Любовь с привкусом Смерти

До ушей доносились приглушенные голоса вампиров внизу. Каждый звук отдавался тупым ударом в висках. Голова гудела, будто набита ватой, пропитанной усталостью. Ноги, тяжелые как свинец, медленно спускались по лестнице особняка Сальваторе. Этот день выжал меня досуха: школа с ее натужной нормальностью, потом мучительный разговор с Еленой о новом, еще более безумном плане убийства Клауса, слежка за Бонни, корпевшей над расшифровкой древних иероглифов, как будто старых проклятий нам было мало, и под конец – леденящая душу новость о Первородном отце и каких-то магических колах. Апофеозом стал вечерний спектакль: Бекс, оказалось, не обрадовалась, узнав, что ее брат много веков назад убил их мать и столетиями обманывал семью. Но мою сестру чувства вампирши волновали не больше, чем погода на Марсе. Она выложила все грязные секреты гибрида, как на блюдечке. Злость клокотала внутри – не только на самого Клауса, чье имя вызывало приступ тошноты, но и на Елену, которая так цинично пыталась настроить и без того раздавленную Ребекку против ее же брата. - Обсуждаете план убийства Клауса? - мой голос прозвучал хрипло от усталости. Усталый взгляд скользнул по собравшимся в гостиной. Особое внимание привлек незнакомый мужчина, стоявший рядом со Стефаном. Высокий, с холодными глазами. Еще один игрок в этой смертельной игре. - Эвелин, иди к себе, - скомандовала Елена, резко встав и заслонив собой обзор. Ее тон не оставлял места для возражений.Я не остановилась. Прошла мимо нее к маленькому столику, налила стакан воды. Ледяная влага обожгла пересохшее горло. - Не могу, - сделала освежающий глоток. - Как я тогда узнаю, какой у вас план? - попытка звучать твердо разбилась о каменное выражение лица сестры. Ее взгляд, полный упрека и усталости, подкосил не только мою самоуверенность, но и желание вообще что-либо знать. - Пойду проветрюсь… - закатив глаза так, чтобы она это видела, я развернулась и направилась к дверям. В последний раз бросила взгляд на Стефана и его таинственного спутника. Стефан встретил мой взгляд – в его глазах мелькнуло что-то… тревожное? Предостерегающее? Сердце ёкнуло. Прохладный вечерний воздух ударил в лицо, неожиданно резкий для Мистик-Фоллс. Я прислонилась к колонне крыльца, закрыв глаза. Как я до такого докатилась? Ответ пришел мгновенно, горький и ясный: два дня назад. Вероника появилась передо мной буквально из ниоткуда, с глазами полными странного блеска. Заманила в лес, бормоча что-то о срочной помощи для Кетрин. Мы блуждали по заросшим тропинкам часа четыре, пока не вышли к старому, мрачному склепу. Я ожидала увидеть внутри ту самую женщину, о которой слышала только ужасы, но склеп был пуст. Ни Кетрин, ни праха того, кто там покоился. Вероника так и не объяснила цель этого четырехчасового марафона, зато с упоением рассказывала бред о моих "способностях" видеть прошлое. На этом наше "приключение" закончилось. Я намекнула, что ей пора к психиатру, и побрела домой – туда, где меня уже ждали Стефан и Майкл. А через час вернулась Елена, и понеслось… Все, как в начале этого бесконечного дня. - Как тебе? - я вертелась перед зеркалом в спальне особняка Сальваторе уже добрый час, выпытывая у Бекки мнение о платье для вечеринки. На мне было что-то темно-синее, струящееся. Бекка же была сама не своя второй день подряд. И немудрено: накануне к нам нагрянул сам отец Первородных – Майкл. Его появление заставило меня онеметь от чистого, леденящего ужаса, смешанного с ошеломлением. Никто не ликовал от такого гостя, но вместо тотальной бойни он лишь холодно предупредил Стефана: приведи Клауса в