Часть 7
15 сентября 2022 г., 13:31
Когда Теодор вернулся с утреннего обхода лайнера, Лира сидела на стуле, сгорбившись и сцепив руки в замок перед собой. Прошло два дня с тех пор, как она «поселилась» на корабле. Она не выходила из каюты и не шла на контакт. Просто молчала и плакала. Ему было тяжело видеть её такой, но он старался не давить.
— Не хочешь выйти на палубу? — жизнерадостно спросил Тео, раскинувшись на диване. От звука его голоса Лира дёрнулась, но, кажется, эти слова её заинтересовали.
— Вы позволите мне подняться наверх? — презрительно спросила она, не повернув головы. Её волосы были убраны наверх, оголяя смуглую шею. Тео с удовольствием отметил, что Лира наконец надела одежду, которую он для неё купил, — голубые джинсы и простая серая футболка.
— Если ты пообещаешь вести себя хорошо, — улыбнулся Нотт, не сводя с неё глаз.
— Боитесь, что я брошусь в море? — Она повернулась в его сторону и сузила глаза.
— Нет, — пожал он плечами, — ты же не идиотка.
Лира насупилась и отвернулась. Несколько секунд он задумчиво рассматривал её, но потом решил, что дал ей уже достаточно времени.
— Ты идёшь или нет?
— Иду, — буркнула Лира, решив, что свежий воздух подарит ей жизненные силы и она придумает, как убраться с этого чёртового корабля. — Я надеюсь, вы не станете меня привязывать к себе?
— Не стану, — ухмыльнулся Тео и пропустил её к двери.
Они поднялись по лестнице, и Лира полной грудью вдохнула свежий бриз. Она огляделась в поисках любой информации: члены команды Нотта либо занимались работой, либо отдыхали за столами, играя в карты, но все как один наблюдали за ней исподтишка. Это было противно. Лира почувствовала себя цирковой мартышкой. И что обиднее всего — никто не хотел ей помочь, хотя наверняка все были в курсе, что она здесь не по своей воле.
Лира стиснула поручни и прижалась к ним ногами. Она всё отдала бы, чтобы заиметь сейчас волшебную палочку и просто аппарировать отсюда. Но, судя по всему, они скоро будут проходить мимо Франции, поэтому палочка ей не поможет: чтобы переместиться из другой страны, нужен порт-ключ. Отчаяние тяжёлой лапой сдавило грудь, слёзы готовы были брызнуть из глаз.
— Вы зайдёте во Францию? — словно между делом спросила она.
— Нет, — Теодор встал рядом, опершись спиной о поручни, — нет никакой надобности.
— Я бы хотела увидеть Париж, — Лира всеми силами попыталась сделаться милой и сговорчивой, — я давно там не была.
— Если хочешь, можем отправиться в Париж в свадебное путешествие, — улыбнулся он, разгадав её план.
— Вы отвратительный и мерзкий! — охнула она, вмиг покраснев. — Отправляйтесь к чёрту вместе со своим Парижем!
— Тебе сильно влетало от бабушки, если ты ругалась, верно? — вдруг спросил Тео, весело блеснув глазами.
— Откуда вам это известно? — смутилась Лира.
— Просто ты ругаешься так, словно сошла со страниц романа девятнадцатого века. Это забавно.
— Если вы привыкли к шлюхам, которые ругаются как сапожники, вы похитили не того человека, — вздёрнула она подбородок, и в этот момент так напомнила Гермиону, что у Тео защемило сердце.
— Нет-нет, мне очень нравится.
Лира ничего не ответила, а только обхватила себя руками в защитном жесте и опустила глаза на нижнюю палубу. Там она увидела неподвижную женскую фигуру в купальнике. Лицо было скрыто шляпой, и женщина, кажется, спала.
— Кто это? — спросила Лира, и её тут же осенило: — Это Ребекка? Она здесь?
Эмоции накалились: у неё, может быть, появится союзница. Ребекка произвела хорошее впечатление, она просто не могла быть в сговоре с этим зверем в человеческом обличии. Лира закричала, позвав женщину по имени. Что было странно, Нотт никак не пытался усмирить её, он просто смотрел.
Услышав крики, Ребекка сдёрнула шляпу с лица и недовольно посмотрела наверх.
— Тео, будь добр, уйми её, — скривила она губы.
