Лилии с шипами

      Аббакио вытянулся в полный рост на своей любимой пурпурной кушетке, удалось достать по-знакомству у Карузо. Уж так она ему понравилась, что в какой-то момент Карузо устал от натиска Леоне и расстался с предметом мебели его кабинета. Тогда Леоне был настолько доволен собой, что ему удалось прожать противного владельца казино, что он почти две недели закрывал глаза на "бедлам" со стороны мелюзги. В моменты, когда ему хотелось отдохнуть по-настоящему, Леоне брал наушники, хорошее вино и проводил на этом трофее почти весь день. Самый непритязательный вид отдыха, который он мог себе позволить. Мелюзга посмеивалась, называя стариком. А ему-то что?       В этот раз Леоне не изменил себе и уже полдня провалялся, не утруждая себя даже спуститься вниз для утреннего брифинга с командой. Подложив под голову валик, который шел комплектом, Леоне свесил одну руку вниз, а второй держал бокал с вином. Прекрасно.       В дверь постучали. Аббаккио услышал это сквозь прекрасные джазовые ноты. Мужчина напрягся. Если снова кто-то налажал и срочно нужно бежать спасать, то после помощи он обязательно устроит взбучку нарушителю его спокойствия. Он немного привстал и поставил бокал на пол, рядом с бутылкой. В дверь постучали второй раз. Обычно так не делали, сразу заявлялись с порога со своими просьбами.       - Кого там принесло? - Леоне сощурил глаза.       Дверь открылась, за ней показался Буччеллати. Обыкновенно он никогда не приходил сам, посылал кого-то. Аббаккио напрягся. Бруно прошел в комнату и огляделся. Как всегда, все в сумерках. Вокруг бардак. Легкая небрежность проявлялась у Леоне только в окружении, на людях он предпочитал появляться с иголочки.       - А, это ты, Бруно. Что такое? - Аббаккио снял с себя наушники, демонстрируя, что дескать с ним он готов сбыть во все уши.       - Решил проведать. Фуго до сих пор тебя избегает.       - И правильно делает, - хмыкнул Леоне, садясь на кушетку, широко расставив ноги, - но ты же не за этим сюда пришел, да?       Буччеллати заложил руки за спину и отошел к окну, всматриваясь в небольшую щель между шторами. Леоне никак не мог разгадать цель его визита. Солнце уже клонилось к закату и силуэт Бруно выглядел довольно загадочным.       - Так что такое, Буччеллати?       - Есть одно дело, скажем так, частного характера. Мне понадобится твоя помощь, если ты не откажешь.       - Ты же знаешь, что я подчиняюсь всем твоим приказам... - начал было Леоне, но Бруно движением руки приказал ему остановиться.       - Здесь иная суть. Личные мотивы. Ты всегда можешь отказаться.       - Да что ты ходишь вокруг да около! - Начал раздражаться Аббаккио.       Он не любил, когда люди говорили загадками. Скажи прямо, да и все, сэкономь всем время, а ему нервные клетки. Но Буччеллати был вежлив и тактичен по отношению к ним всем, так что это было вполне в его духе.       - Я хотел бы, чтобы ты позаботился кое о ком в Fortuna Nero.       Между мужчинами повисло молчание. Буччеллати отвернулся от окна и своими синими глазами посмотрел прямо в душу Леоне. Тому стало совсем не по себе, его передернуло. О чем же таком мог попросить "старший офицер"?       - Нужно кого-то устранить?       - Наоборот, надо помочь одному человеку там. Как понимаешь, напрямую я этого сделать не могу. В любом случае, предприятие рисковое и правда все равно выплывет наружу.       - Я не понимаю твою авантюру, - честно признался Леоне.       - Есть одна девушка среди новоприбывших. Ее зовут Алетта Конти, именно ей я и хочу помочь.       Аббаккио посмотрел на своего собеседника и внезапно разразился громким смехом. Затем подхватил бокал с вином и осушил его до дна. Вытерев губы от остатков напитка он цыкнул.       - Это она тебе имя свое сказала? Ты так и поверил? В ее грустную-прегрустную историю? Чем помогать? Деньги передавать? Белье? Бруно, что ты несешь вообще?       