Hollow

Чимин понял, что ничто не сможет отговорить наёмного убийцу от его решения. Поэтому он спокойно сидел в машине и смотрел прямо перед собой, будучи упрямым и темпераментным человеком, который он есть, крепко сжимая свой миниатюрный планшет для рисования и файлы. Юнги посмотрел на него, когда он вставлял ключи, но не раньше, чем протянул руку и не торопясь застегнул ремень безопасности на Чимина. Он заметил, как сбилось его дыхание, когда он наклонился ближе, и внутренне усмехнулся тому эффекту, который произвёл на Чимина. - Ты такая заноза в заднице, - съязвил младший. - Ты тоже. - Я бы не боялся, если бы ты не таскал меня повсюду, - выстрелил в ответ Пак. - Твои суицидальные наклонности всё равно будут занозой в заднице. Младший ничего не сказал на это, пока ехал от своего рабочего места к столичной квартире.

***

Как только Юнги припарковался в закрытом гараже, он взглянул на Чимина, заметив, что на этот раз тот решил действовать самостоятельно. Он последовал за Юнги, когда они обогнули вагоны и направились к лифту, ведущему в главный холл. Молчание между ними было ледяным для Пака, но, по-видимому, удобным для киллера, когда он шёл в своей обычной небрежной манере, вниз по коридору и в свою комнату. - Устраивайся поудобнее, можешь пока воспользоваться ванной. Я в последнее время никуда не хожу. Он кивнул и тут же исчез из виду, зайдя в спальню и взяв полотенце, которым пользовался раньше, когда был здесь полтора месяца назад. Комод с одеждой, подаренный ему Юнги, остался нетронутым, что было правдой, поскольку Юнги действительно больше не носили эту одежду, так что, вероятно, она просто стояла там для экстренных случаев. Он быстро запер дверь ванной включил воду, затем тихо разделся и прыгнул в неё. Закончив, он растрёпано вытер волосы и уставился на своё отражение в зеркале. Его лицо было пухлым и слегка раскрасневшимся от горячего душа. Он огляделся в поисках других предметов первой необходимости и нашёл бутылку лосьона у раковины. Он стянул через голову рубашку без рукавов, затем перешёл к боксёрам и серым шортам. Чимин повесил полотенце на вешалку и вышел из ванной, не зная, что делать дальше. Поэтому он решил поработать над своим текущим проектом вместе с Джином. У него было всего несколько слайдов, и крайний срок был только через три недели. Чимин прикинул, что сможет закончить работу, пока ему придётся оставаться здесь, и, порывшись в кармане толстовки, достал очки в чёрной оправе и надел их. Затем он вынес свой планшет и бумаги в гостиную, а его глаза незаметно скользнули к затылку Юнги. Он был неподвижен, и его голова была слегка наклонена в сторону. Чимин пожал плечами и пришёл к выводу, что киллер уснул и решил поработать на маленьком кухонном столе. У него было достаточно места, чтобы разложить свои вещи и использовать планшет. С этими словами он включил его и остановился на последнем рисунке. Рисунок маленького коричневого цвета был закончен, и ему оставалось только набросать и закончить ещё несколько сцен, пока Джин работал над сценарием и сюжетной линией. Взяв перо, он хрустнул пальцами и шеей и приступил к работе. Глаза Юнги медленно открылись, а тишина пронзила барабанные перепонки. Душ больше не работал, и движение в квартире прекратилось. Его ноутбук перешёл в спящий режим, в котором он понял, что на самом деле заснул, читая незаконные транзакции и сообщения, которые Намджун отправил ему. Это определит их следующую задачу и цели. Он повернул голову к окну и увидел, что небо уже стало успокаивающе тёмно-синим, тихо зевнул и потянулся. Первое, что он увидел, когда встал, был человек, устроившийся на его кухонном столе. Какой-то планшет был немного приподнят, и вокруг него были разложены бумаги. Поверх бумаг лежала обнажённая рука с пучком блестящих серебряных локонов, и он невольно улыбнулся. Чимин тоже заснул, что бы он ни делал. Он тихонько прокрался на кухню и с любопытством посмотрел на бумаги, заполненные повсюду словами, пометками всевозможных цветных ручек и липких заметок там и сям. Пара очков тоже лежала рядом с планшетом. Юнги перегнулся через плечо Чимина, положив ладони на стол и спинку его стула, и внимательно посмотрел на экран. Это был веб-комикс, почти полностью цветной. Он заметил собаку на второй панели. Она выглядела почти мрачной, когда смотрела в переулок под тенью, положив голову на лапы. Он поднял голову и посмотрел на остальную часть комикса. На следующей странице пёс был весь мокрый, шерсть слиплась от хлещущего дождя, голова опущена, в висячих ушах не было ничего похожего на выражение глаз, когда он шёл по оживлённой дороге. Следующая страница была незакончена, но неокрашенный контур собаки