Я не трус, и мне не страшно, профессор

***

Теплицы Помоны Стебль.

Женщина проверяла свои растения, когда услышала шаги, и, обернувшись, увидела Августу и ее внука Невилла. — Здравствуй, Августа, здравствуй, Невилл, — улыбаясь, сказала Помона при виде желанных гостей. — Здравствуйте, профессор Стебль, — вежливо ответил Невилл, с интересом рассматривая женщину низкого роста, слегка полноватую и невероятно добрую, чего не скажешь о декане Гриффиндора. — Помона, у меня есть просьба, — сказала леди Лонгботтом, смотря на свою подругу, и продолжила, — прими, пожалуйста, моего внука на свой факультет, а то я чувствую, что Минерва и ее грифы изведут моего внука. Помона удивленно приподняла бровь, но Августа ей все объяснила, и женщина, недолго думая, приняла парня к себе, довольно улыбаясь. — Не бойся, Невилл, — сказала женщина и добавила: — Добро пожаловать на факультет Пуффендуй, барсучонок. Едва профессор это сказала, как мантия Невилла поменяла цвет с красного на желтый, и герб сменился, показывая, что он теперь барсук. Невилл облегченно вздохнул и, улыбаясь уголками губ, сказал: — Спасибо вам, профессор Стебль, вы спасли мне жизнь. Это трио пусть себе ищет другую грушу для битья. — Пожалуйста, мистер Лонгботтом, не бойтесь, мы своих в обиду не даем, — спокойно сказала женщина и повела Невилла в гостиную своего факультета.

Гостиная Пуффендуя.

Невилл и профессор Стебль вошли в светлую комнату, где веселились дети, которые с интересом посмотрели на Лонгботтома. — Дети, пожалуйста, минуточку внимания, — сказала женщина и продолжила, когда ребята стали внимательно ее слушать: — Знакомьтесь, это Невилл Лонгботтом, и с этого дня он будет с нами, так как на Гриффиндоре небезопасно. — Хорошо, профессор, мы слышали, что Поттер и его друзья издеваются над теми, кто не может защититься, — ответил Седрик Диггори, услышав преподавателя. — Добро пожаловать на Пуффендуй, Невилл, — улыбаясь, сказал Джастин, который был очень рад, что Лонгботтом теперь с ними. Невилл улыбнулся и, спокойно кивнув, пошел обустраиваться на новом месте, наслаждаясь долгожданным спокойствием.

Тем временем на поле для квиддича.

Матч Слизерин-Гриффиндор.

Гриффиндор вел в счете, хотя и Слизерин от него не отставал, иногда у команд было одинаковое количество очков. — Близнецы окружили Боула и отобрали квоффл прямо у ворот Гриффиндора, да уж, Вуд сегодня сонная муха, — раздавался голос диктора сквозь крики болельщиков. На него зло смотрела декан Гриффиндора, вернувшаяся от директора и так в плохом настроении. Гриффиндор действовал крайне жестко и все пытался вывести из строя игроков Слизерина, чем ужасно доставал их. — Играйте честно, Грифы! — возмущались болельщики, когда те травмировали очередного игрока Слизерина. Но соперники и не собирались их слушать, и даже отработки у профессора Снейпа их не пугали. И вот, когда вылетели ловцы, болельщики Слизерина с надеждой в глазах посмотрели на своего участника. Ловцы заметили снитч и полетели быстрее ветра, дабы опередить соперника и принести окончательную победу своей команде. — С дороги, Хигс, — прошипел Поттер, пытаясь сбросить Теренса Хигса — ловца факультета Слизерина. — Еще чего, Поттер, — прошипел в ответ Теренс, — я не стану тебе подыгрывать, мы Слизерин никогда не подведем. — Ну ты сам виноват, слизень, — прорычал Поттер и, взяв биту, попытался сбить противника с метлы. — Так нечестно, Поттер хочет угробить нашего ловца! — возмущались болельщики Слизерина, пытаясь докричаться до мадам Хуч, что пила виски прямо на матче. Но их не слышали, вернее, не хотели слышать, а именно МакГонагалл как замдиректора и Дамблдор как директор, позволяя грифам все, что их душе угодно, невзирая на протесты. Так вот, Поттер полетел за снитчем, как вдруг активировалось проклятие Невилла, которое потянуло Гарри к земле, несмотря на все его попытки вернуть метлу в вертикальное положение. Поттера так занесло, что он со всей силы ударился об землю, упустив снитч и сломав при этом ногу. Теренс, не теряя времени, поймал снитч и принес тем самым победу Слизерину, ехидно покосившись на Поттера, которого на носилках унесли с поля.

Тем же вечером.

Большой зал.

Невилл спокойно ужинал, когда к нему подошла Грейнджер и, нахмурив брови, сказала: — Лонгботтом, ты что тут забыл?! Твое место среди Гриффиндора! — Нет, Гермиона, мое место здесь, — ответил Невилл, продолжая спокойно есть и не обращая особого внимания на девочку. — Да что ты говоришь! — воскликнула Гермиона и продолжила кричать, не обращая внимания на находящихся в зале учителей и учеников: — Видимо, мало тебя лупят Рон и Гарри, раз ты так себя ведешь. Да ты тюфяк, слабак и ничтожество! — Повтори, что ты сейчас сказала! — с холодом в голосе сказал Невилл, смотря на девочку очень злым взглядом. — Что слышал, тупица! — ответила девочка, пытаясь оскорбить Невилла, который до этого никак не реагировал на ее упреки. — Мисс Грейнджер, отойдите от стола Пуффендуя, — раздался строгий голос профессора Стебль, которая увидела девочку. — Нет, профессор, я хочу поговорить с Невиллом, — упрямо сказала девочка, за что и получила довольно прямой ответ. — А я нет, Грейнджер, — недовольно ответил Невилл и добавил, — ты и твои друзья уже достали меня, так что отвали, иначе я тебя ударю, хоть ты и девочка. Гермиона Грейнджер надулась, недовольно посмотрев на Невилла, взмахнула волосами и ушла за стол Гриффиндора. — Нет, ты посмотри, — недовольно сказал Невилл, найдя волос Грейнджер в своей тарелке, в которую девочка специально его добавила. — Профессор Стебль, а мисс Грейнджер бросила волос в тарелку Невилла! — пожаловалась девочка с Пуффендуя своему декану, показав волосок. — Вот как, — сказала Помона, осмотрев волосок, и добавила, строго смотря на Грейнджер: — Минус пятнадцать очков с Гриффиндора за хамское отношение к другим ученикам. Гермиона была недовольна, но ничего сказать не могла, так как слов извинений у нее не было. Остаток ужина прошел вполне спокойно, после того как Лонгботтому поменяли тарелку, потому что неприятно, когда волос в блюде.