Любовь с привкусом Смерти

Сидя на веранде какой-то забегаловки, Эвелин наслаждалась каждым глотком кофе. Перед ней расстилался мир, полный ярких красок, отражающихся в солнце Нового Орлеана. Девушка чувствовала себя отдохнувшей. Даже слишком. Будто с каждым днём тёплая атмосфера и дружелюбные лица подруг вытягивали её из глубокой пропасти неизвестных воспоминаний. Почувствовав на кончике носа прохладный осенний ветерок юная Гилберт вздохнула полной грудью и прикрыла лаза. В последние недели жизнь в интернате стала чем-то вроде сна. Бастианна говорила, что нужно учиться жить моментом, перестать зацикливаться на прошлом. И с каждым сеансом на сердце становилось всё легче… Тем временем Ронда начинала вести себя всё страннее. Чем больше времени Эви проводила с доктором, тем мрачнее становилась соседка. Относительно недавно, возвращаясь в комнату после очередного сеанса, краем глаза девушка заметила, как мулатка нервно бегает по ней испуганным янтарным взглядом, а затем, с поникшем выражением лица, отвернулась, не проронив ни слова. Другие девочки говорят не зацикливаться на этом: у Рони бывает такое. Хоть чувство недосказанности между ними было слишком явным, брюнетка всеми силами старалась игнорировать это. Жизнь потихоньку становилась умеренной и тихой. Как прежде. Словно она не покидала Мистик-Фоллс и Елена не ругала её в трубку телефона. Внезапно возникшая мысль о сестре заставила напрячься. Вся эта забота и внимание начинают тяготить. С досадой Эвелин осознавала, что теперь голос сестры кажется слишком громким, а эмоциональные выпады раздражают и она искренне не понимала, почему новые друзья стали заменять ей семью. Может начало этому изменению положили именно её собственные мысли. Иногда, в моментах долгих размышлений, она настраивала себя воспринимать мир сквозь призму лёгкости, как это делали девочки — и это было прекрасно. Однако, среди новых знакомых особенно выделялся один человек. Точнее сказать девушка, чьи светлые волосы переливались под лучами солнца и чьи голубые глаза отражали в себе всю красоту неба. Эвелин не знает как, но Ребекка за эту пару недель сумела занять не последнее место в сердце. Они могли часами напролёт гулять по городу, болтать обо всё на свете, шутить и просто хорошо проводить время. Сначала Гилберт думала, что Ребекка - обычная поехавшая, которая налетела на неё на празднике и решила извиниться необычным способом. Однако прошёл ни один день и даже не два - девушка продолжала настырно искать встречи. Естественно, в голову приходила мысль о том, что она повелась на мошенников, но никаких данных пока не запрашивали. Исходя из этой мысли, первое время после знакомства, Эвелин очень настороженно относилась к блондинке. На ней всегда был браслет с вербеной и тонкое керамическое кольцо, которое Бонни специально заколдовала, чтобы никакой вампир не думал даже о попытке хорошо отобедать. Сама же Ребекка, казалось, не замечала никакого расстояния между ними и в разговорах часто делилась личными переживаниями, будто бы на месте незнакомой, приехавшей из далека ненормальной, находился очень близкий ей человек. Ситуация, произошедшая во время фестиваля, ушла на второй план и юная Гилберт решила довериться. С этого момента началась их дружба. - Эвелин! - вдруг раздался весёлый голос Ребекки, прерывающий её размышления. Девушка неслась с противоположной стороны улицы, держа в руках стакан. Она ловко обошла толпу людей и также быстро оказалась напротив подруги. - Как дела? - улыбка осветила её, и до этого, прекрасное лицо. Гилберт лишь сонно пожала плечами, давая знать, что только недавно встала с постели. Потухший взгляд зелёных глаз почти измученно пробежался по ней и в груди у Ребекки что-то невольно сжалось. Блондинка должна... Нет, обязана была узнать всю правду. - Раз уж ты стала главной любимицей своих учителей, - протянула, присаживаясь на прохладный камень. - То они не будут против твоего прогула на следующей неделе? - Эвелин деже не успела допить утренний кофе и с непониманием уставившись на девушку, стала ждать объяснений. Бекка, как и подобает вампиру под прикрытием, хитро сощурилась, а затем решительно продолжила: - В четверг будет проходить Чёрный маскарад, на котором тебе точно понравится, - само слово «маскарад» звучало заманчиво, и Гилберт