Collateral Damage

Кэл пребывает в хорошем настроении. Книга постепенно входит на рынок. Концепция его издателя оказалась успешной, и в течение следующих недель и месяцев будет проведено еще несколько чтений. Buzz-маркетинг, основанный на его показаниях, увеличивает продажи. Кроме того, различные научные журналы подхватили его выводы относительно микровыражений из интервью. Кэл не любит вести светские беседы, но любит говорить о своей науке. Поэтому он обязан пройти через все это, ведь это единственный способ, которым он сможет создать себе репутацию. На самом деле, он уже на полпути к этому. Пора сделать следующий шаг. Он хочет основать компанию. Это логичное решение, если он намерен продолжать свои исследования в области микровыражений и одновременно зарабатывать деньги. На данный момент бизнес-план — всего лишь базовая концепция. Кэл полагается на свою партнершу, которая поможет ему заполнить пробелы. За исключением того, что эта партнерша еще не знает об этом. Вот почему он в таком хорошем настроении. Кэл сегодня спросит Джиллиан, хочет ли она стать его помощницей. Он не думает о варианте «нет», даже если знает, что есть вероятность, что она откажется. Однако, поскольку такой ответ испортил бы его хорошее настроение, он предпочитает не думать об этом. В идеальном мире она ни за что не скажет «нет». Мир Кэла и близко не был идеальным. Никогда. Но последние недели и месяцы, которые они с Джиллиан провели вместе, похоже, послужили сигналом к началу новой эры. События развивались быстрее, чем он ожидал, во всех отношениях. Гораздо быстрее. О помещении для работы думать пока слишком рано, но когда он прочитал объявление, то почувствовал покалывание, нашептывающее ему, что Джиллиан будет в восторге от этого места. И когда сегодня днем он встретился там с риэлтором, его предположение подтвердилось. Довольно маленькие, но очень светлые два кабинеты. Кэл представил себе Джиллиан, сидящую за своим столом в одном из них, и с тех пор не может перестать улыбаться. Идеальное место для них, чтобы начать все сначала. Он еще не подписал договор аренды и не сделает этого без ее одобрения. Очевидно, чувство ответственности Джиллиан передалось и ему. Кэл убедил риэлтора оставить ему ключ до завтра, чтобы он мог показать ей окрестности наедине, а это означает, что их небольшая ознакомительная экскурсия будет сопровождаться бутылкой шампанского и двумя бокалами. Открывая входную дверь, Кэл держит в руках упомянутую бутылку и почту. Джиллиан еще не пришла. Она позвонила ему раньше, чтобы сказать, что по дороге домой зайдет за продуктами. Это дает ему немного времени, чтобы спрятать шампанское и все подготовить. Он надеется, что Джиллиан не задержится. Кэл ждет не дождется — он никогда не отличался ангельским терпением. Его мысли уже перенеслись к тому моменту, когда они чокаются бокалами и целуются. Это будет незабываемый момент. Как раз в тот момент, когда Кэл размышляет о том, чтобы завернуть ключ от кабинета в конверт, тот выскальзывает у него из рук, но, благо, падает на стол, а не на пол. Один конверт, будто нарочно, ложится чуть поодаль от остальных. — Эй! Ну что за дела? А ты дерзкий малый, — говорит Кэл вслух, понимая, как сильно он хочет, чтобы Джиллиан была с ним, чтобы ему не пришлось подшучивать над каким-то листком бумаги. В эти дни он получает много писем. В основном через своего издателя, но некоторым людям удается узнать его личный адрес. Слава Богу, на его переднем дворе нет сумасшедших фанаток, разбивших лагерь, он ведь ученый, а не рок-звезда. Кэл вскрывает конверт, пока роется в сумке, чтобы положить туда бутылку шампанского. Как бы сильно он ни желал, чтобы Джиллиан поскорее приехала, ему не хочется, чтобы она узнала о сюрпризе заранее. Как только из конверта выпадает визитная карточка, Кэл замечает, что она адресована не ему, а Джиллиан. Странно. Джиллиан все еще прописана в своей квартире, и ее почта отправляется туда. Они намерены жить вместе, как только закончится хаос, вызванный публикацией книги. Джиллиан переедет к нему. В отличие от ее квартиры, в его доме достаточно места для них обоих, и она уже чувствует себя там как дома. Тем не менее она хотела бы внести некоторые изменения в цветовую гамму и оформление. Поэтому они отложили официальное совместное проживание. Кэл смотрит на отправителя и фыркает. Конечно. Письмо было доставлено на его адрес нарочно, чтобы он его увидел. Возможно, отправитель даже надеялся на подобный сценарий — он по ошибке вскрыл конверт, потому что не увидел, что он адресован Джиллиан. Кэл колеблется. Он никогда бы не вскрыл ее почту намеренно. Но визитка уже выпала. Ему нужно только надеть очки, чтобы прочесть мелкую надпись на нем. Рука Кэла машинально нащупывает очки. Подозрение берет верх. Даже если этот человек спас ему жизнь, его имя вызывает неприятное чувство, когда речь заходит о Джиллиан. Что бы ни задумал Джек Рейдер, это означает неприятности.

