Взаперти

      Когда они добираются до Мондштадта, на улице уже ночь, но Люмин это не смущает. Её, кажется, ничто не смутит, кроме бесконечных тёмных коридоров, от воспоминания о которых по спине бегут мурашки. Опыт, который она не хотела бы повторять, пусть нечто хорошее из него она всё-таки вынесла.       Или скорее даже вывела, потому что большую часть времени дорогу выбирала она.       До моста, ведущего к городу, остаётся рукой подать, когда Дотторе резко останавливается. Люмин поднимает на него взгляд, не понимая, что не так.       — Боюсь, здесь нам придётся разойтись. Мне нужно зайти на… кхм, мобильную базу фатуи, прежде чем возвращаться в город.       Люмин кивает — звучит логично, но отпускать его всё равно страшно. Кажется, будто он исчезнет, и она не увидит его уже никогда.       Итер поступал так неоднократно.       Тем не менее, Дотторе вытаскивает руку из её захвата и отходит на шаг назад. Уходить тоже не спешит, о чём-то думая, в итоге трёт переносицу и снова подходит к Люмин. Кладёт руку на плечо и наклоняется почти вплотную к ней: — Я сам найду тебя позже.       Люмин мягко улыбается и целует его вместо ответа. Страх после этого немного отступает. Они стоят ещё несколько минут, не отходя друг от друга, а после наконец расходятся по разным сторонам.       Дорога Люмин лежит в казармы.       Лоуренс, дежурящий у входа в город, чуть ли не подскакивает, когда её видит: — Люмин, это правда ты?.. Быть не может. Ходят слухи, что ты пропала во время сражения с Ужасом Бури!.. А как ты?..       Люмин терпеливо ждёт, пока поток несвязных вопросов иссякнет, а после задаёт свои. Лоуренс — неплохой способ выяснить, что именно произошло в городе за время её отсутствия.       Двалина всё-таки отбили. Удар Люмин смог очистить скверну, и дракон благополучно улетел. Но последний взмах его крыльев превратил руины старого Мондштадта в… буквально руины. Обломки камней были повсюду, как и люди под ними. Те, кто пришёл вместе с Люмин, особенно не пострадали, если не считать рассечённого плеча Кэйи. Но его быстро подлатали в лазарете. Фатуи повезло меньше — многие их члены оказались под завалами, поэтому, вопреки собственному нежеланию, Джинн позволила им тоже принять участие в расчистке обломков.       Преуменьшать вклад Люмин в произошедшее никто не посмел, поэтому уже к обеду каждый житель Мондштадта знал, что Дракона Востока спасла она.       — Теперь ты не просто рыцарь, а почётный рыцарь Ордо Фавониус!       Но вместе с ней исчез и Предвестник. Во избежание лишнего дипломатического скандала, пришлось заявить, что он тоже приложил все усилия для достижения общей цели, а после героически погиб.       — Дотторе выжил, — поправляет Лоуренса Люмин.       На лице стражника проступает настолько кислое выражение, будто он только что съел лимон.       — В общем, с того момента вот уже пятый день в логове Ужаса Бури пытаются разобрать завалы. Но, думаю, об этом ты и сама знаешь.       Люмин машинально кивает, пока в полной мере не осознаёт услышанное: — Погоди, пятый день? Прошло всего пять дней?       — Ну, да?..       Добавить нечего. Время, проведённое под землёй, кажется по меньшей мере вечностью. А ведь на поверхности прошло всего лишь пять дней…       Люмин благодарит его за рассказ, обещает обязательно заглянуть к Джинн и наконец заходит на территорию города.       Прохожие смотрят на неё не то как на призрака, не то как на воплощение Венессы. Половина либо не верит в её присутствие, либо спешит пожать руку. Люмин не уверена, что из этого хуже, потому что её попытки добраться до Ордо Фавониус напоминают вылазки за продуктами Барбары.       Но Барбара — звезда и символ этого города, а Люмин — обычный рыцарь, пусть и не вовремя провалившийся под землю.       Стандартное отношение к ним — небо и земля. Но, кажется, на этот раз часть славы выпала и на её долю.       