Непростой экзамен 2

      Темнота за окнами одноэтажного дома постепенно рассеивалась, уступая место запоздавшему рассвету. Стёкла, грязные из-за зачастивших дождей, оставляющих разводы стекающими холодными каплями, стали пропускать первые лучи света прямо через плотные шторы. Прошло каких-то три часа с момента, как Эдд вставал попить воды.       Уснуть у него так и не вышло.       Мысли копошились в голове, приспосабливаясь к новому порядку. Казалось, что теперь мозг работает совсем по-другому. Было больше идей, предположений, даже каких-то зачатков планов и… страхов. Эдд всё не мог избавиться от мысли, что что-то упустил, потерял из виду. Тревога росла, хотелось действовать чётко, без единого промаха, выйти из ситуации… ну, хотя бы живым. Нельзя было усугублять положение, ни в коем случае нельзя было. Так опрометчиво оставить тело на виду было ошибкой, исправлять которую было уже слишком поздно. На эту мысль наслаивались и другие: что, если он оставил какие-то следы? Что, если по ним красноармейцам всё же удастся добраться до их убежища? Если их обнаружат, найдут, схватят, а дальше…       Что будет дальше? К какому финалу он мог привести эту историю просто-напросто забывшись и допустив очередную оплошность?        Нет, так оставлять всё было нельзя. Если быть уж совсем честным, не стоило и начинать. Зачем он убил его? Зачем, зачем?!       «Дурья башка, что с тобой творится?» — обращался Эдд сам к себе. К той части себя, которая перехватила автомат поудобнее и решила стрелять. Он помнил, как им овладела неведомая сила. Такое случалось, когда он оказывался в опасности. Защитная реакция? Или что-то другое…       Эдд поднялся. Окинул взглядом сопящего рядом с ним Тома. Брови его были сведены — события последних дней, должно быть, изрядно его вымотали. Эдд помнил, как Мэтт буквально час назад проснулся и, шаркая по деревянному полу, поплёлся на кухню. Пожалуй, он и сейчас там. Судя по тишине в доме, мирно спит, как и все остальные. На диване он не увидел Дарлы. Вариантов, где она сейчас, было немного: двор, та же кухня или, в конце концов, ванная. Решив не забивать голову лишними размышлениями, Эдд осторожно обошёл Тома и поспешил к входной двери. Накатившая волна тревоги заставляла воображать себе самые разные картины. А если он всё же оставил улики? В состоянии аффекта, как говорила Стейси, наделать можно было чего угодно. Даже факт того, что он избавился от трупа, стал казаться ему выдуманным. Может, он так и оставил его там, в траве, забрызганной кровью? Может, и автомат он домой не приносил, а бросил его по пути?       А может, и такие яркие предположения вызывала совсем не тревога?       Его неудержимо тянуло на место происшествия. Нужно было убедиться, что нет там никаких улик, никакой крови, никаких автоматов и никаких трупов.       Перешагивая порог, он на секунду задумался, что снова совершает ошибку. Снова рискует всем. Но что пугало больше — ему это нравилось. Его это будоражило. Быть на волоске от того, чтобы всё рухнуло, как карточный домик. Эта безопасность была такой фальшивой, надуманной. Им как будто очень повезло с самого начала не попасться шастающим по городу солдатам. Повезло не натолкнуться на них при въезде в город. Всё сложилось так удобно, что сейчас хотелось прыгать в самую гущу событий, пробовать эту опасность на вкус. Какой она была? Определённо, острой, прямо как чей-то ноготь, впившийся в кожу, когда его неожиданно схватили за запястье.       Он вздрогнул и обернулся. В дверях стояла Дарла.       — Куда собрался? — отчеканила она. Звучало совсем недружелюбно.       Эдд промолчал, пытаясь освободить руку. Объясняться с ней совсем не хотелось. Его поступок взволновал её больше остальных, разрушил прекрасную картинку отпуска, возникшую у неё в голове ещё до этой поездки. Было стыдно. И противно. То ли от того, во что он сам превращается, то ли от того, как Дарла буравит его своими серыми, почти стальными глазами.       Он всё же попытался придумать оправдание, догадавшись, что девушка его просто так не отпустит.       — Я… хотел подышать.       — Подышал уже один раз, — мрачно выдавила она. — Заходи внутрь и не смей высовываться больше.       Челюсти сжались. Но ему ведь нужно было уйти.       — Отпусти меня.       — Откуда я знаю, что ты не побежишь сворачивать шею очередному прохожему? — процедила Дарла, сильнее сжимая его запястье. Ногти грозили оставить на нём глубокие царапины.       