— Но как же, — Лира дёрнулась, повернувшись к Нотту с вопросом во взгляде, — она знает?..
— Разумеется. — Тео было жаль эту потерянную девушку, но он снова поборол в себе это чувство. — Можешь не пытаться склонить Ребекку на свою сторону. Она бесконечно предана мне.
Лира непонимающе захлопала глазами, глядя в никуда. В голове не укладывалось, как такое вообще возможно. Как этому ублюдку удалось так повлиять на людей, что они пошли на преступление.
Вдруг к ней пришла неожиданная мысль.
— Она говорила обо мне…
— Что?
— Тогда, на приёме, она сказала, что ваша невеста тупая как пробка и что вообще не одобряет ваш выбор, — выплюнула Лира, поразившись своему же открытию. Теперь неизвестно, кто из парочки был хуже. Эта сука с оленьими глазами втесалась ей в доверие, прикинулась хорошим человеком. Пришла к ней, к Лире, в дом и унизила её.
Взгляд привлекла зачарованная швабра, которая сама мыла палубу, и ведро, полное грязной воды. Метнувшись к нему, Лира схватила ведро и опрокинула его вниз, прямо на нежившуюся на солнце фигуру.
— Тварь! — Лира удовлетворённо улыбнулась, услышав разъярённые крики.
— Я убью тебя! — завизжала вскочившая с лежака Ребекка.
— Иди на хрен! — Лира сверкнула глазами и показала средний палец. — Ты скоро отправишься в Азкабан вместе со своим хозяином. Суши сухари.
— Тео! — Ребекка обратилась к застывшему рядом Теодору, который от удивления не мог вымолвить ни слова. — Уйми её! А то этим займусь я!
— Тебе бы помыться, Бекки, — весьма миролюбиво бросил Теодор. Если бы он не сдерживал себя, то рассмеялся бы в голос.
— Пошёл ты, — буркнула она и исчезла из виду.
Теодор оценивающе оглядел Лиру, принявшую абсолютно невозмутимый вид, словно и не она вылила грязную воду на его помощницу. Ему понравилось, кого он увидел перед собой. Тео беспокоился, что Лира замкнётся в себе и не будет идти на контакт. Но она его удивила. При всей своей вычурности, доставшейся от отца, Лира обладала боевым характером, который унаследовала от матери.
— Твоя бабушка не одобрила бы такой лексикон, — Тео шутливо нахмурился и приблизился к ней на шаг.
— О, вы разочарованы? — её лицо исказила гримаса отвращения. — Хотели скромницу-жену? Отныне я буду ругаться матом и петь похабные песни.
— Знаешь хоть одну?
— Я вас умоляю, я росла вместе со Скорпиусом, — отмахнулась Лира и глубоко вдохнула.
Тео залюбовался ей. Её не скрытой магией, настоящей внешностью. Не такой рафинированной, какой она себя делала, а живой и настоящей. И пусть сейчас её глаза были разного цвета, а волосы, которые она распустила, струились по плечам прядями разного цвета, он верил, что, как только её духовное равновесие придёт в норму, способности к ней вернутся — и она сможет вернуть себе первозданную красоту.
— Почему они помогают вам? — Лира выдернула его из размышлений.
— Прости?
— Ваши люди. Они знают, что вы похитили меня, и даже участвовали в этом. Неужели они не боятся отправиться в тюрьму?
— Они не попадут в тюрьму, — ответил Тео, улыбаясь, — они доверяют мне.
— Когда я выберусь отсюда, — прошипела Лира, неосознанно приблизившись к нему, — я упеку всю вашу шайку за решётку.
— Боюсь, дорогая, когда ты сможешь посетить Ангсли, то никогда не сдашь меня властям, — сказал Тео так уверенно, что в непоколебимости Лиры назрела брешь. Он не может так подчинять себе людей. Её точно не сможет.
— Мне просто интересно, как вы можете им верить. — Она кивнула в сторону людей, которые не могли слышать их разговор, но внимательно следили. — А если их кто-то подкупит? У вас достаточно врагов.
— Милая, я окружаю себя только проверенными людьми и не считаю себя глупым человеком. Эти люди обязаны мне жизнью или свободой. Что в общем-то одно и то же.
— Даже Ребекка? — Лира выплюнула её имя словно ругательство.
