ГРАНИЦА ПУСТОТЫ: По праву рождения

     - Левант, город больших возможностей. Аукционы, магазины, казино, богатеи и прочие достопримечательности. Если у тебя за душой нет, хотя бы тысячи нумис, ты ничто, – продекламировал Фалько.      - Очевидно, поэтому ты попросил у капитана денег. Я все еще не могу поверить, что ты это сделал, после того как он довез нас сюда на полдня раньше положенного, – с возмущением произнес Энней. – Я чувствовал себя последним нищим, мне давно не было так стыдно.      - Брось, нам еще долго идти, а еду за «спасибо» тебе никто не даст. К тому же, он был рад нам помочь, они же пираты и у них наверняка полные трюмы золота, – запротестовал Фалько.      - Ладно, ладно ты меня убедил, но больше так не делай. Идем, надо найти гостиницу, – Энней махнул рукой. Спорить с этим парнем было просто бесполезно, он найдет тысячу нелепейших причин, но докажет свою правоту.     - Кстати, я не стал спрашивать при пиратах, но что такое Кинис? Я раньше не слышал этого слова, – поинтересовался Фалько.      - Понятия не имею. Его знает Кайзер, это он победил капитана. Не думал же ты, что я сознательно проделал такое? – бросил Энней и двинулся вперед.      - Кайзер? Это имя захватившего тебя демона? Жутковатое, - парень передернул плечами и направился за другом.      Город Левант был красочным и очень активным, жизнь здесь не утихала даже ночью. Можно было сказать, что именно ночью и начиналось все самое интересное. Все ночные клубы, аукционы и бары открывались именно с заходом солнца. Днем же город жил обычной размеренной жизнью: люди ходили на работу, занимались домашними делами, дети ходили в школу.      Левант был единственным городом в Стоунроке, где преступность была сведена практически к нулю. Город имел большой штат охраны и по улицам то и дело сновали военные. Кроме того из-за многочисленной знати, почти каждый дом имел личную охрану. В общих чертах город представлял собой единый центр развлечений под усиленной охраной «цепных псов шерифа», как в шутку называли охранников местные жители.      - Давай разделимся, – сказал Фалько, когда они дошли до гостиницы. – Ты можешь посмотреть город, а я пока улажу дела с гостиницей и куплю нам провиант. Я здесь все равно уже бывал. Встретимся у входа в гостиницу на закате.     - Хорошо, – Эннею эта идея очень понравилась, ему нетерпелось, как следует осмотреться. Раньше он никуда не выезжал и теперь, каждый новый город был для него кладовой новых впечатлений.      Бейлер пошел по небольшой улочке, пестрящей вывесками различных баров, магазинов и прочих заведений, предлагающих множество товаров и услуг. Большая их часть была сейчас закрыта, но его это особо не огорчало. Для Эннея было достаточно любоваться красотами города, который и вправду был великолепен. Левант являлся один из самых старых городов страны и сохранил в себе много отголосков древней эпохи.      Блондин с восторгом рассматривал малейшие узоры зданий, старинные вывески и скульптуры. Дойдя до маленькой площади, он остановился и присел на лавочку у небольшого фонтана в виде двух лебедей, из клювов которых бежала вода. Он сидел, рассматривая свое отражение в зеркальной воде.      «Интересно, как там сейчас Сею и Мейс? Жаль, что мне так и не удалось с ними попрощаться», – вдруг с грустью подумал Энней. - «Кайзер, почему они не помнят меня, почему никто не помнит?»      «Судьба пыталась залатать дыру, вызванную твоим парадоксом, и не придумала ничего лучше, кроме как просто стереть тебя из их памяти, вернув все к изначальной точке», – ответил голос, но на этот раз он был не такой холодный, скорей наоборот ободряющий.     «Что это значит мой парадокс?» – Энней очень удивился, раньше он ненавидел этот голос, но сейчас негатива в его адрес было немного меньше.      «Каждый из детей нашей планеты имеет собственные цепи жизни, кующиеся еще до их первого рождения и переходящие из жизни в жизнь. Но иногда рождаются подобные тебе, чья цепь формируется в процессе жизни и зависит от принятых решений и от выбора, который они делают. Такие создания влияют на цепи тех с кем общаются, несколько изменяя их и насильно вплетая в свою цепь. Проще говоря, они рождаются не зависимо от Судьбы, хотя и не должны. Я разорвал хрупкую грань, связывающую тебя с жителями деревни и их цепи восстановились. Они никогда не вспомнят о тебе, словно тебя и не было», – ответил Кайзер.      «Что-то я совсем запутался, но почему это происходит?» – голова у Эннея кружилась от переизбытка шокирующей информации. Одно он уяснил четко – с ним определенно что-то не так и даже если он найдет ответы, назад его жизнь уже не вернется.      «Этот вопрос не по адресу, ты должен задать его тому, кто дал тебе жизнь или тому кто более сведущ в хитросплетениях мира. Но я не могу сказать тебе, как поступить», – голос стих.      «Секундочку, выходит я все же повлиял и на судьбы тех солдат и Брукса. О нет. Ну почему стоит только всему немного наладиться, как меня снова скидывают с небес на землю», – настроение у Эннея упало ниже некуда. Ненависть к проклятому демону возросла с большей силой.      - Простите, вам плохо? – чей-то голос вывел ому из транса. Энней повернулся. Прямо рядом с ним стояла девушка, его возраста. Симпатичная с двумя белокурыми косами, почти касающимися пола и яркими зелеными глазами. В косы были вплетены белые ленточки, того же цвета была и вся одежда. Ее платье сразу понравилось оме, оно было с коротенькими рукавами и слегка не касалось колен. На указательном пальце девушки прямо поверх перчатки было надето кольцо, с виду очень старое. Кольцо было сделано из странного зеленого металла, который почти просвечивался на солнце, на нем расправив крылья, сидел скарабей из того же материала.      - Вы хорошо себя чувствуете? – переспросила девушка, ее голос, как мягкий ручей, ласкал слух.      - Да, спасибо, я просто задумался, – наконец ответил Энней. Вся агрессия мигом улетучилась. Рядом с ним стоял ангел, спустившийся с небес.      - Слава Гралерису, а я уже было, решила, что вам плохо, у вас был такой отрешенный взгляд, – девушка улыбнулась. – Я Бейа, Бейа Энглис.      - У вас очень красивое имя, а я Энней, просто Энней, – имя, как и его обладательница, показались оме невероятно милыми. Раньше Бейлер как-то не задумывался, что может создать семью еще и женщиной, наверное потому, что тех было очень мало и они чаще выбирали в мужья мужчин. Да и папин пример всегда был перед глазами. Но сейчас глядя на эту белоснежную красавицу, Энней мог с уверенностью сказать, что когда придет время остепенится, был бы не против такой жены. – А вы живете в этом городе?     - А можно на «ты», мы ведь ровесники? – спросила Бейа и Энней одобрительно кивнул. – Да, я живу в этом городе в приюте Серпенс. Я сирота.      - Мне очень жаль, – Энней вдруг ощутил еще большее родство с этой девушкой, в конце концов, сейчас он и сам был все равно, что сирота.      - О нет, все в порядке, я вполне счастлива. Приют стал для меня домом, а Стелла заботиться о нас, как о родных, так что у меня все хорошо. Я кстати иду в магазин мистера Торри, не хочешь ли составить мне компанию. У меня почти нет друзей моего возраста, и иногда это угнетает, – девушка расплылась в улыбке. Она была такой милой и непринужденной, что даже слегка казалась нереальной.      - С удовольствием, – ответил Энней, и они пошли вдоль площади, а затем свернули в небольшой переулок.      - Скажи, а ты не пыталась узнать, кто твои родители? – поинтересовался ома, прекрасно понимая, что это не вежливо, но он просто не знал о чем еще спросить.     - Нет. Меня нашли около большого дуба рядом с городом, это может означать, что родителям я была не нужна, а раз так зачем их искать, когда я и так прекрасно живу, – ответила Бейа, в ее голосе совсем не слышалось печали, и Энней решил больше не поднимать этой темы. – Ну, вот мы и пришли, магазин мистера Торри.      В самом конце переулка была небольшая деревянная дверь, над которой висела еле читаемая табличка с довольно странной надписью:

Лавка Торри. Часы работы не ограничены. Прием товаров по выходным

     - А чем здесь торгуют? – Эннея удивляло одно только то, что магазин находился в таком закутке, что в него вряд ли кто заходил.      - Всем понемногу и чем придется, – загадочно ответила Бейа и зашла в лавку. Зазвенел колокольчик. - Мистер Торри, это Бейа, я принесла ваш заказ.      Энней вошел следом и в изумлении осмотрелся по сторонам. На полках было полным-полно товаров, явно необычного происхождения. Здесь были и светящиеся шары, и причудливые коробочки, и различные амулеты.     - Иду, деточка, – из дальней комнаты послышался скрипучий старческий голос. Из-за ширмы показался низенький старичок с длинной бородой и тростью, на конце которой был лиловый светящийся шор. – Ты сегодня задержалась, ничего ни стряслось?      - Я по дороге встретила вот этого мастера, его зовут Энней и он был так любезен, что согласился составить мне компанию, – ответила Бейа, отдавая старику сверток.      - Вы очевидно нездешний, господин? – старичок повернулся к Бейлеру и, заметив, что тот разглядывает витрину, добавил: – Не обращайте внимания на эти полки, у меня в последнее время мало товара, поэтому здесь так пусто.      - Что вы имеете в виду под словом «пусто», по-моему, у вас здесь полно всего? – ома в недоумении уставился на старика.      Тот поднял вверх брови, будто очень удивился, а затем направил на Эннея свой посох. В лиловом шаре тот час что-то сверкнуло.      - Глаза Ларды, очень хорошо, но, похоже, вы сами не знаете, когда они работают, а когда нет, я прав? – усмехнулся старичок. – Сегодня, ты привела мне необычного человека, деточка.      - ОЙ! Простите, я этого не знала, – Бейа с интересом посмотрела на Эннея.     - Все в порядке, редко кто может распознать магическую сущность, – ответил старик. – А вы, мастер, раз уж зашли, не желаете представиться, как подобает, а заодно чего-нибудь приобрести?      - Эмм… Я Энней, ищу академию Салариус в надежде обучаться в ней, – ответил Бейлер, не представляя, как еще можно представиться подробнее.      - О, я имел в виду, вашу родовую принадлежность, но если вы не хотите говорить об этом, я не стану вам докучать. Вы просто могли бы что-нибудь приобрести. В последнее время мой бизнес не очень-то ладится, – усмехнулся старичок.      - А чем вы торгуете? – Энней с недоверием покосилась на полки.      - Магическими настойками и амулетами, но они слишком опасны, чтобы продавать их обычным людям, поэтому я наложил на свой магазин заклятие «скрытого глаза», чтобы его могли видеть только всевидящие глаза, – ответил старичок.      - А у тебя, Бейа, тоже всевидящее зрение? – Энней сообразил, что девушка ничему не удивляется.     - Нет, просто мы с дедушкой Торри хорошие друзья и он знает, что я никогда не воспользуюсь тем, что не для меня предназначено, – ответила Бейа, хитро прищурив глаза.      - Эта девочка просто ангел, она такая умная и милая, что я иногда жалею, что мне не восемнадцать, – Торри закатился смехом, который быстро перешел в кашель.      - Осторожней, дедушка, в вашем возрасте вредно так волноваться, – Бейа легонько постучала его по спине.      - Вот об этом я и говорю, – Торри присел на стул, разворачивая сверток, в нем оказалась пара весьма симпатичных мужских ботинок кроваво-красного цвета с парой маленьких белых крыльев на каждом ботинке. – Это очень хороший экземпляр, пожалуй, у меня даже есть для них великолепное заклятье. Видите ли, приютские дети делают для меня различную одежду, а я сотворяю из нее слабые магические артефакты. Ну что, заинтересовал?      - А что вы будете делать с этими сапогами? – Эннею они очень понравились. Они были выполнены как раз для ома, мужской покрой, но крылья придавали им более изящный вид. Раньше до ухода из дома Бейлер обожал разные модные штучки, особенно папиного производства, но в последнее время у него не было возможности что-то себе покупать. Он уже почти неделю был все в той же одежде, в которой покинул родной город и сейчас ому посетила мысль, что неплохо бы помыться и постираться. От осознания того, что со всеми этими переживаниями он совершенно забыл о правилах элементарной гигиены, на душе стало совсем скверно.      - Я наложу на них заклятие атомоса, это позволит надевшему их закрепляться на любой поверхности, будь то потолок, стена или ветка дерева, – пояснил старичок.     - А могу я их купить, если конечно это не очень дорого? – заинтересовалась Энней.      - Цена этих сапог будет пятьсот Нумис, но они будут готовы не раньше чем через месяц. Не так-то легко привязать заклинание к вещи, да еще, чтобы оно действовало как надо, – ответил Торри. – Так что если вы сможете подождать, они ваши.      - Думаю, мы договорились, мистер Торри, я вернусь за ними, когда поступлю в академию, мне нравиться идея ходить по любой поверхности, – кивнул Энней.      - Что ж приходите в любое время, я буду рад вас видеть. А ты, деточка, возьми свою плату, – старичок достал из кармана пригоршню монет и отдал их Бейе.      - Большое спасибо, на эти деньги приют сможет прожить несколько дней, – девушка расплылась в довольной улыбке. – Мне пора. Энней, ты останешься или проводишь меня до приюта?      - Конечно, я провожу тебя, мало ли что случится, мир перестал быть безопасным местом, – ответил ома, ему было приятно общаться с этой до странного милой особой. – До свидания, господин Торри, до следующей встречи.     - Прощайте, милые создания, и не забывайте старого человека, - Торри помахал им рукой и удалился в свою каморку.      Ребята вышли на улицу и направились по знакомой дороге обратно к площади. Бейа рассказывала Эннею о городе, при этом у нее был очень счастливый вид. Несмотря на то, что она была сиротой, и ей приходилось нелегко, Бейа смотрела на мир сквозь толстый слой розовых очков. Казалось, ничто не заставило бы ее грустить. Такой оптимизм придавал Бейлеру сил и поднимал настроение.      - Как бы я хотел иметь хотя бы малую часть твоего оптимизма, – вздохнул Энней, в последнее время мир казался ему серым и неприветливым.      - Ха, ха, ха, не стоит так говорить, я вижу мир таким, какой он есть со всеми его прелестями и бедами, и это не всегда приятно. Просто я привыкла к этому и не огорчаюсь по пустякам. Мы должны радоваться жизни, иначе она теряет смысл, – загадочно ответила Бейа.      - Ты конечно права, но иногда радоваться жизни просто невозможно, – Энней закинул назад голову и с силой выдохнул.      - Вот это речь достойная настоящей ханжи, – раздался у них за спинами очень знакомый голос.     - Безымянный? – Энней резко повернулся. – Какими судьбами?     - Я не пропускаю важных аукционов в этом городе, а сегодня именно такой день, – растрепанный парень, с вызывающей внешностью отвесил глубокий поклон и с интересом уставился на Бейа. – Может, представишь меня этой очаровательной леди.      - Это Бейа, она живет в Леванте, мы только сегодня познакомились. Бейа, это Безымянный, он… торгует такими же вещами, как и Торри, – неуверенно произнес Энней, он слишком мало знал о своем недавнем знакомом и не мог точно сказать, чем же парень заниматься на самом деле.      - Ваше имя говорит само за себя, вы просто великолепны, – Безымянный расплылся в улыбке, но, заметив, что Бейа смотрит на него с большим удивлением, добавил: – только не судите обо мне по внешности, я гораздо старше, чем выгляжу.      - О нет, я вовсе не имела в виду ничего такого, просто у вас очень интересное имя, точнее, судя по всему у вас, его совсем нет, – Бейа слегка покраснела.      - Безымянный мое настоящее имя, я получал его от матери и поверьте, оно меня вполне устраивает, – парень приблизился к ней на шаг, заставив ее краснеть еще сильнее. – Ну что ж приятно было познакомиться, я часто бываю в Леванте, возможно, мы еще встретимся. Энней, а тебя я надеюсь увидеть на сегодняшних торгах. Мне удалось кое-что выяснить о тебе, но это частный разговор. Приятного время препровождения.      Безымянный удалился, а ома с замиранием сердца проводил его взглядом. Неужели сегодня он узнает что-то о своем происхождении. Бейа тихо коснулась его руки и Энней вздрогнул.      - Вы давно знакомы? – сгоняя с лица краску, спросила она.      - Да нет, не очень, но порой мне кажется, что он знает меня лучше, чем я сам. А знаешь, ты, похоже, ему понравилась, – Энней положил свою свободную руку поверх ее.      - Не думаю, – Бейа покачала головой и, наконец, посмотрев на Бейлера, сказала. – А можно я пойду сегодня с тобой на торги. Я никогда не была в подобном месте и сегодня у меня свободный вечер. Я не буду тебе мешать, просто посмотрю.      - Конечно, я не против, заодно мы сможем поближе познакомиться, – кивнул Энней. – И еще я познакомлю тебя с моим братом Фалько, он сейчас занимается гостиницей.     - Как замечательно, спасибо тебе большое, тогда я, пожалуй, поспешу в приют, и встретимся у отеля после захода солнца, договорились? – от восхищения Бейа запрыгала на месте.      - Хорошо, увидимся вечером, – кивнул Энней. До него не сразу дошло, что он даже не сказал девушке, где остановился. Оставалось только надеяться что в городе не так много отелей.      Бейа пошла дальше, весело улыбаясь, а Энней решил вернуться к отелю. Фалько уже управился с делами и теперь сидел на скамейке у гостиницы и поправлял стальные пластины на своих перчатках. Заметив ому, он вскочил на ноги и, потянувшись, направился к нему.      - Ну и цены у них здесь. Я выложил целое состояние за ночлег и недельную провизию. И кстати, я отправил родителям письмо, так что проблем с поступлением быть не должно, – сказал он.      - Очень хорошо, ты не представляешь, кого я сейчас встретил. Я сидел у фонтана и ко мне подошла девушка, невероятно красивая, но что более удивительно очень, я даже не знаю, как это выразить, милая. Она такая счастливая и безмятежная. Мы с ней сегодня идем на аукцион вечером, у меня там встреча со старым другом. А еще я заказал волшебные сапоги, но за ними я должен буду вернуться значительно позже, – выпалил Энней на одном дыхании. Его просто переполняли чувства, что он не мог не поделится всем накопившимся с «братом».      - Ого, и все это за несколько часов, представляю, что ты успеешь сделать за день свободного времени. И кстати у нас нет лишних денег, чтобы тратить их на всякие безделушки на аукционе, – пожал плечами Фалько.     - Не волнуйся, я иду туда исключительно по делу, – ответил Энней, настроение у него было настолько хорошим, что даже скряга Фалько не мог его испортить.      - А что, кстати, насчет той девушке, ты о ней хоть что-нибудь узнал? Надеюсь, ты не откажешься идти со мной, сославшись на то что влюбился, – Фалько уселся обратно на лавку.      - Не говори ерунды, она просто тот тип человека, с которым я был бы не прочь иметь дружбу. Я же не мужчина. Мы встречаемся с ней после захода солнца. Ее зовут Бейа Энглис, она сирота, живет здесь в Левантском приюте, это, пожалуй, и все, – ответил Энней, присаживаясь рядом с ним. Однако припомнив, что и сам недавно подумал о том, что брак с такой девушкой был бы приятным, слегка покрылся румянцем.      - Ладно, ты все равно не спишь, а я могу быть спокоен, что ты шляешься по городу не один. И я волнуюсь не только за тебя, но и за тех бедняг, которые попытаются причинить тебе вред. Только помни, не стоит рассказывать всем подряд о твоей маленькой тайне, даже очень милым девушкам, – с насмешкой произнес Фалько.      - Эй, я уже достаточно хорошо контролирую себя, чтобы никого не убить и хватит об этом, – огрызнулся Энней.      - Да ладно тебе, я пошутил, а ты сразу в бочку лезешь, а еще говоришь, что контролируешь себя. Кстати ты сказал, что она живет в приюте. Это случайно не приют Серпенс? Интересно, я просто рос в том же приюте до шести лет, – засмеялся Фалько.     - Правда? Здорово, может, вы с ней даже знакомы, – удивленно произнес Энней. – Если хочешь, пошли со мной.     - Я, честно говоря, не очень помню то время, и уж тем более имена тех, кто там еще был. Не стоит бередить прошлое, оно не очень приятно, – Фалько пожал плечами, он не хотел вспоминать ничего связанного с тем временем.      Багровый закат окропил город кровавыми ручьями заходящего солнца и город, находившийся до сих пор под сонной завесой, очнулся, озарившись сотнями сверкающих лампочек и огней. Фалько, довольный тем, что наконец-то можно поспать на нормальной кровати, удалился и Энней остался на лавке один, дожидаясь Бейю.      Она не заставила себя ждать. На ней было все тоже красивое белое платье, которое она каким-то образом умудрялась не пачкать. Ее милая улыбка мигом подняла Эннею настроение.      - Добрый вечер, надеюсь, я не опоздала? – Бейа подошла и присела рядом с омой. – А где же твой брат, с которым ты меня хотел познакомить?      - Он очень извинялся, но в последнее время он много двигался и мало спал. Ты кстати знаешь, где находиться этот павильон, в котором проходят аукционы, а то я не успел уточнить, – Энней ответно расплылся в улыбке.      - Конечно, я там часто прохожу мимо. Это недалеко, пойдем, – кивнула Бейа.     Они встали и двинулись по шикарной улочке, где уже открылись многочисленные магазины, и хозяева суетливо готовились к приему клиентов. Чего здесь только не было. Сааяй первая лавка была до отказа набита сувенирами и разного рода безделушками. Сразу за ней находился продуктовый магазин, хозяин которого, пухлый коротышка, прыгал вокруг шикарно одетой дамы, демонстрируя ей экзотические фрукты. За ним была кондитерская «Ратори», известная на всю округу умопомрачительными пирожными, здесь как всегда была огромная очередь. Обо всем этом по дороге вещала Бейа.      На другой стороне теснились маленькая мастерская и прачечная, хозяева которых устроили жуткую перепалку посреди дороги из-за того, что их вывески загораживали друг друга и были видны только с одной стороны улицы. Сразу за ними витрина, которая мигом приковала к себе взгляд Эннея. Большой оружейный магазин выглядел весьма внушительно. Его хозяин, крепкий подтянутый мужчина увешанный ножами протирал стекло на двери.      Быстро повернувшись в другую сторону, чтобы не застыть на месте, Энней торопливо прошел вперед. Дальше на улочке располагалось несколько магазинов модной одежды и обуви и множество сувенирных лавок, явно с трудом уживающихся вместе. В самом конце улицы высилось большое здание из красного кирпича, над которым красовалась вывеска «Аукцион».      - Ну вот, мы и пришли, я же говорила недалеко, – Бейа указала рукой на здание.      - И как раз вовремя, я занял нам места, – откуда не возьмись, перед ними выплыл Безымянный, с букетом белых цветов, которых Энней никогда не видел, а ведь его папа был профессионалом в этом деле. – Я ожидал, что вы придете, и позволил себе прихватить скромный букет, достойный только вас.     Безымянный протянул Бейе цветы и та, краснея, приняла их. Затем он отвесил глубокий поклон и жестом пригласил их внутрь здания.      - Для тебя цветов у меня не нашлось, но с тем, что я узнал, не сравниться ни один букет, Энней, – сказал парень, усаживая их на места. – Но об этом чуть позже, сейчас про аукцион, у тебя нет настроения, приобрести себе нечто ценное?      - Вообще-то Фалько велел мне не тратить деньги, но если это важно, – задумался Энней.      - Это важно, но не для меня, а для тебя, сегодня выставляется один очень интересный лот. Потерпи и ты сам все поймешь, а дальше тебе решать, – улыбнулся Безымянный и повернулся к Бейе.      Энней напряженно смотрел на аукционера, который поправлял свой костюм, готовясь начать торги. Стукнул молоток и на постамент выставили первый лот. Это была фигурка крылатого коня с обвитой вокруг шеи змеей.      - Добрый день, леди и джентльмены, мы начинаем торги. Первый лот один из трех талисманов «Карами», божественный Пегас, принадлежавший первой королеве Тенебре Фатум, по легенде этот талисман способен подчинять людей своей воле, очевидно, поэтому великая королева была такой властной. Стартовая цена десять тысяч нумис, – сказал аукционист, и Энней чуть не поперхнулся лимонадом, который Безымянный предусмотрительно прихватил с собой.     - Десять тысяч нумис за статуэтку с предположительными магическими свойствами, да они спятили? – прошептал он.     - Нет, просто это политика аукциона, не удивляйся и не беспокойся не все цены здесь такие бешеные, – успокоил его Безымянный.      Статуэтку продали за 35000 нумис - полное безумие по мнению омы - затем было еще несколько лотов менее знаменательных и ушедших за меньшие деньги. Безымянный успел приобрести несколько непонятных, на взгляд Эннея, вещей. Ома уже начинал скучать, на его взгляд ничего такого важного здесь не предлагали, а Безымянный упрямо отказывался помогать ему.      - Ты сам должен решить, получишь ты этот предмет или нет. Если он важен для тебя, ты сам поймешь, что это, – повторял он.      - Следующий лот – старинная монета неизвестного происхождения, на монете изображен закругленный треугольник с кристаллом и цифра десять, а так же надписи, сделанные на непереводимом языке. Великолепное украшение для коллекции монет. Стартовая цена двести пятьдесят нумис, – голос аукционера вывел Эннея из скучающей дремы. Ома впился взглядом в постамент, на нем на подставке переливался золотой «Омейн». Рука Бейлера с табличкой взвилась в воздух быстрее, чем он успел это осознать.      - Двести пятьдесят, молодой мастер в заднем ряду, кто больше? – сказал аукционер, указывая на Эннея молотком. - Я вижу тристо, мужчина в маске, кто больше?      Энней резко повернулся, в проходе стоял высокий мужчина в черно белой маске с длинными дымчатыми волосами. Он был в темно-синем костюме с накидкой, на руках черные перчатки. Его вид говорил о том, что он ни за что не отступит.     - Не стесняйся в средствах, если она тебе так нужна, помни, я ведь предоставляю и услуги займа, – шепнул Эннею Безымянный.      «Если когда-нибудь тебе попадутся такие монеты, хватай их, не задумываясь», - вспомнил он слова Элены и вновь поднял табличку вверх.      - Триста пятьдесят, ома в заднем ряду, четыреста, мужчина в маске, четыреста пятьдесят, вновь ома в заднем ряду, – аукционист не успевал комментировать происходящее. – Пятьсот, мужчина, пятьсот пятьдесят, ома, шестьсот, мужчина, шестьсот пятьдесят, ома.      Таблички взлетали воздух с большой скоростью, оба соперника, похоже, не собирались сдаваться. Зал с благоговением наблюдал за борьбой, перешептываясь между собой о том, кто же проиграет. Бейа с удивлением смотрела на Эннея, она не ожидала от него подобного рвения и ей, уж точно казалось безумием тратить столько денег на старую монету, когда в городе столько бедных.      Наконец, когда торги перевалили за тысячу мужчина начал нервничать, не внешне, но Энней ясно ощутил как, глубоко, в подсознании у него что-то дрогнуло и это предало ему уверенности.      - Тысяча пятьсот, ома, – сказал, уже порядком запыхавшийся аукционер и уставился на мужчину, тот слегка помедлив отвел взгляд. – Одна тысяча пятьсот нумис, кто больше? Раз, два, три, продано мастеру в заднем ряду.      Энней встал и вышел в соседнее помещение, где расплатился и получил монету, в маленькой коробочке. Правда, ему все же пришлось взять взаймы тысячу нумис, но сейчас это его не беспокоило. Ома открыл коробочку. Монета была такой же, как у него, но только достоинством в десять.      Энней вышел на улицу, решив дождаться остальных вне аукциона, все равно денег у него больше не было. Тут к нему подошел тот самый странный мужчина в маске.     - Я поражен вашим упорством, вы не похожи на обыкновенного коллекционера, почему такой интерес к этой монете? – ненавязчиво спросил он. Ома напрягся. От этого мужчины веяло опасностью, но внутреннее чутье, срабатывающее на угрозу, пока молчало.      - Она мне понравилась, а я обычно получаю то, что мне нравится, – Энней решил разыграть из себя богатенького с крутыми нравами.     - Очень хорошо, в этом мы с вами похожи, может, мы сможем договориться? – продолжал мужчина.      - Не думаю, я не поступаюсь принципами, – отмахнулся Энней, он понимал, что играет с огнем, но выбора не было. Теперь, когда он держал монету в руках, он не собирался ее терять.      - Что ж, очень жаль, но не смею более задерживать вас. До свидания, – мужчина поклонился и отошел, но у Бейлера сложилось такое впечатление, что они еще встретятся.      - А вот ты где, ну что ты этого желал? – Безымянный и Бейа вышли к нему. Аукцион закончился.      - Да, спасибо, за то, что одолжил денег. А это, то о чем ты мне говорил, теперь-то ты можешь мне сказать? – спросил Энней.      - Нет, не скажу, люблю, когда люди мучаются неведением, – коварно улыбнулся тот. – Ну, а теперь о главном. Бейа, ты не могла бы привести мою повозку, она возле старого здания библиотеки, только до коня не дотрагивайся, бери его за уздечку.     - А он меня послушается, это все же твой конь? – Бейа с беспокойством посмотрела на Безымянного.      - Да, ты такая милая, что он пойдет за тобой хоть на край земли, – кивнул Безымянный, и Бейа опять покраснев, удалилась.      - Я смотрю, вы уже на «ты», - улыбнулся Энней. Он не был особо сведущь в делах сердечных, но между этими двумя явно бегали искорки.      - В ней что-то есть и не только внешность, какой-то магнетизм, – задумчиво произнес Безымянный, но тут, же опомнившись, посмотрел на Эннея. – У меня есть кое-что для тебя. Мне удалось выяснить, что ты не относишься ни к одному живущему ныне существу. Новый вид полукровки. Это дает мне возможность предполагать, что твоим отцом мог быть кто-то из недавно умерших последних представителей магических рас. Или при смешении его крови с кровью твоего папы произошла аномалия и образование совершенно нового вида. Если это второй вариант, то здесь я тебе не помощник. Но, если твоим родителем был недавно усопший последний представитель древнего рода, то это сужает список подозреваемых до четырех. Вот возьми.      Безымянный протянул листок бумаги, и Энней впринял его. Несколько мгновений ома не решался посмотреть, ведь в нем, возможно, была его судьба. Наконец, он перевернул листок и прочитал четыре имени: Доминус Калиго, Энистаз, Клавис Ривера, Гайел Белакс.      - Все эти четверо, последние представители своего рода, подходящие по возрасту и ушедшие из жизни в прошедшие семнадцать лет. Правда у Риверы есть еще сын твоего же возраста, но из-за того что его мать не была человеком, я не смог сопоставить ваши ауры, поэтому его стоит учитывать, – добавил Безымянный. – Думаю, тебе это пригодиться, наведи о них справки и может, ты узнаешь кто ты. Конечно, не исключено, что ты попадаешь в тот один процент, который я не учел.     - Что за один процент? – Энней не мог оторваться от листа.      - Ну, твоим отцом может быть тот, кто не существует. То есть принадлежащий к роду, который никогда никем не был изучен и о нем нет ни одной записи. Это конечно мало вероятно, но все же, – Безымянный пожал плечами.      - Спасибо, – ому одолевала целая буря эмоций. Почему-то он был уверен, что один из этих мужчин обязательно окажется его отцом. – Если б ты знал как это важно для меня. Наконец, у меня появилось что-то стоящее, я тебе так обязан.      - Пустяки и как знать, может статься так, что я буду обязан тебе, – Безымянный бросил взгляд на приближающуюся Бейа. Она вела на узде Фламера, и вполне довольный шел следом, гарцующей походкой, совершенно не обращая внимания на то, что кибитку позади болтает от этого из стороны в сторону.      - Я не рано, этот конь просто чудо, такой необычный. Энней, а что у тебя с лицом? – на лице Бейа возникло беспокойство.      - Все хорошо, это от радости, не волнуйся, – успокоил ее Бейлер.     - Что ж, я хорошо провел время, спасибо, за компанию, но мне пора, – Безымянный похлопал коня по морде и направился к кибитке. Запрыгнув на место возничего, он чуть поклонился в сторону Эннея и бросил многозначительный взгляд на Бейа. – Еще увидимся.      Парень дернул за вожжи и конь, рванув кибитку, весело поскакал вдоль по улице, похоже, настроение у него было приподнятым. Бейа еще некоторое время смотрела на удаляющуюся повозку, а затем перевела взгляд на Эннея.      - Я его больше не увижу? – спросила она, и в ее голосе отразилось что-то похожее на страх и сожаление. - Я не знаю, он очень непредсказуемый и все будет зависеть от него, – ответил Энней, он смотрел на Бейа и ощущал, как той больно от этих слов. – Но знаешь у меня такое чувство, что вы еще встретитесь. Похоже, ты ему и впрямь приглянулась, а он не из тех людей, кто так просто отступает.      - Ты, правда, так думаешь? – в глазах Бейа зажегся огонек надежды.      - Да, я смотрю у тебя это серьезно. Будь осторожна, мир, в котором он живет, опасен. Теперь я это знаю, – Энней положил руку девушке на плечо. Он сам никогда не испытывал любви или даже легкого интереса. Сейчас оборачиваясь на прошлое, ома понимал, что был каким-то абсолютно не правильным. Он даже не смотрел на потенциальных партнеров, хотя многие в его возрасте уже примеривались к будущим супругам.      - Эй, на что это ты намекаешь? Мне просто приятно с ним общаться, он очень умный, только и всего, – Бейа пыталась скрыть, что снова краснеет, но в этот раз горели даже ее уши.      - Ладно, ладно, я не из тех, кто любит надоедать людям, пойдем, я провожу тебя до приюта, – засмеялся Энней.      Они пошли по ночному городу прогулочным шагом, по дороге пытаясь узнать друг о друге чуть больше. В целях безопасности Энней не стал рассказывать Бейе о своей одержимости и о приступах гнева, а в остальном он был очень откровенен. Он надеялся, что в будущем они еще не раз пересекутся. До приюта они добрались уже глубокой ночью и глаза у Бейи уже закрывались сами собой.     Приют располагался на окраине города и представлял собой старое одноэтажное здание, держащееся на честном слове. Крыша была в деревянных заплатах и увенчанная статуей ангела на самом верху. Ангел был местами обсыпавшимся и с одним сломанным крылом, но даже в темноте было видно, что его периодически моют. Свет не горел, вероятно, все уже спали, единственное, что освещало путь, была лампа, висевшая у входа.      - Ну, вот, здесь я и обитаю, не дворец, но жить можно, – Бейа провела рукой вдоль всего здания. - Пора прощаться, да?      - Мне нужно продолжать свой путь, но я обязательно навещу тебя, когда вернусь за башмаками. Я мог бы предложить тебе пойти со мной, но я знаю, что ты не согласишься. До встречи, – Энней улыбнулся и протянул девушке руку.      - Ты прав, я не могу пойти с тобой, я нужна приюту, но я знаю, однажды и я отправлюсь в большой мир в поисках своей дороги. И я надеюсь, тогда мы сможем встретиться вновь, – Бейа обхватила руку нового друга двумя своими и крепко сжала, на ее лице сияла счастливая улыбка.      