Греховное искушение

      Тарталья весь вечер провел с Люмин, которая была молчаливой и не особо с ним разговаривала. Казалось, будто прекрасный цветок увядает на его глазах. Но он постарается это исправить.       Наутро пришлось лично отвести ее в университет. Конечно, он бы предпочел, чтобы она посидела дома, ибо Дотторе мог явиться в ее учебное заведение и снова ее забрать. Но Люмин была настолько упертой, что Тарталье пришлось повиноваться и все же отпустить ее в университет, правда, перед этим взять с нее обещание, что она не сбежит. Тарталья дал ей старый кнопочный телефон для связи с ним в случае чего и денег на проезд.       Люмин как всегда приветливо поздоровалась с охранником и хотела уже пройти дальше, как мужчина ее приостановил.       — Покажите студенческий, — сказал он, и девушка очень удивилась, ведь обычно он его не спрашивал, — Сегодня проверяю у всех.       Люмин пожала плечами и вытащила свой студенческий билет из рюкзака, охранник посмотрел в него, а затем на какой-то листок, на котором было что-то написано.       — О, большое спасибо, что занесли его, давайте, я его передам, — охранник потянулся к руке Люмин, чтобы взять ее студенческий.       — В смысле «занесли»? Почему я вам его должна отдавать? — недоумевала Люмин, отшатнувшись слегка назад.       — Мне сказали, что студентка по имени Люмин вчера забрала документы из университета и сегодня занесет свой студенческий, — охранник смотрел на девушку, как на дурочку.       — Подождите, тут какая-то ошибка, я не забирала документы! — внутри разрасталась паника, она надеялась, что директор университета что-то перепутал.       — Секундочку, подождите, сейчас разберемся, — мужчина прошел вглубь университета и завернул в коридор.       Через пару минут он вернулся в сопровождении директрисы — Бэй Доу.       — Да, все верно, это та студентка, — кивнула женщина, — Люмин, вчера твой парень приходил и забрал за тебя документы. Ты больше не числишься в студентах этого университета.       — Но как вы могли отдать их ему?! Документы только я имею право забрать! — негодовала Люмин, а Бэй Доу на это начала нести какой-то несвязный бред.       — Я все поняла… — мрачным голосом сказала девушка, — Он просто вам хорошо заплатил, а вы и рады. Вот какое отношение у вас к студентам!       Подтверждением этого стал взгляд Бэй Доу, что забегал по всему помещению и губа, которую женщина прикусывала.       — Ясно, всего хорошего, я и не жалею, что покинула ваш ужасный университет! — напоследок гордо заявила Люмин.       — Не забывайте, мисс Люмин, что вы поступили сюда тоже благодаря деньгам своего парня! — сказала директриса, но Люмин уже не могла ее слышать, ибо покинула здание, громко хлопнув дверью. Её студенческий валялся на полу, в гневе брошенный.       К счастью, Тарталья дал девушке запасные ключи от его квартиры, поэтому Люмин направилась туда. Она обещала Тарталье, что не сбежит, хотя было желание броситься к Дотторе и потребовать объяснений. Но она решила, что спокойно дождется Тарталью, а потом уже пойдет.       По приходу в квартиру она плюхнулась на диван и разревелась от своей беспомощности. Теперь она не станет мангакой, как мечтала. Если бы она осталась с Дотторе, и Тарталья бы не вмешивался, все бы осталось, как было.       В квартире она пробыла до вечера, с каждой минутой желание сбежать становилось все больше, но она держалась, поскольку из принципа не хотела нарушать обещание, данное Чайльду.       — Люмин, ты дома? Пар много было, вот я так поздно, — с порога начал объяснения Тарталья и взглянул на заплаканное лицо девушки: — Что случилось?       — Дотторе забрал мои документы с университета, теперь я не учусь там. Чайльд, пожалуйста, мне нужно к нему, я не хочу отказываться от своей мечты просто так! — она, снова не в силах сдержать слёзы, закрывает лицо двумя ладонями, отчаянно всхлипывая.       Тарталья тут же нежно ее обнимает, пытается успокоить, поглаживает по макушке.       — Нет, Люми, тебе не нужно к нему. У нас в Ли Юэ тоже есть замечательный университет, в котором учат на мангаку. Тебе просто нужно доучиться 11 класс и закончить его, чтобы поступить, — объяснял Тарталья, надеясь, что это подействует, — И не нужен тебе никакой Дотторе.       — Нужен, отпусти меня! Я пойду к нему! Я выполнила свое обещание и не сбежала, а теперь прошу, позволь мне…       — Нет! — твердо заявляет парень, сильнее прижимая девушку к себе, — Не отпущу. Тебе не нужно к нему, он опасен.       — Он не опасен! Он хороший! — закричала Люмин, — Отпусти!       Блондинка начинает вырываться, толкая Тарталью в грудь, но парень сильнее. Тогда она сильно кусает его за руку, и Чайльд невольно отпрыгивает. Этого мгновения хватает, чтобы Люмин успела схватить свою обувь и куртку и выскочить из квартиры.       — Люмин! А ну вернись! — Тарталья в спешке обувается и накидывает куртку и вслед выбегает.       Выскочив на улицу, он не обнаружил Люмин, но все же по интуиции бросился бежать, надеясь, что догонит ее.       Девушка схитрила: она нырнула в кусты, растущие около подъезда, а Тарталья пробежал мимо. И, как только убедилась, что парень убежал, выскочила и побежала другим путем, к остановке. К счастью, у нее оставалось немного денег, чтобы доехать на автобусе до Дотторе.       Чайльд же, поняв, что Люмин и след простыл, остановился. Он снова ее упустил. Он даже не знает, где обитает этот самый Дотторе.       Размышляя обо всем произошедшем, он шёл, куда глаза глядят. И услышал отчаянные женские крики, которые исходили из какого-то безлюдного переулка, они то становились приглушенными, то снова раздавались с новым напором. И Чайльду показалось, что голос ему знаком, поэтому завернул с улицы.       Там он увидел свою знакомую, с которой сидит за одной партой. Арлекин, староста его группы в университете. К стене ее прижимал какой-то высокий парень с темными вьющимися волосами. В нем он узнал своего одногруппника.       — Ну же, Арлекин, не сопротивляйся, — сладким голосом наговаривал он, — Если будешь послушной девочкой, то поедем ко мне и сделаем это в теплой квартире, но если нет, то я тебя прямо здесь возьму.       Парень пытался залезть девушке под куртку, но та сопротивлялась.       — Панталоне, — подал голос Тарталья, — Она, кажется, совершенно не хочет тебя. Разве так нужно обращаться с девушками?       Две пары глаз посмотрели на него. В глазах Арлекин отразилась радость, а в глазах Панталоне — какой-то гнев, смешанный с насмешкой.       — Посмотрите, кто тут у нас, — заулыбался парень, не отпуская Арлекин, — Наш молчаливый одногруппник решил поиграть в героя.       — Отпусти ее, — твердо сказал Чайльд. — Сейчас же.       Улыбка сползла с лица Панталоне, и он раздраженно проговорил:       — Убирайся отсюда, малой. Если шкура дорога. И не лезь не в свое дело, мы с Арлекин сами разберемся. Правда, цыпочка?       Девушка лишь заскулила в знак протеста. Это все, что она могла сделать, ибо Панталоне затыкал ее рот ладонью.       Терпение Тартальи лопнуло, и он, подбежав к этим двоим, оттолкнул парня от Арлекин.       — Ты напросился, — злобно засмеялся Панталоне. — Я предупреждал.       