чувствовала, как что-то внутри начинает двигаться. Даже несмотря на все свои прошлые мысли, она хотела позволить себе развеяться. Однако в тот момент, когда она кивнула, её охватило легкое беспокойство. В этих словах было что-то, что заставляло сомневаться. Если бы только Эви знала, что Ребекка на самом деле чувствует всё её внутреннее смятение и прекрасно осведомлена о ужасных событиях, так рано произошедших в жизни, то она ни за что не пошла бы туда. Не смотря на это, их дружба укреплялась, и в этом была своя магия: тёплые воспоминания о Ребекке и всех тех моментах, которые были после аварии — рисовали картинки о прекрасном будущем. Возможно, ей удалось бы вытянуть Эвелин из этого состояния амёбы. - Тогда до четверга? - брюнетка слабо улыбнулась, лениво приподнимаясь. Сегодняшнее расписание было забито всякими встречами с пенсионерами. И опаздывать ей не следует. Блондинка мило улыбается, а после тянется к подруге с объятиями. Проходит несколько секунд. Коротких и мимолётных, но именно этих несколько мгновений хватает обеим девушкам, чтобы на весь оставшийся день зарядиться хорошим настроением. Ещё через минут пять Эвелин уже уезжает на школьном автобусе на Ллойдс-авеню, где проведёт ближайшие три часа. Три часа. Именно столько есть у Беккс для визита в Французский квартал. Не то, чтобы она была умалишённой, раз решила наведаться к чокнутым колдуньям, но весь этот кошмар с памятью и ведьминскими чарами начинал набирать нешуточные обороты. Сначала Майклсон и вправду казалось, что лучшая подруга, которую она считала мертвее всех мёртвых несколько месяцев, просто притворяется. Однако, эти мысли исчезли также быстро, как и зародились в светлой голове. В тот вечер, Ребекка даже и подумать не могла, что так удачно испортит праздник нескольким... Ведьмам. Она сбежала из дома, где ее порядком успели задолбать и заодно решила найти одного оборотня. Конечно, в том месте, где они столкнулись с Эви не могло быть никаких оборотней и в помине, но ей хотелось прогуляться по ночным улочкам города, мечтая о медленной и мучительной смерти того волка. В общем, настроиться на весёлый вечер. Вдруг ноги её завернули за угол и толпа карнавальных масок нахлынула со всех сторон. Девушка не стала сопротивляться течению. Да и не понимала зачем. В итоге она всё равно сможет вернуться без всяких человеческих трудностей. Но госпожа Судьба решила сделать ей подарок, судя по всему. Бекка даже не успела найти жертву. Она расслабленно шла вперёд, не напрягая слух или зрение. Просто позволила себе на секунду забыться и именно в этот момент послышался голос. Тот самый голос, который вампирша почти забыла, пускай он и преследовал её в кошмарах. Она помнила, как сердце перестало стучать в грудной клетке. Может это был глюк? Всё-таки ей больше тысячи лет, считая и те, что она пылилась в гробу. В таком возрасте всякое может послышаться. Думала Ребекка, шагая дальше. Но к счастью, это были не глюки. Не успела Древняя даже двух шагов сделать, как перед ней мелькнуло лицо мёртвой подруги. Первым, что заметила Майклсон в тот короткий миг стали глаза. Те самые необычные, родные и блестящие глаза. И если сказать, что в тот момент она была удивлена, то это будет самым жалким преуменьшением. У Ребекки Майклсон был не просто шок, а целая эпопея из разных чувств и эмоций, которые может испытывать Первородный вампир. Дрожащие губы стали судорожно повторять её имя, но было поздно. Призрак прошлого скрылся в толпе, а она даже и не поняла этого. Конечно, вампирские фокусы позволили достаточно быстро найти девушку. Однако... Не бывает такого, что человек воскрешается сам по себе. Неужели кома, похороны и поминки были ненастоящими? Точно нет. Семья Гилбертов плакали над холодным камнем несколько суток, приносили цветы, опускали гроб. С шерифом разговаривали, в конце концов! Она сама видела... Точнее сказать: она и была в этом виновата. Была виновата в том, что не остановилась тогда на мосту. Допустила мысль, что чёртов колдун говорит правду, сдержит своё слово, дарует ей райскую жизнь. Верно. Это всё она - собственными руками убила Эвелин в ту ночь. Но её единственная подруга жива! Верно же? Хотелось думать, что да. Вампирша ещё долго ходила возле юной Гилберт, которая будто и не помнит её голос. Она пряталась в толпе, внимательно