Wild at Heart / Дикие сердцем

      Столь же неспешно, как шла по кварталам Рио, Жади пошла навстречу парню. Песок пляжа немного попадал ей в босоножки, поэтому она расстегнула пряжки, разулась и, подцепив их пальцами руки, продолжила идти.       Лео, точно ребёнок, бегал за приливающими и следом отступающими от берега волнами. Возвращаясь на сушу, он неизменно подпрыгивал, делая очередное сальто. В душе он и был ребёнком. Как и Жади, он не принадлежал сердцем ни к одной культуре, ни к одному городу. Никто не видел его настоящего, кроме Деузы и бабушек. Больше ни один человек не хотел признавать его индивидуальность. Все видели в нём тень Лукаса, его клона. Даже Альбиери. Он, возможно, даже более остальных. Мальчик, что пал жертвой сумасбродного учёного, который гнался за своими амбициями, иногда даже сам сомневался в реальности своего существования. В известной мере мы составляем мнение о себе, отталкиваясь от восприятия нас другими людьми. Как он может понять, кто он, если его даже не замечают?       Заметив женщину, идущую к океану, его сердце приятно заволновалось. Жади! Это Жади! Он побежал к ней.       — Жади… — произнес Лео, когда они встретились.       Парень обхватил ладонями её лицо. Она накрыла их своими руками. Ветер сорвал платок, который всё это время висел у неё на локте, и потащил по песку. Пусть! Но Лео, заметив, кинулся следом. Подхватив голубую ткань, он вернулся к женщине.       — Твой платок, Жади…       — Брось его… Он больше не нужен мне.       — Да? — удивлённо спросил юноша. — Тогда, я оставлю его себе.       Лео снова обнял Жади. От него пахло чем-то резким и терпким, что совсем не подходило ему по возрасту и характеру.       — Я ушла из дома, — призналась Жади. — Точнее, меня выгнали. Мне негде больше жить.       — Эй, не расстраивайся, — весело ответил Лео, — значит, будешь жить у меня.       — Ты… там один?       — Не-ет, я живу с мамой, бабушкой, её сестрой и отчимом, — голос звучал совершенно беззаботно.       Жади вздохнула. Бедный, невинный Лео! Этот всё ещё подросток совсем не понимает, что значит привести в дом, полный людей, взрослую женщину.       — Я женюсь на тебе, Жади, — продолжил он, — я всегда мечтал жениться на тебе. Ты женщина из моего сна.       — Лео, я ведь гожусь тебе в матери, — покачала она головой в ответ.       — Брось, я люблю тебя.       Много лет Жади мечтала услышать эти слова от Лукаса. «Я женюсь на тебе» — теперь Лео говорит это так просто и легко, но невозможно не верить ему. Юность способна на бесконечную череду горячих безумств. Женщина понимала, что скажи она одно слово, и парень хоть завтра возьмёт её в жёны.       — Я столько раз была невестой, но это не принесло мне счастья. Стало быть, оно в чём-то другом.       — Хорошо, я не буду давить, — немного огорчился Лео. — Пойдём.       — Куда?       Но парень уже тащил её за руку по песку. К океану. Подхватив её за талию, он поднял её вверх и начал кружить. Сначала Жади испугалась, но после расслабилась и, доверяя Лео, раскинула руки в стороны, навстречу потокам океанского ветра. Внезапно юноша резко опустил её, присев сам и словно уронив женщину себе на колени. Тут же их обдало брызгами солёной волны. Они сидели на мелководье, промочив одежду. Волны то и дело ударялись об них, отчего Лео смеялся, а Жади вскрикивала, а потом хохотала и сама.       — Я переплыву ради тебя океан, — прошептал Лео, — пройду пустыню с караваном.       Жади почувствовала прикосновение его губ на своих. Романтическая атмосфера вновь опьяняла её разум. Недолго думая, она ответила на его поцелуй. Горячие тела и прохладная вода. Лео, вспомнив, как это было с Карлой, совсем сбросил её на мокрый песок и опустился рядом. Боясь, что внезапные ласки отпугнут женщину, он обнял её за талию и поцеловал в шею, а потом в плечо. Жади закрыла глаза, пытаясь прислушаться к ощущениям. Сколько раз ей приходилось заниматься сексом, когда она того не хотела? Возможно, она уже не помнила бы, как может быть по-другому, если бы не Лукас. Но хочет ли она сейчас этого с Лео?       Несчастны те, кто долгое время жили в золотой клетке. Эти птицы видели небо только сквозь прутья своего жилища. Мечтая о полёте, наконец вырвавшись, их слабые крылья часто оказывались не готовы к настоящим взмахам. Они неизбежно падали, порой даже разбиваясь о землю, от которой так хотели оторваться. И всё же тем, у кого есть крылья, проще умереть из-за неумелого взлёта, чем всю жизнь прожить, связывая их, сдерживая за своей спиной. Те, у кого есть крылья, всегда будут слышать зов неба.       Вылетев из клетки, так заботливо и в то же время довольно грубо охраняемой Саидом, Жади, нетерпеливо взмахнув крыльями, упала на побережье океана, в солёную воду, прямо в объятия совсем молодого Лео. Словно школьник, который в праздник непослушания объедается мороженым, она отвечала на поцелуи юноши, забыв о разнице в возрасте, о семье, о Боге. Нет сомнений, что внутри себя Жади была примерно одного возраста с Лео. Своя жизнь, что отобрали у неё так рано, остановилась, заморозилась. Душа юной девушки оказалась заточена в теле взрослой женщины.       За этой сценой наблюдал тот, кто, пожалуй, меньше всех бы хотел её видеть. Мужчина, вышедший из своего автомобиля, несомненно, узнал очертания фигур, целующихся в океане. Сначала он почувствовал ревность, которая быстро сменилась злостью, а она в свою очередь — отчаянием. Загребая песок острыми носами ненавистной офисной обуви, он побежал к Жади и Лео.       — Эй, ты! Не пытайся жить мою жизнь! — громко прокричал он им.       С появлением в своей жизни Лео, мужчина думал, что ненавидит его. На самом же деле он ненавидел себя.       Жади, услышав знакомый голос, вздрогнула.       — Лукас! — крикнула она в ответ, поднимаясь и высвобождаясь из рук Лео.       Впрочем, в этот момент Лео тут же перестал для неё существовать. Единственная вещь, которую она любила в нём — это схожесть с её первым возлюбленным. О, сколько людей за жизнь так смотрят на нас и видят в наших глазах своё прошлое, которое не могут отпустить! Если бы не было в нас чего-то — волос, улыбки, чего-либо другого, что напоминало бы им о прежней любви, они бы никогда не выделили нас из толпы. Мы прокляты любить давно потерянные во времени черты и искать их в каждом прохожем.       Лукасу сразу бросились в глаза мокрые волосы и одежда Жади. Чёрт, если бы он приехал позже?       Лео вызывающе вышел вперёд.       — Это ты пытаешься забрать мою жизнь! Я совсем на тебя не похож, не похож! — его кулак тут же пришёлся по скуле Лукаса.       Тот, в свою очередь, сумел удержаться и нанёс ответный удар в грудь юноши, повалив его на землю. Завязалась драка. Нет, ни один из них не хотел бы убить другого, а вот задать хорошую трёпку — кажется, время пришло.       — Прекратите, что вы делаете, прекратите-е-е! — в ужасе кричала им Жади, порываясь разнять и, в то же время, боясь подойти к катающимся по песку, практически одинаковым мужчинам.