— У нас с Ребеккой очень длинная история.
— Расскажите. — Тео заметил, как её глаза загорелись огнём исследователя. Перед ним снова была та девчонка, которую он знал с детства, а не разъярённая фурия, бросающаяся на него с кулаками.
— А что я получу взамен? — Тео не смог отказать себе в удовольствии поддразнить её, тем более он не горел желанием рассказывать историю.
— Жалкий шкурник, — пробормотала Лира, собираясь с мыслями. Интерес был слишком высок. — Ладно. Весь сегодняшний день я буду вести себя хорошо.
— Обещание не драться, не кусаться и не обзываться входит в это «хорошо»? — Тео обошёл её и встал с другой стороны.
— Да, — скованно ответила Лира, почувствовав себя жертвой, которую обхаживает хищник. Его передвижения нервировали.
— Тогда ещё ужин, и ты наденешь платье.
— Хотите нарядить меня как шлюху? — она сжала кулаки и скрипнула зубами.
— Боюсь, милая, тебе не хватит опыта для этой тяжёлой работы.
Лира задохнулась от возмущения и не смогла подобрать слов, чтобы кольнуть его в ответ. Немного поразмыслив, она просто протянула ему руку, чтобы закрепить сделку. Тео пожал хрупкую ладонь и, перехватив её, поднёс костяшки к губам.
— Прекратите! — Лира вывернула руку, демонстративно вытерла её о ткань джинс и снова устремила взгляд в даль. — Оставьте меня одну, пожалуйста.
— Не вздумай бросаться за борт, — сказал он и пошёл к своей команде.
Лира дышала морским воздухом и не могла насытиться. Скоро её снова посадят в клетку, и она хотела насладиться ощущением свободы. Легко было представить, что на этой яхте они путешествуют с Альбусом и никакого Теодора Нотта здесь нет. Мысли о свадьбе, которая должна была состояться через три дня, бередили и без того кровоточащие душевные раны. Это должен был быть их день. Её и Альбуса. А вместо этого её в плену держит сумасшедший человек, который возомнил себя Богом. Сжав зубы до скрипа, она не дала выступившим слезам стечь по щекам. Она не будет плакать, не перед этими людьми, которые о чём-то жарко спорили.
Повернувшись в пол-оборота, Лира скосила глаза на Теодора, который принимал участие в игре. Судя по унылым лицам собравшихся за столом, он выигрывал. Парень с серёжкой в ухе, который вытащил её из шлюпки, что-то доказывал ему, показывая на свои карты. Теодор, ухмыльнувшись, повернул ему свои карты, и тот с расстроенным воплем опустился на скамью.
— Сэр! Пока вы не пришли, игра шла так хорошо, — начал сокрушаться он. — Кажется, мисс вас уже заждалась.
Он указал на Лиру, которая тут же отвернулась к воде и отругала себя за то, что засмотрелась на них. Размеренные шаги оповестили её о том, что Нотт прислушался к словам своего матроса.
— Заскучала без меня? — Он остановился слишком близко, и Лира неосознанно сжалась, но тут же расправила плечи, решив, что не покажет ему своего страха.
— Я с таким же успехом могла скучать по головной боли.
— Не думал, что ты мазохистка.
