Memories

Бак любил дождь. Когда он сидел дома, обнимая Кристофера и рассказывая ему о разных научных фактах, или когда он работал. Многие не любили дождь во время смены, ведь видимость становится хуже, но Баку было все равно. Во время дождя смена на станции становилась совсем другой. Будто ветер за окном, что так яростно несет с собою капли с неба, завывает словно сирена. Бак словно с рождения знал что дождь — его стихия. В середине декабря, когда почти что каждый готовился к рождеству, дождь не жаловали, зная что последует дальше; слякоть, огромные лужи повсюду и сырость. Не лучшая погода для Рождества. Команда же предпочитала отсиживаться в станции с горячим чаем и за фильмом. В дождь многие сидят дома, что значительно уменьшило количество их работы сегодня. Хен во всю жаловалась на погоду, ведь ей завтра вести Денни в школу. Чимни в который раз отменял свидание с Мэдди из-за погоды. В прочем, та была не против. Ей самой не хотелось попасть под такую погоду. В один миг прозвучала сирена.       — Собираемся! — прозвучал голос капитана рядом. Бак поспешил к грузовику. Сегодня было что-то не так. Странное чувство преследует его с самого утра, все валится с рук. Бак не обратил на это внимание. Бак посмотрел на горящую школу. Пожар был небольшим, всего пара классов, дети остались целы. Адреналин на миг поселился в его сердце и мыслях, но отступил. Это было не то… С потерей памяти он все чаще задумывался о том, что не понимает что им движет. Он не видел того, за что можно любить быть пожарным. Спасать жизни? Определенно похвально. Но риск умереть самому или сильно пострадать так же велик. Теперь у него есть Эдди и Кристофер. Бак выполнил поручение капитана и забрался на крышу, помогая Чимни с пожаром. В какой-то момент он отвлекся и в голове появилась странная боль, которая у него не появлялась до этого.       — А это еще кто такой?       — О, это новенький. Эдди Диаз. 133-я хотела забрать его к себе, но я его перехватил. Бак проморгался. Что это было? Впрочем, неважно. Чимни почти закончил тушить пожар, и Бак должен залить водой свой участок, ведь огонь совсем рядом. Бак ступил назад и не сдержав равновесие, подскользнулся и упал. Что-то очень горячее прошлось по его затылку и от потерял сознание.

