. Зажав монокль между бровью и щекой он поприветствовал гостий: -Bonjour, вы уже приходить! Мне месье Мартинэ сообщить чтобы я вас зарегистрировать здесь.-Мужчина оказался очень высоким, это стало понятно когда он поднялся с кресла и выдвинул ящик в поисках пустых бланков. Потом он извлёк тонкую стопку, обмакнул палец в губку и отсчитал два экземпляра, после чего положил их на письменный стол, вместе с двумя перьевыми ручками из держателя. Паула и Сильвана сели напротив, заняв два подготовленных клерком стула. Бьёрклунд всегда проверяла всё, что нужно подписывать, поэтому оба бланка она прочитала чуть ли не до дыр, перед тем, как вернуть один Лихтенштайн. Та считала французских стражей порядка вежливыми и приятными, не вызывающими к себе какого либо страха, детектив же - наоборот, слишком холёными и слащавыми, мысленно сравнивая с продавцами сахарных кристаллов на палочке. Бесконечная улыбчивость была ей противна, в её глазах такое поведение было лишь маской для чего-то внутри, а доверие людям в масках - неколебимым табу. Сильвана потянула носом: нет, от губки для пальцев не пахнет. «Телохранитель очень похож на его жертву. Подстроить самоубийство или передозировку морфина очень в его стиле. Убить, но не выдать, что убил. Свалить всё на жертву. Интересно...»-Думала она, наконец ставя размашистую подпись внизу бланка. —Хорошо, спасибо.—Сказал лысый клерк и разложил ещё два листа.—Эти остаться у вас. Когда подпишете пойдёте к стойка в зал, там поставят печать. В главном зале четыре экземпляра обрели круглые печати Парижского департамента полиции. Когда процедура была закончена, мужчина отвлёкся на разговор с одним из полицейских. Тот выглядел очень обеспокоенно, то и дело перестукивал по столу пальцами, переминался с ноги на ногу. Сильвана вдруг заметила, что в здании стало оживлённо, достаточно быстро, ведь когда она зашла к клерку, всё было спокойнее. —Извините, мистер, с чего такая суета? Полицейский чуть ли не подпрыгнул: —Пожар на площади Пигаль. Кабаре рядом с Мулин Руж.—Выпалил он на ломаном английском.—Как оттуда новость летать... Париж знать за секунду... —Пола, едем.—Бьёрклунд ухватила Паулу за запястье и бегом направилась к выходу. На улице мужчины в форме садились в экипаж, рядом проехал большой, пожарный, окрашенный в красный и с баком для воды сзади. —Мы с вами, вот временное удостоверение.—Инспектор Лихтенштайн показала свой документ в зеркало перед лобовым стеклом. Водитель молча дождался, пока паровой двигатель разгонится и тронулся с места. На площади столпился народ. Догадки девушек оказались верны: горит "Полумрак". Пожарный в железном шлеме кричал что-то в рупор, его коллеги поворачивали вентиль на баке и присоединяли шланг, размотанный с катушки. Здание кабаре полностью охватило пламя, освещая район в разы ярче фонарей. Вздымая рыжий, светящийся пепел, падали балки и буквы над входом. Протиснувшись вперёд, Паула и Сильвана искали глазами знакомое лицо. Мадлен. Она может быть внутри. В кровь мгновенно влился адреналин, заставив мышцы напрячься, а мозг - реагировать стремительно и точно. Бьёрклунд приблизилась к главному входу, дышащей жаром пасти дракона, что так и хочет облизнуть огнём, потом съесть и оставить лишь голые кости, как поступил с заведением. Двери были открыты лишь на щель.Серые глаза прищурились в поисках людей внутри, но пусто. Только зелёные бутылки и осколки посуды валяются на обугленном полу. Занавес сгорел полностью. А вдруг она уже выбежала? Сильвана принялась искать. Она рассматривала каждое лицо в поисках медного протеза и длинных, почти чёрных волос. Донёсся приглушённый зов Паулы: «Мадлен! Мадлен!» Детектив дошла до конца толпы. Секунды длились как минуты. Обуяла тревога. Перед носом зависали крошечные огоньки. Пожарные суетятся. Из шланга вот вот польётся вода. Рядом с экипажем, опираясь на фару стоит высокая дама и говорит со спасателем, что пониже ростом. Из волос её выбивается заколка, на голом плече пятно сажи, прямо над большими ссадинами до локтя, а длинное, чёрное платье красуется прожжёной дырой, слева, в области колена. Нижняя половина лица мокрая, на губах - то, что осталось от алой помады: смазанная кривая полоса до середины щеки. В руке с обломанным ногтем - мокрый платок, протирающий металлический нос. Сильвана сорвалась с места и ринулась в их сторону. —Ты в порядке?—На удивление спокойно спросила она у младшей кузины, остановившись. —Да. Но Сесиль ещё внутри!—Голос той почти кричал.—Я не знаю что делать! Говорят что всех вытащили. —Среди толпы её нет? —Нигде! —Чёрт... К ним подбежала Паула. —Всех вывели?—Спросила она у пожарного, переводя дыхание. —Мы ищем.—Ответил тот с каплей раздражения в тоне.—Бригада уже вошла в здание. Не лезьте вперёд профессионалов, мадемуазель! Вдруг Сильвану осенило: —Чёрный ход!—Воскликнула она.—Где он? —Сзади, за железным ограждением. —Ключ при тебе? Мадлен кивнула. —Пошли. Твоя подруга может быть в гримёрной. Огонь идёт вверх и вряд ли так быстро спустится. Друг за другом девушки свернули в переулок и вышли на другую улицу. Найти кабаре с противоположной стороны не составило труда, ведь огонь вырывался из-под крыши. Мадлен отперла калитку, а затем и саму дверь чёрного хода. Прямо к ней в руки вывалилась напуганная Сесиль. —Мадо!—Перебирая худыми руками она обняла подругу за талию и громко затараторила по-французски, почти с пулемётной скоростью. От неё пахло горелым шифоном, юбка зелёного платья в стиле эльфийки сыпалась бисером и обугленными кусочками ткани, сгорев по краям. —Скорее всего она пыталась выйти через сцену. Как итог:  оказалась в западне.—Отметила вслух Сильвана, стоя рядом с Паулой.—Я видела, что эта штука с кулисами отвалилась. —Ох, привет, красавчик!—Дюбуа вдруг подняла глаза на детектива и кокетливо помахала рукой. —Позвольте заметить, я не джентльмен.—Сдержанно ответила та. —Ну что вы, я помню. Просто шучу чтобы... —Как начался пожар?—Перебила её Бьёрклунд.—Кто-то сигару не потушил, или вроде того? Сесиль покачала головой: —Это был поджог. Коктейль Молотова бросили прямо в главный вход. Я видела как летела бутылка. И даже того, кто её кинул!