Ганхильда из Горсмора
11 октября 2023 г., 13:00
Сириус Блэк не спал. Он лежал на кровати, глубоко погрузившись в свои мысли. Свет полной луны заливал пустую кровать Римуса.
С того дня, когда в Хогвартсе узнали про мистера Пэрри, прошла неделя. Профессор Блисс так к преподаванию ЗОТИ и не вернулась, но ее уже несколько раз видели за преподавательским столом во время обедов и завтраков, а потому слухе об Азкабане прекратились. Профессор МакГонагалл, продолжавшая заменять отсутствующую, по-прежнему отказывалась что-либо прояснять в этой истории, потому известно студентам было очень немногое. По факультетским гостиным и Большому Залу все также ползли слухи и обсуждения самых разных гипотез, ни одна из которых не была близка к истине.
Но Сириус думал не о профессоре Блисс. Он думал о Римусе и Визжащей Хижине. Мальчик вздохнул и перевернулся на бок. Взгляд его уперся в окно. Луна висела над одной из башен замка, заливая его территории бледно-голубым светом. Кажется, Сириус ненавидел полную луну почти также сильно, как Римус. В полнолуния он не мог нормально спать. Причиной тому было поселившееся внутри чувство вины. Мальчик не был полностью уверен, почему испытывает ее, но от того она никуда не девалась. Он пробежал пальцами по тонким полосам шрамов и нахмурился, подумав о том, что прямо сейчас Римус может причинять подобную боль себе самому и что нет ни одной души что могла бы помешать этому.
Если бы только была возможность не дать волчьим инстинктам взять верх, оставить Римуса Римусом даже после обращения. Мальчик вспомнил вдруг отчетливо кровожадный блеск в волчьих глазах и невольно вздрогнул. Похоже, не было слов, способных помешать охватывавшему его безумию. Он заходил слишком далеко, чтобы понимать мольбы и уговоры. Хотя быть может с ним удалось бы договорить на языке животных. Непростая задачка. Если не невозможная.
Мальчик поплотнее укутался в одеяло.
Первые лучи восходящего солнца прокрались через окно и разбудили Сириуса от легкой дремоты, в которую тот успел погрузиться. Джеймс уже не спал — он переодевался в спортивную форму.
— Куда собрался? — пробормотал Сириус.
— На тренировку, — шепотом ответил Джеймс. — Дерек ждет нас на поле. Ложись спать.
— Не могу, — Сириус сел. — Я пойду с тобой.
— Ты только что спал, — возразил Джеймс. — Я знаю, что ты переживаешь за Римуса, но спать тебе все равно нужно.
Он запахнул мантию и сунул в карман перчатки.
— Высплюсь, когда Римус вернется, — с этими словами Сириус встал с кровати и схватил мантию. Он даже не стал переодеваться из пижамы. — Мне нужно отвлечься. Квиддич и свежий воздух должны помочь. Заодно может получится понять, над чем поработать к следующему году.
— Ладно, — уступил Джеймс, но предупредил: — Там будет довольно холодно.
Сириус пожал плечами.
— Я мороза не боюсь.
Через час, сидя на трибуне и наблюдая за тем, как команда нарезает по полю круги, отрабатывая бросок по воротам, мальчик начал жалеть о своих поспешных словах. На трибунах было по-настоящему холодно. Сириус поплотнее укутался в мантию, но это не слишком помогало: пронизывающий ветер все равно находил дорогу. Лицо мальчика порозовело и, кажется, начинало терять чувствительность. Так что, когда к нему поднялся Хагрид с термосом горячего чаю и пакетиком печенья, он испытал огромную благодарность к великану.
— Спасибо, Хагрид, — произнес мальчик, отогревая о кружку замерзшие пальцы.
— Не проблема, — отмахнулся Хагрид. — Увидел тебя на трибунах еще из своей хижины. Вот решил присоединиться, — он отхлебнул из принесенной с собой глиняной кружки, а затем долил Сириусу еще чаю. Кажется, термос был зачарован так, чтобы жидкость в нем не заканчивалась. — А где малыш Питер? — спросил великан, доливая и себе.
Сириус вдохнул теплый пар, поднимавшийся над кружкой.
— О, он еще спит, — ответил мальчик, пожав плечами. — Мы решили не будить его. Еще ведь так рано. Дерек заставляет команду подниматься ни свет, ни заря.