***

15 мая 2022 года. Лос-Анджелес Бак откровенно скучал. Он не думал что помогать подруге с делом будет так нудно, ведь ФБР…Такая интересная работа.       — Я уже пожалела что взяла тебя на это дело. — вздохнула Алия. Её друг постоянно спрашивал её об этом деле, но она не могла рассказать многое.       — Мне просто интересно! — встрепенулся Бак, — Я не знаю почему мы следим за Тейлор. Бак невыносим, думает Алия, но терпит его присутствие. Ей как самостоятельному агенту дали дело связанное с мужчиной, который подозревается в нескольких убийствах. И с этим мужчиной может быть связана Тейлор.       — Мы ищем того, с кем она увидится.       — Ну, и с кем же?       — Джона Гринуэй. Блондин, высокий рост. Что-то знакомое, думает Бак, и память тут же подбрасывает ему недавний разговор с Бобби, который сказал ему о новом пожарном.       — А это случайно не новый пожарный в моей части?       — Какая дедукция, умничка. — съязвила девушка, — Да, это именно он.       — А почему…       — Бак. Помолчи пожалуйста. Тем временем к столику, за которым пристально следила Алия из своей машины, подошел мужчина. Гринуэй. Тейлор доброжелательно улыбнулась и принялась что-то активно обсуждать с Джоном.       — Жаль что мы ничего не слышим, — расстроился Бак, — Может мне пойти к ним?       — Бак! Ты что, совсем рехнулся?! — крикнула она, отвлекаясь от бинокля.       — Ну, я сделаю вид что проходил мимо… Дом Чимни недалеко. Типа, я к нему шел.       — Будто бы Тейлор не знает, что ты предпочитаешь машину, а не ход пешком? — Алия закатила глаза, — Просто наблюдаем.       — Ладно, — согласился Бак. Через несколько минут неловкого молчания и скучного наблюдения Алия не выдержала.       — Джона подозреваемый по трем убийствам. Одно в Чикаго, остальные два — Майями. Тейлор подозревается в преследовании другого журналиста и злоупотреблением должностью.       — Видимо все серьезно, раз за дело взялось ФБР? — спросил Бак.       — Именно. — подтвердила она.       — И Бак, пожалуйста, не говори некому. Это дело доверили мне. Я лишь прошу молчать.       — Даже Афине не…       — Да. Она тем более не должна знать. Пока что. Соберем доказательства и их можно будет показывать. Давай о другом поговорим. Бак вздохнул.       — Я недавно был с Эдди…       — И признался наконец? Купил кольцо?       — Что?       — Что? — моргнула она.              — Как ты поняла? — спросил Бак.       — Ты влюблён, это видно. Мы знакомы много лет, пусть и не общались долгое время. Это не значит что я тебя забыла. Я надеюсь что он любит тебя так же, как ты его и вы будите счастливы.       — Что ж, я думал ты будешь против, — растерянно проговорил Бак явно не ожидая такой реакции подруги несмотря на то что они живут в толерантной стране. Он не помнил хоть одного упоминания людей с нетрадиционной ориентацией от Алии, поэтому опасался что либо говорить.       — Я не… В общем, я просто хочу что бы ты был счастлив. Это все. Плевать на пол.       — А как у тебя на личном?       — Рассталась с парнем три года назад, с тех пор живу в свое удовольствие. Все чудесно, — Алия на секунду запнулась, наблюдая за Тейлор и Джоном, — О, они уходят. Нам тоже пора ехать. Пора…ехать? Куда? Зачем? В глазах темнеет и Бак проваливается в пустоту собственного воспоминания. Пора…просыпаться.

***

Бак просыпался медленно. Он словно попал в прошлое и снова оказался в сентябре. Тогда все было таким же, даже палата та же. Какое-то странное дежавю. Ресницы затрепетали. Бак открыл глаза и в неверии уставился на того, кто сидел рядом.       — Эван, сын мой, — Маргарет смотрела на него не скрывая покрасневших глаз, — Как ты? Ничего не болит? Бак покачал головой. Ситуация продолжала быть странной. И до ужаса сюрреалистичной. Так еще и странный сон, где все было так реально… Неужели воспоминание? Казалось, что за те 6 лет разлуки мама не изменилась. Все те же темные волосы, голубые глаза, которые скрывали множество эмоций. Закрытые платья в пол, в основном — черные, с элементами кружева. Если бы был век так 17…Мать точно сошла бы за аристократку. Маргарет тоже не отставала и разглядывала сына. Он за шесть лет сумел поменяться. Внешность стала более взрослой, характер и мысли — другими.       — Ты же в Техасе была, — сказал Бак, пусть и вышло хрипло. Маргарет подала ему стакан воды.       — Да. Была, — кивнула она и посмотрела в окно, — Твоя сестра написала мне.       — Почему не приехала раньше?       — Стоит ли ехать к тем, кто убегал? — спрашивает она, и не дожидаясь ответа от сына, продолжает, — Она не удосужилась написать мне, что ты попал в аварию в начале осени! Кого я вырастила… Эгоистка. В груди по-обидному кольнуло. Пусть Бак не общается с сестрой из-за ссоры, но не позволит матери так высказываться.       — Не вини Мэдди, — ответил он, — Мы не знали где ты.       — При желании ты бы нашел. Хотя зачем интересоваться той, от которой сбежали, — пренебрежительно фыркнула она. Бак поморщился. Больше всего он не любил обвинительный тон матери, который всегда был скрытой манипуляцией для вызова чувства вины. И Бак все равно ведется на это.       — Я сбежал от отца. Не от тебя. Сбежал, потому что устал. Знал, что для отца он никто, разочарование и урод. Терпел избиение дома, терпел насмешки в школе, правда, потом изрядно портил жизнь тем, кто смел что либо вякнуть в его сторону. Мать же всегда стояла в стороне. Была холодной, непроницаемой. Нечитаемой. Поэтому эта забота и переживание за его жизнь выглядели нереально. И конечно Бак понял это как только мать начала давить на жалость. Ну, подумал Бак, хоть отца нет. И славно.       — Тогда почему бросил, Эван? Потому, что хотел жить. Очень вовремя открылась дверь и две пары глаз уставились на посетителя.

