Дорога к новой звезде

Я часто думаю, что смерть, как бы странно или иронично это ни звучало, обтачивает наши характеры быстрее и четче, нежели жизнь. И страх умереть самому, и боль потери, и бессильная ярость перед неисправимым или неизбежным, или тем, на что не мог повлиять, так что осталось лишь наблюдать со стороны — все они, словно острые лезвия, срезают нашу мягкую шкурку, обнажая спрятанный внутри железный остов. В начале весны двое добровольцев погибли при первых же испытаниях. Планково пространство сожрало их, несмотря на все «предохранители»: аппаратные, органические, медицинские. Это трагическое, безусловно, событие дало мне столь необходимый толчок, я бы даже сказала, пинок в направлении взлета.

***

Семиэтажный куб учебного центра подавлял своей монументальностью. Жиденькие молодые деревца и намек на зону отдыха у главного входа не могли уравновесить брутальное великолепие здания с потемневшими от времени стенами и темными прорезями окон, похожими на прищуренные глаза. Терра поежилась и решительно дернула тяжелую деревянную дверь. Она не собиралась сюда приезжать. Случайно узнала, что группа будущих навигаторов сегодня впервые допущена к учебным стендам, и Сиду пришло распоряжение приехать, проинспектировать оборудование. Ее инженера куда-то отправили без согласования с ней! Сначала Терра вскипела, но быстро решила, что надо поприсутствовать самой. Возмущенное письмо руководителю техников написала, конечно. — А на вас пропуск не оформлен, — растерянно пролепетала девушка на ресепшен, когда турникет пропустил Сида и заблокировался. — Очень жаль, — Терра пожала плечами. — Кто подавал заявку на него? Скажите им, чтобы вписали и меня или останутся без инженера. Сид послушно вышел обратно. Пришлось подождать минут десять, и из высоких дверей напротив вышла недовольная женщина средних лет в самом стандартном офисном костюме, который Терра видела в жизни. — Миссис Роулз! — сердитая женщина кинула токен поверх турникетов. — Зачем такой шантаж? — Затем, что нельзя дергать людей из моей группы без моего согласия! Терра скормила одноразовый токен зеленым лучам сканера и смогла пройти дальше. Они поднялись по лестнице на третий этаж, а оттуда, по невидимому с улицы переходу дошли до другого здания — более современного, пониже и попроще на вид. Здесь, в просторных помещениях на первом этаже стояли учебные стенды для пилотов, а теперь еще — и для будущих навигаторов. — На самом деле, миссис Роулз, — все еще недовольная женщина впустила Терру в темный кабинет, откуда было видно учебное пространство, — Сид относится к техническому сектору, как и вся остальная группа в вашей лаборатории. — Правда? — В справочнике так указано. Стало обидно. Неловко за собственное поведение. Терра прикусила язык, чтобы не сказать еще лишнего, просто вежливо улыбнулась. Так дело не пойдет. Какой технический сектор? Остальных пусть куда угодно распределяют, а Сид должен быть только ее сотрудником. И Джина, как только они закончат текущую задачу. И Камала с Мартой… Кстати о Марте, снова вылетело из головы! Тем временем за стеклом началось движение. Группа собралась перед стендами. Инструктор что-то объясняла, Терра прослушала — читала почту в маленькой проекции. Только включение генераторов привлекло ее внимание еле заметным движением на грани осознаваемого, в самом планковом пространстве. Первая пара заняла места на стендах. Со стороны все похоже было на симуляторы разных машин в игровых зонах торговых центров, однако кресло в точности навигаторское на корабле и шлем настоящий, даже более современный на вид, чем прототип, который был у Терры на корабле.  Все прошло очень быстро. Пять минут — и совершено ошалевшие ребята встали с кресел. — Вы здесь? — Сид вошел в кабинет, когда третья пара надела шлемы. — Через часик уже будем свободны. — Быстро они. У меня по полчаса были заплывы… — Это на первый раз, посмотреть одним глазком. Скажу честно, я бы и так не смог! — Ты себя… Терру подкинуло на кресле, и как наяву она увидела вздымающуюся иссиня-черную волну и отблески желтых спиралей, пронзенных молниями. Следом ее саму накрыла волна — чистого страха, скручивающей мышцы боли, как перед приступом — только это происходило не с ней. Человек в планковом пространстве кричал от ужаса, а человек в кресле неестественно дернулся, и… Следующее, что Терра осознала — она визжит, закрывая руками уши. — Терра! — Сид упал на колени рядом. — Терра, что случилось? — Выключите стенды! — она колотила кулаком в стекло, что было сил. — Выключайте! Быстрее! Пожалуйста! — Отключите генераторы! Сид кричал еще что-то в передатчик. Поздно. Пришла вторая волна.