***

Две недели назад

Неправда. Существительное. Ошибочное заявление, сделанное с намерением ввести в заблуждение; преднамеренная ложь; фальшь. Но что, если вы вообще не дадите показаний? Будет ли это ложью по умолчанию? Или для того, чтобы это считалось ложью, требуются хоть какие-то показания? В любом случае, Джиллиан знает, что то, что она делает, неправильно. Оно кажется неправильным. И все же она здесь. Вертит в руках чашку с кофе, не обращая внимания на окружающих ее людей в кафе, поскольку она одержима ложью, правдой и тайнами в целом. Он опаздывает. У нее есть шанс уйти, прежде чем она попадется в свою собственную ловушку. Но она этого не делает. Все сводится к следующему — она хочет перемен в своей жизни. И ей нужно выяснить, чего она хочет, прежде чем обсуждать это с Кэлом. Они с Кэлом делятся всем. Их отношения такие близкие, такие напряженные. Как хождение по канату. Порой это кажется идеальным, иной раз — почти удушающим. В такие дни она не в состоянии бороться с ощущением, что личность Кэла заполняет всю комнату и не оставляет ей места, чтобы дышать или даже существовать. Она глубоко любит его, но требуется много сил, чтобы быть с таким мужчиной, как Кэл, и не позволять его личности брать верх. Вот почему она должна сделать это сама, надеясь, что он поймет, когда она наконец расскажет ему. Идея возникла задолго до того, как Кэл сказал ей, что уволился с работы и хочет написать книгу. На самом деле, он словно заново родился в тот день, когда они впервые позавтракали вместе, и Кэл намекнул, что он перестанет работать под прикрытием, если у них будут отношения. Это заставило Джиллиан усомниться в том, чего она хотела или, скорее, больше не хотела. Ей не нравится концепция вынужденных секретов, которые несет с собой ее работа, но возможность помогать людям заставила ее остаться. Осознание того, что она была одной из нуждающихся в помощи людей, которых лечила все эти годы, и как быстро могут измениться вещи, которые вы всегда считали само собой разумеющимися, выбило ее из колеи. Что теперь? Этот вопрос всплыл у нее в голове и с тех пор остается там. Джиллиан знает, что Кэл поддержит ее идею. Безусловно. Он любит перемены, любит вызовы. Еще одна причина, по которой она не хочет говорить ему, пока не примет решение. Он единственный человек в мире, который способен уговорить ее на идеи, которые в противном случае она бы сразу отвергла, и, как бы то ни было, только у нее есть стабильный доход. Так что, на что бы она ни решилась, это должно иметь твердую финансовую основу. Джиллиан хотела бы начать свою собственную практику в качестве психотерапевта, но у нее недостаточно сбережений для того, чтобы осуществить это, не влезая в долги, а это не то, чего она хочет. Особенно сейчас. Может быть, сегодня ей предложат тот шанс, которого она ищет. Джек собирается открыть свой собственный бизнес. Он из богатой семьи, так что никаких рисков, по крайней мере, финансовых, нет. Что до его личности… ну, допустим, у нее есть сомнения в том, что они поладят. С другой стороны, они были друзьями так долго, что это не кажется невозможным. Не то чтобы он предлагал ей работу, но она слышала это между строк, когда они разговаривали по телефону. И когда он попросил ее встретиться с ним, потому что хотел рассказать ей больше о своей компании, она согласилась. Его новая работа, его будущее тоже могут принадлежать ей. Это вызывает у нее приятное головокружение, но в то же время в животе образуется узел вины. Из всех потенциальных идей начать что-то новое с точки зрения работы, это единственный вариант, который, как она знает, Кэл возненавидит. С удвоенной силой. Однако времени на то, чтобы трусить, не осталось. — Привет, Джиллиан. Он взволнован и полон энтузиазма. Джек всегда гонится за жизнью, ему не терпится столкнуться с новыми испытаниями. Он держит свой кофе в руке, взял его по пути к столу. Всегда в потоке, не теряет времени даром. — Здравствуй, Джек, — сдержанно приветствует она его. — Кто-то чувствует себя виноватой, встречаясь с другим мужчиной, — шутит он, садясь. — Неужели Кэл Лайтман настолько ревнив, что тебе пришлось улизнуть за его спиной? — Я не… Она прикусывает язык. Он поставил ловушку, и она попала прямо в нее. Пусть они только что встретились, ему удалось превратить их разговор в соревнование, построенное на том, какому мужчине она более предана — ему или Кэлу. Невидимый третий человек за их столом. — Расскажи мне о своей новой компании, — меняет тему Джиллиан. — Ты имеешь в виду The Jack Rader Group? Конечно, он назвал компанию в честь себя и только себя. Несмотря на его высокомерие, она впечатлена. Джек неумолим и решителен, когда у него есть цель. Точно так же, как любой другой, кого она знает. Он пытается казаться расслабленным, но язык его тела выдает его напряжение. Когда Джек наклоняется вперед, вторгаясь прямо в ее личное пространство, пока это не становится неуместным, Джиллиан знает, что он спросит ее. — Я хочу, чтобы ты поднялся на борт. Он слишком