***
Весь день она вела себя тихо. Да и Теодор был задумчивее обычного. Он читал книгу и словно не замечал присутствия Лиры, что несколько выводило её из равновесия. Ей хотелось воевать с ним, доказывать, что он поступил как кретин, похитив её. Но, во-первых, она была скована обещанием не скандалить с ним сегодня, а во-вторых, на любую её шпильку он лишь равнодушно хмыкал и снова погружался в чтение. Лира могла многое стерпеть, но только не равнодушие. Это её персональный крест, ахиллесова пята. Отец часто практиковал такое в воспитательных целях, когда она не слушалась. Он мог не говорить с ней днями напролёт, отчего Лира очень страдала. И вот сейчас она вроде должна радоваться, что Нотт не проявляет к ней интереса, но Лира ощущала дикий дискомфорт. Единственный человек, с которым она общалась на протяжении нескольких дней, игнорировал её. Она чувствовала себя золотой рыбкой в аквариуме. Одинокой. — Почему вы не говорите со мной? — выпалила она, когда молчание стало совсем невыносимым. — Ты хочешь поговорить? — он на секунду оторвался от чтива. — Нет, но… — Лира смутилась, — обычно вы трещите без умолку, а сейчас словно язык проглотили. — Тебя это обижает? — Тео захлопнул книгу и бросил её на стол. — Нет! — огрызнулась она, резко поднявшись с кресла, направилась в ванную и рывком захлопнула дверь. — Ты непоследовательна, дорогая, — пронеслось ей вдогонку. Она не знала, сколько просидела в ванной. Нотт её не трогал, он позволил побыть в одиночестве. Когда Лира уже сама собиралась выйти, потому что проголодалась, в дверь постучали. — Лира, скоро Джеймс подаст ужин. Тебе ещё нужно переодеться. — Я не голодна! — сказала она и тут же скривилась от урчания живота. — Тогда я тебе ничего не расскажу. — Послышались удаляющиеся шаги. Выждав немного времени, она тихонько отворила дверь. Тео сидел к ней спиной. Он не дал ей понять, что услышал, как она вышла. Лира зашла в спальню и, вздохнув, начала рыться в огромном шкафу. Там было просто невообразимое количество тряпок. Платья, джинсы, майки, рубашки, мантии разных расцветок. Два ящика были до отказа забиты бельём. Она не знала, подбирал ли он его сам, и не знала, как к этому относиться. Лира остановилась на незамысловатом платье светло-зелёного оттенка с небольшим вырезом и быстро облачилась в него. Широкие бретели и длина чуть ниже колена были решающими факторами в выборе одежды: она боялась надевать в присутствии Нотта что-то, что не скрывало голой кожи. Он был непредсказуем. Хоть он и сказал, что не собирается насиловать её, Лира никогда бы и не отдалась ему по собственной воле. Только под Империусом. Она неуверенно вышла из спальни, приглаживая платье по ногам. Тео уже сидел за столом, а Джеймс раскладывал блюда. От запаха еды желудок свело, и Лира поспешила упасть на стул подальше от Нотта. — Ты можешь сесть ближе, я не кусаюсь. — Теодор налил в бокалы красное вино. Один из бокалов он поставил возле соседнего от себя места. — Вообще, я поела бы в спальне, — сварливо проговорила Лира, проигнорировав присутствие Джеймса. — У нас был договор, — напомнил Тео. — И только поэтому я здесь. Всегда держу свои обещания. — Садись ближе, Лира, — что-то в его голосе заставило её подчиниться. Недовольно вздохнув, она шумно отодвинула стул и пересела ближе. Внутри она бушевала и ругала себя за сговорчивость, но только скорбное выражение лица выдавало её недовольство. Что греха таить, ей хотелось услышать историю Ребекки, чтобы заиметь против неё козырь, да и жутко хотелось есть. Лира села бы куда угодно, лишь бы еда быстрее оказалась у неё во рту. На ужин были перепёлки, бурый рис и салат. Она вооружилась ножом и вилкой, глядя, как Джеймс левитирует тарелку полную разных сыров. Лира ненавидела сыр. — Сыр можешь убрать, — махнул рукой Нотт, — что у нас на десерт? — Мороженое, — ответил его помощник, — мятное с кусочками шоколада. Совпадение это или нет, но это её любимое мороженое. Невозможно, чтобы он настолько изучил её. — Почему вы сказали, чтобы он убрал сыр? — спросила Лира, когда Джеймс, пожелав приятного аппетита, вышел за дверь. — Ни ты, ни я не едим сыр, — Тео сказал это словно само собой разумеющееся. — Марко ещё до конца не изучил твои