Клянусь, ничего личного

      Лира не имела ни малейшего понятия о том, что задумал Тео. Он вёз её по горящему огнями городу в своём «Мазерати» и не отвечал ни на один вопрос. На часах было без четверти полночь, просыпалась ночная жизнь, и в воздухе пахло океаном. Внутри всё переворачивалось от волнения. Лира и сама себе не могла объяснить своего состояния. Но, глядя на сосредоточившегося Тео, она нервничала.              — Расслабься, — он оторвался на миг от дороги и взглянул на Лиру, — от твоего подозрительного вида у меня сводит внутренности.              — Тогда скажи, куда мы едем.              — Надеюсь, тебе понравится.              Наконец, они остановились в каком-то тёмном переулке, и Лира занервничала ещё больше. Это точно был какой-то бедный квартал. В пустынном проулке было тихо и мрачно. Лира не спешила выходить из машины — только когда Тео открыл дверь с её стороны, она нехотя выползла наружу.              — Ты же не собираешься меня продавать? — она поёжилась, кутаясь в тонкую шаль, которую захватила из дома. — Выглядит как тайная встреча работорговцев или наркоторговцев.              — Ты слишком много смотришь телевизор, — цокнул языком Тео и, взяв её за талию, повёл по вымощенной камнем дорожке.              Это была церковь. Даже небольшая часовня, очень древняя, судя по каменным стёртым стенам. Тео подвёл Лиру к высоким дверям и остановился, дав ей возможность осмотреться. Лира с удивлением рассматривала постройку.              — Это церковь, — заметила она.              — Точно, — улыбнулся Тео, разворачивая её к себе, — и сегодня я на тебе женюсь.              — Здесь? — охнула Лира. — И сегодня? Но свадьба только через два месяца.              — Официально. Я хочу, чтобы этот день был только нашим. Не хочу тебя ни с кем делить.              Тео притянул её к себе и прижался лбом к её лбу. Лира тяжело дышала от переизбытка чувств. Волнение и желание расползались внутри, заставляя низ живота пылать. Она жарко поцеловала его в губы и вцепилась пальцами в воротник рубашки. Колени подгибались, а голова радостно кружилась.              — Но это же магловская католическая церковь, — тихо рассмеялась Лира ему в губы, — нас туда пустят?              — Давай немного побудем маглами, — прошептал Тео. — Надеюсь, нас за это не сожгут.              Тео со скрипом открыл тяжёлые двери, и Лира осторожно проскользнула внутрь. Он шёл рядом, крепко держа её за руку. Их шаги поглощал плотный пурпурный ковёр. Помещение было плохо освещено, лишь несколько свечей дарили мягкий свет. Священник стоял на пьедестале и ждал их.              — Ты подкупил священника? — прошептала Лира.              — Да, — так же тихо ответил Тео, — но этот хотя бы не будет болтать.              Теперь Лира понимала, почему они приехали именно сюда. Маленькая церковь вдали от любопытных глаз. Тео действительно хотел оградить этот день от посторонних. Сердце в груди затрепетало.              — Мистер Нотт, — скупо улыбнулся священник и кивнул Лире.              — Можем начинать, — распорядился Тео, — мы готовы.

Je te laisserai des mots — Daniella Vega

             Священник спустился к ним, и Лира смогла лучше его рассмотреть. Это был молодой светловолосый мужчина с озорными глазами. Лире казалось, что все богослужители должны быть обязательно преклонного возраста, поэтому, глядя на человека в светлом одеянии, она всё ждала, когда появится настоящий священник.              — Возлюбленные, — начал он с лёгкой улыбкой на губах, — сегодня перед лицом Господа Бога сочетаются браком эти мужчина и женщина. Есть ли здесь те, кто против этого брака? Говорите сейчас или замолчите навечно!              Лира даже оглянулась на огромные двери часовни, ожидая, что кто-то войдёт. Так бывало в романтических комедиях, которые она очень любила смотреть. В самый ответственный момент бракосочетания появлялась настоящая любовь невесты, и они вместе уходили в закат, оставляя несчастного, нелюбимого жениха одного.              