близко, но она не двигается. Не потому, что ей это нравится, — на самом деле ей это не нравится, — а потому, что он будет следовать за ней, как ищейка. Они уже играли в эту игру раньше. Джек в конце концов отступит только в том случае, если она будет стоять на своем. Еще одна причина, по которой она не должна с ним работать. В ее рабочих буднях будет полно намеков и нежелательных вторжений в ее личное пространство. От нее не ускользнула ирония в том, что Джек и Кэл похожи в этом отношении. За исключением того, что она никогда не возражает против ухаживаний Кэла, какими бы странными они ни были. — Джиллиан? Ты слышал, что я сказал? Джек щелкает пальцами перед ее лицом. Ему не нравится, что он не находится в центре ее внимания. Особенно не тогда, когда он только что предложил ей то, что, должно быть, считает святым Граалем. Она ожидала этого. Всего этого. Высокомерия. Предложения работы. В какой-то степени даже вторжения в ее личное пространство, хотя Джек сегодня еще более самонадеян, чем обычно. Джиллиан задается вопросом, допускал ли он возможность того, что она отклонит его предложение, или нет. Однако за его высокомерием и властными манерами скрывается человек, которого она ценит и которому доверяет. Поэтому она хочет выяснить, в чем заключается его предложение. В конце концов, именно за этим она сюда и пришла. Джиллиан делает глубокий вдох и выпрямляется. Они все еще так близко, что со стороны выглядят так, будто вот-вот поцелуются. — Так чем же занимается твоя группа? Он никогда не рассказывал ей, чем занимался на своей прежней работе. Возможно, и по сей день не расскажет, поскольку его новая компания находится только на стадии основания. Все, что она знает, это то, что информация засекречена, даже опасна, но бизнес находится в рамках законности. Снова тайные планы. Кажется, она окружена ими. Настало время для перемен. Даже если навыки, которых требовала секретная работа Джека, помогли сохранить ей и Кэлу жизнь, Джиллиан надеется, что его будущее направление бизнеса не будет иметь ничего общего с подобными вещами. Джек откидывается назад. — Концепции безопасности для компаний, — объясняет он, оставаясь верным своей стратегии не раскрывать больше, чем это абсолютно необходимо. И все же Джиллиан услышала нотку неуверенности в его голосе. Он хочет произвести на нее впечатление. Бизнес-идея не нова, рынок неумолим. Тем не менее, и хотя Джиллиан надеялась на направление, которое было бы немного дальше от засекреченных действий, она не сомневается, что компания Джека выйдет на рынок и добьется успеха в эти дни всемирной угрозы. Однако она понятия не имеет, какова может быть ее роль в такой компании. — И я тебе подхожу? Он ухмыляется. Джек ожидал этого вопроса. По сути, он спровоцировал его сам. — Компании предпочитают иметь единую точку контакта по определенным аспектам. Особенно по аспектам конфиденциальности. За все отвечает один контакт. Безопасность — главная задача, но времена изменились. Компании поняли, что недостаточно обеспечить безопасность своих товаров, они должны также поддерживать здравомыслие своих сотрудников. Сотрудники, занимающие должности с высоким риском, ценны и нуждаются в усиленной поддержке, которая включает психологическую, скажем, до того, как они отправятся в опасную зону или после возвращения оттуда. В этом есть смысл. Бизнес-концепция Джека продумана до мелочей. Джиллиан тем более убеждена, что через пару лет или даже месяцев его компания станет известной фирмой на рынке. Но… какой бы продуманной ни была его концепция, ее роль в этом будет заключаться в том, что она уже делает. На мгновение чувство вины из-за того, что Кэл не знает, что она здесь с Джеком, забывается, как и тот факт, что ее одолевают серьезные сомнения, когда дело доходит до работы с Джеком, не говоря уже о том, чтобы работать на него. Разочарование берет верх. Ничего не изменилось. Это не тот шанс, на который она надеялась, чтобы начать все сначала. — Ты не выглядишь заинтригованной, — заявляет Джек. Он достает листок бумаги, нацарапывает на нем несколько цифр, складывает его и подталкивает к ней, как будто они находятся в разгаре сверхсекретных переговоров и за ними следят. В каком-то смысле он уже воплощает в жизнь свою концепцию. Джиллиан качает головой, но все же берет листок бумаги и разворачивает его. — Твоя начальная зарплата, — говорит Джек с самодовольной ухмылкой. В его мире деньги — ключ ко многим вещам. Написанная им сумма в два раза больше той, что она зарабатывает сейчас. Джиллиан впечатлена. Деньги значат для нее далеко не так много, как для Джека. Ей нужны деньги, чтобы зарабатывать на жизнь, быть независимой — и все. Ни больше, ни меньше. — Плюс у тебя есть гарантия того, ты станешь моим партнером в течение следующих двух лет. Вот так да. Джиллиан не ожидала этого от столь эгоцентричного человека, как Джек Рейдер. Она полагала, что он не потерпит рядом с собой никого равного себе. Однако его самодовольная ухмылка исчезла. Кажется, он беспокоится