Эдд всё смотрел на неё, зная, что ему уже не завоевать её доверие. Она была готова усомниться в каждом из них, а к нему самому относилась с наибольшим подозрением, как ему казалось ещё с первой их встречи. Он помнил её упрёки о том, что слишком хорош, и неподдельную уверенность в том, что под этой маской добрячка он что-то скрывает.       Со временем ему стало казаться, что она видела его насквозь. Что он сам не знал о себе этого, а она знала. Что вся эта ерунда с маской — правда, и им сейчас управляет какой-то совсем другой Эдд, сидящий внутри него и защищающий доброе сердце от всяких прелестей жизни.       Он вдруг решил, что лгать ей нельзя. Да, Дарла могла не выпустить его, услышав правду, но ложь разозлила бы её ещё сильнее, а им всё-таки ещё вместе работать, если они хотят отсюда выбраться.       — Ладно, слушай, — начал он вполголоса. Я уже облажался с, ну… одной большой уликой. Я про… про то, что было ночью, — он говорил осторожно, внимательно следя за реакцией Дарлы. Та лишь только поджала губы. — Короче, я не хочу, чтобы что-то ещё навлекло на нас солдат, поняла? Я хочу пойти туда, где это всё случилось, ну, где я…       — Я поняла, — отрезала она. Ей совсем не хотелось слышать ещё одно упоминание злосчастного трупа. За последние несколько часов о нём и так говорили слишком много.       — Я хочу избавиться от всего, что я мог там оставить. Чтобы убедиться… что мы в безопасности. Понимаешь меня?       Дарла медленно выпустила его руку. Он уж было обрадовался, что та спокойно отпустит его, но вдруг она выпалила:       — Я пойду с тобой.       Это не было просьбой, это не было предложением. Это было фактом. И возражения не принимались.       Эдд напрягся.       — Я какое-то время увлекалась криминалистикой и даже думала поступать на судмедэксперта. Всё закончилось ветеринарией, конечно, и я не жалею, но знания-то, — она легко постучала по своей голове, — никуда не делись.       Эдду показалось, что её лицо даже просветлело. Как будто она воодушевилась от мысли, что пойдёт рассматривать следы крови в траве.       Любому бы показалось странным, что девушка, которая боится смерти, могла бы стать судмедэкспертом. Но всё объяснялось очень просто. От страха всегда советуют избавляться, взглянув ему в глаза. Вот она и глядела в глаза смерти через экран ноутбука, убивая долгие часы за просмотром передач про серийных убийц, расследования преступлений и жестокие расправы над жертвами. Как бы парадоксально это ни было, страх никуда не делся, но к такого типа контенту она за период средней и старшей школы сильно пристрастилась. Впрочем, этого можно было ожидать: Дарла до безумия любила ужастики. Кажется, ей просто нравилось наблюдать за таким и будоражить своё воображение.       Но в самом ли деле именно перспектива побывать на месте, ещё хранившем в себе дух смерти, мотивировала её пойти?       Конечно нет.       В силу своей мнительности она никогда не доверяла людям просто так. Для начала их нужно было проверить. И проверить Эдда она собиралась, понаблюдав за ним в действии. Ситуация подходила как нельзя лучше: Дарла сможет видеть, что он действительно хотел сделать, и если он обернёт ситуацию в их пользу, уменьшив их шансы оказаться пойманными — значит, доверять ему можно. А пока все его поступки говорили ей об обратном.       Но пойти с человеком, которому она не доверяла, Дарла бы не решилась. Нужен был кто-то, кто смог бы её защитить в случае чего. И перед кем Эдд не стал бы выпендриваться своей показушной добротой — точно не Стейси, которой он давно запудрил мозги. Следовало пригласить того, кто уже успел показать себя с лучшей стороны.       — Я позову Тома. Он нам поможет.       С каждой секундой Эдд всё больше жалел, что решил рассказать Дарле правду. Правила, которые она посмела устанавливать в его личной инициативе, куда влезла без спроса, его раздражали.       — Замечательно, — в его голосе читалось нескрываемое недовольство. — Может, ещё и Мэтта позовёшь?       Дарла невинно подняла брови и повела глазами, будто бы всерьёз рассматривая эту идею.       — Почему бы и нет.       Она сорвалась в дом, явно намереваясь позвать обоих. Эдд понял это слишком поздно, чтобы остановить её. Жалкое «Дарла, нет!» затерялось в глубине гостиной, когда девушка уже выводила из кухни только-только продравшего глаза Мэтта.       Идеальный план Эдда рушился на глазах. Он не хотел никаких помощников, что мешались бы под ногами и лезли, куда не нужно. Он не хотел ни с кем разговаривать, ни с кем объясняться. Всё, чего он хотел — исправить то, где напортачил, и восстановить свой авторитет.       Но здесь никто не учитывал, чего хотел он. Это было общее дело. Общая проблема. Общие…