Она разжала руки и Энней повернул назад к гостинице, спустя несколько шагов он обернулся. Бейа махала ему рукой и ома помахал в ответ. Больше он не оборачивался, по какой-то причине ему было грустно. Ома не мог понять почему, ведь они были знакомы всего день, но эта встреча значила что-то очень важное, хотя пока Энней не мог сказать, что именно.     Бейлер подошел к гостинице и сел на скамейку рядом, будить Фалько ему не хотелось, и он решил просидеть остаток ночи на улице. Достав из кармана монету, ома с любопытством стал рассматривать ее.      «Я потратил пятьсот нумис и еще тысячу должен, да плюс проценты, Фалько будет просто в восторге», – усмехнулся Энней. Тут он ощутил уже знакомые колючки, но в этот раз они были не сильными и ненавязчивыми, будто предостерегали, а не твердили об опасности. Ома осмотрелся и чуть не упал со скамейки. Прямо рядом с отелем стоял на привязи до боли знакомый Бронт. Это массивное животное, покрытое дополнительной броней, принадлежал не кому иному, как Матрену Бачерашу, охотнику за головами. То, что зверь был привязан у отеля, могло означать только одно, Матрен был в городе и остановился именно здесь.      «Ну что за невезение. Я начинаю думать, что этот парень меня преследует. Точнее он итак это делает, но не меня, а Кайзера. Как же все запутано», - Энней застонал, уткнувшись лицом в ладони.      Помяни черта. В этот момент двери гостиницы открылись и на улицу, потягиваясь, вышел высокий светловолосый парень. Заметив Эннея, он попытался состроить удивление, но понимая, что ничего не выходит, вернул себе прежнее нахальное выражение лица.     - Кого я вижу, приветствую. Как успехи? – Матрен приземлился рядом с ним.      - Неплохо, а у тебя? Ты же вроде выслеживал Кайзера, так что ты делаешь здесь? – настороженно поинтересовался ома, присутствие Матрена вызывало у него легкую дрожь.      - После нашей встречи в Крите, я решил сделать ход конем и отправиться в Левант, решив, что монстр направиться именно сюда, и я не проиграл. По дороге почти у самого города я встретил ому, который рассказал мне, что видел нашего друга в пустыне, к счастью, никто не пострадал, и он отделался случайно подвернувшимся Юши, - все это время Матрен не сводил взгляда с Эннея, а тот изо всех сил старался быть спокойным.      - И что ты думаешь, он в городе? – добавив в голос испуг, спросил Энней.     - Возможно, и знаешь, того ому звали Калли Дитас, ничего не напоминает? – испытывающее спросил Матрен. Это уже ни в какие ворота не лезло. Да он просто самым наглым образом намекал что его весы подозрения уже почти перевесили не в пользу Бейлера.      - Напоминает, он помог нам пересечь пустыню, но после нападения пиратов мы решили, что его караван преследуют несчастья и пошли пешком, – нагло состроив лицо камнем, ответил Энней, понимая, что прикидываться «дурачком» не стоит.      - Да, он говорил, что-то об этом. А почему ты тогда сразу не сказал мне, что видел демона, ведь ты был с ним? – напирал охотник.     - Потому что в момент нападения на мне был толстый слой песка и я не мог быть точно уверен, что там произошло. Да и потом, зачем облегчать тебе задачу, ведь тогда охота перестает быть интересной, – выкрутился Энней. Хотя это опять звучало как-то неправдоподобно по-детски.     - Возможно, ты прав, в любом случае будь осторожен. Как я уже говорил эта тварь умнее тех, о ком мне приходилось слышать. И он оправдывает мои ожидания. Еще увидимся, – Матрен поднялся и, отвязав Бронта, пошел вдоль улицы.      Энней с тревогой проводил его взглядом, теперь у него не осталось сомнений. Матрен считает его демоном или, по меньшей мере, что он к тому причастен, а это означало, что надо быть вдвое осторожнее. Ома обхватил голову руками и попыталась выкинуть из нее все лишние мысли, ему во чтобы то ни стало, необходимо получить контроль над своими чувствами.      - Доброе утро, – услышал Энней голос Фалько. Он открыл глаза, было уже светло, а ома по-прежнему сидел на той же лавке у гостиницы. Похоже, он не заметил, как погрузился в подсознание. Однако Бейлер прекрасно осознавал все, что происходило вокруг него. – Дай угадаю, ты наконец-то уснул.      - Если бы, я просто задумался, – печально ответил Энней и, тут окончательно очнувшись, завертел головой по сторонам. – Ты Матрена не видел, он в городе, очевидно, прибыл почти следом. Он, кажется, следит за нами, думаю, он догадывается.      - Опять этот неприятный тип, и когда мы от него отделаемся? – Фалько с досады ударил кулаком в ладонь. – Знаешь, тебе все же надо поспать, когда-нибудь я ударю тебя по голове, чтобы ты вырубился и смог, наконец, отдохнуть.      - Не думаю, что это удачная идея, потому что я увернусь, а ты будешь лежать на полу со сломанными конечностями, или еще что похуже, – усмехнулся Энней, но тут на его лице возникла тревога. Раньше он всерьез не задумывалась, что может случайно покалечить Фалько. Хотя Кайзер вроде не питает к нему агрессии, но все же с демона станется сделать ему больно чисто из прихоти.      - Эй, не волнуйся, я пошел с тобой, зная, что ты можешь сделать со мной и я готов к этому, и потом, я не из тех, кто просто так даст себя поранить. Меня такие мелочи не остановят, мы же друзья, братишка. Ты еще не видел, как я умею быстро убегать, – Фалько протянул ему руку.      Энней ухватился за нее и прижался к парню всем телом, ощущая, как тот напрягся. На смену плохим мыслям пришла неловкость и мысль о том, что еще предстоит сказать напарнику, что потратил огромное состояние.      - Спасибо, за поддержку. Кстати я, совсем, забыл сказать, я кое-что купил на аукционе и кажется, слегка погорячился, я потратил полторы тысячи нумис, – неуверенно произнес Энней и, глядя на отвисающую челюсть липового братца, поспешил добавить. – Я встретил старого друга, и он одолжил мне недостающую сумму, но ее не обязательно сразу возвращать.     - Полторы тысячи нумис, боже, что можно было купить на такие деньжищи, пару ездовых Бронтов? – ошалело сказал Фалько.      - Ну… я купил монету, – и Энней достал из кармана золотой Омейн.      - М…Монету, ты издеваешься, скажи, что ты пошутил? – Фалько от неожиданности чуть не сел мимо лавки.      - Прости, братик, но мне нужна была эта монета, в конце концов, что есть деньги, мы легко можем их заработать, – попытался сгладить обстановку Энней. – Только не дуйся, все равно большая часть этих денег не наша.      - Я не дуюсь, просто мне кажется, что с таким подходом у нас всегда будут проблемы с наличкой, – Фалько откинулся на лавке и закрыл глаза. – С другой стороны, мы путешественники, а у путешественников деньги самое больное место. Но теперь я просто уверен, что у тебя помешательство.      Энней засмеялся, Фалько никогда не мог быть серьезным и не мог долго злиться. Прихватив свои вещи из отеля, они направились в местный трактир, где как следует, перекусили перед дальней дорогой. Решив, что ждать попутного транспорта не имеет смысла, они пошли пешком, тем более что в запасе у них было еще восемь дней, а большую часть пути они уже преодолели. Сейчас им предстояло добраться до Соколиного перевала, а оттуда по горам Стоунрокского хребта.     - Если повезет, дня через три-четыре будем уже на месте, – сказал Фалько, разглядывая карту.      - Простите, уделите нам немного внимания, – раздался сзади голос. Ребята повернулись, перед ними стоял шериф с двумя солдатами. Энней почувствовал, что все это не очень хорошо и что у них сейчас будут проблемы.      - Да, в чем дело, шериф? – как ни в чем не бывало, ответил Фалько.      - Извините, но вы должны пройти с нами. Мастер очень подходит под описание бандита, который ограбил дом магистра Муса. Мы зададим вам несколько вопросов, – строго сказал шериф. Фалько хотел возразить, но Энней удержал его, он прекрасно понимал, чем может закончиться драка со стражей.      - Все хорошо, Фалько, я уверен, что все разрешиться, ведите нас, шериф, – спокойно сказал ома.      - Можем мы досмотреть ваши вещи? – спросил шериф, когда они вошли в его офис.     Энней отдал ему свою сумку, рюкзак Фалько взял один из помощников. Шериф открыл сумку и в изумлении уставился на Бейлера.      - Вы что, ничего с собой не носите? – спросил он, протягивая оме сумку, Энней бросил в нее мимолетный взгляд, сумка была абсолютно пуста. То ли их мастерски обворовали, то ли сумка заколдована от чужих рук.      - Мне не нужно ничего, все необходимое носит мой брат, – ответил Энней все так же спокойно.      - Эй, шериф, нашли, – сказал вдруг помощник, он держал в руке руническую статуэтку, которую очевидно извлек из рюкзака Фалько.      - Но это не мое и этого не было там, когда я утром собирался, меня подставили, – взорвался парень.     - Ну да, а у меня три руки, расскажи это кому-нибудь другому, приятель, вы отправляетесь в тюрьму, ожидать разбирательства, – сказал шериф. И не успели ребята опомниться, как на них нацепили «браслеты воли», не позволяющие человеку пошевелить даже пальцем.      После более глубокого личного досмотра шериф вышел в соседнюю комнату. Энней был рад, что его сумка заколдована, а то он мог лишиться всего, что ему так дорого. Единственное, чего он не мог понять, так это того как статуэтка оказалась в сумке Фалько? Неужели, пока он ходил на аукцион, парень совершил небольшую прогулку по чужому дому? Сама мысль об этом была абсурдна, ведь ома знал его, и тот не мог такого сделать. Значит, их подставили, вот только кто и зачем?      Все его рассуждения отошли на задний план, когда из соседней комнаты вошел мужчина в маске, тот самый, что был на аукционе, шериф был с ним.      - Да, шериф, это они, я прогуливался после аукциона и увидел, как эта парочка вылезает из дома моего друга Муса. Я не пытался остановить их сам, в конце концов, я всего лишь мирный житель, но решил сразу сообщить вам, – сказал мужчина.      - Спасибо, лорд Морлан, за проявление гражданского долга, жаль, что мы нашли только один из украденных предметов, но возможно в тюрьме они заговорят, – ответил шериф, пожимая мужчине руку. – Пожалуйста, подождите здесь. Господин Мус, не смог прийти за своей статуэткой, но он сказал, что я могу доверить ее вам. Я сейчас ее принесу.     Шериф с помощниками удалились, и ребята остались наедине с мужчиной. Он быстро подошел к Эннею и снял маску. Ома увидел перед собой мужчину лет тридцати с дымчато-серыми, как и волосы, бровями, холодным взглядом синих глаз и суровым выражением лица.      - Я же говорил, что мы похожи, и я не отступлю. Я все равно узнаю, куда ты дел эту монету. Тюремщики умеют развязывать языки, – тихо сказал он и вновь закрылся маской. – У тебя очень надменный взгляд, полный ненависти, если твоя воля так же сильна, как я читаю это в глазах, ты бы далеко пошел, только опыта не хватает. Ты еще не знаешь, кто тебе по зубам, а кто нет. Что ж это будет тебе уроком.      Он повернулся, чтобы выйти из комнаты, но тут Энней, переполненный клокочущей яростью и злобой, преодолевая магию браслетов, разжал губы.      - Я… - Морлан повернулся, похоже, он был удивлен –… запомню….     Но ответить мужчина не успел, потому что в комнату вошел шериф и протянул ему статуэтку, завернутую в бумагу.      - Вот, доставьте ее в целости, – сказал он. – А за этих не беспокойтесь, в моем городе никогда не будет воров.      - Большое спасибо, шериф, и будьте уверены статуэтка в надежных руках, – ответил Морлан и вышел наружу.      Фалько и Энней остались в распоряжении шерифа. Он быстро написал что-то на свитке и, вызвав помощника, приказал доставить их в тюрьму. Бейлер не мог поверить в происходящее, еще час назад он и не подозревал, что их путешествие так усложниться, а сейчас все катилось в пропасть. Все их будущее было поставлено под угрозу, из-за какой-то монеты. Если они не выберутся, ома будет всю жизнь винить себя, что уничтожил судьбу Фалько.