о ее реакции. Тот факт, что он готов отказаться от своей монократии, красноречиво говорит о том, как сильно он хочет, чтобы она сказала «да». Рука Джека касается ее руки. Он всегда питал к ней слабость. Джиллиан помнит время, несколько лет назад, когда его ухаживания были недвусмысленными. Она отвергла его тогда, но это не останавливает такого мужчину, как он. Джек всегда будет добиваться того, чего хочет, и именно здесь Кэл снова вступает в игру. Работать с Джеком, видеться с ним каждый день может оказаться непростой задачей. Джек — это одно, однако будет непросто справиться с последствиями, касающимися ее и Кэла. Кэл не станет сомневаться в ней. Однако она солгала бы себе, если бы притворялась, что работа с Джеком не повлияет на ее отношения с Кэлом. Он ревнует. Его страх потерять близких граничит с патологией из-за самоубийства его матери. Не говоря уже о том, что он все понимает, просто взглянув на ее лицо на долю секунды. Она никогда не сможет спрятаться от него, если Джек продолжит свои намеки или даже усилит свою игру. Не то чтобы она хотела скрывать это от Кэла. Учитывая все обстоятельства, эта работа — не увеселительная прогулка, и она не может держать это в тайне от Кэла. Она тоже негодовала, если бы он работал с женщиной, которая преследует его так оскорбительно. Джиллиан в любом случае подумала бы о том, чтобы взяться за работу, и обсудила это с Кэлом, если бы она хотела эту работу. Но это не так. Щедрая зарплата и дополнительное предложение стать деловым партнером не меняют того факта, что ее новая работа будет в основном такой же, как и сейчас. — Я польщена, — говорит Джиллиан. — Суммой и еще больше — предложением партнерства. — Значит, это «да»? — Это не та работа, которую я хочу, Джек. Я не хочу оставлять работу психолога, но хочу перемен. Мне нужно… — Она замолкает, когда его самодовольная ухмылка внезапно возвращается на его лицо. — Что? — Я знал, что ты это скажешь. Вот почему у меня есть туз в рукаве, который сделает невозможным для тебя отказ. Ты. Могла. Выбирать. Дело на общественных началах. — Он подчеркивает каждое слово. — Определенное количество в месяц, скажем, два или три. Как и адвокаты, только речь шла бы о психологической помощи. Мы могли бы сотрудничать со школой, детским садом, черт возьми, даже с женским приютом, если ты этого захочешь. Тебе больше никогда не придется беспокоиться о финансах, ты будешь моим равноправным партнером и сможешь творить добро. Вот это уже кое-что, не так ли? Вау. Джиллиан потеряла дар речи. Это то, чего она всегда хотела, причина, по которой она стала психологом. Она хочет помогать людям, не только избранной группе, но и всем подряд. Джек снова касается ее пальцев, но принимает реплику, не берет ее за руку. Затем он продолжает приглушенным тоном: — Ты знаешь меня, Джиллиан. Когда я чего-то хочу, я добиваюсь этого всеми доступными способами. Я думал о том, кого я хотел бы сделать своим партнером. В моем списке было несколько имен, но я вычеркивал их одно за другим, пока не осталось только одно — твое. Ты знаешь, что я хотел бы, чтобы мы были больше, чем друзьями. Но не это причина моего предложения. Причина в том, что ты наиболее квалифицирована для этой работы. У тебя есть подход к людям, и у тебя есть подход ко мне. Вот почему мне нужно, чтобы ты была рядом со мной. И именно поэтому мое предложение включает в себя то, чего, я знаю, ты хочешь больше всего. — Он делает паузу. — Если ты боишься авансов, то их не будет. Я уважаю то, что у тебя отношения. Последние два предложения — откровенная ложь. Однако все остальное — правда. Все это. И впервые Джиллиан может представить, что будет работать с Джеком. — Так что скажешь?

***

Кэл кладет конверт на стол. Он не осознает, что делает, потому что его глаза и мысли сосредоточены на визитной карточке. В конце концов любопытство и недоверие к Джеку Рейдеру взяли верх, и теперь, когда Кэл прочитал открытку, стыд за то, что он нарушил частную жизнь Джиллиан, сменился гневом. Красный, горячий и неконтролируемый. «The Jack Rader Group — главный исполнительный директор Джек Рейдер» — говорится в карточке. Пока все не так плохо, но прямо под этим кроется причина гнева Кэла. Заместитель генерального директора: Джиллиан Фостер. И подписано от руки: «Добро пожаловать на борт, Джиллиан. Это был правильный выбор». Кэл стоит как вкопанный. Умом он осознает, что слишком остро реагирует. Это, должно быть, дурацкая шутка. Джиллиан никогда бы не сделала этого, не сказав ему, не так ли? Если бы она даже подумала о том, чтобы бросить свою работу и устроиться на другую, она бы поговорила с ним об этом, верно? Но это его слабое место — терять людей, которых он любит, быть преданным людьми, которых он любит. Он ничего не может с этим поделать. Тем более, что это происходит именно сегодня. В тот самый момент, когда он собирается спросить Джиллиан точно о том же. Как будто жизнь, в очередной раз, знала что-то, чего он не знает, что посеет хаос. Независимо от того, как сильно