На то, чтобы добраться до штаба ордена, уходит где-то двадцать минут. Дежурные чуть ли не молитвы Барбатосу возносят, когда её видят, и сразу же догадливо говорят, что «Джинн и остальные» в её кабинете. Несколько смущённо просят поторопиться. Люмин не отказывает — чем быстрее она здесь закончит, тем раньше окажется в казарме. Примет душ, сварит себе какао с сиропом из одуванчиков и настойки заоблачного перца — рецепт прямиком от Барбары — и ляжет спать на теперь уже вроде и не такую жёсткую кровать.       Люмин несколько раз стучит, но изнутри доносятся громкие голоса, так что, очевидно, остаётся неуслышанной. Вместо этого она просто открывает дверь.       Джин и правда не одна. На её столе лежит огромная пожелтевшая от времени карта, а рядом толпятся Кэйа, Венти и почему-то Дилюк. Справа от действующего магистра стоит Барбара, и именно её голос Люмин слышит, входя в кабинет: — … сестра, я ведь лекарь. Если они её всё-таки найдут, именно моя сила понадобится боль…       Она прерывается на полуслове, и Люмин получает новую порцию шока, удивления и радости. Несколько секунд спустя Барбара стискивает её в на удивление сильных объятиях. Рядом парит Венти — на лице барда хорошо видно облегчение. Остальные тоже слегка улыбаются, и даже мастер Дилюк выглядит не таким мрачным, как несколько секунд назад.       — Люмин, ты жива!.. Ты в порядке?.. Ой, мне не стоило так на тебя набрасываться, ты наверное…       — Я в порядке, — Люмин прерывает её, не дав пастору окончательно погрузиться в уныние. — Я не пострадала, честно. Смотри.       Люмин делает оборот вокруг своей оси, но не слишком резкий — опасается, что шарф покажет то, что не надо.       Барбара слегка успокаивается: — Я так рада…       К беседе присоединяется Джинн: — С возвращением, Люмин. Я искренне рада, что ты не пострадала, и хочу извиниться, что не смогла помочь. С моей стороны было ошибкой оставлять Предвестника на тебя, — она виновато опускает глаза. Люмин тоже чувствует привкус вины на языке, но по совсем другой причине, — как ты? Что именно случилось после той атаки Двалина? Я отправила рыцарей разбирать завалы. К этому моменту большую часть обломков уже удалось расчистить, но там не было ни единого следа. Тебя отбросило куда-то в горы?       — Я подозреваю, что всё как раз наоборот, — вместо неё отвечает Барбатос, — ты провалилась в катакомбы под старой столицей, верно?       — Катакомбы? — переспрашивает Барбара.       Люмин кивает: — Да.       — Как ты выбралась? Я помню это место. Там… довольно трудно ориентироваться, — Венти чуть хмурится и отводит взгляд, — те, кто вошли туда в одиночку, так и не смогли вернуться назад.       Люмин охотно в это верит. Одинаковые тёмные коридоры оставляли не много шансов тем, у кого не было элементального зрения.       — Случайно набрела на комнату управления коридорами, и Дотторе проложил путь наверх.       — Дотторе? Предвестник всё это время был с тобой? — уточняет Дилюк, и Люмин снова кивает. — Так значит, он тоже выжил.       — Он ведь ничего тебе не сделал? Он, конечно, дипломат из фатуи, но, Люмин, если он хоть пальцем тебя тронул, я клянусь, я найду…       — Всё в порядке, — Люмин слегка улыбается Джинн и искренне добавляет, — спасибо.       Ещё минут пятнадцать уходит на то, чтобы описать катакомбы и то, что Люмин смогла о них выяснить. Свои приключения она почти не освещает — слишком много лишнего и личного, — ограничиваясь упоминанием своей компании и тем, что большую часть времени они просто шли вперёд. Венти хмурится, слыша упоминание энергии Декарабиана, но объяснить, почему Люмин смогла использовать его механизмы, не может даже он.       — Я перескажу твою историю Лизе. Если кто-то и сможет что-то выяснить, то это она.       Примерно на этой ноте в собрании ставится точка. Люмин прощается с ребятами, вновь уверяет Барбару, что она полностью здорова и в медицинской помощи не нуждается, а после наконец отправляется в свою комнату.       Там тихо, тепло и на удивление привычно, словно бы Люмин отсутствовала всего пару часов, а не почти что неделю. Произошедшее кажется если не иллюзией, то сном.       Люмин садится на край постели и прижимает ноги к груди. Если это и правда сон, то она предпочтёт не проснуться.