предпочтения в еде, но обещаю, что он исправится. — Откуда вы знаете, что я не люблю сыр? — глухо спросила она, ощутив комок в горле. — Это не так трудно запомнить, дорогая. — Тео положил первый кусок мяса в рот. — Ешь. Мясо восхитительное. Она ела и не чувствовала вкуса еды. Казалось, что вино отдавало керосином, хотя Нотт его нахваливал. Лире не давало покоя то, что он следил за ней. Буквально растил для себя. Он знал о ней буквально всё, учитывая, что приезжал на Ангсли довольно редко, а когда она уехала учиться в Хогвартс, то они не виделись вовсе. Возможно, что у него был и есть сообщник, который входит в близкий круг общения Лиры. Ей не хотелось верить в то, что это Скорпиус, но он был первым, о ком она подумала. Он боготворил этого негодяя. Восхищался им. Ну, она ему задаст! Нотт подлил ей вина, и Лира почувствовала, как раскраснелись её щеки, а ноги стали немного ватными. Вспомнив недавний инцидент, она решила делать глотки меньше и реже. Нотт же, будто прочитав её мысли, улыбнулся и убрал бутылку. — Я жду обещанного. — Лира отложила вилку и откинулась на спинку стула. — Почему это так важно для тебя? — Судя по всему, Нотт не слишком хотел рассказывать. Вероятно, он боялся, что Ребекка разозлится на него за это. У них были странные отношения. Лира с этим ещё разберётся. — Вы обещали мне, — твёрдо напомнила она, — я выполнила свою часть сделки. — Ладно, — сдался он, — садись на диван. — Зачем? — тут же насторожилась Лира. — Там удобнее. Они сели довольно далеко друг от друга. Лира не хотела соседствовать с ним, а Тео и не настаивал. Он считал, что действовать нужно постепенно. И первые успехи у него уже были — её заинтересованность на лицо. — Род моих занятий подразумевает общение с разными людьми, — начал он, — иногда не очень хорошими. — Это что-то незаконное? — Лира уложила большую подушку себе на колени. — Не перебивай меня, — он строго посмотрел на неё, и Лира замолчала. — Пятнадцать лет назад я вёл дела с одним волшебником в Марокко, Джабраилом. Он как раз из таких — не очень хороших людей. Он пригласил меня в свой дом и начал хвастаться гаремом, которым владел. — Гаремом? — возмущённо выдохнула Лира и подалась вперёд. — Да. Больше сотни женщин. Он очень сокрушался, что никак не может приручить одну девушку, которую ему недавно привезли из Англии. Сравнивал её с необъезженной лошадью. Нотт ненадолго замолчал, но Лира не смела перебивать его. Его лицо ожесточилось, он словно перенёсся на пятнадцать лет назад, переживая события снова. — Ребекке было двенадцать лет. Её семья жила в Лондоне, а отец играл в азартные игры. Задолжал людям Джабраила. Они убили её родителей, а саму Ребекку привезли хозяину в дар. — Она англичанка? — Её мать была англичанкой, а отец арабом. Пока я у него был, Бекки попыталась сбежать. Уже не в первый раз. Лира сминала пальцами края подушки и ёрзала на месте. Он заметил, что в её глазах разного цвета стоят слезы. Эта девушка никогда не сталкивалась с жестокостью, и насилие было ей чуждо, поэтому Тео и не хотел ничего рассказывать. Ну и он немного боялся гнева Ребекки. Она отлично владела боевой магией. — Он хотел провести показательную казнь перед своими друзьями из Англии. Никто не смог бы заявить на него ни в полицию, ни в Министерство магии — мы сами там были незаконно. Он собирался перерезать горло двенадцатилетней девчонке. — Что вы сделали? — Я выкупил её. Джабраил, ушлый сукин сын, забрал половину моего состояния. Но я нисколько не пожалел. Бекки десять раз себя окупила. — Вы! — она вскочила. — Она что, ваша собственность? Она человек! В современном обществе не должно быть работорговли. Именно поэтому она слушается вас? Потому что считает вас своим хозяином? — Успокойся, — поморщился он, — Ребекка свободный человек. Она вольна делать всё, что хочет. Но всё, что она хочет, — это таскаться за мной и нервировать. Она мой лучший друг. — Ну, я могу вам сказать, что вы ничем не лучше этого Джабраила. Вы похитили меня, спасибо хоть никому не продаёте. — Тебе нужно лишь выйти за меня замуж, чтобы твоё заточение прекратилось. — Она закатила глаза. — Вы же понимаете, что этого никогда не произойдёт. — Вот уж не думаю. Я всегда добиваюсь желаемого. А что насчёт Ребекки, она очень не одобряет моё поведение. Она пыталась всячески меня переубедить. Её злит вся эта ситуация, но срываться на мне она не может, поэтому выбрала жертвой тебя. — Ну спасибо. — Уверяю тебя, как только ты смягчишься по отношению ко мне, она перестанет тебя третировать. — Значит, я буду с ней враждовать, — сузила глаза Лира, — мне не привыкать. Слизеринки не очень дружелюбны. — Твоё право, — вздохнул Нотт.***