***

Терра очнулась в том же кабинете, на диванчике. Ее голова лежала на коленях Сида, ноги были прикрыты его пиджаком. — Что случилось? — пролепетала она, кое-как усаживаясь, привалившись к его плечу. — Вы в обморок упали. Приходила медсестра, сделала укол. Давление, говорит, резко снизилось. — Они умерли… — сказала Терра, внутри все было пусто и серо, будто выжженная степь. — Оба. Я знаю. Сид молча кивнул. Его пальцы едва заметно поглаживали ее плечо. Верный рыцарь оберегал хрупкий покой принцессы. — Спасибо, что остался со мной. — Такая у меня работа, — он тоже был подавлен, но едва заметно улыбался уголком рта. — Ты же инженер… Какая уж работа. Ни в одной инструкции не написано, что инженер должен заваривать руководителю группы чай, укрывать пледом, следить, чтобы не будили после тяжелых полетов. Тем более что формально — Терра даже не начальник ему. — Терренс Роулз, ваш прадед, был адвокатом. А моя бабушка — его помощницей много лет, до самой его гибели. Мама работала с вашим дедом в нейролабораториях, и, надеюсь, мои дети будут работать с вашими, когда вырастут. Такая жизнь, Терра. Почему-то наши семьи связаны уже много лет. — У тебя есть дети? — Старшей уже семь, мы с женой рано стали родителями. И вот еще мальчишка на подходе, в мае или начале июня. Сид ничего не рассказывал раньше о своей жизни вне лаборатории. Ему было лет двадцать восемь, примерно как Биллу. Выглядел он, по крайней мере, не старше, если не считать непоколебимого спокойствия в синих глубоких глазах, что казалось Терре почти неземным. Вовсе не то, что обычно свойственно молодым людям. — Здорово. Дети — это хорошо, я рада, что у меня есть двое, — Терра нашла в себе силы встать. — Мы еще тут нужны? Что дальше будет? — Вряд ли кто-то вспомнит, что я был здесь. А о вас никто и не знает, кроме той мадам. Поехали обратно? — Поехали. Хочу чай как в Сибири. Показательным спокойствием Сида не обманешь, но лишних вопросов он не задавал. Распахнул дверь такси. Отрегулировал температуру в салоне. Не помогло. Терра все равно дрожала, только вот не от холода. Внутри: в душе, в голове, во всем, что составляло Терру Роулз, боролись две силы. Одна просила вылить эмоции, оплакать гибель двух человек, спрятаться от ужаса за спиной кого-нибудь сильного. Попросить защиты. Вторая требовала хотя бы запоздало найти выход. Придумать, как не допустить такого больше, сделать немедленно работу над ошибками. Вторая побеждала, и от этого было до мурашек страшно. Пока такси летело к офису, Терра пыталась подобрать слова, достаточно убедительные и не слишком горячечные, чтобы Оскар ее не просто выслушал, но и послушался. Страшновато. Он хороший и понимающий, но как руководитель может быть жестким, даже беспощадным — она знала это по истории с низвержением Хоа Данг. — Терра, заходи, — Оскар махнул рукой из-за стола. — Кофейку? Он знал. Терра видела по его глазам. — Нет, спасибо. Я была там. Мы должны об этом поговорить. — Честно говоря, я планировал обсуждать с Мелиндой и Франсуа чуть позже. — Не с ними, Оскар, — интересно, ему видно, что у нее трясутся пальцы? — со мной! Навигация — моя область! В глазах под широкими темными бровями зажегся темный огонек. Кто-то спорит с руководителем Исхода! — Что ты хочешь сделать? — он откинулся на спинку кресла. — Лично покаяться перед публикой? Ни к чему. Юристы уладят этот вопрос. Семьям погибших выплатят страховку. Это больше, чем они бы заработали за всю жизнь. — Я хочу выяснить, что мы упустили! Узнать, как предотвратить такое. Люди не должны умирать при обучении! У нас осталось десять человек… — Осталось трое, — Оскар показал что-то в проекции. — Остальные вышли из проекта буквально за пять минут. Остались трое, из четверых, что успели побывать в планковом пространстве. — Тем более! Терра вцепилась в край стула, на котором сидела. Не помогало. Внутри все равно колотилась противная дрожь. Дурацкие эмоции глупой девчонки! — Я хочу возглавить расследование причин! — выпалила она, пока сама не передумала. — Детка, ты не медик. Твоя роль в проекте другая. Зачем тебе? — Оскар! — Терра едва ли не подскочила на стуле. — Без