Осознание пронзило её тонкой иглой и прошило насквозь. Так было бы, если бы она выходила замуж за Альбуса. Да так и случилось, только Тео забрал её раньше. Он был тем самым, с которым невеста сбегала из-под венца. Точно не Альбус. Она никогда бы с ним не убежала. Лира уверенно улыбнулась Тео и крепче схватила его за руку. Ей даже показалось, что он едва заметно выдохнул с облегчением.              — Поскольку ни на что, способное воспрепятствовать этому брачному союзу, указано не было, я спрашиваю тебя, Теодор Нотт, согласен ли ты взять в жёны Лиру Малфой? Будешь ли ты любить её, уважать и нежно заботиться о ней и обещаешь ли ты хранить брачные узы в святости и нерушимости, пока смерть не разлучит вас? Если это так, подтверди это перед Богом и свидетелями словами «Да, обещаю».              — Да, обещаю. — Лиру прошиб озноб от его слов. Они словно отпечатались на коже. Это было приятное чувство принадлежности. Твёрдый тон его голоса вскрывал её тайные желания, и Лира уже думала о том, что они будут делать, когда покинут эту церковь. От совсем неблагочестивых мыслей ей стало немного совестно.              — Лира Малфой, согласна ли ты взять в мужья Теодора Нотта? Будешь ли ты любить его, уважать и нежно заботиться о нём в Господе и обещаешь ли ты хранить брачные узы в святости и нерушимости, пока смерть не разлучит вас? Если это так, подтверди это перед Богом и свидетелями словами «Да, обещаю».              — Да, обещаю, — слова слетели с языка так легко. Она словно была рождена для того, чтобы сказать эти слова именно ему. Лира смотрела на Тео, уже не обращая внимания на священника. В груди и между ног было горячо, а дыхание сбивалось.              — Прими это обручальное кольцо. — Лира не заметила, как в руках Тео появилось платиновое кольцо, совсем не похожее на то, которое он дарил ей на помолвку. Это было простое, с небольшим бриллиантом. — Как символ и обещание моей любви и верности до конца моей жизни. Я пошёл на многое, чтобы ты стала моей и не стыжусь этого. Я повторил бы сотни раз свой путь, только чтобы ты сказала мне «да». Ты — моя жизнь, и я благодарен тебе, что ты со мной. Ты моя, а я твой.              По щекам струились слёзы, пока Лира слушала клятву Тео. Короткий всхлип сорвался с её губ, прежде чем она взяла кольцо из рук священника. Её руки тряслись, а сердце громко колотилось в груди.              — Прими это обручальное кольцо, — Лира надела кольцо на палец Тео и поднесла его руку к своим губам, — как символ и обещание моей любви и верности до конца моей жизни. Ты разбил мою жизнь на части, но я ни о чём не жалею. Ты собрал меня заново и сделал так, чтобы я полюбила себя. Ты заполнил мою жизнь красками и любовью. Спасибо, что потопил мою лодку и не дал совершить ошибку. Я всегда буду любить тебя и отдам тебе всю себя. Я твоя, а ты мой.              Не дожидаясь разрешения священника, Тео протянул свободную руку, схватил Лиру за шею и поцеловал её. Руки Лиры притягивали его к себе, а сама она задыхалась от нежности и страсти.              — Что ж, Теодор и Лира, объявляю вас мужем и женой, — деликатное покряхтывание священника донеслось до слуха Лиры, но она не обратила на него внимания. Собственно, как и Тео.              — Ты принадлежишь мне, — почти прошипел он Лире в губы, чуть отрываясь от неё, — навсегда.              Теодор что-то сказал священнику на итальянском, и они покинули церковь. Внешний мир встретил их проливным дождём. Лира взвизгнула, когда Тео вытащил её на улицу под тяжёлые капли. Её лёгкое платье и тонкая шаль тут же промокли, но она улыбалась, глядя на его мокрое лицо. Вода бежала по лицу Тео, заставляя трепетать длинные тёмные ресницы. Ткань белой рубашки насквозь промокла и облегала его живот и грудь, отчего Лира неосознанно провела языком по губам.              — Охренеть можно, — проговорила она, — я теперь миссис Нотт. Отец с ума сойдёт.              — Надеюсь, ты не овдовеешь в скором времени, — хохотнул он, ведя её к машине.              — Можно подумать, ты боишься моего отца, — скривила она губы в усмешке и уселась на сидение, разнося брызги по всему салону.              — Где твоя палочка? — спросил Тео, доставая свою. — Только не говори, что она дома.              — Подожди, — Лира выхватила из его пальцев палочку и перешагнула через своё сиденье, оседлав колени Тео, — мы сможем высушиться потом.