город, или умрут все Сальваторе и все, кто им дорог. Не то чтобы мой бывший… друг особо переживал за меня или Елену, но остатки совести или страх за себя не позволили ему проигнорировать угрозу. И вот, через два дня после визита убийцы вампиров, родился новый "успешный" план. План, в детали которого меня, как обычно, не удосужились посвятить. Поэтому я прозябала здесь, в компании нарядов и предвкушения вечеринки, которая казалась жалкой пародией на нормальную жизнь. - Отлично, - уныло пробормотала блондинка, сама застывшая в роскошном красном платье, которое выглядело на ней как траурное облачение. Ее губы только начали шевелиться, чтобы снова завести шарманку о том, что ее брат - исчадие ада и не стоит его жалеть, как зазвонил мой телефон. Тяжело выдохнув, я поднесла трубку к уху, бессознательно скользя взглядом по пыльным шторам. - Как дела, дорогуша? - голос парализовал. Знакомый, как кошмар, бархатистый и смертельно опасный. Мороз пробежал по коже, сковывая дыхание. - Что тебе нужно? - процедила я сквозь стиснутые зубы, все мое существо протестуя против этого разговора. - Мне нельзя просто пообщаться с тобой? - издевательская насмешка в его тоне пронзила до костей. - Нет. Я не хочу, - взгляд лихорадочно забегал по пейзажу за окном, выискивая в сгущающихся сумерках знакомые очертания монстров. - Будь повежливее, любовь моя… - его голос внезапно потерял игривость, став низким, ледяным и невероятно опасным. Легкие судорожно вобрали воздух. Я стиснула зубы, подавив язвительную реплику, готовую сорваться. Заткнись, Гилберт. Заткнись, если хочешь дожить до утра. - Мне сообщили, - продолжил он, - Что у твоих дружков есть труп моего отца. Ничего не знаешь об этом? - Почему ты спрашивашь меня? - губы растянулись в кривой, безрадостной усмешке. Абсурд ситуации почти смешил. Из всех людей и нелюдей в Мистик-Фоллсе он решил проверить достоверность слов Стефана именно у меня, вечной парии в их играх. - Вдруг я с ними за одно? - отчасти это была правда, но поскольку меня снова грубо вычеркнули из списка посвященных, я предпочла остаться в тени, молясь, чтобы меня забыли до самого конца этого ужаса. - Ты бы не смогла так жестоко поступить, - уверенность в его голосе была железобетонной. Нервно прикусив нижнюю губу, я обернулась, ища глазами Ребекку – пусть хоть вампирша как-то прекратит этот кошмар. Каково же было мое изумление, когда я поняла – комната пуста. Бекс исчезла. - С чего такие выводы? - спросила я с досадой, понимая, что от расспросов не уйти. - Ты не знаешь меня. - Не поверишь, - на другом конце раздался легкий, неприятный смешок. - Но в первую нашу встречу это было очевидно: ты слишком… эмоциональна для того, кто способен на подобное преступление. - Не думаю, что убийство Первородного вампира – преступление, - прошептала я в трубку, глядя в пустоту. - Во всяком случае, он у них, - констатировал он с такой ледяной уверенностью, будто видел это собственными глазами. Я не стала лукавить тому, чьи клыки чуть не оборвали мою жизнь, и с горечью осознала, как слаба перед этим чудовищем. Он сбросил вызов. Тело будто обмякло, рухнув на ближайший диван. О, как же хотелось, чтобы все эти кошмары закончились! Чтобы сидеть дома, пить чай и не знать, что сестра в эту самую минуту охотится на маньяков-бессмертных. Вместо этого я снова и снова ввязывалась в их дела, выплескивая на Елену и остальных все, что думала об их идиотских планах стать газетной сенсацией. Порой казалось, они специально делают все возможное, чтобы я не знала покоя. Телефон вибрировал – сообщение от Кэролайн: вечеринка переносится в дом Локвудов. На мой встречный