Передержка

После кнедликов с какао Елисея разморило, и Кир поспешил скормить ему глистогонное, чтобы вычеркнуть из списка и это дело. Жетоны считали штрихкоды и завели таймер. Кир тихонько выругался, обнаружив, что карантин после вшей — целых четырнадцать часов. Повезёт ещё, если завтра пустят на смену, а уж о каких-то покупках с утра и речи быть не может. — Ну чё ты там, высох? — спросил Кир, благоразумно решив не переживать из-за того, что не в силах изменить. — Давай я тебе синяки замажу. Елисей нехотя сбросил полотенце, поёрзал, пока Кир смазывал ему плечи, и взмолился, едва пальцы тронули спину: — Я сам, дяденька! Я сам! — Не дотянешься же, — с сомнением сказал Кир и протянул ему тюбик. — Иди в душ, там хоть зеркало. Елисей настороженно шагнул в душевую, но дверь за собой не задвинул. Похоже, взглядов он не стеснялся. Кир убрал посуду, что можно — просто промокнул многоразовой салфеткой, экономя воду. И так счёт будет головокружительный, хоть не мойся теперь. От размышлений Кира отвлекло журчание. Он оглянулся, увидел Елисея, отвернувшегося к стенке душевой в характерной позе, и всплеснул руками: — Ну куда! Елисей недоуменно обернулся, и Кир подошёл, раздвинул шторку, нажал на кнопку, высвобождая складной унитаз: — Тут вакуумный смыв без воды, экономия. Пользуйся. — А я уже всё, — ответил Елисей и аккуратно стряхнул. Кир промолчал, снял с крючка шланг и потратил ещё пару литров дорогущей воды, чтобы смыть с пола мочу. Елисей терпеливо пронаблюдал за этим, с некоторым подозрением косясь на шланг. — В следующий раз все дела туда, — хмуро сказал Кир и кивнул на унитаз. Задвигать его обратно он на всякий случай не стал. Елисей пожал плечами. — Чё там мазь? — спросил Кир. Елисей нагнулся, подобрал с пола пустой тюбик: — Кончилась. Кир вполголоса выругался, и Елисей насупился: — Её было мало. — Угу, — буркнул Кир. — Пошли, оденешься. Елисей подобрал было с пола возле душевой свои лохмотья, и Кир нетерпеливо воскликнул: — Да не в это! Елисей бестолково переминался с ноги на ногу, и Кира это нервировало. — Блин, до завтра надо как-то перебиться. На, держи. — Кир вытащил из шкафа футболку и шорты. — Пока без трусов будешь. Шорты хоть можно подрегулировать. Даже с затянутыми до предела хлястиками шорты с Елисея сваливались. Кир с сомнением посмотрел на доходящую ему почти до середины бедра футболку. Может, совсем без штанов пока обойтись? Но Елисей уже затолкал в шорты футболочный подол и гордо выпрямился: — Смотри, дяденька, теперь не сваливаются! Кир оглядел его, только сейчас веря, что Елисей в принципе когда-нибудь сможет сойти за нормального домашнего ребёнка. Когда-нибудь, когда синяки и ссадины заживут, цвет лица станет получше, щёки хоть немного округлятся и вообще. А, и когда пропадёт насовсем эта настороженность. Если пропадёт. — Ну как? — Взгляд Елисея из гордого стал обеспокоенным. — Понравлюсь я ей? — Понравишься, — заверил его Кир. — Я тебе завтра после работы куплю каких-нибудь шмоток. Посмотрю, чё там по купонам. — А ты работаешь? — спросил Елисей, пока Кир заталкивал его лохмотья в люк мусоросжигателя и тщательно дезинфицировал руки. — Где? — На заводе. Вредное производство, но зато смены короткие, — ответил Кир. — Четыре года в очереди стоял. Сейчас записался на мастера смены и на уборщика улиц, посмотрим, может, выгорит. Мне вообще скоро лицензию на домашнее животное должны дать, вот подкоплю купонов… — А как это — домашнее животное? Елисей потихоньку забрался на диван, убедился, что его оттуда не гонят, и осмелел, укрылся пластиковым пледом. — Ну, это типа как ребёнок, но собака или кот. Регистрируешь его, платишь страховку, получаешь талоны на корм и всякое такое. Но ребёнок мне пока не светит, рано. На животное вроде как меньше требований, чем на ребёнка. Там по квадратным метрам смотрят, по зарплате, по здоровью и вообще, — принялся объяснять Кир. — Дать тебе подушку? Елисей заинтересованно приподнялся, и Кир подсунул ему под голову наименее истрёпанную из подушек. — Дяденька Кир, а как же тебе меня дали, если у тебя нету этой лицензии? — подозрительно спросил Елисей, и Кир пояснил: — Передержка — это другое, это не навсегда. Елисей помрачнел, и Кир поспешил его заверить: — Навсегда тебя Диана возьмёт. У неё право на детей от рождения, потому что она богатая. У неё дом — вот просто огромный. Правда, там ещё вся её семья, но у них у каждого по своей комнате, а ещё гостиная, музыкальный зал, тренажёрка, библиотека — там даже обычные книги, не электронные, представляешь? И унитазы у них не выдвижные, потому что места много, и ванны есть, и даже бассейн. Ну, я уже говорил. У Дианы и животные есть. Шпиц — ну, такая белая пушистая собака — и пони. Пони — это как лошадь. Видел лошадь когда-нибудь? — Не-а, — сонно пробормотал Елисей. — Видел крыс, они вкусные. А пони вкусные, дяденька?