Fairy — Under delusion

             Она перегнулась, просовывая руку под сидение, пытаясь откинуть его. Тео тихонько посмеивался, пока Лира, чертыхаясь, искала заветный рычаг. Проведя рукой по почти прозрачному платью из-за дождя, Тео сжалился над её потугами и откинул кресло. Охнув от неожиданного толчка, Лира почти рухнула на него, задыхаясь от восторга и холода.              — Меня бы согреть, — она потёрлась грудью о его подбородок, а потом чуть высунув язык, лизнула его губы. — Ты же согреешь меня прямо здесь?              — Я смогу согреть тебя где угодно, — Тео стиснул руками её талию и присборил тонкую ткань платья.              Лира стала тереться об него промежностью, покусывая его подбородок и шею, покрытую каплями дождя. Мелкие пуговицы плохо поддавались — она просто рванула ткань что есть силы и услышала, как они посыпались на пол. Она целовала его татуировку на груди, обводя языком немного поблёкшие контуры.              — Мы будем делать это прямо возле церкви, — Лира не то спрашивала, не то утверждала, — мы сгорим в аду за это.              — Это наша официальная брачная ночь, — прошептал Тео, задирая платье Лиры и сминая её трусики, — мы имеем на это полное право.              Он спустил лямки платья, под которым не было лифа, и стал водить губами и языком по твёрдым соскам. Лира запрокинула голову и сладко застонала в его руках. Он прикусил сосок, заставляя её вскрикнуть и выругаться.              — Богобоязненные барышни так не выражаются, — цокнул языком Тео, — придётся тебя наказать.              — Да, я согрешила, — простонала она, просовывая руку между их телами и расстёгивая ремень, — и не один раз.              — Надеюсь, со своим мужем? — Тео целовал её плечи и грудь, а пальцем скользил по кромке белья, Лира рычала от нетерпения.              — Тогда он ещё не был моим мужем, — она почувствовала, как Тео собрал влагу по половым губам и скользнул пальцем внутрь, — он был моим похитителем.              — Он принуждал тебя? — Тео добавил ещё один палец, пока Лира насаживалась на его руку. — Делал что-то, что тебе не нравилось?              — Нет, — простонала она, вытащив его член и спустив брюки, — он никогда не принуждал меня. Я всегда его хотела.              — Ох, чёрт, — прошипел Тео, когда Лира взяла член за основание и ввела его в себя, — ты меня убиваешь.              Громко простонав его имя, Лира стала насаживаться на него, держась за подрагивающие плечи Тео. Пот струился по спине, смешиваясь с дождевыми каплями. Она уже давно не чувствовала холода, жар и похоть заполнили её до краёв. Ничего не имело значение, кроме ощущения его твёрдых рук и члена внутри.              Лира оперлась локтями о руль и опустила взгляд туда, где соединялись их тела, составляя единое целое. Тео крепко держал её за ягодицы, двигаясь внутри. Скользнув пальцами по клитору, Лира почувствовала, как спазм внизу живота растёт и крепнет.              — Тео, пожалуйста!              — Скажи, что любишь меня, — он грубо схватил её за подбородок и привлёк к себе, — скажи это.              — О боже, да! — Лира забилась в судорогах удовольствия, ударяясь о руль сзади. — Да, я люблю, люблю тебя!              Тео совершил ещё несколько толчков и излился внутрь, чувствуя, как тугие мышцы сжимают член. Он зарылся пальцами в растрепавшиеся волосы и уложил трясущееся тело Лиры на себя. Она чуть слышно всхлипывала и дрожала, прижимаясь к нему. Он закрыл глаза и умиротворённо вздохнул.              — Можно мы пока не будем никому говорить о том, что поженились? — спросила она слабым после оргазма голосом. — Не хочу пока никому рассказывать. Хочу, чтобы это было только нашим.              — Тайная свадьба на то и тайная, любовь моя, — улыбнулся Тео, — ты видишь здесь кого-то ещё?              — Ну ты, наверное, хотел бы рассказать Нейтану, нет?              — Он сможет выжить без этого знания, — голос Тео лучился весельем, — об этом никто не будет знать, кроме нас.              — Спасибо.       

***

      Тео высушил их заклинанием, вернул свою рубашку в первозданное состояние и сел за руль, одаривая Лиру странным взглядом, от которого ей стало не по себе. Она не знала причины, но дрожь пробрала всё тело.              — У меня есть для тебя свадебный подарок, — проговорил он совсем не праздничным тоном.              — Мне стоит волноваться? — осторожно спросила она.              — Нет, пусть волнуется кто-то другой, — его нога вдавила педаль газа, — пристегнись.