вопрос "Почему?" – тишина. Гадай, Гилберт, гадай. Ноги повели меня к выходу. Искать Бекку смысла не было – она утонула в печали, а я не собиралась тревожить грустного вампира. Веселиться в одиночестве казалось меньшим злом. Через полчаса меня встретил дом Локвудов, вернее, волна теплого воздуха, смешанного с противным запахом дешевого алкоголя и пота. Глаза тщетно выискивали знакомые лица в толпе уже подвыпивших людей. Музыка оглушала. - Жду объяснений, - пройдя чуть глубже в шикарный дом - наткнулась на Стефа, рассматривавшего гитаристов. Вампир что-то сказал про их зловещий план, но всë было удачно смыто громкой музыкой и не долетело до моих ушей. - Привет, ребят, - его перебил Тайлер. Парень улыбался слишком радостного для того, кто недавно стал мифическим чудовищем. - Крутая вечеринка, - с улыбкой прокомментировал Потрошитель, перескакивая с темы убийства Первородного. - Спасибо, но она не моя, - в руках гибрида была коробка с пивом. Куда он её несёт? Напитки в другой стороне. – Я выполняю приказ Клауса, - от упоминания его имени меня перекосило. - О чем ты? - Это не вечеринка, чувак. Это поминки, - с этими словами он скрылся в толпе, а народ начал бурно аплодировать. - Всем, добрый вечер! - сердце пронзило и я резко подняла голову, стараясь не верить глазам. - Хочу поблагодарить всех вас за то, что пришли на праздник, - внизу живота закрутилась паника. Она связала все органы в тугой узел, подпуская ком к горлу. Хотелось кричать, плакать и прятаться. - Я ждал этого много лет, - для тех, кто знал о существовании вампиров и истинном обличии мужчины, эта фраза звучала особенно устрашающе. Никто не сможет назвать точное число, которое Первородные провели на земле и «много лет» для них – это точно не один или два века. Голубые глаза смотрели сквозь меня. Я пошатнулась, стараясь не упасть, но не отводила взгляда, дабы не казаться слабой. Сальваторе заметно напрягся. Его рука обвила мою ладонь и сжала с неистовой силой. Сначала мозгу не было до этого дела, но когда ноющая боль в конечности стала почти невыносимой – с губ сорвалось замечание в сторону вампира. Стефан извинился и ослабил хватку. От этого на душе стало немного теплее и спокойнее. Я знала, что не смотря на свою бесчеловечность, он сможет защитить меня, если потребуется. Клаус закончил свою речь и направился к нам. Мысленно всë во мне понимало, что избежать разговора не удастся, но лицо моë бледнело всë больше, а ладони потели. От побега меня удерживали лишь Сальваторе и нежелание заблуждать в подростковых компаниях. - А вот и мои дорогие друзья, - улыбнулся нам гибрид, будто это не он выпил у меня кровь и это не он сломал своего давнего знакомого. Стеф ответил натянутой радостью на лице, а я вовсе воздержалась от комментариев. Повисло молчание: мужчины молча глядели друг в друга, видимо, читая мысли, а мне оставалось сделать вид, словно всë так и должно происходить. - Прогуляемся? - вдруг предложил Первородный, скользя по моему платью своим небесным взглядом, от которого бросило в дрожь. Мы отправились на улицу. Я всë ещë шла близко к парню, стараясь делать такие же большие шаги и внимательно вслушиваться в разговор. - Отличная вечеринка, - восхвалял мой спутник Клауса и его старания. - Я тысячу лет планировал похороны своего отца, но ни в одном из вариантов не было столько народа, - признался гибрид, будто это был повод для гордости. Ноги шагали по каменным дорожкам, обходя людей, танцующих и пьющих под крутую музыку. - И что теперь? Прекратишь убегать? - мы остановились возле парадной лестницы, где у нас имелось больше возможности остаться не задетыми. - Теперь