Зарница

      Сон не шёл. Солнце ярко светило сквозь занавески, я накрылась с головой одеялом. Птицы слишком громко чирикают, прям под открытым окном. Уже два часа не могу решиться встать и закрыть его.       Заснула я только на пару часов. А открыв глаза, с неохотой приняла, что уже закат.       Я тяжело вздохнула, проснувшись более уставшей, чем была. Ладно, справлюсь!       Быстро собралась, пока небо снаружи становилось всё синее и синее.       Нервно расчёсывала запутанные волосы, когда дочь хозяйки Дома Глицинии вошла в комнату.       – Уходишь, Амайя-чан? – она улыбнулась и удивлённо посмотрела на не горящую жаждой жизни меня. Но распорядок дня соблюдать надо. Даже если время не жмёт и меня не ждёт новая миссия.       Черноволосая, высокая, с доброй улыбкой: она была похожа на типичного представителя моего рода. Какой дом Глицинии не возьми – все пошли из одной семьи, которую когда-то спасли истребители демонов столетия назад. Семья была так благодарна, что, куда бы представители её не уходили жить, они всегда горячо принимали в своём доме истребителей демонов, нуждающихся в помощи или ночлеге. Обычно женщины семьи и оставались дома, вывесив герб глицинии, символизирующий наш род, пока мужчины сами становились истребителями демонов. Хм, ну бывали и исключения по типу моего отца, которому было всё равно: сын или дочь. Одинаково нещадно нагружал бы, имей я брата... А может быть, отстал бы от меня. Он упорно следует традициям семьи, но я никогда не знала, что он сам чувствует.       Я скривилась, отвлекаясь на мысли.       – Ой, ха-ха-ха, тихо, тихо, пожалуйста! Ты так все волосы себе выдерешь! – нервно рассмеялась девушка, пытаясь мягко отнять у меня расчёску. А что поделать, если мне не повезло с волосами? Жёсткие кудри, которые складываются углами, угрожающе торчат и постоянно путаются. Я привыкла грубо чесать их, так быстрее, а уж боль я стерплю.       Девушка ничего не смогла отнять, поэтому скромно сидела рядом с испуганной улыбкой, напряжённо наблюдая.       – Знаешь, я вспомнила, зачем пришла! – резко сказала она. – Маменька велела дать тебе побольше еды в дорогу! Ты же наша, – она развела руками, показывая ими жест, будто обхватывала что-то невидимое. – Но, позволь спросить, почему ты уже уходишь? Мы не слышали, чтобы тебе дали новое задание, – заинтересованно посмотрела она на меня, приложив палец к подбородку.       – Хочу прогуляться. Наткнусь на какого-нибудь демона раньше, чем о нём доложат, – хорошо, – легкомысленно бросила, смотря сквозь себя в отражении.       Я не хочу говорить, что если я не на миссии – я ухожу тренироваться подальше от глаз. Не люблю внимание и упоминать тренировки в разговорах, словно это что-то постыдное, что-то, что показывает, что я недостаточно сильна, чтобы обходится без них. Хотя, в то же время, наверное, даже истребители рангов выше иногда тренируются, чтобы не терять форму? Но это другое, я пока не успела достигнуть их уровня.       – Вот оно как! Тогда я сейчас! – заторопилась девушка, выбегая из комнаты. Завидую её лёгкой жизни.       Сама хозяйка дома вышла понаблюдать, как я ухожу. Мне пожелали ровно того, чего желают и всем истребителям демонов. Встретить следующий день целой и невредимой.       Я ушла подальше в лес, повесив свёрток с едой, которым меня снарядили, на ветвь дерева на поляне, где я остановилась. По дороге я выбрала оттуда всё сладкое и счастливо съела, топая по тропинке. Вот это я понимаю – жизнь.       Встала посреди поляны, вытаскивая жёлтый клинок из ножен. Может я боле не использую прежнюю технику Дыхания, но гарда у меча фамильная, в форме цветка.       