Mirage — MVDNES

             Машина агрессивно рванула с места, и Лира охнула. На повороте на автомагистраль у неё захватило дух, она теснее сжала бёдра, начиная возбуждаться. Вид сосредоточенного и взъерошенного после секса Тео нисколько не помогал. Она обвела взглядом его пальцы, крепко держащие руль, вздутые вены на руках и поёрзала, пытаясь сбросить напряжение.              Лира чувствовала опасность, исходящую от Тео, и воспламенялась от этого. Захотелось запустить руку в трусики, несмотря на недавний оргазм.              — Что это за подарок? — сипло спросила она, пытаясь отвлечься от грязных мыслей.              — Я обвязал его бантом и держу в подвале, — бросил Тео, не глядя на неё. — Ты можешь делать с ним всё, что пожелаешь.              — Ты… — голос сорвался, — нашёл его?              — О да, — усмехнулся он, резко поворачивая руль, — и он дожидается тебя, если ты не передумала.              Озноб с новой силой прошиб спину и внутренности. От услышанного пересохло во рту, а желудок завязался в узел, подскакивая внутри. Лира посмотрела на Тео, который не сводил с неё глаз и почти не смотрел на дорогу.              — Чёрт возьми, ты возбудилась? — удивлённо усмехнулся он. Его зрачки расширились, а рот скривился в усмешке.              — Это ужасно, да?              — После того, что они с тобой сделали, — нет. — Его глаза метались между ней, распластавшейся на сидении, и дорогой. — Оближи два пальца.              Румянец залил щёки, но она послушалась: засунула средний и указательный пальцы в рот и немного пососала. Тео сильнее сжал руль и тяжело выдохнул.              — Сними трусики и раздвинь ноги. — Она сняла бельё и убрала его под сиденье. Задрав платье почти до пояса, Лира поставила одну ногу на приборную панель, а другую увела в бок. — Поласкай себя так, чтобы я видел. Давай.              Ещё раз облизав пальцы, Лира опустила их на уже припухший клитор, который буквально запел от прикосновения. Она чувствовала под подушечками оголённые нервы, продолжая поглаживающие движения. Шликающие звуки заполнили салон машины, и Тео чуть слышно застонал.              — Что ты представляешь? — требовательно спросил он, глядя на её руку между ног.              — Я представляю тебя — выдохнула Лира, зажмурив глаза, — твоя рубашка промокла от крови. Чужой. Ты мучаешь его разными способами. Чёрт. — Пальцы свободно скользили от обилия смазки, а спина выгибалась от напряжённого удовольствия. — Так много крови и криков. Твоё лицо все в крови.              Лира распахнула глаза от ощущения чужой руки на клиторе. Тео протянул руку, провёл двумя пальцами вниз и ввёл их внутрь. Она откинула голову и закусила нижнюю губу, чтобы не закричать. Мимо них проносились машины, светя фарами, но Тео не убирал руку. Ощущение опасности разносило адреналин по венам, Лира скулила от восторга.              Она смотрела на Тео, продолжая ласкать себя сверху, чувствуя давление внутри. Его пальцы поступательными движениями терзали заднюю стенку, отчего было ощущение, что ей очень надо в туалет. Лира схватила его за руку и вжала в себя, пытаясь взять больше.              — Да, боже, да! — её крик больше походил на визг, когда стенки сократились и тело расслабилось. Влага заструилась по бёдрам, но Тео не спешил вытаскивать пальцы, хотя Лира начала брыкаться, пытаясь высвободиться. Чувствительное влагалище пыталось избавиться от инородного предмета. Тихо рассмеявшись, он наконец убрал руку, вытирая её о ткань брюк.              Лира свела ноги и выдохнула, не в силах пошевелиться. Тео вернул внимание дороге, но его губы не покидала лёгкая улыбка. От этого щёки Лиры покрылись ярким румянцем.              — Ты думаешь, я ужасно развратная, да?              — Я думаю, что ты чертовски прекрасно кончаешь, — ему пришлось прочистить горло, чтобы ответить, — посмотри на сиденье.              — Господи! — Лира только сейчас поняла, что сидит на мокром кресле. Стыдливо прижав ладони к щекам, она покачала головой. Она ещё никогда такого не чувствовала, но не отказалась бы повторить. Но всё же ей было жутко стыдно.              — Я бы смотрел на это каждый день, если ты не против, — он погладил её голое бедро и сильно сжал его, оставив следы.              — Это было очень мокро, — смущённо пролепетала она.              — О да, — от его хриплого смеха затрепетали поджилки, и Лира тоже улыбнулась.              Спустя одно очищающее заклинание и несколько минут в дороге они въехали на территорию своей виллы. Лира была сбита с толку. Она думала, что все незаконные и более того криминальные дела Тео решает вне дома. Она вопросительно взглянула на него, когда он спокойно вышел из машины и открыл дверь с её стороны.              — Мы вернулись домой? Но ты же сказал…              — Я говорил про подвал, любовь моя, — Тео безмятежно улыбался. По мнению Лиры, так не должны улыбаться люди, которые держат пленников в подвале. Хотя мастурбировать на выдуманные крики от боли они тоже не должны.              — А если кто-то узнает об этом? У тебя могут быть неприятности.              — Боишься отправить мужа в тюрьму? — Тео был в прекрасном настроении. Или так казалось…              — Честно признаться, да, — коварно улыбнулась Лира, — ты слишком красивый для тюрьмы.              — Приму за комплимент. Лира, я всегда действую почти в рамках закона. Этот человек по всем документам давно уже мёртв. Тебе не о чем беспокоиться.              Выдохнув, Лира вошла в дом и сразу вслед за Тео направилась в сторону подвала. Он находился гораздо глубже под землёй, чем обычные подвалы. Его так опустили с какой-то определённой целью. Лира догадывалась с какой. И пусть они владели магией, Тео подстраховался. Они слишком долго спускались по каменной лестнице. Было сыро и жутко. Лира не очень любила фильмы ужасов и с опаской ожидала, что из-за угла выскочит Кожаное лицо или Бугимен. Она чуть расправила плечи, осознавая, что сейчас она была охотником, а жертва томилась внизу.              Лира следовала за Тео по пятам, боясь отстать хотя бы на шаг. Она знала, что он ни за что не оставит её в этом месте, но шея покрылась испариной. Хотя, возможно, потела она по другой причине. Сердце колотилось словно бешеное, готовясь к встрече со своим страхом. Этот человек, ждущий их внизу, убил что-то в ней и упивался этим. Он был монстром, насильником и убийцей. Ничего хорошего в этих стенах его не ждало.              Их встретил Фред. Лира редко видела его на территории виллы. Теперь понятно, чем он занимался. Его рубашка и брюки были испачканы чем-то тёмным, и она понимала, что это не клюквенный сироп. Она втянула воздух и немного закашлялась от смеси неприятных запахов. Пахло потом, кровью, испражнениями и духотой. Пахло страхом. В самом подвале поддерживался полумрак, в стенах горели светильники тёмно-красным огнём. Лира поёжилась.              — Сэр, — Фред был англичанином, вероятно Тео привёз его с собой из Лондона. Он обеспокоено взглянул на Лиру поверх плеча Тео. Видимо, хозяин не обсуждал с ним её присутствие. — Мэм.              Не говоря ни слова, Тео обошёл своего охранника и уставился на что-то или кого-то. Фред загораживал Лире весь обзор. Он хмуро смотрел на неё и не двигался с места. Фред нравился Лире, но англичанином он был слишком. Закатив глаза, она двинулась за Тео.              — Его кто-то трогал? — спросил Тео, когда Лира вышла из-за плеча Фреда. Перед ними на стуле сидел человек с мешком на голове. Услышав голоса, он задёргался и что-то замычал.              — Нет, — Фред ответил не сразу, и Тео это заметил, смерив его недовольным взглядом. Фред обречённо вздохнул: — Парни с нашего корабля, когда узнали, что мы нашли его, хотели устроить самосуд. Я его подлатал. Алонзо успел пробраться в подвал и избить его.              У Лиры потеплело на душе. Ей нравились парни с корабельной команды. А Алонзо учил её управлять яхтой. Они знали, что Эрнест с ней сделал, и хотели отомстить.              — Ты свободен на сегодня, — Тео, не отводя взгляда, смотрел на человека перед собой. — Отправь ребят в бар.              — Понял, — кивнул Фред, и вдруг его взгляд зорко скользнул по руке Лиры, — поздравляю, мэм.              — Никому не говори, пожалуйста, — шепнула Лира, прижимая к груди руку с кольцом.              — Разумеется, — снова кивнул он и быстрым шагом направился к лестнице.

