Шрамы на твоём плече

Здравствуй, дивный мир! Немезида, считай, что ты уже разгромлена изнутри! Ведь теперь на этом корабле три неугомонных существа, которые за любой кипиш, кроме голодовки! — Что там у нас сегодня по плану? Я картинно расправила бумажку и вчиталась в строчки. Из-за моей спины написанное просматривали Рамбл и Френзи. Итак: «Понять, похож ли Рэведж на земного кота так же, как Лазербик похож на органического ворона?» Рамбл присвистнул, Френзи ухмыльнулся, а я зловеще потёрла руки в предвкушении веселья. Ну держись, робокот! Рэведж спокойно был в оффлайне, положив голову на передние лапы и прикрыв мордочку хвостом. Мы подошли к нему на цыпочках, затаив дыхание и вентилирование. Я громким шёпотом произнесла: — Первый пункт, — я подняла указательный палец вверх, — даже если кот спит, он насторожен и готов проснуться в любую секунду. Половина его мозга всегда активна. Слабое место… — …Хвост! — восторженно закончили миниконы в унисон. — Именно! А сейчас — кто смелый? Я обвела конов выжидающим взглядом, но те быстренько отвернулись. В тишине было слышно, как негромко каркнул во сне Лазербик. — Я-я-ясно… Ну и ладно! — быстро ответила я, чтобы не дать себе передумать. Я осторожно подступила к Рэведжу. Тот, не просыпаясь, дёрнул ухом. Миниконы резко вдохнули и замерли в испуге, но я выждала пару милициклов и подошла ближе. Огромный кот предстал во всём своём великолепии. Его сегменты и детали брони, аккуратно, но резко очерченные, приподнимались от вентилирования. Его тонкие изящные лапы были грациозно подогнуты под корпус. Хвост лежал на полу, опоясывая всего кона по периметру. Я опасливо потянулась к нему, буквально спиной ощущая, как Френзи и Рамбл грызут себе пальцы. Я притронулась к тёплому металлу с шероховатыми пластинами. Ничего не произошло. Почти одинаковые миниконы дружно выдохнули и громко сказали: — Ну вот види… Конец их фразы потонул в диком рёве Рэведжа, потому что я нечаянно дернула за хвост, когда братья начали говорить. Около меня опасно щёлкнул захват, а огромный кот на ощупь схватил лапой то, что стояло возле него, перехватив затем хвостом. Что ж, захваты Саундвейва… Удобнее. Особенно в том плане, что на тебя не смотрит испепеляющим взглядом гигансткий робокот, подняв хвост на уровень морды. Его захваты хватанули меня за плечи, но вроде кровь не лилась. — Ор-рганика… — прошипел он, хищно прищурив оптику, мерцающую недобрым красным огнём. Висеть над полом мне не нравилось. Я делала виноватый, очень виноватый вид, но кота это не прошибло. А жаль. Зато я теперь с уверенностью могу сказать, что в этом плане Рэведж очень даже похож на земного кота… Миниконы дружно тряслись снизу, пока Френзи неуверенно не начал: — Рэведж… Кот повернулся к нему с таким злобным взглядом, что бедный десептикон сжался. Лазербик, я опять сделала что-то не так! Ну вот что я за человек такой странный? Кто в здравом уме полез бы к громадному спящему робокоту, чтобы потрогать его хвост?..

***

— Саундвейв! Привычно остановившись, он подождал, пока его нагонит Нокаут. Алый мех подбежал, он выглядел так, будто несся с капитанского мостика, если не дальше. Его вентсистемы работали неровно, а весь корпус судорожно вздымался, в оптике горела тревога. — Саундвейв… Погоди… — он опёрся на стену, помотал шлемом и кое-как проговорил: — Автоботы на корабле, слышишь? Чуткие аудио беспилотника давно уловили выстрелы возле двигателя. К тому месту бежали вехиконы и остальные десы. — Я не смог найти Дредвинга, и он не отвечает на комлинк, пожалуйста, обыщи ту часть Немезиды, что возле твоего отсека, моя помощь нужна тут! — медик умоляюще поднял чёрную оптику на связиста. Саундвейв не замедлил кивнуть. Нокаут убежал в сторону перестрелок и громкого баритона Прайма. Автоботы вновь проникли на Немезиду. Связист повторял это, как заклинание, пока искал потерянного джета, и пытался понять, почему сегодня эти слова звучат особенно жутко. Во всех уголках корабля были слышны отголоски битвы: рычащие приказы Мегатрона, выстрелы, скрежет, лязг, визг серебристого сикера и воинственное бибиканье жёлтого разведчика. Были видны всполохи пламени. Перестрелка как будто приблизилась. Стали слышны стоны раненых и металлический звон от соприкосновения оружия. Саундвейв ускорился, а в процессоре пульсировало нехорошее предчувствие. Как будто случится что-то плохое, если уже не случилось… Дредвинг оказался в реакторе, его радиация блокировала сигнал комлинка. Он быстро понял, чего от него хочет Саундвейв, и, поудобнее перехватив меч, кинулся в сторону боя. Вдруг у связиста резко замерла искра, а потом начала биться намного чаще, чем нужно. Он почувствовал, всем своим существом и всей своей способностью страх и боль кассет. Он что, запер отсек перед уходом?! Только не это!!! Они как в западне, они полностью в манипуляторах автоботов!!! Стоит им открыть дверь, и кассетам некуда будет деваться!!! Он побежал. Вокруг кипело сражение. Все было в дыму, сквозь который скользили серые тени, подсвечиваемые пожаром. Кто-то стонал, звенело оружие, но никто не замечал высокого кона, который бежал, не останавливаясь ни на милицикл, к жилым отсекам. Рекой лился энергон, скакала по конам верткая лазурная фем с ножами и пылающими синими окулярами, нагревались для выстрелов бластеры, слышались выкрики Прайма и Мегатрона. Искра пульсировала неровно, с большими промежутками, иногда болезненно замирала, но чаще всего бешено колотились об окружающую ее камеру. Тени сражались, как громадные исполины, увеличенные из-за дыма, не замечая ничего вокруг. Свистели ракеты Старскрима, с металлическим лязгом громадная тень синего джета с алыми узкими окулярами вытащила меч из-за спины, дребезжала пила Нокаута, дым казался грязно-оранжевым от блеска пожара. Гудело пламя, его тонкие переменчивые язычки ни милицикла не стояли на месте, все время перемещаясь, появляясь и исчезая, они лизали коридоры, соприкасались с металлом, вызывая шипение дерущихся роботов. Он двигался вдоль стены, не видя ничего перед собой. Маска защищала от дыма, но не от собственной искры. В коридоре, где находился его отсек, бушевал огонь, а сквозь его гул были слышны тяжёлые шаги.