навигаторов мы никуда не полетим, еще немного и проект встанет! Или Центр выгонит нас взашей! — Не думаю… Да, случай очень неприятный, но, Терра, при таких испытаниях бывают несчастные случаи. Спроси у Марго, она много историй расскажет. Цинично, но правдиво. Всякое бывает и при обучении пилотов, и при пробных полетах новых моделей кораблей. Даже с планерами случаются аварии. Плевать! Терра не намеревалась просто поставить эту скорбную галочку в перечне задач и ничего не делать! — Хоа сожрали и за меньшие неприятности, — прищурилась она, вглядываясь в совершенно спокойного на вид Оскара. — Вы не боитесь? — Разве что тебя, — кривая улыбка на обычно добродушном лице, — но ты и сама знаешь, что сейчас не вытянешь весь Исход. Посмотри в варианты, ты же умеешь! Сейчас? — Я не то имела в виду! Он лишь кивнул: «Посмотри». Искусственно подсаженный в мозг навык плохо работает без нужной комбинации атомов в спирали ДНК. Модель коннектома вычищена, стерилизована, чтобы не наплодить нечаянных пророков — навигаторы не должны иметь способностей видеть варианты будущего вне космического корабля. С Террой все иначе. Она другая. Уникальная в своем роде, и поэтому может, пусть и ограничено заглянуть в грядущее… Развилки мелькают в голове. Вероятность ей не оценить, но все и так понятно. Терра и Билл поведут к новой звезде тех, кто улетит. Оскар и Франсуа Лагранд будут заниматься теми, кто останется. Значит, вот как… Терра не успевает осознать увиденное, потому что видит отчетливую до боли картинку. Зеленоватая толща атмосферы с серыми грядами облаков. Свет жёлтой звезды освещает каменистый склон, спускающийся к бушующему морю, и на нем — группа людей в черном и развевающийся флаг. Булыжник в роли могильного камня, надпись синим маркером поверх полоски металлического скотча. — Нет, — она поднимает глаза, — нет… Не может быть! Оскар, скажите мне, что так не будет! — Я не знаю, что ты видишь, детка. — Это же просто… просто возможный вариант, да? Все может измениться? Правда? — Да, Терра. Не надо позволять картинкам в голове управлять твоими решениями. Хорошая идея. Терра пыталась затолкать страх перед будущим, перед этим вариантом будущего, подальше. Оскар Боннер может быть сколько угодно хитрым лисом, но его последний совет как нельзя кстати. — Я поняла насчет разделения Исхода. Это не отменяет того, что нам нужно сделать прямо сейчас! И я должна руководить этим процессом, если вы хотите, чтобы через… пять, семь, десять лет люди верили мне! — Ладно, попробуй. Только, если что-то пойдет не так, сразу говори, пожалуйста. — Я не буду пробовать! — взвилась Терра. — Я буду делать! И еще… — О господи, Терра, что еще-то? На лице Оскара появилось выражение, близкое к отчаянию. Так же выглядел Лагранд, когда Терра много лет назад чуть не лишила его обеда. — Сид, Джина и Дэмиен — мои! Остальную группу можете хоть к связям с общественностью приписать, но этих не трогайте без моего ведома. — Дэмиен не будет тебе подчиняться, — рассмеялся Оскар. — Он слишком большая фигура для этого. Скорее это он захочет тебя в свое распоряжение. — Захотеть он может что угодно! — Я ему так и передам. Мы все вопросы решили? Можно мне выдыхать? Он явно веселился. Это немного задевало, но вылететь из кабинета, хлопнув дверью она не могла — надо было убедиться, что Оскар тоже поможет ей в поисках ответов. — Еще один остался, — Терра постаралась изобразить самый мягкий и вкрадчивый голос, — когда мы расшифруем ДНК погибших и тех троих, оставшихся, можно будет обратиться? За советом супер-эксперта? — Сейчас на мать похожа, — наконец-то темный огонь в глазах Оскара исчез. — Можешь быть кошечкой, оказывается. Конечно, приходи. — Спасибо! Значит, жду приказа на создание группы по расследованию? Кивок головой в подтверждение. Нетерпеливый жест, чтобы шла уже из кабинета. Терра послушалась. Улыбнулась торжествующе, хотя внутри все равно вздымались серые вихри, и открыла дверь. — Я на следующей неделе заберу Стоцкого на пару дней? Хочу позвать к нам одну девочку, ботаника, чтобы ее оценил. — Попробуй, — вздохнул Оскар, — попробуй еще Мелинду достать до печенок. Я не против.

