Элия

46 С кем бы ни общался Микэль, он начал внимательно изучать пальцы собеседника, это едва не превратилось в навязчивую идею — каждый мог быть Элиосом и только кольцо Власти поможет распознать его, ведь от этого кольца титану никуда не деться, в кого бы он не трансформировался, кольцо всегда будет с ним. Микэль не подпускал к себе даже Анрэя, пока не осмотрел его руки. — Любимый, в чем дело, что за досмотр? — насторожился парень. — Да так, просто, — проговорил Микэль, не зная, что ответить. — Или, быть может, ты ищешь кольцо Власти на пальце Элиоса? Элиотид ничего не ответил и отвернулся в сторону, но Анрэй развернул его к себе, схватив за плечо. — Микэль, я думал, что между нами нет тайн. Тебя до сих пор преследует Элиос, что ты в каждом боишься увидеть его? Элиотид опустил глаза, он не мог соврать парню: — Да. Анрэй сжал кулаки и стиснул зубы. — Он с тобой что-нибудь сделал? Отвечай, Микэль, только не лги! — Ничего он со мной не сделал. Хотел, конечно, но я пристыдил его и он остановился. Я сказал, что он не сможет дать мне любви, потому, что я не люблю его, а потом ты проснулся и позвал меня. Это все. Анрэй крепко обнял элиотида, погружаясь лицом в белоснежное облако его волос. — Я никому не намерен отдавать тебя, Микэль, слышишь? И буду драться с самим Элиосом, если придётся. Я выколю ему его бледные глаза! Элиотид рассмеялся, отстраняя парня. — Я не вещь, Анрэй, чтобы отдавать или не отдавать меня. Если я сейчас с тобой, то только потому, что сам так хочу. "Сейчас с тобой", — подумал Анрэй, — "а потом?!" — Я хочу, чтобы ты всегда был со мной, — ответил элиец. — Я тоже этого хочу, — сказал Микэль, — также, я ещё раз хочу напомнить тебе, что я не вещь и никому не принадлежу, помни об этом, я не чья-то собственность. — Да, ты не вещь, конечно же, но я боюсь потерять тебя. Все пожирают тебя глазами, исключительно все, знаешь, как это больно! Элиотид посмотрел в окно, за которым пенилось море. Он пожал плечами. — Разве есть в этом моя вина? Быть может, тебе следует найти кого-то с менее броской внешностью, на кого не будут обращать внимание окружающие? — Но я люблю только тебя! — воскликнул Анрэй. Калео бродил по саду, кутаясь в плащ. Он долго пролежал в воде и его знобило. Юный элиотид вспоминал вчерашние моменты, отматывая назад плёнку памяти. Почему Элиос целовал его? Ведь перед этим он сказал, что элиотид ему не нужен и только раздражает. Калео запутался. Он не мог понять Элиоса и резкие перепады его настроения. То повелитель бывал ласков и нежен с ним, потом вдруг становился жестоким и раздражительным. Парень не мог понять, с чем это связано. — Калео! — окликнул его кто-то. Парень повернулся и увидел Кэя. Каштановые волосы дворцового прислужника были собраны на затылке и завязаны тесьмой в длинный хвост. Накинув на плечи плащ, Кэй занимался садом. Говорят, что у него имелись ключи от всех дворцовых комнат, кроме лаборатории, так как Элиос после трагедии хранил ключ от неё у себя в тайнике. — Прости за вчерашнее, — проговорил Кэй. — Ты о чем? — не понял Калео. — Ты ничего не помнишь? Элиотид покачал головой. — Я чистил пруд и нашёл на дне тебя. Чтобы вернуть тебя к жизни, мне пришлось сделать искусственное дыхание, — говоря об этом, Кэй смутился и слегка разволновался. Никогда ещё он ни к кому так не прикасался и не ощущал на своих губах даже мимолетный поцелуй (так как в Элии это противоречило закону). После того, как он соприкоснулся с губами Калео, как держал его на руках, пытаясь спасти, Кэй начал ощущать в груди странное волнение при виде юного элиотида и сердце начинало стучать чаще. Никогда прежде он не испытывал ничего подобного. — Искусственное дыхание? — спросил Калео. — Это ты... Кэй смутился и продолжил: — Это увидел Элиос и очень сильно разозлился. — Правда? Он разозлился? — оживился Калео, сразу же представив сцену, как Кэй делает ему искусственное дыхание и все это выглядит как поцелуй. Парень подбежал к Кэю и схватил его за запястье. — Опиши мне в подробностях, как отреагировал Элиос! Кэй слегка отшатнулся от неожиданности, но был вовсе не против, чтобы Калео хоть как-нибудь прикоснулся к нему. — Элиос?.. Он начал на меня орать, я очень испугался, так как редко видел его настолько разгневанным. Затем он подошел, вырвал тебя у меня и куда-то утащил. Глаза Калео радостно заблестели: "Элиос меня ревнует, значит, на самом деле я ему небезразличен!" — Спасибо! — закричал Калео, переполненный радостью. Он обнял Кэя, с благодарностью чмокнув его в щеку и убежал во дворец. Ошарашенный Кэй смотрел ему вслед, держись за щеку, к которой только что прикоснулись губы элиотида. Волнение, поселившееся в душе со вчерашнего дня, лишь усиливалось и Кэй продолжал стоять и смотреть, тогда как юный элиотид уже скрылся в дворцовых стенах. Элиос вошёл в зал, издалека уже слышна была музыка. Повелитель остановился в центре зала, увидев, как здесь же пляшет Калео. В одной руке у элиотида была небольшая арфа, на которой он подыгрывал себе, в другой — держал бубен, которым, время от времени, он постукивал себе по колену. Калео закружился вокруг Элиоса, грациозно вытанцовывая, он улыбался, а в глазах горел огонь. Элиос расхохотался. — Что это еще такое, Калео? У нас какой-то праздник? — Может и праздник, — ответил элиотид, закружившись в танце. Он преградил дорогу повелителю, не пропуская его, пытаясь очаровать или даже соблазнить своими движениями. — Ну хватит дурачиться, мне нужно работать, — Элиос плавно отстранил его. Арфа выпала из руки элиотида, в дурном настроении он убежал к себе. Два элиотида поздно ночью парились в банях. — Как думаешь, почему умер Зэн? — спросил один элиотид, которого звали Актеон, спускаясь в бассейн. — Его убило энергиями, это же очевидно, — ответил другой, по имени Киар. — А для чего он забрался в лабораторию Элиоса? — снова спросил Актеон, расположившись поудобнее в тёплой воде и закрыв глаза от удовольствия. — Поговаривают, с помощью этих энергий, — Киар снизил голос до шепота, — Зэн хотел свергнуть Элиоса, но, не умея управлять ими, сам стал жертвой. Актеон едва заметно усмехнулся и ответил также шепотом: — Не только Зэн мечтал об этом, многие устали от диктатуры Элиоса, всем уже надоело подчиняться законам этого маразматика, не имеющим никакого смысла. — Хочешь сказать, это бунт, заговор? — посмотрел на него Киар, нежившийся в воде, напротив собеседника. — Пока ещё нет, — ответил элиотид, — но недалек тот день. Мы устали это терпеть, каждый хочет иметь свою личную жизнь, но из-за старого идиота здесь все должны жить в одиночестве. На всех планетах жители имеют свою вторую половину и только мы живем как не пойми кто. Если бы удалось отменить эти законы, я бы... — Актеон так откровенно посмотрел на Киара, что элиотид смутился и отвел взгляд. Он и сам испытывал влечение к прекрасному Актеону, но испуганный участью Микэля, не смел даже думать об этом.