Выдох, вдох. Как обычно. На самом деле, я до сих пор не смогла освоить на должном уровне Дыхание Грома. Джигоро-сан хвалил меня, но я понимала, что я ничто по сравнению с ним. Переключаться с одного Дыхания на другое непросто, особенно, когда всю жизнь учишь одно, более простое, более нежное и щадящее в своих атаках. Из пяти основных Дыханий: Камня, Воды, Пламени, Ветра и Грома, Дыхание Цветка является ответвлением Воды, а Дыхание Воды, в свою очередь, имеет мало общего с Громом, так как это иная направленность со своими нюансами.       Я сразу начала тренировку. Важно отрабатывать приёмы, чтобы они получались с меньшим приложением усилий и эффективнее.       Тот случай несколько дней назад... Мне не хотелось его повторения. Это не была трагедия огромного масштаба, но было неприятным происшествием, которое бросит тень на репутацию, если об этом узнает много людей. А сейчас об этом знают только трое да, ха, собака.       В любом случае. Выдох, вдох. Помни, что отталкиваясь, ты задаёшь траекторию лезвия. То, с какой скоростью выполняются техники Дыхания Грома, не позволяет поменять направление удара во время атаки, не прервав её. Поэтому нужно фокусироваться на силе ударов и работать на опережение так, как это максимально возможно, чтобы не дать шансов врагу.       Низкие стойки удобны для рывков. Чем выше мастерство, тем больше удаётся сделать подряд. Раньше меня хватало на четыре идущих друг за другом рывка Первого стиля, и я начинала путаться в пространстве. Благодаря постоянной практике, сейчас я увереннее могу ориентироваться, но, как показала жизнь, и секундная заминка может стоить многого.       Если бы не подстава с цветом меча, я бы прошла Финальный отбор ещё в тринадцать лет и уже могла бы заиметь репутацию. Я никогда не спорила с отцом, но тогда я настояла на том, чтобы переучиться. Были обвинения от него, но всё-таки логичные доводы вразумили его, спасибо дедушке-кузнецу, который сказал, что я могла бы добиться большего, используя то, к чему у меня предрасположенность. Ну, и побегал он за отцом с моим мечом. Ох уж этот нрав кузнецов. Так я провела у Джигоро-сана около года, постигая заново азы. Но с ним я научилась не бояться ошибок. Если где-то я плоха, я стану лучше, я не такая безнадёжная, какой мог кличить меня отец, когда я не могла совладать с Дыханием Цветка в детстве. Я помню радость Джигоро-сана, когда у меня получалось всё лучше и лучше. Одобрение в его блестящих глазах это то, что я не всегда понимала, но запомнила. Выдох, вдох.       За тренировками я попортила ветви деревьев, беря их за цели для удара. Можно будет набрать их на костёр, если вдруг какому-то мимоходцу понадобится.       – Разорительница богатств леса, внемли голосу свыше! – послышалось мановение крыльев в небе.       Я задрала голову, внимательно слушая Сакасу. Мне дали новое задание: демон, похитивший двух детей. Именно похитивший, есть основание полагать, что они ещё живы. Без понятия, как они узнают эти подробности.       – Поняла! – я отряхнулась и забрала еду с ветки. Не зверью же оставлять.       Утром этого же дня я была на месте. Стоит сначала расспросить семью, из который были те дети. Может расскажут что интересного.       Я вошла в не самый благополучный район города. Этот пернатый пень меня завести куда хочет? Опасный он.       Мой тихий смех привлёк внимание людей рядом, я кашлянула и прошла мимо, заворачивая на нужную улицу вслед за своей птицей.       Сакасу сел на выступ на крыше одного дома. Я подошла чуть ближе, но глаз зацепился за того, кто стоял возле него. Сознание царапнули жёлтое хаори с узором чешуек и чёрные волосы, собранные в хвост на затылке. Ну нет, ну не может быть, чтоб снова!       