я воссоединю семью, - зубы прикусили кончик языка, дабы с него не слетел смешок. Признаюсь, что не была готова к таким откровениям. Лживым откровениям. - Семью? - Стеф тоже не поверил словам Клауса, позволяя себе ухмыльнуться. - Ты про тех, кого возишь в гробах? - пальцы крепче сжали руку Сальваторе, замечая потемневшее лицо гибрида. - Это уже не важно, - протянул мужчина, выхватывая у какого-то парня коктейль из рук. - Майкл мëртв. Что было, то прошло, - и тут его глаза метнулись ко мне. - Как поживает Елена? - ехидно поинтересовался он. - Нормально, - быстро пролепетали губы. Его взор спускался всё ниже и я всем нутром чувствовала это невидимое оценивание. Вампир смотрел на меня так, будто стоял в магазине перед стеллажом и изучал понравившийся товар. Чем больше времени проходило, тем оскал Клауса становился шире. - Давай перейдём к твоему отцу, - Стефан внезапно отпустил мою ладонь и приблизился к Первородному. Я встряхнула себя, стараясь не думать об упущенном тепле. Гибрид медленно поднял свой довольный взгляд, вставая к парню почти вплотную. - Что за вечеринка без почётного гостя, - через силу уши смогли разобрать сказанное. - Привези его сюда, - он смотрел в глаза Стефану и я буквально ощущала безвыходное положение парня. - Хорошо… - Сальваторе сделал шаг назад, а Клаус расслабленно выпил из своей бутылки. - Но что я получу взамен? - крик возмущения чуть не вырвался наружу. Мозг искренне не понимал, как можно было что-то требовать взамен у того, кто контролирует тебя. И видимо гибрид тоже был изумлён не меньше моего: он свëл брови, глядя на друга с немалым вопросом. - Свобода от твоего внушения. - Свобода? - чуть ли не рассмеялся Первородный. - Как только мой отец и его оружие будут уничтожены – ты получишь свою свободу, - парень недоверчиво покосился на него, но смог улыбнуться. Я не верила в то, что этот псих сдержит своë слово и хотела было предупредить Стефа, но тот утянул меня в толпу. - Куда сейчас? - успели крикнуть губы, перед тем, как музыка оглушила меня. Вампир не ответил, продолжая тянуть всë глубже. Остановились мы лишь тогда, когда ноги перешагнули порог какой-то комнаты. - Сиди здесь, - попросил Сальваторе, отпуская мою руку и давая возможность отдышаться. - Мы скоро вернемся, - с этими словами он в миг испарился, не дав точной инструкции. Я осталась в гордом одиночестве, замечая как в этих стенах тихо. В мыслях летало множество вопросов, но задать их было некому. Глаза выглянули в окно, рассматривая ночной пейзаж и людей, снующих возле входа в дом. Кажется меня только что бросили. Во всяком случае лучше, чем общество Клауса. Первородный вызывал такую бурю отрицательных эмоций, что аж всë тело трясёт от злости и страха. Если бы только можно было повернуть время вспять… Но теперь ничего не исправишь. Нужно придумать как избавить всех от этого психа. Да побыстрее. Не то, чтобы я сомневалась в планах Елены, но имеются некторые подозрения, что всë пойдёт наперекосяк. Бурю, окутавшую мой разум, остановил резкий грохот на улице. Тело подскочило с дивана и бросилось к стеклу, за которым происходила какая-то потасовка: странные типы, от которых исходила аура крови и зла, оккупировали внешний дворик. На входных ступенях я смогла разглядеть ещë двоих или троих. Только через минуту до сознания дошло, что среди них был Клаус. Первородный стоял в доме, а на его лице кроме ненависти ничего не было. Глаза сощурились, стараясь разглядеть остальных. Девушка мне не знакома, но вот второй оказался ни кем иным, как Майклом. Видимо мне посчастливилось стать одним из свидетелей разборок Первородной семьи. И