Он замахнулся кулаком в Тарталью, тот попытался увернуться, но рука все же задела его щеку, и он пошатнулся.       — Чайльд! — отчаянно закричала Арлекин, — Прошу, будь осторожен!       — А у тебя неплохой удар, Панталоне, — усмехнулся Тарталья, — Теперь испробуй мой.       Не успел он договорить, как его кулак уже летел в живот парня, но тот успел его перехватить и в ту же секунду готовился нанести новый удар. Чайльд увернулся, пригнувшись. Затем снизу смог ударить Панталоне по челюсти, от чего парень отшатнулся, держась за больное место. Это дало Тарталье еще один шанс для нанесения удара, и он им воспользовался. Кулак пришелся куда-то в щеку, и очки, что были на Панталоне, слетели, и стеклышки вдребезги разбились об асфальт.       — Подонок, — прошипел парень.       — Не приближайся больше к Арлекин, — предупредил Тарталья и, схватив девушку за руку, повел ту прочь.       — Чайльд… Спасибо! — она начала всхлипывать, — Я очень испугалась! Ты так вовремя появился. Спасибо, что не прошел мимо.       — Не мог же я оставить девушку в беде, — ответил он, мимолетно взглянув на плачущую Арлекин, — Твой дом далеко?       — Тут два квартала всего пройти. Я возвращалась домой с университета, а тут этот… В общем… Я боюсь одна до дома идти, Чайльд, ты можешь меня проводить, пожалуйста? Прости, что приношу проблемы.       Чайльд взвесил все «за» и «против». Ему надо было как-то вернуть Люмин назад, но искать ее сейчас уже не было смысла. И тут до него доходит: он дал ей старенький телефон, чтобы они хотя бы связаться могли. Вопрос в том, взяла ли его девушка.       Он спешно набрал номер, но на той стороне провода сразу ответил оператор и сообщил, что телефон абонента выключен.       «Либо сама отключила, либо разрядился…» — решил Тарталья, тяжело вздохнув от своей беспомощности.       — Ты в порядке? — голос Арлекин вернул парня в реальность, — Что-то случилось? Я тебя отвлекаю?       — Нет-нет, — отмахнулся Тарталья, — Пойдем, я тебя провожу.       Внезапно на Чайльда нахлынула волна злости на Люмин, и он сжал пальцы в кулаки.       «Какая же она дура! Никого не слушается, потом сама же страдать будет. Мазохистка чёртова!»       Внутри бушевал гнев: он так старался, кое-как вырвал ее из лап Дотторе, а она снова сбежала. Он её любил, безумно любил, но она своим поведением начинала раздражать. Чайльду уже было жалко себя: он все далает для нее, а Люмин этого не ценит. Сколько только учебных занятий было пропущено из-за нее, учеба у него хромает из-за нее, а в его жизни нет никакого просвета радости, опять же, из-за нее.       «Достала! У меня тоже есть запас терпения, который уже исчерпан. Пусть делает, что хочет! Хочет, чтобы с ней обращались как с вещью — пускай. Ну не хочет человек доброго нормального отношения, что ж его, заставлять?!» — летали мысли в голове Чайльда, и он дал себе мысленную пощечину.       «Идиот! Это тебе плохо?! Тебе?! А Люмин как плохо, ты не думал?! Ты же понимаешь, что она запуталась. Потерпи еще немного», — ругает он себя в мыслях.       «Я устал! Я просто устал… Я уже ничего не хочу. Может, оставить как есть и пусть само все разрешится? Может, Люмин и правда будет лучше с Дотторе?» — новые мысли, возникшие в голове у Тартальи.       Он разрывался, как будто в нем существовало две личности, которые не могут ужиться друг с другом. Но усталость и злость все же перебороли, и Тарталья уже никак не хотел действовать. За своими мыслями он даже не заметил, как они с Арлекин дошли до ее подъезда.       — Спасибо тебе еще раз большое, — улыбаясь, говорила девушка, — Может зайдешь? Я чаем тебя угощу в качестве благодарности.       — Хорошо, — Чайльд сам удивился, что так быстро согласился, и в душе уже поздно начал сопротивляться, но поделать ничего не мог. Передумать и отказаться уже было бы некрасиво.       Они прошли в квартиру Арлекин. Девушка для чего-то терпеливо дожидалась, пока Чайльд разуется. И, когда он выпрямился, подошла к нему. Она схватила его за воротник, призывая пригнуться к ней, и сомкнула их губы.       Чайльд сначала хотел отстраниться и мягко оттолкнуть девушку от себя, объяснив, что так делать не нужно. Но злость на Люмин бушевала с новой силой, и он ответил, жадно впиваясь в губы Арлекин.       Он открыл глаза, посмотрел вперед и увидел вход в гостиную, где был диван, поэтому Тарталья, не размыкая поцелуй, подхватил Арлекин под бёдра, понес вглубь квартиры и расположился на мягкой поверхностисти, посадив девушку сверху.       Отстранившись от губ, он прильнул к ее шее, и девушка закинула голову назад от удовольствия.       Чайльд, по мере продвижения от шее к ключицам, а от них — еще ниже, начал расстегивать пуговицы блузки, что была на девушке.       Сначала Чайльду было хорошо, он действительно думал, что своими действиями сможет заглушить свою боль и злость, что была внутри, но чем дальше он продвигался, тем противнее от себя ему становилось.       Он резко остановился и прекратил это, когда уже сам был без рубашки, а Арлекин оставалась в одной юбке.       Тарталья резко вскочил и начал тяжело и часто дышать, пытаясь прийти в себя. К горлу подступил противный ком, который заставил глаза стать влажными. Но нет, он не должен. Он парень, он не может показать свою слабость и слезы.       — Чайльд? — Арлекин подошла сзади и мягко коснулась его плеча, — Ты чего? Я что-то сделала не так?       — Ох, нет-нет, все нормально, это со мной все не так. Прости… Нам лучше одеться…       — Что с тобой? — удивилась Арлекин, обойдя Тарталью, чтобы взглянуть в его лицо.       По щеке текла слеза, и Чайльд, как только увидел девушку перед собой, поспешил стереть ее.       — Прости, Арлекин, все то, что сейчас произошло — было сделано на эмоциях. Я так устал от всего… Я дал тебе ложные надежды, извини.       Девушка понимающе кивнула и быстро начала одеваться.       — Проблемы в жизни? — догадалась Арлекин, подавая Тарталье его рубашку, которую он тут же начал натягивать.       — Да… Есть тут одна проблемка… От которой я уже настрадался и никак не могу ее решить. Я чувствую, что уже не могу, но я должен бороться…       — Может, ты действуешь не теми способами? — предположила Арлекин, — Продумай все варианты, и один из способов решения обязательно поможет.       Чайльд задумался: что он делал на протяжении всего этого времени, начиная с момента, как узнал, что Люмин жива? Пытался уговорить, убедить, нагло украл ее из-под носа Дотторе против ее воли… Он действительно так не добьется ничего. Другой способ… Может, стоит сделать так, чтобы она сама захотела вернуться к нему? А для этого ей надо напомнить, кто он такой и почему она ему так важна.       — Арлекин! Спасибо тебе! Я сейчас же собираюсь и еду в Ли Юэ, — радостно заявил Чайльд.       — Что? Зачем? — удивилась девушка.       — Там есть то, что, возможно, поможет решить мне мою проблему! — он поспешил к выходу, чтобы обуться. — Спасибо тебе огромное! И прости еще раз за мое поведение.       В его голове была мысль: не нужно Люмин силой везти в Ли Юэ, нужно Ли Юэ привезти к Люмин. Точнее, воспоминания оттуда, самые радостные и теплые. И для этого ему нужны совместные фотографии, подаренное им кольцо и хороший настрой.       