***

      — …галлюцинации у нас, что ли? Ты уверен, что мы в правильном месте?       Том недоумённо шарился в совершенно чистой траве.       — Да, — нервно расшагивал Эдд, не понимая, как от убийства могло не остаться совершенно никаких следов. — Я же… прямо в лицо!       — У тебя и руки чистые были, когда ты вернулся. Что-то недоговариваешь, кажется, — с подозрением отметила Дарла.       — Это из-за воды… Я же их в реку опускал, — оправдался Эдд. — Зато на одежде всё осталось, — с отвращением вспомнил он.       — Из-за дождя, может? — предположил Том, вспомнив, что дождь и правда лил почти беспрерывно. Казалось, накрапывал и сейчас. — Вот и смылось всё.       — Ты всё-таки кое-что забыл, Эдд… — бледнея, сообщил Мэтт.       — Что? — названный насторожился, увидев, что взгляд друга направлен куда-то далеко.       — Добить остальных.       Эдд лихорадочно обернулся туда, куда указывал Мэтт. На него в упор смотрела целая группа солдат. Они не шевелились. Застыли и ребята.       Бежать поздно.       «Идиот. Идиот, болван, осёл, тупень! Это конец…»       Не прошло и минуты, как всё смешалось в кучу из людей в форме и не в форме. Преимущество красноармейцев было очевидно: их было пятеро, и они не побоялись использовать физическую силу. Нетронутой осталась только Дарла — девушка всё-таки, бить её не стали. Звать на помощь по понятной всем причине компания не решилась. Даже если бы их и услышали — что само по себе было маловероятно, ведь дом находился в каком-никаком, но всё же в отдалении, — это бы лишь позволило врагам скорее обнаружить их убежище, что никак нельзя было назвать плюсом в данной ситуации. Побрыкавшись и поняв, что выхода у них нет, ребята сдались. Связанные руки не позволяли нанести вред, а за поставленную по пути в машину подножку Мэтт получил в лицо, которое и так уже можно было собирать по кускам. Мешался, не давался, раздражал — так бы за эти телесные повреждения отвечала группа солдат, специально отправленная на поиски Эдда и его компании после пропажи одного из красноармейцев — того самого, которого устранил сам Эдд. Даже один факт его исчезновения послужил отличной зацепкой, и Эдд корил себя, не переставая.       Спустя неопределённое количество времени машина по идеально ровной дороге подъехала к высокому забору. Ещё минута — открылись ворота, и автомобиль впустили на территорию мэрии. Джейк оказался прав — именно это место послужило временным штабом для Красной Армии на период операции по захвату города и, что самое главное, трёх его конкретных жителей. Своё первое, излюбленное, принадлежащее им одним бывшее здание какого-то университета с красивыми корпусами армия с сожалением оставила совсем в другом месте, откуда Торд — некогда друг, позже предатель, а теперь уже Красный Лидер — начал осуществление своего грандиозного плана. Признанная террористической организацией за границами города Красная Армия приостановила там свою деятельность, переключив внимание на этот непримечательный городишко, в котором по неизвестным причинам даже сам мэр не знал ни о какой Красной Армии, полиция после захвата власти над городом совершенно ей не препятствовала, а людям было откровенно плевать, пока их не трогали лично. Жители быстро свыклись с людьми в синих мундирах на улицах города, перестали обращать внимание на листовки, развешанные тут и там, и продолжали свою мирную городскую жизнь в новых реалиях. Крайне удобная обстановка для работы, что было только на руку так называемому Лидеру.       Пленных втолкнули в большой зал, освещённый парой люстр, но всё ещё сохранявший при этом какую-то мрачную атмосферу благодаря тёмным стенам. Комната напоминала переговорную. В центре красовался длинный стол и множество приставленных к нему стульев. На одном из них, дальше всего от входа, сливаясь с окружением и закинув ноги прямо на светлую деревянную поверхность стола, вальяжно расположился нынешний владелец здания, собственно, мэрии и ещё нескольких поблизости. Чёлка прикрывала опущенное лицо мужчины, но как только послышались твёрдые, отточенные шаги, эхом разлетающиеся по всему помещению, он поднял голову.       — Разрешите доложить!       — Не нужно, — раздался бархатный голос из тёмного угла. Хитро блеснул серый глаз, не прикрытый повязкой. — Я сам всё вижу.       Заскрежетал отодвинутый стул. Мужчина медленно встал из-за стола и прошагал к приведённым пленным. Они молчали — рты их были заклеены. Это не мешало никому из них выразить своё отношение к ситуации с помощью эмоций на лице. Торд мило ухмыльнулся раздражённой моське Тома, сочувственно покачал головой изувеченному Мэтту, довольно хмыкнул, увидев источающего презрение Эдда и… в недоумении остановился на последнем человеке. О ней ему не сообщили, когда обрадовали новостью, что приведут, наконец, пленных.       — А это-о-о?.. — протянул он, указав на девушку, рассчитывая, что ему ответит кто-то из солдат.       — Не знаем, сэр, — неловко почесал затылок тот, кто не был занят удерживанием пленников. — Была с ними. Мы решили, что стоит и её...       Торд остановил говорящего поднятой рукой. Убрав длинную светлую чёлку со лба пленницы, он слегка сощурился, вглядываясь в лицо, в котором читался исключительно животный страх.       — Дарла… — прошептал он, отходя.       Какое-то время он просто молча стоял, нахмурившись и постукивая пальцами друг об друга. Затем расплылся в улыбке.       «Она здесь. Значит, и остальные тоже. Это не может быть случайностью».       В русой голове стал плавно перестраиваться изначальный план. Появление Дарлы означало возможность доставить к себе ещё трёх своих старых знакомых, которые наверняка прибыли вместе с ней. Это совсем не было бы лишним, да и всё же интересно ему было, что же привело их сюда спустя столько лет.       «Дарлу — допросить».       Торд собирался допрашивать Мэтта. Как самое слабое звено, он наверняка раскололся бы сразу же. Но идея взять вместо него Дарлу понравилась ему куда больше. Она-то со своим ранимым сердечком подошла бы намного лучше, чем этот имбецил, который мог бы даже и не сказать ничего связного.       «Эдда — отпустить».       Отпустить? Да-да, именно это он и хотел сделать. Где-то в городе ещё скрывались Кейт, Кристи и Стейси. Торд понятия не имел, как они выглядели сейчас, и искать их по смутным описаниям было бы крайне тяжело. Зато у него прямо в руках был живой навигатор, который при любой возможности помчался бы обратно, чтобы предупредить друзей об опасности. Отпустить его как бы случайно, а потом проследить за ним — так Торд хотел добраться до своей новой цели.       «Тома и Мэтта — вылечить».       В первую очередь им нужна была медицинская помощь. Особенно Мэтту, смотреть на которого было просто страшно. Чем-то он досадил его верным солдатам. Впрочем, от него это было вполне ожидаемо. Раздражать он умел лучше, чем кто-либо ещё.       А что делать с ними дальше? Пока Эдд будет подрабатывать навигатором, у него в подчинении останутся эти двое и Дарла, пока непонятно на что пригодная. Ставить её работать вместе с Томом и Мэттом было нельзя — они втроём могли скооперироваться и выдумать что-нибудь эдакое. Лучше было держать их друг от друга подальше. Дарла, между прочим, могла бы сгодиться в качестве испытуемой для его новой разработки. Что до Мэтта с Томом, поставить их вместе было бы даже лучшим вариантом. Том довольно смышлён, этого не отнять, но даже если бы он вдруг что-то придумал, ему пришлось бы работать на пару с Мэттом, который рано или поздно накосячил бы, и гениальный план Тома пошёл бы по… в общем, провалился бы. Нейтрализовать Тома таким способом показалось Торду очень забавным.       «Ну вот и решили».       — Так! — наконец зашевелился Торд. Солдаты, уже привыкшие к слегка чудаковатому поведению Лидера, но всё равно немного напуганные такой внезапностью, синхронно вздрогнули. — Имущество у них есть при себе какое? Всё-всё достаем!       Приказы зазвучали энергично, радостно. Торд ощутил прилив сил. Новое непредвиденное обстоятельство его больше обрадовало, чем озадачило. Пусть прежний план был оставлен позади, зато новый был намного интереснее и давал больше возможностей.       Вскоре на столе возле Торда образовалась кучка вещей, выуженных из карманов пленных: мятые магазинные чеки, погнутый ключ от алюминиевой банки, медиатор, сломанный нарощенный ноготь, фантик от конфеты и всего один телефон.       