***

— Билл, — Терра поймала его руку, остановила в тишине коридора, когда они вышли из детской, — Билл, ты же завтра не едешь на работу? — Нет, — Билл провел ладонью по ее щеке, — завтра я твой. — Прекрасно… Признаться, он слегка подзабыл, как может голову сносить, когда Роулз в настроении. Чем собирался заняться? Почитать что-нибудь для души? Ну да. — Не зависай! — Терра решительно лишила его футболки. — Иди сюда. — Что ты со мной делаешь, а? — Надо объяснять? Не стоило тратить время. Билл запер дверь спальни и просто сдался на милость Терры и собственных гормонов. В последнее время работа не оставляла ни сил, ни желаний, но сегодня вышло иначе. Или просто слишком сумасшедшая женщина, на которой он женился, перестала дуться. Когда-то он говорил про полтора года вместе, и минуло уже несколько раз по полтора, и все же они еще оба молоды. Ему двадцать восемь, ей пока двадцать пять. — Ты живой? — тонкий палец ткнулся в бок. — Послушай. Я говорила сегодня с Оскаром… — Он рассказывал, — пробубнил Билл. Хотелось просто лежать и молчать, максимум обнять ее, но все равно молчать. — Посмотри на меня! Терра нетерпеливо трепала его по плечу. Откуда у нее всегда столько энергии? Под осуждающим взглядом — даже в темноте видно — Билл привел себя в сидячее положение. Голова все равно не варила. — Знаю, ты говоришь мальчикам, что об этом нельзя рассказывать. Только я сегодня видела одну сцену: другая планета, море, флаг и камень, на котором… — Тссс, — под подушечками пальцев ее губы, чуть влажные и соблазнительно мягкие, — не надо. Просто не заглядывай туда больше, ладно? Мы здесь и сейчас, на Земле, вместе с детьми. Я люблю тебя. Все в порядке. — Мне страшно, — сжала его плечо, даже пальцы похолодели. — Я не хочу, чтобы это сбылось! — Это лишь картинка в твоем воображении, — Билл потянулся поцеловать ее, — ничего более. Не думай о ней. Поверила или нет, но спорить не стала. Он бы и не дал спорить. Не сегодня ночью. Билл неоднократно видел эти похороны у инопланетного моря. Единственное, чего не знал — какое имя Терра почитала на камне. Было два варианта. Два исхода предшествующего события. И по понятным причинам, он мог наблюдать своими глазами только один из них.