Подчинись

      Выйдя из душа, Иллирия вытерлась, надела лифчик, и рубашку Леви. Она вдохнула аромат, мягко улыбнулась и откинула волосы назад. Вернувшись в спальню, она нашла свои трусики на кровати и надела их, прежде чем отправиться в кабинет капитана.       Леви сидел за своим столом и занимался бумажной работой, а она подошла к его книжной полке и просмотрела его коллекцию. Леви с любопытством наблюдал за ней. Девушка вытащила книгу, а затем молча подошла к дивану, уселась на него, подтянула ноги к груди и открыла книгу, начав молча читать. Глаза Леви немного сузились, но он ничего не ответил, сосредоточившись на своей работе.        Примерно через полчаса раздался стук в дверь, и Леви пригласил войти, аккуратно приводя в порядок свою работу. Иллирия немного потрясенно посмотрела на Леви. Она была одета не совсем для компании! Она быстро опустила ноги как раз в тот момент, когда дверь открылась и в комнату вошли два мальчика, каждый из которых нес по миске с едой. Леви встал и подошел к ним, велел им положить и бормотал слова благодарности. Один из мальчишек увидел Иллирию и моргнул, пытаясь на мгновение оглядеться, не совсем веря своим глазам. Иллирия отвела взгляд, чувствуя себя очень смущенной, затем Леви отпустил их.       Как только они ушли, Иллирия встала и подошла к креслу перед столом Леви, пока он изучал суп и сел с другой стороны.       — Вы могли бы позволить мне надеть штаны, прежде чем впустить их, понимаете? — проворчала Иллирия, сев перед капитаном и поднося к ней миску и хлеб. Леви ухмыльнулся.        — Твои штаны в спальне, Лайт. Если бы ты собиралась надеть их, ты бы наверняка надела их после душа? – Он слегка пожал плечами, помешивая суп с легким выражением отвращения.        — Кроме того, ты знала, что еда уже в пути. В мои обязанности не входит заставлять вас одеваться как ребенок. — Иллирия закатила глаза, взяла ложку и сделала глоток супа.        — Не закатывай на меня глаза. — Иллирия посмотрела на мужчину перед ней, который пристально смотрел на нее, и мягко улыбнулась.       — Простите, сэр. — Его глаза дернулись, он не был уверен, искренна она или нет, но он не стал этого делать. Они спокойно ели вместе, Иллирия время от времени болтала то тут, то там, что, казалось, немного разрядило напряженную атмосферу. Иллирия не могла понять этого человека. В один момент он был ее капитаном, ведя себя так, как будто между ними никогда не случалось ничего плохого, а в следующий он стал другим. Он улыбался, шутил, потом была более мягкая сторона, которую он раскрыл раньше, когда лечил ее синяки. Хотя этой стороны, похоже, сейчас нигде не было. Иллирия подумала, не было ли это случайностью. Иногда он казался довольно расслабленным в ее компании, а иногда он был на грани, напряжен и насторожен.       Она оттолкнула пустую тарелку и хрустящий хлеб, слегка потянулась, подняв руки над головой и тихо застонав. Она чувствовала усталость, весь день был сплошным эмоциональным катанием и физическим истощением. Миссия, инцидент с капитаном — все это выбило из Иллирии всю энергию. Леви заметил внезапный упадок ее сил, поняв, что уже довольно поздно, и ему, вероятно, следовало отпустить ее еще несколько часов назад. Но, если быть до конца честным, он не хотел этого.       Ему нравилось общество Иллирии. Не то чтобы он когда-либо признавался в этом кому-либо, он только что смог признаться в этом самому себе. Но он сделал. За Иллирией, безусловно, нужно было наблюдать, она была мятежной и дерзкой и была склонна к приступам эмоциональных всплесков, особенно в последнее время. Но она также была преданной и честной, заслуживающей доверия. У нее был потенциал стать прекрасным солдатом, а однажды, может быть, даже лидером, но у нее были свои недостатки, как и у всех остальных.       