***

Доктор Сара Андесрон любила свою работу. Лечить людей было её терапией, чем то личным, и способом жить новой жизнью. Она искренне любила пациентов и помогала им как могла. Но появился Эван Бакли. За последние полгода что она здесь работала, он появился тут 8 раз. За год — 15. Все случаи с тяжелыми травмами, лишь один — порез руки. Стоит ли говорить, что для Сары этот человек максимально «удачлив»?       — Ох, мистер Бакли, часто же вы стали ко мне попадать… Так и не смогли обходить неприятности стороной?       — Ради встречи с вами готов на все, — ухмыляется тот лежа на кушетке.       — Тогда у вас нет шансов, — пожимает плечами Сара, и говорит то, за чем она сюда и шла, — Кстати, насчет них. Малы шансы что вы доживете до 30, с таким то графиком попадания в неприятности. Тупая травма и ожог, комбо. Вам на две недели запрещено работать.       — Ой… — пискнул Бак. Мать неодобрительно зыркнула на него.       — Кем ты работаешь, то? — спрашивает Маргарет тихо, что бы доктор не услышал. Не хватало еще, чьего то мнения о бестолковой матери, которая не знает профессию сына.       — Пожарным, — кратко отвечает парень. Маргарет поджимает губы и хмурится, явно не одобряя подобное. Бак никак не реагирует. Он уже давно не под её опекой, и волен делать что хочет.       — Позже об этом поговорим, Эван.       — Вас ждут два посетителя, они войдут после моего ухода. — продолжает доктор, — Удачи вам с выздоровлением, и если попадете ко мне еще раз, напишу жалобу на настойчивого слишком глупого пожарного. — Сара развернулась и ушла.       — Ну и врачи… — цокнула мать.       — Это Сара так шутит, — хрипло рассмеялся Бак, стараясь не двигать шеей. Та, как назло, противно заныла. В комнату входит Мэдди и Эдди. Бакли, немного уставшая и нервная. Диас же старался держаться спокойно. Интересно, где Кристофер? Подумал Бак.       — Мам, кстати… Это мой парень. Эдди Диас, и у нас есть сын. Мэдди запнулась на ровном месте, тут же понимая что между ними ничего не изменилось. Игнор. Так еще Бак до сих пор считает её лгуньей. Бак считает что Кристофер его сын. Это, конечно не новость для многих из семьи, но до аварии это было…шуткой? Или скрытой правдой? Сейчас же это реальность для него. И никто не знает что будет, когда Бак выйдет за её грань. А Мэдди уверенна — он вспомнит все. Она демонстративно встала подальше от Эдди. Диас же нервно сглотнул. Ложь слишком затянулась, да настолько, что стала для всех правдой. Маргарет Робинсон-Бакли была, и есть той женщиной, с которой Эдди вообще не хотел знакомиться. Бак однажды заикнулся про прошлое. Это была посиделка двух друзей с пивом и закусками, и в один момент тема стала слишком серьезной — родители. Тогда Бак с улыбкой на лице рассказывал про холодные глаза матери, про оскорбления отца и не редкте избеения. Для Эдди не было людей хуже, чем родители Бака. Оба. Разве что мать не была жестока. В целом, копия отца. Как в семье…таких, вырос добродушный Бак — не ясно. Ступор матери был ожидаем. Бак не ожидал иного, мать предпочитала жить в традиционном, для неё «в нормальном» мире…       — Ох, — выдохнула она и встала. На её лице не было видимых эмоций, но Бак знал мать всю жизнь и видел что она ошеломлена, — Пожалуй, мне пора. Пройдемся, Мэделин? Мэдди нервно сглотнула. Встреча с матерью спустя почти 15 лет не сулила ничего хорошего.