Кэл пытается успокоиться, он не может перестать кипеть от ярости. Как этот парень смеет так его провоцировать? Он даже не замечает, что вошла Джиллиан, пока она не оказывается перед ним. — Кэл? Что не так? Боже мой, что-то случилось с Эмили? Он наблюдает, как ее лицо меняется от замешательства к беспокойству к напряжению, когда она смотрит на него, реагируя на то, что видит. Кэл недавно начал учить Джиллиан читать микровыражения, и она хорошо учится. С другой стороны, скорее всего, не нужно быть экспертом, чтобы заметить гнев на его лице. — Что случилось? — спрашивает она, на этот раз осторожно. Ее тон голоса подразумевает, что она справедливо предполагает, что дело в ней, но понятия не имеет, каким образом вовлечена. Он это слышал — Джиллиан тоже начала его кое-чему учить. — Твой приятель, — в конце концов говорит Кэл с рычанием, указывая на конверт и визитную карточку на столе. Джиллиан берет визитку и читает ее, зная, что Кэл настороженно наблюдает за ней. Это не дает ей времени подумать о том, что бы лучше сказать ему, потому что он отслеживает каждое изменение на ее лице. Или, по крайней мере, так ей кажется. В такие моменты она проклинает профессиональные навыки Кэла, которые проникают в их личную жизнь. Она осознает, что это лицемерно, потому что она также использует свои навыки, когда дело касается его, но его способности заставляют ее чувствовать себя побежденной. Джиллиан слышит это в голосах. Однако до тех пор, пока кто-то не заговорит, она застрянет, в то время как Кэл просто смотрит на людей и видит все это постоянно. И он будет сердиться на то, что он видит, на то, что он, вероятно, уже видел. — Он прислал тебе это? Я в это не верю. — Она останавливает его. — Ты ведь не веришь в это? Я не работаю на Джека. Это правда. Кэл видит так много, хотя ему трудно читать Джиллиан в подобных ситуациях, когда его эмоции зашкаливают. В ее лице много гнева, который соответствует его собственному, но под этим гневом он уловил что-то еще. Что-то, что промелькнуло на ее лице лишь на долю секунды, почти намеренно, скрытое ее гневом. В кои-то веки Кэл пожалел, что не так искусен в чтении микровыражений. Это позволяет ему видеть даже то, чего он предпочел бы не видеть. Как и ее чувство вины. Если карточка — дурацкая шутка Джека Рейдера, то почему Джиллиан чувствует себя виноватой? Это опровергает его теорию о том, что во всем и исключительно виноват Джек. Кэл любит Джиллиан. Тем не менее он не готов к чувствам, вызванным одной лишь мыслью о том, что она действовала за его спиной. Яркие картины его матери всплывают в его сознании. Такого не случалось целую вечность. То, как она улыбнулась ему, обняла его и всего через несколько минут решила покончить с собой. Люди ненадежны, не заслуживают доверия. Это то, чему он научился тогда и что является его вечной борьбой по сей день. Были и исключения (Зои). Являются (Эмили, Терри и, конечно же, Джиллиан). Ему потребовались годы, чтобы понять это, а у нее есть сила разрушить это в мгновение ока. Успокоение превратилось в смутную идею, которая больше не сработает. Кэл делает шаг вперед, к Джиллиан, и смотрит прямо ей в лицо, ища правду, которую он чувствует, но не понимает, за исключением того факта, что ему вот-вот будет больно. — Если ты не работаешь на него, тогда откуда чувство вины? — Он шипит — его голова наклонена, зубы стиснуты, он готов к нападению. Кэл наблюдает за внутренним конфликтом Джиллиан, пока она не сдается и не закрывает глаза в тщетной попытке отгородиться от него. — Я не работаю на него, — повторяет она, снова открывая глаза. — Пожалуйста, мы можем поговорить об остальном позже? Не здесь и сейчас, мимоходом. Позволь мне сначала приготовить нам ужин, а потом мы сядем и поговорим. — Почему. Чувство вины? — Кэл делает еще один шаг вперед, прямо в ее личное пространство, как он всегда делает. За исключением того, что он не прикасается к ней. Между ними есть только напряжение, которое ждет одного неправильного слова, чтобы вспыхнуть. Джиллиан делает глубокий вдох и отступает назад. Она знает о причинах, по которым Кэл слишком остро реагирует, почему они не могут нормально поговорить об этом. Но она также боится, что сказать ему об этом сразу будет контрпродуктивно, учитывая его настроение. Любой причины будет достаточно, чтобы затеять ссору. И того, что она должна ему сказать, наверняка будет достаточно. Строго говоря, они уже находятся в самом разгаре ссоры. Однако все может стать гораздо хуже, и она хочет предотвратить это. — Я не буду этого делать, Кэл. Ты раздуваешь из мухи слона. Ты хочешь ссоры ради ссоры, чтобы выпустить свой гнев. Я понимаю, но не дам этого тебе. Она поворачивается и несет продукты, которые купила на кухню, слыша, как он идет за ней. Даже его шаги звучат сердито. — Эй! От чего ты уходишь? Это неправильно. Не делай этого. — Не бери в голову. — Я никуда не уйду, Джилл. Давай поговорим. Джиллиан распаковывает продукты и убирает их. Возможно, игнорирование на некоторое время заставит его