La fin des temps — Mansfield.TYA

             Лира проводила его глазами и обернулась к Тео. Он подошёл к человеку перед собой и резко сорвал с него мешок. Лира не отвернулась. Она не мигая смотрела на него. В уголках глаз пекло и чесалось, но она не могла закрыть их. Этого человека она в последний раз видела в самый ужасный день своей жизни. Она видела его после того, как ей вернули зрение, после того, как он надругался над ней. И сейчас он смотрел на неё без страха и с вызовом. Этот психопат ничего не боялся. Лира снова почувствовала себя жертвой, загнанным зверем. Но ведь это он был связан и беспомощен, не она. Так почему он смотрел на неё, как волк на ягнёнка? Она наконец зажмурилась и сморгнула слезы. Пошёл он. Она не будет бояться.              — Здравствуй, Эрнест, — весьма миролюбиво начал Тео, — знаешь, кто я?              — Да, ты чёртов Тео Нотт, — выплюнул Эрнест, после того как Тео избавил его от немоты, — а это твоя сука-жена.              — Точно, — усмехнулся Нотт, обходя его сзади. Он не смотрел на Лиру, сосредоточившись на своей жертве. Она же задыхалась от сковывающего страха. Руки тряслись, её тошнило. — Именно из-за моей суки-жены ты сегодня здесь.              — Пошёл ты, — Эрнест не сводил голодного взгляда с Лиры. Она тряслась. — Делай что хочешь и разойдёмся. Меня уже заждались на том свете.              — Не так быстро, дорогой, — Тео почти нежно скользнул пальцами в его волосы и потянул на себя, — сначала я хочу услышать рассказ о человеке, который нанял твою шайку, чтобы похитить мою жену.              — Вот это уж вряд ли, — его лающий смех пробрал Лиру до костей, — сам я тебе ничего не скажу. Почему бы не заглянуть в мои мысли? Или сыворотку правды? Ты что, совсем тупой?              — Ты не улавливаешь саму прелесть момента, — пропел Тео у него над ухом. — Информацию я получу в любом случае, но сыворотка правды и легилименция — это не так весело. А знаешь, что весело? Магловские пытки. Здесь уже сидел один. Стэнли. Ему было весело, насколько я слышал. Не очень люблю эту возню с кровью и криками, но ради тебя мы прервали нашу брачную ночь и пришли сюда.              Лире было гадко и страшно. Она боялась не справиться с чувствами и убежать отсюда. Она хотела смерти Эрнеста, очень хотела, но не желала этого видеть. Она слишком переоценила себя. А Тео входил во вкус, и Лира теперь боялась больше его, чем зверя на стуле.              Эрнест смотрел на Тео с каменным выражением лица, и только иногда подёргивающаяся верхняя губа выдавала в нём нервозность. Лира на негнущихся ногах подошла к большому столу позади них и прижалась бедром к столешнице. Она не желала показывать страха перед своим мучителем. Он не должен знать, что она трясётся словно осиновый лист. Она не доставит ему такого удовольствия.              — Магловские пытки? Серьёзно? — хрипло рассмеялся пленник. — Ты что, сквиб? Старый добрый Круциатус упрощает дело.              Лира не поверила своим ушам. Он настолько бесстрашен, что согласен на Круциатус? Сама она никогда не подвергалась этому непростительному заклятию и не могла представить, какие муки испытывает в этот момент человек, но знала — приятного мало.              — Возможно, ты прав, — согласился Тео. Он говорил праздным тоном, словно обсуждал с давним приятелем какую-то книгу. — Но Круциатус и подобные заклятия не дают простора для творчества. А маглы в этом очень преуспели. Моя Ребекка собрала изрядную коллекцию разных железок. Она их нежно любит, но ради такого случая дала попользоваться.              — Я ничего тебе не скажу, — его губа затряслась яростнее, и выражение глаз стало тяжёлым.              И тут до Лиры дошло. Он вовсе не был бесстрашным. Он просто выбирал знакомого дьявола. Вероятно, Эрнест не раз подвергался магическим пыткам и знал, чего от них ждать. Но, как и все волшебники, он с опаской относился ко всему магловскому. Он просто не знал, что его ждёт. Он изнемогал от страха. Мстительная улыбка коснулась её губ.              — Это абсолютно неважно, — из голоса Тео пропало всякое напускное дружелюбие, — как ты и сказал, я могу использовать твой разум. Я просто хочу тебя помучить. Ты мне не нравишься.              — Ты чокнутый.              — Да, я становлюсь чокнутым, когда трогают моё. Ты со своими щенками обидел мою женщину. И все они уже кормят рыб. Остался ты и тот, кто это всё оплатил.              Лира зачарованно смотрела на Тео, который, словно хищник, ходил вокруг жертвы.              — Любовь моя, — Тео вдруг обратился к ней, чуть обернувшись, — на столе ты найдёшь много занимательных вещиц. Выбирай что угодно. Твой свадебный подарок тебя ждёт.              