следила за каждым движением девушки до тех пор, пока та не решила попить. Ну, а дальше вы сами знаете. Всё рухнуло. Дважды. Ребекка была опустошена и сломлена. Как? Почему? Кто? Зачем? Множество и множество вопросов в голове и ни одного ответа. В тот вечер Древняя не вернулась домой. И на следующий тоже. Она игнорировала звонки Элайджи, было не до его нравоучений. Только лишь через три дня, блондинка нашла в себе силы перешагнуть через порог особняка. Почему же ждала? Дело ведь было даже не ней. Клаус. Она боялась именно из-за Клауса. Понимание того, что если брат узнает правду - беды не миновать, заставило Ребекку три дня обдумывать этот вопрос. Адекватная часть вампирши осознавала, что Ник никогда и ни за что не навредит Эвелин. Однако, что ему мешает посадить её в клетку за тысячу замков? Попутно спрятав сестрёнку в гроб. Ничего. Поэтому несколько мнений Бекки, которые боролись между собой эти несколько дней, сошлись на том, что следует провести собственное расследование, ничего не рассказывая ни Элайдже, ни Нику тем более. Так и началась операция по спасению вновь живой Эвелин Гилберт. И первым делом стоило начать с тех девок, которые нагло оттолкнули её от подруги. Ребекка Майклсон была известна не только своей изящностью, красотой, бархатным смехом и лёгкостью, но и весьма вспыльчивым характером, жестокостью и саркастической манерой общения. Ну и умением добиваться желаемого, конечно же. Так что, когда она без особого труда выследила одну из компании Эвелин, убедилась, что та находится в полном одиночестве и рядом нет знакомых ведьм, вампирша сделала первый шаг: схватила девчонку за руку и пока та ещё не успела отреагировать - заглянула в глаза, приказывая молча следовать за собой. Мулатка, на чьём лице читался неописуемый ужас, на дрожащих ногах зашагала за вампиршей. Майклсон мысленно хмыкнула жалкому виду девушки. - Итак, дорогуша, - сразу начала она, как только лишние взоры перестали следить за ними. - Что ты знаешь об Эвелин? - блондинка оглядела свою спутницу ещё раз, поднимаясь взглядом вверх и сравнивая этот образ с тем, что она видела на фестивале. - Понятия не имею о ком ты говоришь, - чужие пальцы дрожали, а сердце билось немного-много быстрее, чем должно было. Ребекка выдохнула с усмешкой и угрожающе приблизилась. Разница в росте у них была почти на целую голову и мулатка инстинктивно сжалась. - Не прикидывайся дурочкой, - шипела вампирша, чувствуя, как раздражение растекается внутри. Вдруг голубые глаза заприметили голубой бейджик на тоненькой шее и ловкие пальцы подцепили его. - Рони, - прочитала Первородная. Точнее, там было написано - Ронда Ли, помощник волонтёрского отряда "Mavis", но кого это волнует. Девушка всё ещё молчала, трусливо поджав губы. - Ладно, поступим по другому, - а ещё младшая Майклсон не отличалась терпением и через пару секунд человек оказался вжат в каменную стену. - Нет! - Ронда увидела тёмную сеточку вен под чужими глазами и огромные, как ей казалось, клыки и закричала, чуть ли не моля о пощаде. Вампирша даже не думала останавливаться. Если кто-то не хочет говорить добровольно, то она заставит его. - Стой! - острые зубы пронзили нежную кожу и в рот Ребекке потекла тёплая, вкусная и сладкая кровь. Ну, в первые секунды она была именно такой. Когда же Древняя сделала первый глоток, то всё зажгло адским пламенем. Словно в неё только что залили несколько канистр какой-нибудь супер опасной кислоты и теперь тело разъедало изнутри. - Твою мать! - выплёвывает Бекс, стараясь стереть с лица капли крови. Её разъяренный взгляд останавливается на маленьких ожогах на руках и перескакивает на девчонку, которая не посчитала нужным сказать об этом. - Так ты под вербеной, - Ронда валялась на холодной земле, одной рукой поддерживая тело, чтобы не упасть, а второй закрывая кровоточащую рану на шее. - Хватит ныть, - Майклсон наконец выпрямилась. Она оглянулась по сторонам, проверяя не заметил ли кто-нибудь этого спектакля. - Не трогай меня, - шепчет девушка со слезами на глазах. - Пожалуйста... - блондинка хитро и зловеще улыбается, медленно подходит к своей жертве и присаживаясь, заглядывает прямо в лицо. - Если расскажешь все, что знаешь, то обещаю подумать. - Мне запретили говорить, - тут же отрезала Ронда, не смея шевелиться. Никогда ранее ей не угрожал