остыть. Но кого она обманывает? Он прямо здесь, загораживает кухонный шкаф. — Джек Рейдер посылает тебе визитную карточку с вашими именами. Почему? Потому что придурку было скучно? Это не так. Кэл знает это, неустанно вглядываясь в ее лицо в поисках подсказок. На мгновение Джиллиан кажется, что она действительно чувствует все эти толчки и прощупывания, словно укусы на ее коже, когда он пытается проникнуть под нее. Кэл раскачивается взад-вперед рядом с ней, пока внезапно не останавливается. — Черт возьми! Ты говорила с ним. Ты говорила с этим придурком о том, чтобы начать совместный бизнес. Увидел ли он это на ее лице или перешел к диким догадкам? Ни то, ни другое, решает Джиллиан. Кэл выдающийся специалист в своей области, однако он не экстрасенс, но мог сложить два и два. Визитная карточка. Ее реакция. Его логический вывод попал в точку, и ее лицо подтвердило это, даже если она пыталась ничего не выдать. Но вместо того, чтобы вспыхнуть еще сильнее, ярость Кэла, кажется, внезапно исчезла, как будто последние силы покинули его тело. Джиллиан хотела бы не уметь так хорошо читать его мысли больше. Это больно. Излишне говорить. Но его боль выходит далеко за рамки того, что почувствовал бы любой другой человек во время подобного спора. Кэл выглядит так, как будто он только что что-то потерял. И когда Джиллиан выдерживает его взгляд, у нее сводит зубы. Он думает, что потерял ее. — Кэл… — Она протягивает руку, чтобы схватить его за руку, но он отступает от нее. Джиллиан в любой день сорвала бы его гнев на этой пустой оболочке сломленного человека. Он поймет ее: ей просто нужен шанс все объяснить и уладить. — У меня были свои причины поговорить с Джеком, прежде чем говорить с тобой. Просто выслушай меня. Ты не потерял меня, Кэл. Я не твоя мать. Даже психологи совершают ошибки. Джиллиан слишком эмоционально вовлечена. Она знает, что это единственная фраза, которую ей не следовало употреблять. За исключением того, что она озвучила свои мысли до того, как к ней вернулось здравомыслие. Между ними больше нет гневного электричества, которое могло бы вспыхнуть. Вместо этого слово действует как барьер. Стена невидима, но ощутима. Теперь она ни за что не сможет достучаться до него. Резкие черты лица Кэла застывают, когда он разворачивается и выходит.

***

Кэл смотрит в окно. Солнце вот-вот сядет. Огни города постепенно пробуждаются. Однако он не в настроении любоваться видом. Теперь его разум прояснился, больше нет того клубка мыслей, который заставил его уйти от Джиллиан. Он понятия не имел, куда идти, когда уходил, пока не заметил, что ключи от его машины были в кармане брюк и что он все еще держал ключ от дома в руке. Кэл не может сказать, как долго здесь стоит, просто радуется внутреннему спокойствию, которое превратило его гнев в разочарование, которое он неохотно пытается принять. То, что произошло, совсем не похоже на сценарий сегодняшнего вечера, который он себе представлял. Когда Кэл слышит шаги, то не удивляется. Он ушел в спешке. Джиллиан, должно быть, нашла бутылку шампанского, которую он случайно положил в сумку, и забыла о ней, как только он увидел визитную карточку с ее именем. Его рукописная подпись с именем риэлтора, а также адресом помещения тоже были в сумке. Ей просто нужно было сложить два плюс два, чтобы знать, где его найти, и, более того, понять еще одну причину, по которой он так остро отреагировал. Кэл не оборачивается, когда она входит в комнату. Она останавливается, чтобы что-то поставить. Судя по звону, она принесла шампанское и бокалы. Только Джиллиан могла так поступить после того, как он с ней обошелся. — Ты оставил дверь приоткрытой, — заявляет она. Он видит ее силуэт в отражении стекла. Мягкий, размытый, сливающийся с огнями снаружи. — Знал, что ты найдешь меня. — Итак… — Джиллиан оглядывается. Мебели нет, комнаты пусты, но очевидно, что это деловые помещения, и ей уже все ясно. — Это будет твой кабинет? Кэл на мгновение сжимает кулаки, когда ему вновь напоминают, что все должно было произойти совсем не так, но заставляет себя расслабиться. Он должен был показать ей окрестности, рассказать о своей бизнес-идее, заинтересовать ее так, чтобы она, как само собой разумеющееся, согласилась стать соучастником их новой фирмы. — Подумал, что эта комната может быть твоим кабинетом. Отсюда ты можешь увидеть закат. Думал, тебе понравится. Джиллиан замирает, а затем резко оборачивается. Их взгляды встречаются в оконном стекле, прежде чем Кэл решает повернуться и посмотреть ей в лицо. — Кэл… Джиллиан делает шаг вперед и берет его за руку. Это в ее характере — утешать его. Она догадалась, что сегодня он хотел рассказать ей о своей новой идее, показать ей свое новое помещение для бизнеса, прежде чем его планы были нарушены письмом Джека. Однако она не могла знать, что в бизнес-планы Кэла входит и она. Только теперь она понимает степень его обиды во время их предыдущей ссоры и хочет извиниться. Это написано у нее на лице. — Не нужно, Джилл, — останавливает