Но он мог терпеть ее присутствие гораздо больше, чем других солдат. Несмотря на то, что она время от времени дерзко и остроумно говорила, она была одним из наименее надоедливых людей. Она знала, когда нужно молчать, знала, когда перегнула палку, у нее не было проблем с признанием вины. Однако она также часто переступала границы, чаще других ей приходилось признавать вину, потому что ее эмоции овладевали ею и делали ее беспечной.       Леви вырвался из своих мыслей, вздохнул и уронил ручку.        — Ты свободна, Лайт. Ты устала, тебе пора отдохнуть. — Холодно заявил он. Иллирия моргнула, глядя на него, и попыталась подавить зевоту.       — Я в порядке, сэр. — Она зевнула, устало протирая глаза. Леви усмехнулся.       — Конечно ты в порядке. Убирайся отсюда, — Он кивнул в сторону спальни, показывая ей, чтобы она наконец-то надела штаны, и Иллирия устало кивнула. Ее истощение с каждой секундой становилось все более заметным. Она встала, ее ноги, хотя все еще очень болели, были намного более устойчивыми, чем раньше. Она отдала невероятно сонное, нерешительное приветствие, прежде чем вошла в спальню, закрыв за собой дверь. Леви покачал головой и взял ручку, продолжая писать отчет.       Через некоторое время Леви понял, что Иллирия не вернулась из его спальни. Он посмотрел на дверь, прислушиваясь к шуму, доносившемуся с другой стороны. Ничего не услышав, он встал и пошел к двери спальни. Он по-прежнему ничего не слышал. Слегка нахмурившись, его рука сомкнулась на прохладной металлической ручке, и он открыл дверь, еще больше нахмурившись от увиденного перед ним.       Иллирия, свернувшись калачиком в его постели, обернувшись вокруг талии, крепко спала. Леви закатил глаза и не слишком тихо поплелся к спящему солдату. Он сердито посмотрел на нее. Только кем она себя считала? На мгновение он подумал, что, возможно, она потеряла сознание, когда одевалась, но ее штаны все еще висели на спинке стула, куда он положил их пару часов назад, указывая на то, что она даже не пыталась одеться.       Он хотел разбудить ее. Сдернуть одеяло и вытащить ее из постели за ноги. Он улыбнулся про себя при этой мысли, имея смутное представление о том, как она будет в ярости. Пока мужчина не сообщил ей, что ей не разрешено оставаться в его комнате, тогда ее гнев рассеется и сменится смущением. Но она выглядела такой умиротворенной. Ее лицо полностью расслаблено, самая мягкая, самая маленькая улыбка украшает ее губы, дыхание ровное. Ее одна рука лежала под подушкой, нежно сжимая ее, а другая держала одеяло на месте. Она выглядела так, как будто ничто никогда больше не могло ее беспокоить. Леви нравилось наблюдать за ней.       Он решительно встряхнул головой, инстинктивно потянулся рукой, чтобы встряхнуть спящего солдата, но замер. Он не мог. Не тогда, когда она выглядела такой спокойной. У нее был утомительный день, было бы неправильно разбудить ее только для того, чтобы сказать ей вернуться в свою комнату. В любом случае, Леви редко спал здесь, не то чтобы это было для него огромным неудобством. Он провел рукой по волосам, совершенно не зная, что делать.       Одна его часть говорила ему разбудить ее. Она не имела права быть там и устраиваться так удобно. Он не сказал ей, что она может остаться. Была еще и черта… которую Леви почти уверен, что он уже пересекал несколько раз за последние несколько месяцев. Но все же он не хотел, чтобы она думала, что к ней относятся по-особенному. Он был в первую очередь ее капитаном, и меньше всего ему хотелось, чтобы Иллирия думала, что ей все сойдет с рук только из-за того, что произошло сегодня ночью. Если бы она ушла, это бы все исправило, вернуло бы границу на место и развеяло бы все недопонимания, без необходимости вести какие-либо неловкие разговоры позже. Разбудить ее было бы правильно. Профессиональное дело.       