Буччеллати и бровью не повел.       - Да, понимаю, звучит странно. Но я уже решился ей помочь.       - А она просила тебя об этом? - резко спросил Леоне, какое-то неприятное чувство, начало пробиваться сквозь охмелевшее состояние.       - Нет, - честно ответил молодой человек.       - Мой тебе совет, Бруно... Если не просили - не лезь, не сломано - не чини.       - Так ты отказываешься? - поинтересовался Буччеллати.       Аббаккио встал со своей кушетки и слегка покачиваясь подошел к Бруно. Тот смело смотрел ему прямо в глаза. У Леоне на языке вертелся тысяч и один довод, почему он не должен участвовать в этой затее. Хотя больше его беспокоила сама причина ситуации, в душе он это подозревал, но озвучивать никак не хотел. Чертов альтруизм.       - Я не говорил, что отказываюсь. - он усмехнулся и ткнул пальцем в грудь Буччеллати. - Ты увидел грустные глаза и растаял? Ты же понимаешь, тысячи их таких, ты всем не сможешь помочь. Только единицам.       - Некоторым единицам я помог, - твердо сказал Бруно, перехватив запястье Аббаккио, убирая палец от себя.       - Это частный случай, ты же понимаешь?       - Прекрасно осознаю, поэтому я тут.       "Вот дурак, если ему удалось помочь четырем дебилам не сдохнуть на улице, то почему он думает, что и на других это сработает", злился про себя Леоне, но вслух ничего из этого рассуждения не сказал. Между ними возникло легкое напряжение, это чувствовалось. Черт, он просто пришел попросить о помощи.       - Так что я должен сделать? - выдохнул Леоне и отошел от Бруно.       Как-то это было неуместно тыкать в него пальцем. Аббаккио понадеялся, что такое поведение не задело товарища.       - Нужно похлопотать о ее переводе в ранг "чистых". Иногда что-то передавать. Вот, - Бруно отстегнул молнию у себя на груди и вытащил пару книг.       Аббаккио с подозрением взял их. Том с собранием сочинений Сенеки и "Новая жизнь" Алигьери. Он небрежно пролистал "Новую жизнь", внутри ничего не было. Никаких скрытых посланий и прочего. А вот в сочинениях Сенеки он обнаружил фотографию.       - Это она? - Спросил Леоне показав фото.       Буччеллати выдохнул и присел на пуфик рядом с кушеткой. Аббаккио не сводил глаз с Бруно.       - Алетта Конти, 18 лет. Родилась и выросла в Неаполе. Неблагополучная семья, неоднократные вызовы полиции, есть отозванное заявление на изнасилование. Об отце нет информации, мать умерла три месяца назад. Отчим в розыске, пропал без вести. - Сухо пересказал Буччеллати.       - Ну? - Леоне взвесил на руке полученные книги. - Мне надо похлопотать, чтобы там с ней хорошо обращались и книги передать?       - Пока да, дальше придумаем, что можно будет сделать. Судя по тому, что я обнаружил у них дома, она закончила школу, но почему-то не пошла учиться ни в школу, ни в университет. Сведений о работе тоже нет.       Аббаккио поморщился.       - Хорошо, если это надо, я помогу этой синьоре. Но ты же понимаешь... что за такой финт придется в будущем дорого заплатить? - начал Аббаккио.       - Прекрасно понимаю, я пока думаю над этим.       - Не выращивай себе новый рычаг для давления.       Бруно усмехнулся и резко встал. Подойдя к Аббаккио он ласково взял его за плечи и прошептал:       - Спасибо.       Затем развернулся и ушел, мягко закрыв за собой дверь. Леоне непонимающе смотрел на эти книги, очень редкая просьба от Буччеллати сделать что-то в его интересах. Ну это не было таким уж редким явлением, когда солдаты пытались что-то сделать вне ведома Организации. Здесь было столько подводных камней! Начиная от того, что дело происходит в борделе, над которым нет контроля, заканчивая информацией... Все, что происходило, могло быть использовано против тебя. Любой благой мотив будет тем самым билетом в ад. Почему Буччеллати хочет туда спуститься? Проблем не хватает? Спасти всех невозможно, а он пытается.