***

      Люмин исчезает за пределами городских стен. Дотторе ещё немного ждёт, а после сворачивает в сторону Долины Звездопадов. Солнце к этому времени окончательно скрывается за горизонтом, и из-за каждого поворота можно услышать едва заметное рычание: когда поблизости нет рыцарей, зона быстро становится территорией хиличурлов.       Дотторе предпочёл бы избежать прямого столкновения — без поддержки со стороны собственных изобретений битва может затянуться и стать опасной, что, если честно, смешно. Предвестник, сопротивление которому оказали хиличурлы… Его засмеёт даже Тарталья. Но у Тартальи Глаза Бога и Порчи, а также то любопытное Грязное Наследие, что он принёс с собой из Бездны.       У Дотторе из оружия только кинжал.       Добраться до нужного места без приключений не выходит — Дотторе всё-таки приходится ввязаться в бой. Несколько хиличурлов оказываются мгновенно убиты, но их кровь тут же заливает одежду. Доктор кривится — вот поэтому он бы предпочёл спокойный путь вперёд.       — Г-господин Предвестник! — вскоре его приветствуют, вытягиваясь по стойке смирно. Дотторе особенно не смотрит на дежурных, тут же направляясь к замаскированному входу в лабораторию.       Остальное — подождёт.       Пока он просматривает отчёты по эксперименту, один из фатуи кратко докладывает о ситуации.       — Значит, захватить дракона не удалось… — Дотторе кривится. Бесполезный мусор.       Но на что-то иное он особенно не рассчитывал. Хочешь сделать что-то хорошо — делай сам. Именно поэтому и существовали аугментации.       — П-просим прощения, господин Предвестник. И… вам письмо, — вот это уже вызывает интерес, — из столицы.       Дата свежая, так что, похоже, Царица ни на секунду не усомнилась, что он может быть жив. Про провал по захвату дракона тоже ничего нет — в конце концов, это было его личным желанием, а не приказом от архонта. Зато появилось дополнительное задание.       — Вестник, значит?.. Долохов, Ветров, мне нужны данные обо всех передвижениях магов бездны на территории Мондштадта за последний месяц. Чтобы к утру информация была у меня на столе.       — Есть!

***

      Джинн любит принимать гостей в своём кабинете, но это не относится к Предвестникам. Особенно к Дотторе, сидящему напротив неё. Они с Люмин вчера только покинули ловушку катакомб Декарабиана, но он выглядит так, будто на нём это совершенно не отразилось. Всё те же причёска, маска, костюм…       «Позер» сказала про него Лиза. Джинн тогда ничего не ответила, но сейчас думает, что она права.       Предвестник скалится, когда пауза совсем затягивается, и подгоняет: — Ну так что? Неужели действующий магистр до сих пор сомневается в чистоте помыслов своих союзников?       Джинн разве что зубами не скрипит. Фатуи, разумеется, сделали всё, чтобы распустить слухи о доблестной помощи своего Предвестника, и Джинн, исключительно политических причин ради, даже нехотя это подтвердила, но любой здравомыслящий житель Мондштадта знал, как на самом деле обстоят дела. Дипломаты из фатуи им не союзники. Более того — это бомба замедленного действия, которая может взорваться в любой момент, разрушив город до основания.       Если бы Джинн могла, она бы немедленно выслала отсюда всю их братию. К сожалению, у неё нет таких полномочий.       — Ордо Фавониус признателен за ваше предложение помочь, Дотторе, но защита Мондштадта всё-таки лежит на нас. Маги бездны не первый год осаждают наши стены. Какова бы ни была причина, мы справимся и на этот раз. Сами.       — Вот как? — кажется, её слова его ни капельки не смутили. Сколько же в нём самоуверенности? — И сколько среди них было Вестников?       Джинн замирает. Информация о его появлении была строго засекречена. Откуда утечка?.. Джинн, к своему стыду, поначалу думает о Люмин — всё-таки они провели достаточно времени наедине, рыцарь могла что-то и рассказать, но вовремя вспоминает, что ей о Вестнике вообще ничего не известно.       