***

Так, с первым пунктом разобрались… Я на автомате передёрнула плечами, вспомнив кошачьи захваты… Бр-р-р… Миниконы в очередной раз стояли с двух сторон от меня, тревожно разглядывая помятое белковое. Под левым глазом у меня красовалась приличная такая ссадина, на плечах темнели синяки, но лицо было слишком довольное. Я была полна решимости закончить наш план, хоть меня в очередной раз и спас Лазербик, которому надоело убеждать Рэведжа в том, что органики невкусные и костлявые, и он просто выхватил меня из его захватов. Вот откуда синяки. А ссадина… А откуда я знаю, откуда она взялась? — Ась, может не стоит? — слабо попытался отговорить меня Рамбл, но его брат хлопнул того по плечевому сегменту. — Не ссы, нормально все будет! Робокот снова уснул, но теперь уже далеко от нас, на шкафу. Подумав, мы подошли к Лазербику, который делал вид, что чистит перья, а на самом деле наблюдая за нашими действиями. — А теперь смотрите и учитесь, пока я жива! — прошептала я братьям, и подошла к стальной птице. Я сделала заинтересованное лицо, милые глаза и самый наивный голос: — Лазербик, а ведь тебя так не просто так назвали, правда? Кассета подозрительно покосилась на меня, повернув голову набок. — Ну, да. Я воодушевилась этим и двинула ещё одну фигуру: — Значит у тебя есть лазер, да? — Как прицел, — отмахнулся птиц и повернулся к стене. Миниконы поняли, что теперь их черед. Они бросились на него с обнимашками и воплями «как же мы тебя любим!». Тут кассета поняла, что у Френзи и Рамбла просто так яростного приступа птицелюбия не бывает, и, пытаясь выбраться из-под них, строго уточнил у меня, пытаясь сохранять серьёзный вид: — Что вам от меня нужно?! Теперь мы вместе лежим в засаде, спрятавшись за коробками, Френзи не переставая хихикает, а Рамбл изредка отвешивает ему подзатыльник, чтобы тот утих, но этого хватает всего на пару милициклов, а потом все начинается сначала. Лазербик пристально смотрит на Рэведжа, ожидая его пробуждения. Мы сидим так уже пол-цикла. Мне надоело ждать, не то чтобы я нетерпеливый человек, просто шипение миниконов из себя выводит, и я бросила камешек в сторону робокота. Все притихли, камень стукнулся об пол, а Рэведж приоткрыл один окуляр. Есть! Лазербик пустил заветную красную точку в поле зрения кота, ожидая его реакции. Робокот приподнял голову, подозрительно оглядываясь и размахивая хвостом. Убедившись, что никого не видно, он бесшумно подобрался, красная точка побежала к стене, и кон бросился на нее, пытаясь накрыть лапой. Однако к его недоумению та появилась на его лапке, а не была под ней. Рэведж азартно мяукнул и крутанулся на месте, лапами молотя по полу, где металась лазерная точка. Кот наклонил голову набок, аккуратно сел, подобрал лапки под себя, и тыкал по точке, растерянно моргая яркими окулярами. Френзи и Рамбл валялись на спине, зажимая рты манипуляторами, чтобы не смеяться вслух. Лазербик тихо хихикал, направляя лазер в сторону от робокота, а тот молниеносно оказывался там, грациозно перепрыгивая с места на место. Я улыбалась, наблюдая за красивыми движениями десептикона. За дверями послышался нарастающий шум, мои слабые по сравнению с аудио кассет уши не могли различить отдельных звуков в этом гуле, но Лазербик вскинул голову и прошептал одно слово: — Стрельба.