ее Кэл, прежде чем она успевает это сказать. Не ее вина, что Джек Рейдер пытался подставить его и что он слишком остро отреагировал. Он не хочет, чтобы она вытирала ему сопли. Джиллиан выдерживает его взгляд, чтобы убедиться, что он действительно говорит серьезно, прежде чем одобрительно кивнуть. Кэлу не нужны извинения. Однако он заслуживает объяснения. Объяснения, которое он жаждет услышать. Она так много видит. — Почему ты мне не сказала? — Кэл продолжает их прежнюю дискуссию, но на этот раз без яда. Он только хочет понять. Джиллиан делает глубокий вдох. — Я тоже думаю о некоторых изменениях с точки зрения бизнеса. Вот почему я встретилась с Джеком. Я хотела взвесить все за и против, выяснить, чего я хочу. Это объясняет, почему она встретила Рейдера, но не объясняет, почему она не рассказала об этом Кэлу. Даже потом. Джиллиан смотрит вниз на их переплетенные пальцы. — Ты — буря, Кэл, а я — легкий дождик. Ты был бы так полон решимости помочь мне принять правильное решение, что я не знала, было ли это на самом деле моим решением или твоим. Она снова поднимает взгляд и смотрит прямо ему в глаза. — И давай посмотрим правде в глаза. Ты тоже не разговаривал со мной до того, как решил уволиться с работы. Это правда. Он принял спонтанное решение самостоятельно. Конечно, он знал, что Джиллиан не хотела бы, чтобы он выполнял еще одно задание под прикрытием, когда Хайнс предложил ему. Однако, и даже если бы очевидный перевод на служебную должность не был бы в его компетенции, могли быть и другие варианты. Кэл мог бы отложить свой ответ и сначала поговорить с ней. Вместо этого он решил уволиться прямо здесь и сейчас. Кэл поджимает губы, выражение его глаз смягчается. Ему не нравится ее объяснение, но было бы неискренне не соглашаться, потому что она права. Они равны, все так, как есть. Однако есть еще одна вещь, которая его беспокоит. — Почему ты решила не работать с ним? — Это было не то, чего я хотела. Плюс… — Джиллиан делает шаг вперед, свободной рукой смахивая невидимые пушинки с рубашки Кэла, чтобы прикоснуться к нему, прежде чем положить руку ему на грудь. — Я бы каждый день сталкивалась с намеками и подшучиваниями Джека, и я думаю, тебе бы это не понравилось. — Ее улыбка соблазнительна, а выражение ее лица бросает ему вызов. — Так что же я буду делать в этом кабинете? — Джиллиан меняет тему как раз в тот момент, когда Кэл собирается наклониться и поцеловать ее. На долю секунды она заставила его забыть обо всем. Их предыдущий спор, почему они здесь, о чем он хочет с ней поговорить. Все, о чем он может думать, это о том, что он хочет поцеловать ее. Она может сделать это с ним. Обвести его вокруг пальца своими словами и своей улыбкой. Его настроение изменилось. Его больше не мучают гнев или разочарование. Не важно, насколько сильно он пострадал, то, что произошло, было не более чем вспышкой в их стабильных отношениях. Кэл берет себя в руки. — Давай работать вместе. Если мы объединим наши области знаний, никто не сможет скрыть от нас ложь, как бы ни старались. Мы можем одновременно зарабатывать деньги и проводить исследования. Хотя он дает ей фактическое объяснение, о котором она просила, в голосе Кэла звучит знакомое, едва уловимое рычание, которое всегда появляется, когда он возбужден. Зрачки Джиллиан расширяются в ответ. Интересно, как он может видеть то, что она слышит. Захватывающе и необходимо для воплощения его бизнес-идеи. — И я была бы…? — …моей равноправной партнершей. Ты и я, Джилл. — Голос Кэла теперь тише, неувереннее. — А как насчет финансов? Сколько стоит арендная плата? Кэл ожидал этого вопроса и готов дать ей обоснованный ответ. Он потратил свои сбережения, когда писал книгу, но получает за нее теперь деньги, и время идеально подходит для открытия фирмы, учитывая внимание средств массовой информации. — Арендная плата приемлема, у меня достаточно денег, чтобы финансировать свою половину, а то, что ты — это ты, означает, что у тебя должны быть хоть какие-то сбережения, чтобы ты могла купить себе место в нашей новой фирме. Не думай, что можешь получить половину моего бизнеса бесплатно. Разумеется, он шутит. Кэл захотел бы Джиллиан в качестве равноправного партнера, даже если бы у нее не было ни цента. Они улыбаются. Кэл знал, что финансы будут важной частью их разговора, поскольку Джиллиан — наиболее разумная из них и никогда ничего не сделает без подстраховки. Теперь, когда он объяснил, а она выслушала, он ожидает, что она скажет «да» в любой момент, но за этим следует неловкое молчание. У Джиллиан кружится голова. Это непросто принять. Больше всего на свете она хочет сказать «да», чувствует себя польщенной тем, что он попросил ее об этом. Кэл никогда бы не сделал такого просто потому, что они пара. Он сделал это, потому что уважает ее научные способности так же сильно, как она уважает его. Она уже знала это, но иметь доказательства — хорошо. Мысль о том, что они могли бы построить бизнес вместе, тоже время от времени приходила ей в голову, но никогда