Однако его личная сторона говорила позволить ей остаться. Может быть, его инструкции ей уйти были немного неясными? Да, он отпустил ее и велел убираться, но также кивнул в сторону спальни. Вполне возможно, что Иллирия неправильно поняла его смысл, особенно в таком ошеломленном состоянии. Ни разу Леви специально не сказал ей вернуться в свою комнату. Он не собирался делить с ней постель, в любом случае, он редко спал в этой комнате, так что если она останется на ночь в отдельной от него комнате, это не будет большой проблемой. И он всегда мог поднять ее по этому поводу утром, да, это означало бы немного неловкую беседу, но Леви мог с этим справиться.       Он зарычал, снова потянувшись вперед и коснувшись ее плеча, опустившись на колени и сделав пару быстрых толчков.       — Эй, Лайт… — позвал он ровным голосом. Глаза Иллирии медленно открылись и медленно переместились на мужчину перед ней. Она слегка застонала, натянув одеяло до подбородка, и еще сильнее прижалась к теплу кровати.       — Мм? — спросила она, снова закрыв глаза, и Леви вздохнул, качая головой. Он не мог этого сделать. Он просто не мог. Даже он не был таким мудаком. Он облизнул губы и выпрямился, когда Иллирия снова медленно открыла глаза.       — Ты в порядке, Леви? — спросила она сонным голосом, едва в силах держать глаза открытыми. Леви посмотрел на нее и цокнул языком.       — Отлично. Ложись спать, паршивка, —проинструктировал он, направляясь к двери. Еще до того, как он перешагнул порог обратно в свой кабинет, он услышал тихое дыхание Иллирии, указывающее на то, что она снова заснула. Он вздохнул и закрыл дверь, уже сожалея о своем решении позволить ей остаться на ночь.       Иллирия проснулась утром и томно потянулась. Хрустящие белые простыни обвились вокруг ее талии, когда она подняла руки над головой и вытянула пальцы ног, растягивая все свое тело. Она вздохнула, расслабившись на пушистых белых подушках, и огляделась. Прошлой ночью у нее был лучший сон в ее жизни. Ей было удобно, тепло, кровать Леви сама по себе была огромным улучшением. Она посмотрела в сторону, поняв, что Леви здесь нет, и слегка моргнула, задаваясь вопросом, лег ли он вообще в постель.       Солнце лилось через открытое окно, заставляя ее осознать, насколько поздно было утро. Должно быть, было по крайней мере десять часов, что по любым меркам было поздно. Солдаты привыкли вставать в 7 утра, а иногда и раньше. Она была удивлена, что Леви позволил ей поспать так долго, независимо от того, выходной у нее сегодня или нет.       Она встала с кровати и прошла в кабинет капитана. Он мельком взглянул на нее, прежде чем отвести глаза. Она улыбнулась, слегка закатив глаза от его сдержанности.        — Доброе утро, сэр. — Поздоровалась она, садясь напротив стойкого мужчины. Его глаз немного дернулся.        — Добрый день, солдат. — ответил он, не отрывая глаз от бумаги, которую читал. Иллирия моргнула.        — Который сейчас час? — она спросила. Капитан тихо вздохнул, удобно откинувшись на спинку стула.       — После одного. — Иллирия скривилась, слегка поморщилась и провела рукой по волосам.        — О… прости… — пробормотала она, чувствуя себя виноватой за то, что заснула так поздно. Впрочем, Леви это, похоже, ничуть не смутило.       — Тебе явно нужно было лечь в кровать. Ты, должно быть, устал. — Он взглянул на Иллирию, его глаза встретились с ее сияющими изумрудами, и она застенчиво отвела взгляд. Губы Леви дернулись, но он подавил ухмылку, положил бумагу и уделил Иллирии все свое внимание.       — Ты чувствовала себя вполне комфортно прошлой ночью. Я отослал тебя одеться и вернуться в твою комнату, а когда пошел проведать тебя, ты уже крепко спала, спрятавшись в моей постели. – Лицо Иллирии поникло, на ее мягких чертах отразился ужас. Она сглотнула и моргнула в замешательстве.       — Сэр? — Спросила она. Леви смотрел на нее, как ястреб, его глаза пронзали ее, замечая каждую морщинку ее бровей, каждый блеск в ее глазах. Она явно была в замешательстве. Это немного расслабило Леви, решив, что она явно неправильно поняла его инструкции, а не просто раздвинула границы ради этого, потому что думала, что может. Теперь вопрос заключался в том, как действовать дальше. Мужчина хотел убедиться, что она точно знает, где находится. Хотел убедиться, что она знает, что неправильно истолковала его слова прошлой ночью, но он не хотел расстраивать ее или заставлять ее чувствовать себя неловко. Он глубоко вздохнул.       — Мне кажется, прошлой ночью произошло недоразумение. Я хотел, чтобы ты вернулась в свою комнату, однако я понимаю, что я не очень ясно выразился. – Он сделал паузу, все еще наблюдая за Иллирией и ожидая ее ответов. Иллирия заикалась, очень нервничая. Конечно, капитан не предлагал ей остаться, о чем она думала? Она застенчиво развела руками.       — Простите, сэр, я не хотела…       — Все хорошо, Лайт. Как я уже сказал, я понимаю, что был не очень ясен. Это было простое недоразумение. — Но Иллирию, казалось, не успокоили его слова.       — Я не сразу подумала, мне правда очень жаль… — Леви закатил глаза и встал перед Иллирией, которая активно избегала его взгляда с самого начала разговора.       — Я сказал, что все в порядке… — он подался вперед, схватив Иллирию за подбородок и заставив ее посмотреть ему в глаза, понимая, что она слишком сильно волнуется по этому поводу. Он пристально посмотрел на нее, предупредив, чтобы она расслабилась.       — Ты слишком много думаешь об этом. Я сказал тебе. Всё хорошо. Если бы я не хотел, чтобы ты была там, я бы разбудил тебя и выгнал вон.Так прекрати это. — Иллирия была немного ошарашена его словами. Она посмотрела в его серебристые глаза, и он на секунду запнулся, словно осознав, что сказал, и отпустил ее подбородок. Итак… он хотел, чтобы она осталась? Иллирия смутилась, но кивнула головой, пытаясь забыть обо всем этом.       — Да сэр. — Пробормотала она, отводя взгляд и слегка сглотнув. Леви прислонился к столу, глядя в пол. Казалось, он вдруг глубоко задумался. Иллирия откашлялась.       — Сэр? Это все? — спросила она, остро осознав, что пропала без вести с тех пор, как вернулась с миссии. В последний раз ее видели направляющейся в комнату капитана, и она даже не вернулась в свою комнату. И пропустила завтрак. Ей будет трудно придумать оправдание перед Эреном и Хисторией.       Леви кивнул, поднял голову и посмотрел на нее.       — Да, это все. Свободна. — Иллирия сглотнула и встала, отсалютовав капитану, когда вернулась в спальню. Она закрыла дверь и глубоко вздохнула, проведя рукой по волосам. Она была так глупа, что практически предложила себе остаться на ночь со своим капитаном. Она действительно думала, что он предложил ей остаться. Но прошлой ночью ее мысли были повсюду. Она медленно натянула брюки, нашла сапоги и тоже надела их, прежде чем вернуться к себе.       Леви не отошёл от стола, и она почувствовала, как напряжение в комнате значительно возросло. Что-то не так. Почему между ними было такое напряжение? Она подошла к двери, остановившись как раз в тот момент, когда ее пальцы коснулись ручки и закусила губу, повернувшись лицом к капитану.       — Леви? — Черноволосый мужчина посмотрел на нее, глаза слегка дернулись, когда она произнесла его имя. Иллирия осознала свою ошибку, но продолжала, невзирая ни на что, горло сдавило, а сердце колотилось.       — Ничего, если я вернусь сюда позже? У меня не так много дел в выходной… — Лицо Леви ничего не выдавало того, о чем он думал. Не было никаких эмоций, никаких предсказуемых признаков. Это сводило Иллирию с ума.       — Я не думаю, что это хорошая идея, Лайт, а ты? — Спросил он таким же холодным и монотонным голосом, как обычно. Иллирия заметила, как едва заметно приподнялась его бровь, когда он закончил фразу, и внезапно почувствовала себя невероятно отвергнутой. Она издала короткий смешок, отводя взгляд и качая головой.       — Да, хорошо. — И прежде чем Леви успел среагировать на ее резкое изменение отношения, она открыла дверь и вышла, слегка хлопнув ею за собой.