всë бы было прекрасно. Я продолжила наблюдать за тем, как план по устранению маньяка приходит в исполнение, но тут один из участников конфликта показал запрещённое орудие: мою сестру приволокли два гибрида, кинув еë в руки Майкла. Такой расклад мне, мягко говоря, не понравился и через секунду тело бросилось на улицу, дабы спасти Елену. Конечно же всë настроено против этой выходки и я буквально врезалась в невидимую стену, когда попыталась выбежать из комнаты. На протяжении нескольких минут глаза тупо смотрели перед собой, пока руки стучали в преграду. В груди разгорелась паника. Мозг начал метаться во все стороны, ища лазейку. Господи! Как же можно было повестись на Стефана, оставшись здесь и подставив Елену? Каждые три секунды взгляд возвращался к окну, чтобы убедиться в целостности брюнетки. Назревала не хилая катастрофа, а разъярённые Первородные лишь приближали еë. В голову пришла идея выбраться через стеклянную рамку: я с тяжестью приподняла ручку и потянула на себя. В лицо ударил прохладный воздух и раздался крик. Не успев спустившись я подняла голову. Сердце пропустило тяжëлый удар… - Елена, - с губ сорвался тяжëлый выдох. Тело тут же спрыгнуло с подоконника. Не смотря на тупую боль ноги спешили к телу сестры, но из-за пелены слëз и комка боли в горле колени подкосились, не успев добежать до девушки. Из последних сил я пыталась встать, не веря в то, что она мертва. Чей-то вопль заставил поднять помутневший взгляд. В этот момент мозг перестал понимать что либо, а на душе стало легко. Елена… Она была жива и даже слишком. Я видела еë улыбку так близко, что вдруг осознала - это и не сестра вовсе, но было поздно понимать что-либо. Внезапная волна окатила меня с ног до головы. Особенно сильно жгло левую руку. В ушах звенело. Я умерла? Конечно же нет, хотя и надеялась на такой исход. Боль лишь закрепляла знание того, что душа всë ещë находится в этой бренной тушке, которую разрывали телесные повреждения. Не слыша ничего кроме сердцебиения и чьих-то голосов – я приоткрыла глаза, тут же жмурясь от света. Голова слишком сильно болела для того, чтобы разобрать фоновые крики, шум и стоны, но среди всех голос мне вдруг начало мерещиться собственное имя: - Эвелин! - я бы сразу узнала Елену, но это была не она. Вот только мне слишком плохо и в таком состоянии навряд ли смогу разобрать кому принадлежат слова. - Эвелин, ты слышишь меня? - голос становился всë громче и отчётливее, словно звучал прямо надо мной. Через силу я попыталась открыть глаза. Помутневший взгляд смог увидеть только чëрные волосы и огонь. Мозг понимал, что нельзя продолжать валяться: правая рука с болью во всëм теле попыталась приподнять туловище, но получилось скудно… Немного прийдя в себя я смогла различить ругань Деймона. Мужчина проклинал всех и вся вокруг себя, попутно помогая встать. - Чем ты думала!? - кричал он, а мне не было до него дела, так как левая моя половина получила несколько ожогов. - Я уж понадеялся, что всё пройдёт гладко и без сюрпризов, - со стороны дома послышались шаги. Сальваторе не успел развернуться и получил удар. Я тут же свалилась обратно на землю, чувствуя ужасающую слабость и с из горла вырвалось несколько бранных слов, когда кожу защипало с новой силой. - Не стоило лезть в это, дорогуша, - Клаус стоял в шаге от нас. На лице мужчины чëрным по белому было написано, что он не очень доволен сегодняшним вечером. Сейчас я могла бы пообещать, что более никогда не стану соваться в сверхъестественные дела, тем самым избавив и себя и Первородного от ненужных встреч, но вместо этого в голове пронеслась мысль, что план Елены не сработал.