сидел посреди улицы, когда на нём вспыхнули фары. Остальное ещё не было нарисовано. Юнги отвёл взгляд, а его лицо ничего не выражало, когда он смотрел на спящего Чимина. Его губы были слегка приоткрыты, когда он тихо дышал. Он заметил, что черты лица младшего всегда были слегка припухшими и раскрасневшимися, когда он спал. Он вспомнил, как впервые увидел Чимина, плотно и беспорядочно завернутого в спальный мешок. Его кожа в то время была болезненно бледной, а под закрытыми глазами были тёмные круги, а губы были сухими и потрескавшимися. Теперь он выглядел намного здоровее. Всё ещё немного уставший, конечно, но его кожа была здоровым лёгким загаром, а губы, ну… Его губы были розовыми и пухлыми. Они выглядели очень привлекательными и мягкими на ощупь. Мин вздохнул и отвёл глаза от Чимина, грубо проведя рукой по своим растрёпанным чёрным волосам и отодвинувшись от него в лёгком беспокойстве из-за искушения, исходящего от его спящего тела. - В какой момент своей жизни я стал геем? – пробормотал Юнги и почувствовал непреодолимое желание дать пощечину. Чимин слегка пошевелился, когда бумаги зашуршали под его хорошо загорелыми руками. Он пробормотал что-то бессвязное и постепенно проснулся. Мин наблюдал со стороны, как тот сел и повернул шею, удовлетворённый хлопок заставил его вздохнуть с облегчением. - Который час? - прошептал он сонно и посмотрел на старшего полуприкрытыми глазами. Юнги сглотнул и взглянул на часы поверх плоского экрана в своей гостиной. - 7 вечера. Чимин кивнул и зевнул, издав звук, который немного напоминал просыпающегося щенка, как мило, подумал он. - Сколько мне ещё здесь торчать? - вдруг спросил он. Юнги отвёл взгляд и на несколько секунд задумался. Как долго ему ещё здесь оставаться? Он просеял все сценарии, прокручивавшиеся в его голове, и пришёл к выводу, что из-за недавнего распространения сети наркоторговцев и ростовщиков в менее населённых районах ему придётся заставить Чимина остаться здесь на неопределённый срок. Если только влияние кольца каким-то образом не отступит, чего он хочет, но не хочет одновременно, потому что это означало, что он не увидит Чимина через месяцы - или даже года. И всё же Мин не признаёт этого. Он не может отрицать, что его социальная жизнь теперь связана с Чимином. Он не хотел давать младшему удовлетворение от того, что он каким-то образом необходим для его жизни вне работы. - Я действительно не могу сказать... - Юнги поднял голову, услышав, как его дверная ручка дернулась и открылась. - Мин Юнги! Я купил тебе ч… Ну привет, я тебе помешал? - небрежно одетый Хосок оглядел их обоих в знак подтверждения. Чимин и Юнги обменялись взглядами. Юнги склонился над младшим, и тот слегка поднял на него глаза, которые всё ещё были покрыты сном. Но потом он надел свои очки и начать доделывать свою работу. - Вовсе нет, Хоби, - он указал на китайскую еду, которую держал в руках, - Ты можешь положить их на стол. Хосок кивнул и направился к креслу напротив Чимина. Тот замер на секунду, когда его взгляд метнулся к незнакомцу, чьи глаза блеснули, когда он встретился с его глазами. - Что? Чон улыбнулся, но не радостной солнечной улыбкой, а такой, что в голове Юнги зазвенели тревожные колокольчики, которые он старался не замечать. - Я тебя здесь не видел, ты случайно не с Юнги? Чимин посмотрел в сторону и осторожно избегал его пристального взгляда. «А где же мне ещё быть?» Брови Хосока слегка приподнялись, а глаза Чимина расширились. «Только не это!» Странная улыбка незнакомца снова вернулась. - А, ладно. Кстати, меня зовут Хосок, а ты - единственное и неповторимое солнышко. Брови Чимина в замешательстве сошлись на переносице, в то время как Юнги сверлил Хосока мёртвым взглядом. - Пак Чимин. Юнги потянулся к открытому лбу Хосока. Тот вздрогнул, и его откинутая назад спина чуть не соскользнула. - Что ты делаешь, братан? - заскулил Чон и сердито посмотрел на старшего. - Прекрати. Если тебе больше нечего делать, то иди домой, - сказал Мин. - Но что, если я захочу поесть китайской еды с вами, ребята?! - Ты сказал, что специально купил их для меня. Хосок вздохнул и откинулся назад, скрестив руки на груди, как упрямый ребенок, которым он и является. - Можно мне поесть здесь с тобой? Юнги закатил глаза, не упуская того факта, что он специально обратился к Чимину, что бы он сказал в любом случае? Чимин не был владельцем кондоминиума, и он, чёрт возьми, не давал ему никаких прав, чтобы позволить кому-либо даже поесть. Чимин пожал плечами и, коротко взглянув на Юнги, снова сосредоточился на планшете, пока в животе у него не заурчало. Последний вздохнул, неловко, как Чон хмыкнул на него. - Видишь? Его желудок согласен со мной!