***

      Люмин дошла с остановки до дома Дотторе и позвонила в звонок. Никто не отвечал на протяжении трёх минут, и девушка ради интереса толкнула дверь, которая, к ее удивлению, оказалась незапертой. Обычно Дотторе запирается на сто замков. Может, он так ее ждал? Она радостно побежала в дом.       — Дотторе? Ты дома? — спросила Люмин, но ей никто не ответил. Послышались только приглушенный вздохи из комнаты, и девушка решительно направилась туда.       — Хах, Лиза, не останавливайся… — этот голос принадлежал Дотторе, и девушка решительно распахнула дверь.       Перед ней предстали Лиза, ее уже бывшая одногруппница, и Дотторе, похоже, уже бывший парень, потому что они были абсолютно голые, и Лиза сидела сверху на мужчине, точнее… на его органе.       — Д-Дотторе?! Л-Лиза? — ее голос задрожал от такого зрелища, а на глаза навернулись слёзы.       — О, вернулась, — насмешливо сказал доктор, — Присоединишься?       — Н-нет, я пойду… — растерянно сказала Люмин и попятилась из комнаты, не в силах преодолеть испытанный шок.       Дотторе вскочил и нацепил на себя халат, в котором ходил по дому.       — Куда это ты пойдёшь? — зловеще сказал он, — Снова к своему рыжему? Ты моя личная кукла, забыла?!       — Ты предал меня… — прошептала Люмин, продолжая пятиться назад, а затем развернулась и хотела рвануть, но была схвачена за волосы, от чего закричала.       — Лиза лучше справляется, чем ты с обязанностями девушки, — пролепетал Дотторе прямо над ее ухом, продолжая сжимать пряди на макушке Люмин, — Но если ты хочешь загладить свою вину, то присоединяйся к нам, куколка.       — Нет! — твердо заявила Люмин.       — Так я и думал… Бесполезная, — смешок ушел из его голоса, и стал устрашающе спокойным.       Дотторе развернул Люмин и с размаху ударил ее по лицу, и она осела от боли на пол.       — Не такая уж ты и послушная и преданная куколка, как я думал, — мужчина изобразил печаль в голосе, а затем нанес удар ногой по животу Люмин, — Так прими же наказание.       — Прошу, отпусти меня, я больше никогда не доставлю тебе проблем, обещаю, — заскулила блондинка, держась за живот, но тут же получила удар в рёбра, отчего с новой силой завизжала.       — Отпустить тебя? Хм… — Дотторе задумался и наступил девушке на ногу, с силой вжимая в пол. — Хорошо, только я кое-что сделаю напоследок.       Люмин, не в силах встать от боли, просто сидела и ждала, беззвучно плача, что же с ней будет дальше. Мужчина ушел в свою лабораторию.       Лиза, видя все это, с животным ужасом в глазах начала одеваться и, пока Дотторе что-то делал в комнате, поспешила к выходу.       — Спасибо, Люмин, но я передумала, я согласна, это твой парень, больше я к нему не полезу, — бормотала девушка, в спешке обуваясь.       — Лиза… — тихим хриплым голосом позвала она свою одногруппницу, — Помоги мне…        — Как? — спрашивает она, но тут же слышит скрип, уведомляющий о том, что Дотторе возвращается, поэтому раскрыла входную дверь, чтобы выскочить из дома, — Прости, своя шкура дорога.       Люмин осталась один на один с доктором, который в руках держал какой-то шприц.       — Не бойся, куколка, сейчас я тебя отпущу. Это вещество не смертельно, оно просто отнимает у тебя силы. Что-то типа снотворного, вскоре ты почувствуешь неимоверную усталость. Посмотрим, успеешь ли ты дойти хоть куда-то, где тебе помогут, ха-ха, — противно засмеялся Дотторе.       — Прошу, не надо… Зачем тебе это? — жалобным голосом пропищала девушка, тихонько всхлипнув.       — Просто мне весело смотреть, как ты сражаешься за свою жалкую жизнь, — с этими словами он присел перед ней на корточки и ввел иглу в руку.       Люмин и не сопротивлялась, на это не было сил. Она просто уже была готова умереть, чтобы не чувствовать всего этого.       — Вот и все. Прощай, куколка, я весело провел время, — он поднимает Люмин на ноги, — О, вроде идти можешь, славненько, ха-ха. Так и быть, сегодня я добрый, помогу надеть курточку и обуться.       И действительно помогает, после чего выставляет Люмин за дверь. Она еле передвигает ноги, в боку чувствуется острая боль после удара по ребрам.       В глазах уже начинало мутнеть, а по коже пошли мурашки от холода. Если она здесь упадёт и ее никто не обнаружит, то она просто умрет от обморожения.       — Люмин, он тебя отпустил?! Я вызвала скорую и полицию сюда! — знакомый голос как будто звучит где-то вдалеке, хотя девушка находится перед ней.        — Лиза… — из последних сил говорит Люмин, — Ты все же не оставила меня…       После этого ее тело обмягает, и Люмин камнем падает на землю.