— Решили дать ему отдохнуть? Очень заботливые вы ребята, — Хагрид кивнул и отхлебнул еще. Случайно пролитые капли блестели у него в бороде. — Ни свет, ни заря, — великан покачал головой. — Спортсмены у нас упорные.
— Это точно, — кивнул Сириус.
Упорнее, чем раньше. Дерек, казалось, давал команде более сложные задачи, заставлял летать дольше, чем на предыдущих виденных Сириусом тренировках. Это подозрение подтвердил и присоединившийся после завершения тренировки Джеймс. Попрощавшись с Хагридом, ребята двинулись в замок. Близилось уже время обеда.
— Черт возьми, — жаловался Джеймс. — Дерек — просто монстр, — он тряхнул головой и переложил метлу на другое плечо. — Знаешь, почему мы закончили? Билиус стал угрожать забастовкой, если нас не пустят хотябы на обед.
— Не могу винить его, — рассмеялся Сириус. — Если на поле было хоть в половину так холодно, как на трибунах, я бы потребовал гораздо раньше. Не околел только благодаря чаю Хагрида!
Они вошли внутрь и направились в Большой Зал, следом шли и остальные игроки сборной Гриффиндора. Компания устроилась вокруг стола, смеясь, наполнили себе тарелки, наслаждаясь теплом.
— Вот вы где! — раздался вдруг голос Питера. Мальчик пересек Большой Зал и сел рядом с друзьями. Вид у него был возмущенный. — Где вы были? Я проснулся и увидел, что в спальне никого!
— Джеймсу нужно было на тренировку, — пояснил Сириус. — А я не мог уснуть, поэтому пошел посмотреть.
— Почему вы меня не разбудили и меня? — пожаловался Питер.
— Радуйся этому, там безумно холодно, — сказал Джеймс.
Сириус кивнул.
— И очень ветрено.
Питер надулся. Звучало действительно очень неприятно, но мальчику все равно хотелось, чтобы они ему хотя бы предложили пойти. Ему хотелось чувствовать себя частью компании.
— Вы постоянно бросаете меня.
— О чем ты? Не глупи, — возразил Джеймс. — Ты ведь спал.
— Мог ли бы и разбудить, — не сдавался Питер.
— Зачем? Ты же не в команде, — поинтересовался Сириус.
— Как и ты, — заметил Питер.
— Но он планирует попасть в следующем году, верно? — ответил за друга Джеймс. — А ты нет.
— Римуса бы вы разбудили, — с горечью произнес Питер.
— Нет, не разбудили бы, — закатил глаза Сириус.
— Если б он был тут, обязательно, — возразил Питер.
Фрэнк окинул ребят недоуменным взглядом.
— А где Римус? — спросил он у ребят, понимая вдруг, что четвертого второкурсника за столом нет.
Сириус грозно посмотрел на сжавшегося Питера. Тот вовсе не хотел привлекать внимание к отсутствию Римуса. Ему вовсе не хотелось случайно выдать секрет и нажить себе в лице Сириуса врага.
— Ему ночью нехорошо стало, — на ходу сочинил Джеймс. — И он спустился в Больничное Крыло.
— Ох… У него точно все нормально? — Фрэнк выглядел теперь обеспокоенно.
— Да, наверняка, — соврал Джеймс, пожав плечами. — Наверное, просто отравился чем-нибудь.
Фрэнк понимающе кивнул.
— Меня и самого ночью мутило слегка, раз уж об этом речь зашла, — признался он. — Может, эльфы мясо не дожарили или еще чего.
— Возможно, — быстро сказал Сириус, радуясь такому удачному совпадению.
— Уверен, эльфы этого не хотели, — произнес вдруг Питер, особо выделяя последние слова, чтобы дать понять Сириусу, что хочет извиниться.
Сириус нахмурился. Он, конечно же, понял, что на самом деле имел в виду Питер, но принять извинения был пока не готов.
— В следующий раз им придется быть осторожнее, — заметил мальчик. — Не хотелось бы, чтобы кто-нибудь пострадал.
Питер тревожно сглотнул, поднялся из-за стола и повернулся в сторону выхода.
— Мне пора, — объявил он и прежде, чем кто-либо успел отреагировать, умчался прочь.
— Уверен, чтобы там ни было, мадам Помфри мигом подлатает вашего друга, — Фрэнк наблюдал за уходящим прочь Питером. — Он какой-то прям очень тревожный, верно? Питер, я хотел сказать, — парень приподнял бровь.