Только сейчас она обратила внимание, что на стол накрыта белая скатерть, а на ней в несколько рядов лежат разные предметы. Все они были железными и устрашающими. Некоторые она узнала по медицинским книгам, которые читала, когда гостила у родителей своей матери. Они были дантистами, и в их библиотеке хранилось много книг по стоматологии.              Она где-то читала, что самые чувствительные к боли места на теле человека — это кончики пальцев, коленные чашечки и лоб. С головой многого необратимого не сделаешь, но с коленями и пальцами можно было поэкспериментировать. На несколько секунд Лира задумалась и запаниковала: неужели она действительно будет наблюдать за этим? Она не любила насилие. Мучения других людей и животных доставляли ей море боли. Но взглянув на человека, который сотворил с ней нечто ужасное, она стремительно подошла к столу и остановилась перед ним.              — Что же она молчит? Со мной она была более разговорчива, пока я её не заткнул, — издевательски начал Эрнест. Лира сжалась, лихорадочно выбирая инструменты.              — Ты думаешь, тебе нечего терять? — тихо спросил Тео. — Ты ошибаешься.              Лира выдохнула и схватила металлический молоток. Она решительно подошла к Тео и протянула его ему:              — Сначала выбей ему колени, а потом займись пальцами. Только ногти.              Двое мужчин смотрели на неё с абсолютно разными выражениями лиц. В глазах Тео плескалось восхищение и удивление, а Эрнест обеспокоенно хлопал ресницами. Лира даже не взглянула на то, как он попытался вскочить со стула, но Тео усадил его на место и ударил по лицу.              — Сидеть. Пропустишь всё веселье.              Лира прошла обратно и села на стол, свесив ноги. В полумраке глаза Тео светились диким огнём, пока он делал то, что ему велела Лира. С каждым новым ударом и новым криком небольшой молоток окрашивался кровью. Руки Тео тоже стали красными, словно их окунули в краску. Эрнест кричал и матерился, обещая выпотрошить всю их семью.              Склонив голову набок и тяжело дыша, Лира наблюдала за размашистыми движениями Тео. Он что-то говорил пленнику, но она не слышала — крики оглушали. От каждого удара Лира вздрагивала, но смотрела без особого участия. Она словно смотрела кино. Всё казалось ненастоящим, вот-вот можно будет поставить на паузу и увидеть надпись, что при съёмках никто не пострадал. Она обернулась и взяла со стола заинтересовавшие её странного вида щипцы. Они были закруглённые и с выемкой. Она провела пальцами по гладкой стали, почувствовав возбуждение. Кровь кипела внутри от наблюдаемой картины.              — Я не видел его лица! — кричал Эрнест, пытаясь выдернуть привязанную руку. — Я всё скажу!              — А что ты можешь сказать, если ты его не видел? — тяжело выдохнул Тео, поднимаясь в полный рост над ним и вытирая кровь с лица.              — Тео, — тихо позвала Лира, привлекая к себе внимание, — а для чего это?              Она протянула ему замысловатые щипцы. Он прищурился, смаргивая кровь и пот с ресниц, а затем широко улыбнулся.              — А она зрит в корень, — он обратился к Эрнесту, который уже охрип от криков, — прости за каламбур. Это инструмент для кастрации животных. Не терпится попробовать, правда?              — Он умрёт? — спросила Лира, подходя ближе.              — Если всё сделать правильно, то нет, — усмехнулся Тео, — но я не ветеринар.              Эрнест сипло завопил, искоса глядя на щипцы. Он затопал и засучил ногами, когда Тео взмахом палочки избавил его от штанов. При виде его члена Лира зажмурилась и отвернулась, вытирая испарину на лбу. Язык стал ватным, а в горле запершило. Она закрыла рот ладонью, в надежде избавиться от рвотных позывов, которые сотрясали её тело. Она не могла смотреть, но смотрела. Всё вдруг стало по-настоящему.              — Знаешь, — Тео говорил с Эрнестом, пока тот пытался извиваться, — многие считают меня садистом, но это совсем не так. Я не люблю причинять людям боль просто так. Ты это заслужил. Никогда не бери чужое. Особенно если это чужое — моё.              На последнем слове послышался щелчок, и Эрнест забился в судорогах, не контролируя тело. Через несколько мгновений он потерял сознание и растянулся на стуле, истекая кровью.              Лира брезгливо отвернулась и оставила всё содержимое желудка прямо на полу. Она стояла на коленях, изрыгая ужин, когда Тео подошёл к ней и присел рядом на корточки. Он задумчиво смотрел на неё, вернее сквозь неё. В этот момент Лира задумалась о том, что совсем его не знает. Она была напугана и истощена. Слёзы струились по щекам, а тело бил озноб.              Тео коснулся её подбородка грязными пальцами и повернул к телу на стуле. Она не хотела смотреть, но он заставлял. От Нотта пахло кровью и смертью. Он сам был смертью.              — Нравится? — хрипло спросил он. — Ты хотела этого?              — Я хочу уйти, — проскулила Лира, пытаясь отвернуться, но он не позволил, — позволь мне уйти.              — Конечно, — его улыбка была мёртвой, колючей и неправильной, — но ты должна кое-что сделать.              — Что?              — Ты должна его убить.              — Нет, пожалуйста, нет, — Лира откинулась назад и замотала головой, — позволь мне просто уйти.              — Нет, — Тео резко поднялся, — ты сказала, что хочешь участвовать. Ты неплохо справлялась, а теперь заверши начатое. Давай, не будь тряпкой.              — Я не могу!              — Ты можешь, — его тон был жёстким. Он никогда так с ней не говорил. — И ты сделаешь. Или я не выпущу тебя отсюда.              — Тео, пожалуйста, — промямлила Лира, тряся головой, — не будь таким…              — Каким? Жестоким? Он сделал тебе больно. Так отомсти. Будь сильной.              — Ты уже всё сделал, я хотела просто посмотреть…              — Просто посмотреть недостаточно. Ты должна освободиться от власти, которую это существо над тобой имеет. Ты боишься его даже сейчас. С его смертью исчезнет страх.              Лира задумалась над его словами и снова замотала головой. Он неправ. Она знала, что страх был в её голове и со смертью Эрнеста ничего не изменится. Она так же будет вздрагивать от громких звуков и чужих прикосновений. Ничего не изменится, пока она не переборет это в себе. Но сейчас Тео устрашал. Он словно обезумел от мести и возмездия. Всё это уже не было привлекательным и возбуждающим. Лиру просто трясло от ужаса и отвращения. Но они оба знали, что она сделает, как он скажет.              Пока она размышляла над его словами и отсутствием выбора, Тео подошёл к телу и направил на него палочку. Лира догадалась, что Тео копается в его воспоминаниях, и с ужасом поняла, что он увидит насилие над ней. От этого её снова затошнило, и желудок свело.              — Ты дашь мне палочку? — заикаясь, произнесла Лира. Она подняла на него затравленный взгляд и тут же его опустила.              — Палочку? Я дам тебе нож.              — Нет-нет-нет, — Лира плакала, — я не смогу! Я не смогу убить человека ножом!              — Тогда магией и подавно не сможешь. — Лире казалось, что в глазах Тео сквозило презрение. Он никогда не смотрел на неё так. Где его любовь и нежность, которые он дарил ей совсем недавно? Перед ней был другой человек. Ей совсем не хотелось, чтобы он презирал её. Она сделает. Она всё сделает.              Она поднялась на ноги, держась за стол, чтобы не упасть. Казалось, вековая усталость давила её плечи вниз. Лира протянула руку, в которую Тео мгновение спустя вложил нож. Это был тонкий стилет с чёрной рукоятью. При других обстоятельствах Лира бы залюбовалась красотой этого холодного оружия, но сейчас она лишь роняла горячие слёзы на лезвие.              Тео обошёл Эрнеста и похлопал его по щеке. Лира заметила, что кровь под стул жертвы больше не льётся, и в глубине души понадеялась, что тот уже мёртв, но он пошевелился. Она подивилась тому, насколько этот человек был живуч. Он потерял колоссальное количество крови, но продолжал бороться за жизнь. Жизнь, которую она должна отнять. Ей не было его жаль, он был плохим человеком, но Лира не хотела становиться убийцей. Она не была такой. Или была?              — Проснись, принцесса, — Тео наклонил его голову и прошептал ему прямо на ухо: — Осталась последняя часть представления.              Лира выдохнула и утёрла слёзы. Возможно, он прав, и ей действительно это поможет? Изгонит внутренних демонов и залечит раны? Она станет сильнее. Крепче схватив шершавую рукоять вспотевшей ладонью, Лира зажмурилась и велела себе прекратить ныть.              Она смотрела на поверженную оболочку человека перед собой. Зачем Тео понадобилось, чтобы она убивала его? Он ведь и так уже не жилец. Нужно лишь немного подождать. Подозрительные мысли закрадывались в её голову, но Лира отбросила их. Она доверяла Тео, она бы отдала ему всё.              — Пожалуйста, — просипел Эрнест, пытаясь прийти в себя. Его голос стал спусковым крючком. Лира ничего не видела и не могла говорить, пока он насиловал её, но она много слышала. Она слышала, как он говорил ей гадкие, ужасные вещи, разрывая её изнутри, причиняя удушающую боль.              Крик разрывал барабанные перепонки. Лира не сразу поняла, что именно она издаёт этот нечеловеческий звук. Тёплая жидкость хлынула ей на руки и ноги. Отскочив, Лира выронила из слабых пальцев окровавленный стилет и взглянула на бездыханное тело перед собой. Мгновение назад он перестал дышать. В грудине было по меньшей мере пять колотых ран, из которых сочилась тёмная кровь.              — Ты прекрасно справилась, любовь моя. — Лира почувствовала на себе твёрдые руки Тео и прижалась к его телу. К мокрой и грязной рубашке, но ей было уже всё равно. Внутри было одиноко и холодно. Она только что убила человека. Слёз и сожалений не осталось — осталась просто пустота.