вампир. Тем более Первородный. - Кто запретил? - Ребекка была настроена как никогда серьёзно и если потребуется убить кого-то для того, чтобы узнать всю правду, то она была готова. А Рони как раз на это напрашивалась. - Старейшины! - чуть ли не пропищала мулатка, только заметив сеточку вен. - Наши старейшины из Французского квартала, - видимо Ребекке придется запугивать эту дурочку весь день. - Так ты ещё и ведьма... - устало выдохнула та, приподнимаясь. - Что ты знаешь об Эвелин? - снова молчание. Как же её начинает это всё бесить. - Лучше тебе не заставлять меня нервничать, Рони, - уже с раздражением в голосе прорычала Древняя. - Она приехала из Мистик-Фоллс, её сестра - вампир, а брат - воскресший охотник, - проговорила брюнетка, вставая с грязной земли, но не убирая ладонь от укуса. - Это мне и без тебя известно, - Ребекка потёрла переносицу. - Я спрашиваю тебя о том, как именно она оказалась здесь. - Она приехала по программе обмена или что-то типо того, - нахмурилась мулатка. Она не хотела говорить этого. Совсем не хотела, но приходилось. - И эта программа... - чуть погодя добавила она. - Была создана ведьмами, - Майклсон резко развернулась, прожигая девушку взглядом. - Вы стёрли ей память? - сделав акцент на первом слове, вампирша внимательно следила за каждой тенью, что могла дрогнуть на молодом лице и выдать весь обман. Ронда медлила. Её волнение выдавало всё: начиная от учащенного дыхания, заканчивая выступившими капельками пота на лбу. Понимая, что молчание длиться слишком долго, молодая ведьма произнесла: - Нет. - Говоришь не слишком уверенно, дорогуша, - в тот же миг тело Рони вновь столкнулось с холодным кирпичом по одну сторону и с вампирской силой по другую. - Клянусь, нет! - кричала она, пытаясь вырваться из чужих рук. - Я... Я не знаю, как она... - воздуха не хватало, а холодные пальцы сжимались всё сильнее. - Отпусти... - уши заложило и разум помутнел. Ещё немного и связь с реальностью будет прервана. А Майклсон не хотелось бы потом возиться с телом, поэтому почти сразу она отпустила бедняжку и та во второй раз свалилась камнем вниз. Держась за горло, мулатка жадно глотала воздух и почти сразу закашливалась, но продолжала попытки вздохнуть. Теперь - это её личный рекорд по количествам покушений за час, да и за всю жизнь в целом. - А сейчас выкладывай всё, что знаешь, - оскалилась Ребекка, предвкушая длинный рассказ и ещё несколько попыток убийства этой девчонки. Прошло около часа. Вампирша и ведьма всё ещё стояли в тёмном безлюдном переулке. Обе молчали. И если у первой в голове вертелись новые планы по возвращению памяти подруге, то вторая молилась всем богам, которых знала, так как ей казалось, что она рассказала слишком мало и Первородная злиться. От части это было правдой: Майклсон действительно была недовольна маленьким количеством информации, которое ей пришлось буквально выбивать из мулатки. Где же теперь плоды её усилий? Она потратила на Ронду так много времени, а узнала буквально ничего! Да и не было гарантии в том, что та говорила правду. Чёрт бы побрал этих ведьм и их старейшин... - Говоришь, живёте вместе? - после недолгого молчания переспросила Древняя, не отрывая глаз от земли. Ответом послужил сжатый кивок и в блондинистой голове всплыли идеи. - Отлично, - просияла она и тут же развернулась к выходу из переулка. - Идём, - Ронда не успела даже ответить, её бесцеремонно схватили за руку и поволокли в неизвестном направлении. - Куда? - Вербену выводить из твоей крови, конечно же, - Ребекка вновь усмехнулась глупости смертных. - Ты ведь не думала, что я отпущу тебя так просто? - по взгляду ведьмы было ясно, что думала. Очень быстро они добрались до небольшого дома в одном из дорогих районов города. Точнее в одном из самых дорогих районов города - Эспланада-ридж, находившийся между Французским кварталом и районами Мариньи и Байуотер. Через него проходит одна из самых тихих и живописных улиц Нового Орлеана — Эспланада-авеню, по которой Рони частенько гуляла вне занятий. Единственное, что беспокоило девушку в ту минуту, были даже не роскошные особняки или красивые кусты, а непосредственная близость этого района с Сент-Луис - кладбищем, где стоял интернат. Нельзя было позволить чокнутой Первородной узнать местоположение частной школы, иначе плакал план