Передержка

На обратном пути Киру стало легче. Слабость отступила, рубцы почти не болели, хотя действие мази прошло. Кир вертел головой, будто впервые видя город во всех подробностях: подмечал лазы в подворотни, заброшенные чердаки, помойки, тепловизоры. Беспризорников видно не было, и Кир пытался угадать, где они прячутся. Место должно быть надёжное, тёплое, укрытое от ветров, неприметное. Да, за мусорными баками можно пересидеть опасность или даже переночевать, но если уж жить на улице, надо иметь какое-то пристанище. Удобнее всего, наверное, во всяких служебных помещениях, на старых складах и в заброшенных голубятнях. Да, пожалуй, удобнее всего жить именно на складе. Может быть, на железнодорожном, давно забытом и заколоченном. Если повытаскивать гвозди и аккуратно задвигать за собой доски, вообще никто не догадается, что там кто-то бывает. — Дяденька, тебя будто в самую жирную помойку запустили, — заметил Елисей. — А? — Ну, у тебя ебальник такой… довольный, во. Кир только головой покачал. Он и сам пока ещё боялся своих мыслей, поэтому делиться ими не спешил. — Чего ты? Вы же даже не лизались, — сказал Елисей. Кир задумался и попытался объяснить: — Ну, вот знаешь, когда кажется, что ты в полной жопе, а потом присмотришься… — И видно дырку, — подхватил Елисей. — Типа того, ага. Кир задумчиво посмотрел на Елисея, но решил больше ничего не говорить. Во всяком случае, сейчас. Едва они пришли домой, тётя из коробочки строго объявила: — Затребовано сообщение через жетон. — Ну что ещё? — закатил глаза Кир. Он приложил жетон к табло, и знакомый усталый голос заговорил: — В воспитательных целях просим вас немедленно показать Елисею запись с вашей порки. — Ай, иди на хуй, — сказал Кир и вдруг весело засмеялся. — Иди на хуй! — радостно повторил за ним Елисей и показал табло неприличный жест. Кир перестал смеяться, и Елисей спросил: — Чё, я больше в школу не пойду? — Ну, видимо, нет. А я не пойду на завод. И лицензии на животное у нас не будет, и цветка, и большой квартиры… — Кир протянул руку, погладил Елисея по взъерошенной макушке и спросил: — Переживём? — Переживём! — с азартом ответил Елисей и поднырнул ему под локоть, прижался к боку. — Дяденька, если тебе так надо животное, я тебе живую крысу словлю, хочешь?