Торд раздосадованно постучал пальцами по поверхности стола. Том усмехнулся, мысленно хваля себя за то, что догадался выкинуть свой телефон куда-то в траву ещё в ходе драки. Эдд с облегчением вздохнул — не зря оставил свой дома из соображений безопасности. Оба покосились в сторону Дарлы. Интересно, где был её телефон? Ответ был проще некуда: она забыла его взять. Порой ей несказанно везло.       Торд взял в руки раздобытый девайс и поднял над головой.       — Один! Ну вы что, — он окинул взглядом пленников, — как можно без телефона из дома выходить?       Как только экран телефона загорелся, Торд хохотнул и сразу понял, кому он принадлежит. К тому же, владелец сразу же шумно запротестовал, умудряясь мычать сквозь липкую ленту на губах, да ещё и, судя по всему, со сломанной челюстью. Торд подошёл ближе и повернул к нему экран. Ну конечно, он был заблокирован с помощью лица. Чего ещё можно было ожидать от Мэтта?       Быстро пролистав галерею и не обнаружив там ничего, кроме бесчисленного количества селфи и всякого мусора, Торд с надеждой заглянул в телефонную книгу. Если уж не удалось узнать, как девушки выглядят, то можно было хотя бы достать их номера. Но надежда не оправдалась — в телефоне Мэтта не оказалось совершенно никакой хоть сколько-нибудь нужной информации.       — Новый что ли? — хмыкнул он Мэтту, откладывая бесполезную штуковину подальше. — Ладно, — он хрустнул пальцами. — Сейчас мы немножко подвигаемся. Этих двоих, — он указал на Тома и Мэтта, — в госпиталь. Заштопайте быстренько, они мне нужны целые. Хотя полное обследование тоже бы не помешало… В общем, я позже зайду и всё скажу. Но в первую очередь — браслеты! Вы поняли, о чём я, разберётесь.       Двое солдат кивнули, уводя парней. А между тем отдаваемые распоряжения не кончались. Эдд выглядел вполне сносно, и Торд решил, что в госпиталь ему не нужно. Дарла так вообще была без единой царапинки. Практически полностью готовая к тестированию…       — Девочку отведи в пыточную, будь добр, — широко улыбнулся он молодому парню, аккуратно державшему Дарлу. У того аж глаза на лоб полезли. У Дарлы, впрочем, тоже. — Ну что ты? Вроде по-английски говорю, — невинно заметил Торд, видя замешательство подчинённого. Конечно, ведь никакой пыточной не существовало. Торд просто хотел припугнуть Дарлу перед допросом. — Просто отведи её в комнату со стулом, — он особенно выделил голосом последние слова. — Ты же знаешь, где это. Я сейчас буду там. Оставайся с ней и жди, окей?       Солдат наконец понял, чего от него хотели, и потащил девушку в сторону выхода. В большом зале из пленных остался только Эдд.       — Эх, — театрально вздохнул Торд. — Что ж с тобой делать-то?       Он наклонил голову, как какой-нибудь попугай, изучая гримасу на лице бывшего друга. Тот ещё не знал, что сейчас по своему же желанию будет действовать по плану врага, и от этого Торду становилось смешно. Он хитро улыбнулся, подозвав к себе свободного солдата, и покинул зал вместе с ним, закрыв широкие двери. Эдд не понял, что произошло, и был немного растерян. Верёвки неприятно давили на запястья, а крупный мужчина с колючей щетиной хмуро стоял прямо за его спиной, крепко держа его на всякий случай. Он остался один.       — Слушай меня внимательно, солдат, — вполголоса начал Торд, оказавшись с подчинённым в коридоре. — Сейчас идёшь и сообщаешь всем, чтобы готовили специальный отряд, нужно будет за этим, — он указал в сторону двери, — проследить. Потом возвращаешься в зал и остаёшься с пленным вместо этого… не помню, как по имени, ты понял. Немного подержишь его, как следует, а потом можешь расслабиться. Осторожно, как будто случайно. — Торд раскрывал детали плана с нескрываемым удовольствием. Ему нравились, безумно нравились эти мелочи. — В общем, вы все должны позволить ему сбежать, понятно? Потом сразу же вот тот отряд за ним отправите, о котором я тебе сказал. Он вас приведёт скорее всего в какое-то место, где будут ещё три девчонки. Всех вяжете и ко мне. А место обыщете. Приказ понятен?       Солдат кивнул. Все, кто видел искорки в глазах, — а точнее, в глазу — Красного Лидера, знали: сейчас он поделился чем-то, по его мнению, крайне гениальным, а главное — забавным. Все его идеи были слегка вычурны. Он всегда ожидал от них большего, чем они могли дать в самом деле. Часто разочаровывался, но никак не мог избавиться от этого желания. Ему хотелось, чтобы всё было красиво. Ярко. Эффектно.       Да выпендрёжник он, проще говоря.       Вы-пен-дрёж-ник.