Бастианны. Но также быстро брюнетка выдохнула, когда они зашли в один из многочисленных коттеджей, что стоял достаточно далеко от ведьминской "базы". Однако, понимание того, что если бы вампирша захотела и купила дом в двадцати минутах вверх по улице и без проблем узнала всю правду, не давало расслабиться полностью. Прошло ещё непонятное количество времени. Ребекка Майклсон имела максимальный уровень прокачки в пытках и следовательно без проблем могла вывести дурацкую траву из какой-то там молодой ведьмы, но рассказывать это было бы слишком противно и неприятно, поэтому мы обойдёмся обычными фантазиями и представлением различных сцен в нашем воображении. Могу сказать лишь то, что блондинка была довольна собой и её настроение заметно улучшилось спустя пару часов, проведённых в одном помещении с Рони. - А теперь слушай меня внимательно, - холодно проговорила Майклсон, заглядывая побледневшей девушке в глаза. - Ты забудешь обо мне и обо всём, что сегодня произошло, пока я сама тебя не найду. Ты весь день гуляла по городу и помогала волонтёрам, - чужие зрачки сузились и сейчас стоило бы отпустить бедную девочку, но вампирша продолжила: - Будешь внимательно следить за Эвелин Гилберт и докладывать мне обо всех странностях рядом с ней. Всё понятно? - брюнетка кивнула, всё ещё находясь под гипнозом. - Можешь идти, - Ронда послушно встала, направляясь к дверям. Как только Бекка проводила гостью и удостоверилась, что та ушла восвояси без всяких происшествий, то решила немного отдохнуть и заодно переварить весь этот бред, что она ей наговорила. В ход пошла горячая ванна, две бутылки дорого и старого вина, свечи с ароматом яблок и тихая музыка. Ребекка Майклсон хоть и была большой любительницей рока, но иногда хотелось просто полежать без всякого напряжение. Что она собственно и сделала. Около получаса Бекс преспокойно лежала себе в ванне, плескаясь пеной, словно маленький ребёнок, иногда делая большой глоток алкоголя и вновь возвращаясь к своим коварным планам. Всё шло идеально. Она успешно выведала некоторую полезную информацию, смыла ведьме память и подослала шпионить за Эви. Совсем скоро лучшая подруга вспомнит её и они уедут куда-нибудь далеко. Куда-нибудь, где нет противной магии и злых гибридов, способных сломать всё. Снова. Оставалось самое трудное: найти виновников да убить их. К сожалению, Рони не была посвящена в подробности, что означало - полное недоверие к ней со стороны старейшин. А это значило, что ни о каких именах, датах и времени речи быть не может. Ну, что ж... Придётся попотеть. Ещё через несколько минут Майклсон уже находилась в гостиной своего роскошного дома. Она точно не помнила, что сделала с бывшими владельцами, но точно припоминала их грубый тон. Девушка стояла напротив небольшого камина, закутанная в бархатный халат и с пучком на голове. Иногда хотелось быть просто человеком, позволить себе отвлечься от бессмертной рутины. Но почему-то именно в такие моменты тихие плавные шаги слышались со стороны прихожей, прерывая идиллию. - Привет, братец, - расслаблено и почти радостно поприветствовала его Бекс, не поворачиваясь. - Ребекка, - он был напряжен. Даже не смотря на мужчину, вампирша понимала это. - Где ты была? - Отдыхала, - спокойно соврала та, без всякого угрызения совести. Блондинка резко развернулась и столкнулась с тёмной парой глаз. У Элайджи была такая примечательная черта - тёмный и твёрдый взгляд. Он словно испытывал каждого, на кого смотрел. Во всяком случае у младшей Майклсон не было времени да и настроения болтать с нянькой, поэтому она поспешила скрыться в своей, с некоторого времени, комнате. - И даже не расскажешь мне? - вампир грубо, но в то же время нежно, чтобы не навредить младшей сестре, схватил девушку за предплечье, останавливая её в полушаге от себя и не давая возможности уйти от ответа. - А тебе не всё равно? - цокнула она, даже не пытаясь вырваться. - Разумеется - нет. Я волнуюсь. - Не стоит, - Ребекка была готова рассмеяться этим словам, но сдержалась. - Оторвала пару волчьих голов на болотах и заглянула к Марселю, - на последних словах Древний дёрнулся, словно ему сказали что-то ну очень не приятное. - Ничего, чтобы могло бы нам помочь, - блондинка вырвалась из крепких "объятий" брата и поспешила скрыться за дверьми соседней комнаты.