***

Они вышли в безлюдный коридор. Мэдди успела только ойкнуть от неожиданной боли, когда мать схватила её за локоть.        — Это что?! — зашипела она, прямо как кошка. Глаза, до этого имевшие голубой цвет, стали почти черными от злости. Мэдди попыталась вырватся из крепкой хватки. Не получилось.       — Мам…        — Не мамкай! Я тебе не мать с тех пор, как ты сбежала с этим Кенделлом. — фыркнула Маргарет, — Я спрашиваю еще раз, это что?! Что с моим сыном? Неужели ты не следишь за его жизнью?! Мэдди в шоке уставилась на мать. Как она помнит, она никогда не отличалась заботой и беспокойством, ей не были интересны жизни и истории детей. Тогда что же поменялось, когда сын уже много лет живет вдали от матери?       — Ему тридцать через год. Я ему не нянька. — ответила Мэдди.       — Нет, ты его старшая сестра! Его жизнь не игра на выживание, но выглядит все именно так!       — Он не перестанет быть пожарным. Ты его не переубедишь! Бак, что после, что до аварии, жил работой. Без спасения жизней он был бы никем, как он считал, бесполезным. Быть пожарным для него — кислород.       — Уж поверь мне, я смогу! Я сделаю так что он станет…нормальным. — на последнем слове Маргарет слегка скривилась. Мэдди в неверии уставилась на мать.       — Ты что, против этих отношений? Мэдди не нравилась ложь в отношениях брата, но она больше не лезла. С проблемами будет разбираться Бак уже тогда, когда все вспомнит. Но...мама?       — Мне не нравится это, но я могу потерпеть, — Маргарет отпустила локоть Мэдди из крепкой хватки своей ладони, — Но если Филлип узнает, ты представляешь что будет? Он его убьет. Филипп. Их отец. Боже. Мэдди давно не вспоминала отца. И не хотела. Мать об этом напомнила. Он убьет не его, а всех троих.       — Он не узнает, — отвечает Мэдди, — Никогда.       — Он в этом городе, — отвечает ей мать, — А твой брат любит быть в выпусках новостей, стань хорошей сестрой, постарайся что бы он вас не нашел. Маргарет оставляет Мэдди одну в пустом коридоре, с бешено стучащим сердцем и комом в горле. Как бы ей не хотелось мешать брату жить, она не позволит отцу их найти.

***

Наконец Бак и Эдди остались одни.       — Привет…       — Привет, — Эдди целует его в лоб, — Не болит голова?       — А должна? — все так же хрипло спрашивает Бак. Эдди усмехается.       — Ты здорово пострадал, — отвечает Диас, — Хотя не так сильно, как Чимни. Он упал когда бежал к тебе и напоролся лицом на осколки стекла. Мысль о том как это выглядит вызывала жалость к Чимни. Так пострадать…       — Что там? Насколько все плохо? — спрашивает Хан, не двигаясь.       — Ну, херово, — честно говорит Бак.       — Тебе лучше это не видеть, — хмуро отвечает Бобби.       — Покажи! Арматура в голове. Этот момент отпечатывается в мыслях. К нему что, только что вернулось еще одно воспоминание?       — Оу. Звучит не очень.       — На деле же лучше, его выписали час назад, — пожал плечами Эдди. Он взял Бака за руку и провел шершавыми, грубоватыми пальцами по коже.       — Где Крис?       — Дома. Оба смотрят на друг друга и улыбаются, ничего не говоря. Они скучали за друг другом. Бак задумался о странных вспышках, которые появились недавно. Они выглядят как воспоминания. И если это они, то стоит рассказать об этом Эдди. Но стоит ли?