Его заметили на границе уже после того, как в логове Ужаса Бури произошёл обвал.       — Этой информацией я не располагаю, — размеренно говорит она, как бы намекая, что не является полноправным магистром, — но один теперь точно есть.       Дотторе фыркает, но на этот раз недовольно. Ему удалось продавить сенешаля, но заставить Джинн положиться на фатуи — куда более сложная задача.       Не после инцидента с Двалином.       В дверь приёмной раздаётся стук. Джинн не ждёт гостей, поэтому машинально смотрит на Дотторе и лишь потом даёт разрешение войти. Люмин?       Нет, на пороге стоит Лиза.       — Ах, прошу прощения, думала, вы уже закончили, — библиотекарь мягко улыбается, и усмешка Дотторе окончательно исчезает. Джинн знает, что они знакомы ещё со времён Академии, но подробности ей неизвестны.       Кажется, друзьями их не назвать. Если раньше Дотторе казался хозяином положения, то сейчас он выглядит несколько напряжённым.       Интересно.       — Я вам помешала?       — Нет, что ты, Лиза, наш гость уже уходит. Думаю, от наших поисков будет больше пользы, если мы будем работать порознь. Вы так не считаете?       Улыбка Дотторе буквально сочится ядом: — Не считаю. Но разве могу я настаивать? Когда ситуация выйдет из-под контроля, помните, вы всегда можете обратиться к фатуи за помощью.       Джинн вежливо улыбается в ответ: — Буду иметь в виду.       — Всего доброго.       — И вам.       Джинн уже давно не тринадцать, но она всё равно с облегчением выдыхает, стоит Дотторе выйти из кабинета. Лиза аккуратно хлопает её по плечу: — Неприятная личность, не так ли? — лучше и не сказать. — Что ему нужно?       — Он узнал о Вестнике, хотел вмешаться.       Лиза хмурится, глядя почему-то в окно. На людной площади ещё можно разглядеть фигуру Предвестника.       — Зачем ему это… Как-то он быстро сдался. Это не к добру.       — Может, ты его спугнула?       Лиза слегка улыбается, но качает головой: — Если бы мои слова действительно обладали такой силой, Дотторе и шагу не ступил бы в Мондштадт, — в её словах есть звено здравого смысла, — погоди, это Люмин? О чём они разговаривают?       Взгляд Джинн тоже упирается в окно. На площади, возле статуи анемо архонта, стоят две человека: мрачная фигура Четвёртого Предвестника и небольшое белое пятно Люмин. Для простого приветствия разговор как-то затянулся. С такого расстояния ни слов, ни выражений лица не разобрать, но Джинн видит, как Предвестнику хватает наглости поправить Люмин волосы, прежде чем идти.       На лице Лизы читается не меньшее изумление, но не столько от произошедшего, как от того, что Люмин не отшатнулась.       Совместное заточение сбило её чувство опасности? О чём она думает?       Несколько минут спустя рыцарь оказывается в штабе. Она осматривает доску объявлений, кажется, даже не думая заходить к Джинн. Действующий магистр окликает её сама.       — Люмин, здравствуй, — девушка приветствует её в ответ, — прости за любопытство, но я увидела, как ты разговариваешь с Дотторе. Что он от тебя хотел?       — Он спросил, не занята ли я, и если нет, предложил помочь найти ему одного человека.       Это что-то личное?       — Он сказал, кого?       Люмин слегка хмурится: — Некого Вестника. Никогда о таком не слышала. Это кто-то известный?       Ну разумеется. Не получив официального разрешения на совместные поиски от главы ордена, Дотторе решил связаться с отдельными его представителями. Умно, но не в этом случае. Люмин не из тех, кто станет сотрудничать с врагом.       — Это новый противник, замеченный в окрестностях Мондштадта, — Джинн вздыхает, — и я как раз хотела попросить тебя его найти.       — Значит, нам повезло. Вдвоём точно справимся быстрее, — с мягкой улыбкой отзывается Люмин.       — «Вдвоём»? — уточняет из-за её спины Лиза, — ты же отказала Дотторе?       — Я согласилась.