Вот такие пироги!

Пошли визитёры. Первым был самый опасный и ненавидимый человек в городе — мистер Голд. Но он был не один — незнакомая молодая женщина, ровесница Эмме, брюнетка с идеальной осанкой и аристократическими манерами — судя по всему она и Регина были хорошо знакомы ещё по той жизни. Судя по выражению глаз — спутница Голда смотрела на Регину горделиво и насмешливо, а Регина с оттенком легкого презрения. Но появление в гостиной Мэри Маргарет не оставило незнакомку равнодушной — на Белоснежку подруга Голда смотрела с лёгким недоумением. Мэри Маргарет взяла Регину под руку: — Мы супруги. — Чего?! — Голду пришлось придержать спутницу за талию — у девушки ноги подкосились. Регину ситуация сильно развеселила: — У нас дочь. И внук. Белль Френч (дочь мистера Мо, владельца самой большой цветочной лавки в городе — бывшего Короля Мориса, принцесса и невеста Голда) пришлось усадить в кресло и Регина налила невесте Тёмного воды. — Так что ты хотел, Румпель? — спрашивает Регина, когда Белль окончательно успокоилась и пришла в себя — Голд ужом вился вокруг невесты и так над ней причитал, что Эмме стало немного неудобно. — Ты мне сильно задолжала, дорогуша, — хищно улыбнулся Голд, — но сможешь оплатить часть своих счетов, когда принесёшь мне в лавку одну вещицу, которую отец твоей дочери припрятал В нашей старой знакомой, которая, как я понимаю, всё ещё томится в пещере под Часовой башней. — Надеюсь, никаких подвохов? — хмурится Регина. — Знаю я тебя… — Представь себе — нет, — разводит руками Голд («Сам себе удивляюсь, что это я…»), — и я обещал моей Белль, что всё осталось в прошлом, я не стану тебе мстить ни своими, ни чужими руками. Мы начали жизнь практически с чистого листа и то, что Дэвид, по моей просьбе, скрыл В нашей старой подруге будет тебе и твоей дочери даже на пользу. Магия. Я припрятал немного на чёрный день. Необходимо вернуть магию в Сторибрук. Ты сама чувствуешь, как это важно. — Да, — у Регины нет никаких возражений против этого, — сейчас прямо и отправимся. — Вы очень предусмотрительны, мистер Голд, — говорит Эмма. — Я вижу будущее, — мистер Голд помогает своей спутнице подняться из кресла, — не всегда отчётливо, но ключевые моменты очень ясно и чётко. Ты Спаситель и Светлый маг, девочка. Так что возвращение магии в город и в твоих интересах. Эмма стоит с открытым ртом и хлопает ресницами, переваривая новую информацию, как классическая глупая блондинка из дурацкого фильма ужасов — перед тем, как её съест какой-нибудь монстр или гигантская акула. Белль прикрывает рот рукой, пряча улыбку. — Нам придётся обезопасить город, скрыть его от посторонних глаз, — Голд строго смотрит на Регину, — от любопытных и чужаков. Его истинное лицо, самую суть. Регина молча кивает и Голд уходит, постукивая по половицам любимой тростью с золотым набалдашником. Белль оборачивается и смотрит на Регину, удивлённо приподняв аккуратно выщипанную бровь: «Вот так новости!» Регина разводит руками: «Любовь зла… На себя посмотри!» … Эмма остаётся стоять у дверей потайного лифта и пытается справиться с головокружением — магия, драконы… Вот так жила себе столько лет и горя не знала — и… Двери лифта почти бесшумно расходятся в стороны, торжественно и медленно, как театральный занавес. Регина и высокая, почти одного с Эммой роста, светловолосая женщина — длинный посох, рогатый головной убор, старинное платье и внимательный, пронзительный и тяжёлый взгляд — легендарная ведьма, Малефисент собственной персоной, наставница Регины в магии, мало похожа на классический образ созданный Диснеем. — Эмма Миллс-Бланшар, — приседает в пародии на реверанс Эмма. — Хм… — Малефисент внимательно и серьёзно разглядывает Эмму. — Эмма — наша, моя и Белоснежки, дочь, — самым церемонным тоном сообщает Регина. Малефисент застывает с открытым ртом: — Ты шутишь! Регина отрицательно качает головой: — Представь себе — нет. Малефисент тяжело вздыхает: — Ладно, всё потом. А сейчас — жрать. Я, почти тридцать лет, проспала