не казалось реальным вариантом. Джиллиан отказалась от этой идеи, потому что не хотела разрушать личную и деловую жизнь. Предполагается, что именно Кэл, как человек, склонный к риску, без колебаний выдвинул бы эту идею. — Что скажешь, милая? — Он нарушает молчание. Лицо Кэла потемнело. Он не знает, чего ожидать, и почти боится ее ответа. — Я хочу помогать людям. Вот почему я стала психологом, — облекает Джиллиан в слова первую мысль, которая приходит ей в голову. — Ты знаешь, я люблю твою науку, но не могу игнорировать суть моей мотивации. Разоблачение лжецов не помогает людям, не так, как я хочу им помогать. Это та же мысль, которая была у нее, когда она отвергла предложение Джека, и, судя по выражению глаз Кэла, он интерпретирует ее слова точно так же — как представление, которое будет отвергнуто, полагая, что она только пытается смягчить удар. — Это значит «нет»? — Это «да», но при одном условии. Я буду рад помочь всякий раз, когда потребуется специалист по голосу. Но мне нужно поработать психологом. Больше не ограничиваясь помощью травмированным агентам под прикрытием, а помогая всем. Как я всегда хотела. — Это было то, что она имела в виду, когда сдавала экзамен. Предложение работать в Пентагоне, последовавшее вскоре после этого, было прекрасной возможностью в то время, но теперь ей этого не хочется. Предложение Джека, включавшее бесплатные дела, было заманчивым, но в конце концов она не могла себе представить, что будет работать с ним по разным причинам, независимо от того, насколько интригующим было его предложение. В любом случае разговор с ним заставил Джиллиан понять, чего она хочет. Если бы Кэл сделал ей такое же предложение до ее разговора с Джеком, она, вероятно, согласилась бы в одно мгновение, настолько очарованная его волнением и увлеченная его идеями, что не поняла бы, что это не то, чего она действительно хотела, пока не стало бы слишком поздно. Выражение лица Кэла сменилось с неуверенного на энергичное. От этого у нее по спине пробегает холодок. Совместная работа станет необычным опытом во всех отношениях. Возможно, ей следует подумать о том, чтобы установить границы, провести черту. Позже у них будет достаточно времени, чтобы разобраться. На данный момент у Кэла есть кое-что на уме. — Доктор Фостер, будете ли вы моим равноправным партнером в болезни и здравии, пока банкротство не разлучит нас? Забудь о последней части. Этого не случится, — поспешно добавляет Кэл, когда видит нервный огонек в глазах Джиллиан. Они находятся в личном пространстве друг друга, как это часто бывает. Это их фишка — такая близость. Напряженность, которую он создает между ними, обладает собственной энергией, окружая их, словно живое существо. Джиллиан заметила, что незнакомцы смотрят на них так, как будто могут это видеть. — Да, я согласна. Этот момент наполнен эмоциями. Это судьбоносное решение для них обоих. Джиллиан хочет поцеловать его, но волнение Кэла берет верх. Теперь, когда она сказала «да» и бремя, весившее несколько тонн, снято с его плеч, Кэл не может стоять на месте. Он хватает Джиллиан за руку и выходит в холл. — Там, — говорит он, указывая на стену напротив входа. — Большая неоновая вывеска с названием нашей фирмы. И фотографии микровыражений под ними. Это поразит всех, кто придет сюда в первый раз. Его энтузиазм так заразителен, как она и предполагала. Она дала ему добро — его уже не остановить. — У тебя уже есть название? — Сердцебиение Джиллиан учащается, когда она задает этот вопрос. Стена микровыражений — это все о нем. Где будет ее место? Ее видимое место. Ей не нравится быть в центре внимания, но она усвоила, что вы должны быть признаны, если хотите вести успешный бизнес. Джиллиан не намерена быть невидимкой на заднем плане, которая просто поддерживает Кэла. — Конечно, милая. — Его ухмылка становится еще шире, если это возможно, учитывая, насколько он уже счастлив. Кэл делает жест обеими руками, который охватывает всю стену, показывая, насколько огромной будет неоновая вывеска с названием их фирмы. — Foster & Lightman. — Ты поставил мое имя на первое место. Она не может в это поверить. Как бы Кэл ни хотел, чтобы она стала его партнером, он по-прежнему эгоцентричен, когда дело доходит до его науки. Джиллиан ожидала, что он первым назовет свое имя. — Я подумал, что лучше расположить их в алфавитном порядке. Это притворство — она точно это знает. Он бы в любом случае поставил ее имя на первое место — символическое действие, чтобы показать ей, как сильно он ценит то, что она готова сделать решительный шаг вместе с ним. Джиллиан обнимает его. Кэл всегда говорит, что она обнимает лучше всех, так что это меньшее, что она может сделать. Спасибо. И это все. Вот так просто. Их имена и жизни связаны навсегда. Конечно, если им удастся избежать банкротства. Джиллиан уже видит это мысленным взором. Как будут выглядеть меблированные комнаты. Как они будут заглядывать друг к другу в кабинеты, проходя мимо. Пришло время выдернуть пробку и выпить шампанского.