— Ты даже не представляешь, — проворчал Джеймс.
* * *
Возвращаться в гостиную, а тем более в спальню Питеру не хотелось, потому он предпочел немного побродить по замку, выбрав самый длинный из известных маршрутов. Мальчик сунул руку в карман и вытащил оттуда шоколадную лягушку. Ему все еще хотелось есть — нормально пообедать Питер не успел из-за начавшегося спора. Поэтому он подыскал себе пустой кабинет и устроился там за одной из последних парт. Мальчик развернул свою лягушку и тут же крепко сжал в руке, чтобы она не успела упрыгать. — Не уйдешь, — пробормотал он, предотвращая попытку конфеты протиснуться сквозь пальцы. Мальчик поспешно откусил лягушке лапу, и действие заклинания прекратилось. Шоколад стал совершенно неподвижным. Мальчик положил его на колено и принялся рассматривать прилагавшуюся коллекционную карточку. У него уже была достаточно большая коллекция этих карточек. Настолько большая, что с собой он взял лишь часть, оставив большую — дома. Могло, наверное, показаться даже, что Питер должен был уже собрать их все, но это было не так. Некоторые карточки встречались настолько редко, что даже ему не удалось заполучить их. Зато другие попадались регулярно. Николас Фламель, например. Питер уже сбился со счета, сколько раз он ему попадался. На сегодняшней карточке тоже было знакомое лицо — Ганхильда из Горсмора. Одноглазая, горбатая и довольно уродливая ведьма из шестнадцатого века. Дома у Питера была почти сотня таких карточек. Они лежали в обувной коробке под кроватью. А небольшой параграф с обратной стороны он знал почти наизусть. Ганхильда из Горсмора (1556-1639) была зельеваром, прославившимся в первую очередь изобретением лекарства от Драконьей Оспы. Во время Эпидемии Драконьей Оспы в 1580-е зелье Ганхильды спасло тысячи жизней от болезни, что прежде считалась смертельной. Доработанная и усовершенствованная версия ее зелья до сих пор используется целителями в больнице Святого Мунго. Ганхильда была удостоена чести иметь свою статую на третьем этаже Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс. Любимое заклинание Ганхильды — Диссендиум. После ухода на пенсию Ганхильда занялась разведением своих любимых ананасов на тропическом острове в Тихом Океане. Мальчик вздохнул и бросил карточку на парту, затем откусил от лягушки еще. Пока он жевал, взгляд скучающе скользил по слишком хорошо знакомой карточке. Старая карга на ней улыбалась держа в руках котелок с неприятно-бурого цвета зельем. Питер подумал, что предпочел бы смерть питью этой бурды. Откинувшись назад, Питер положил ноги рядом с собой на скамейку и прикрыл глаза, собираясь вздремнуть в этом пустом кабинете. Он наверняка сумел бы заснуть, если бы смог ненадолго отключить голову. Но не смог, а потому блуждал туда-сюда между сном и размышлениями. Внезапно мальчик распахнул глаза. Горбатая ведьма — статуя, за которой, как они предполагали, есть потайной проход — была безумно похожа на Ганхильду! Питер не был до конца уверен, что ему делать с этой информацией, но она наверняка имела большое значение. В конце концов, они потратили изрядно времени пытаясь сообразить, как открыть проход. Там было совершенно не за что тянуть и нечего толкать. Джеймс и Сириус произносили самые разные последовательности слов, пытаясь подобрать пароль, но без дополнительной информации сделать это было почти невозможно. Но если это действительно Ганхильда… Может нужно что-то связанное с Драконьей Оспой? Восторг заставил Питера вскочить на ноги и, схватив со стола карточку, броситься бежать со всех ног. Запыхавшийся, он влетел в спальню. — Вы… не поверите… что я… — он остановился, чтобы оглядеться и отдышаться. Они еще не вернулись. Питер нахмурился. — Ну, конечно, — пробормотал он. — С чего бы им? Наверняка, ушли искать приключения без меня. Он сделал несколько глубоких вдохов, восстанавливая дыхание после бега по замку. Когда он окончательно пришел в себя, никаких признаков Джеймса и Сириуса по-прежнему не было. Тогда Питер еще раз взглянул на карточку от шоколадной лягушки и принял решение: он сам пойдет на третий этаж. У него будет свое собственное приключение. Без этих двоих. И Питер пошел на третий этаж один.