в этой проклятой пещере и у меня в животе уже урчит. А голодный дракон… … Но по возвращении в особняк их ожидал маленький сюрприз. Высокий бородач в старом, когда то дорогом, но ставшем сильно потёртым, костюме о чём то беседовал с Генри. Эмма помнила его — известный издатель. Помощнику шерифа пришлось забирать из дома бородача назойливого графомана, который, не мытьём, так катаньем, пытался всучить издателю свою объёмистую рукопись. Точнее распечатку — Эмма заявила «литератору», что его книгу можно издавать только в качестве лекарственного средства от хронической бессонницы. По рецепту врача и продавать строго в аптеках. Успех обеспечен. В кресле сидела незнакомая блондинка в деловом костюме с которой разговаривала заплаканная Мэри Маргарет. Незнакомка широко улыбнулась Малефисент: — Привет, мама. Эмма едва успела подхватить Малефисент и не дать той грохнуться на пол. … — Так Сказочник… — переспрашивает Эмма. Не самое приятное узнать, что есть кто-то, кто способен переписать не только твою биографию, но и биографию всего мира, изменить реальность по своему капризу. Почти Всевышний. — Заточён и лишён Пера, — кивает Ученик Чародея, он же Марк Хофстедтер известный издатель — фантастика, фэнтези, стим-панк, научно-популярная литература, сказки. — Навечно. — А Перо? — интересуется Белоснежка. Марк тяжело вздыхает: — Пришлось уничтожить. Айзек был последней попыткой, но и он не избежал соблазна… Регина отправляется к Голду одна — та самая шкатулка похожа на большое яйцо. Золото с серебром. — Не Фаберже… — констатирует Эмма. Сиреневый туман заливает улицы города до самого залива, но очень быстро исчезает — Лерой не успевает устроить панику, когда Эмма сообщает, что это всего лишь Голд — возвращает в Сторибрук магию. … — Так Марк стал твоим отцом? — Эмма и Лилит Хофстедтер быстро подружились, а Малефисент поселилась в особняке Марка и знакомилась с дочерью. Марк собрал обширный архив — он с первого дня фотографировал и снимал на видео Лилит, её первые шаги, первые слова, первые дни в школе… И Малефисент часы провела с фотоальбомами и просматривая видео. Лилит училась в Бостоне, но о матери и о том, как она, Лилит, оказалась в этом мире, роли в произошедшем самого Ученика, девушка знала уже давно. — Да. В некотором роде искупал вину за произошедшее со мной, — кивает Лилит. — Айзека выбрало само Перо, но Ученик должен был вовремя понять, что с Автором происходит неладное. Приглядывать за ним. Так что папа нашёл меня в этом мире, удочерил ещё младенцем — всё было официально оформлено и однажды рассказал мне обо всём. Я, в самом начале, не поверила, но папа показал пару «фокусов» и я убедилась, что магия реально на этом свете существует. Закончила колледж и стала помогать отцу в делах, ожидая падение Проклятия. — А твой биологический отец? — Эмма запоздало спохватывается, — прости, можешь не отвечать, если тебе неприятна эта тема. Лилит пожимает плечами: — Не знаю… Летает где-то над НАШИМ Королевством. В ТОМ мире. … Эту строгую даму Эмма знала с самого детства — покупала у неё в лавке мороженое. Сара Фишер, появилась в городе после рождения Эммы, через несколько лет, то есть после Проклятия и Регина не ждала никаких сюрпризов, но… — На самом деле меня зовут Ингрид, — говорит Сара, — в нескольких мирах известна, как Снежная Королева. И я твоя троюродная сестра, Эмма. — М-м-м-м-м… — Эмма от шока стала ОЧЕНЬ красноречивой, а Генри, который обожал мороженое из лавки Сары Фишер, уставился на Ингрид почти не моргая. — Вот как? — с Региной в покер не садись, а Эмма наконец отмораживается: — Так ты научишь меня как делать такое вкусное мороженое? — Ты хочешь стать моим конкурентом, Эмма? — строго спрашивает Ингрид, хмурит брови, но с трудом гасит улыбку, а потом и вовсе ржёт в голос. Отсмеявшись вздыхает: — Научу и не только этому, девочка. — Отлично, — кивает Эмма. — И когда начнём? — С четверга, — говорит Ингрид-Сара, — нарушим эту дурацкую традицию начинать новую жизнь с понедельника.