Лира задумчиво заплетала косу, сидя перед зеркалом. Было уже довольно поздно, и её глаза слипались. После ужина она воспользовалась тем, что из-за каких-то возникших наверху проблем Нотту пришлось покинуть каюту, и заперлась в спальне, погрузившись в книгу, которую прихватила с собой из шкафа в гостиной. Она уныло разглядывала себя в зеркало. Ей пришлось облачиться в ночную сорочку из купленной Теодором одежды, и только за это Лира ощущала себя предательницей. Ей следовало устроить бунт, голодовку или ещё невесть что похуже. Но её прагматичная душа требовала комфорта, а желудок — сытости. Теперь же Лира жутко себя терзала за покорность. Ещё её мысли были заняты Ребеккой. Не сегодняшней злой женщиной, а двенадцатилетней девочкой, которую продали, как товар. Было очень сложно принять тот факт, что в двадцать первом веке в некоторых странах процветает работорговля. Было страшно даже думать о таком. Лира рассчитывала, что сможет использовать информацию, полученную от Нотта, против Ребекки, но у неё язык бы не повернулся сказать что-то на этот счёт. Уж больно Лира была добросердечной. Снова попытавшись изменить внешность и потерпев неудачу, Лира вздохнула и направилась к огромной кровати. Она подумывала о том, чтобы отказаться от завтрака, а может, и от обеда. Наверняка она сможет продержаться без еды несколько дней, а Нотт, обеспокоенный её здоровьем, вернёт её домой. Улыбнувшись своим мыслям, Лира забралась под одеяло. Звук открывающейся двери привлёк её внимание, и Лира дёрнулась, плотнее укутавшись. В дверях стоял Нотт в одних серых домашних штанах. На его груди виднелась какая-то круглая татуировка. От этого вида Лира мгновенно покраснела, она несколько минут не могла оторвать взгляда от почти обнажённого мужчины. — Что вы тут делаете?! — взвизгнула она, прижавшись к спинке кровати. — Помнится мне, это моя спальня. — Он провёл рукой по влажным волосам и двинулся к шкафу. — Но я же здесь сплю, — запротестовала Лира. — Я дал тебе достаточно времени обвыкнуться на моём корабле. Тем более, на этом чёртовом диване очень неудобно спать. — Но есть же другие каюты. — Она немного подалась вперёд, и одеяло чуть сползло, что не укрылось от зоркого мужского взгляда. — Они все заняты, — не нужно быть Альбусом Дамблдором, чтобы понять, что Нотт лжёт. — Лжец! — Возможно. Но это не меняет того факта, что мы оба остаёмся здесь. — Он подошёл к стене и потушил верхний свет, оставив включённым только небольшой торшер над кроватью. — Я не буду спать с вами! — Лира вскочила с постели, не отпуская одеяло, которое обволакивало её, словно кокон. — Не заставите. — Я не собираюсь заставлять тебя, — мягко сказал Тео, снимая штаны. При виде него в одних боксёрах, Лира зажмурилась и отвернулась. Всё это было неправильно. — Ложись, — он лёг, откинувшись на мягкие подушки, — иначе я сам положу тебя. И поделись одеялом — ночи нынче холодные. — Я боюсь вас, — её дрожащий голос прозвучал тихо и надтреснуто. Она никак не решалась лечь рядом с ним. — Я обещаю, что не трону тебя. Недоверчиво взглянув на него, Лира легла на самый краешек кровати и подтолкнула к нему одеяло, оставшись почти неукрытой. — Ложись ближе, — настоял он, — иначе я возьму свои слова обратно. Выругавшись, Лира подползла к нему и повернулась на спину. Он увидел, как в темноте блестят слезы на её ресницах. Тео протянул руку и большим пальцем смахнул влагу с её щёк. Она рвано выдохнула и отвернула лицо. — Почему ты плачешь? Разве я сделал тебе больно? — его шёпот был оглушающим. — Я ненавижу вас, — процедила Лира, повернувшись к нему. Её глаза недобро блестели. — Вы даже не представляете, как сильно. — Представляю, дорогая. Спи, — вздохнул он. — Завтра у тебя будет новый день, и ты сможешь возненавидеть меня ещё сильнее.