Парень разговаривал с двумя взрослыми людьми, их окружали ещё трое детей, которые что-то эмоционально дополняли. Из-за спины парня в жёлтом, высунулся другой, в персиково-мятном хаори, опешивший не меньше моего. По его губам я прочитала не "вот радость".       Я встала в сторонке, бесстыже подслушивая. Но они уже закончили рассказ и ни о чём толковом не говорили, только о том, как семья была напугана, когда кто-то ворвался в их дом, сломав окно, а им и чинить его будет накладно. Вот это я понимаю, трезвый подход к ситуации, когда твоих детей утащили прямо из дома. Или одним больше, двумя меньше – без разницы для многодетных семей?       – Спасибо, мы поможем... чем сможем, – парень, оравший на меня несколько дней назад, запнулся, и они с очкариком попрощались с людьми.       Они прошли мимо меня, посмотрев в упор. Что один, что второй. Но тот, что с длинными волосами, махнул рукой, улыбаясь с немым вопросом, мол, что я тут забыла. Я проигнорировала, поджав губы. Не хотела я с ними пересекаться.       Я подошла к женщине, пока она загоняла детей домой, уповая на то, что и их утащат.       – Извините за беспокойство, мне нужно узнать у вас кое-что, – громко сказала я, оказавшись у неё за спиной. Она дёрнулась и обернулась на меня. Её глаза были глубокими, под ними были тёмные мешки, она пристально осматривала меня, неприветливо нахмурив брови.       – Уходите, я уже всё рассказала, – отмахнулась она от меня и ушла в дом, вслед за двумя детьми.       Я просто осталась стоять у порога с лицом, на котором всё было написано. Спасибо, очень приятно.       Я почувствовала движение у руки. Ребёнок попытался что-то стырить из свёртка с давно остывшей едой. Он вздрогнул, когда заметил, что я вообще-то смотрю на него. Он тут же рванул в сторону двери. Я поймала его за шкирку и вручила всё, подталкивая. Он даже не поблагодарил, скрываясь от меня напуганный. Плевать, я уже всё вкусное съела, а оставшееся было лишним грузом, который я не выбросила из вежливости.       Побежала в сторону, куда ушли два парня, чьи имена я снова не помнила. Сакасу подсказал, в какую сторону они пошли потом. Придётся сотрудничать, если я не хочу позорно не приложить руку к миссии, которую мне определили. И им, видимо, тоже!       – Эй! Эй! – настигла их через пару улиц. Они притормозили, подождав меня.       – Неужели вспомнила, что не поздоровалась? – протянул, скрестив руки, недовольный.       – Да, привет, – я не посмотрела на него, равняя шаг. – Рассказывайте, что у нас. Меня прогнали.       – Прогнали? Удивительно, – саркастически ухмыльнулся тот, что был с Дыханием Тумана. Его товарищ кашлянул, пытаясь скрыть смешок.       – Ренми, тихо, – очкарик взял себя в руки и посмотрел на готовую защищаться меня, хотя я не поняла, надо мной ли они ржут. – Они нас тоже прогнали сначала, – пояснил он.       – А. Хорошо, – кивнула я, успокоившись.       – Не очень хорошо, – он пригладил свой хвост, который ветром сдувало ему в лицо. – А нас, судя по всему, снова направили на одно задание?       – Радость какая, – вставил комментарий Ренми.       Парень с Дыханием Воды искоса глянул на него, промолчав.       Нет, ну вот сейчас я...       – Снова в объятия созвучных сил вас привели, насытившись славой прошлых подвигов, пожиная плоды, – прогрохотал голос Сакасу.       Парни в замешательстве посмотрели на ворона, а потом точно так же на меня. Я отвернулась, чувствуя, как краснеют щёки.       Боже, стыд-то какой! Сакасу, петух ты общипанный!       – Кхм, эм, он сказал, нас объединили потому, что мы втроём хорошо справились в прошлый раз, – проблеела, понимая, что мне не забыть этого момента. Я сказала "хорошо"? Не то я слово выбрала.       – Да, так хорошо, что Кюримори-сан теперь будет убиваться всю жизнь без семьи, – огрызнулся Ренми.       – Ну, с демонами-то мы расправились успешно, – парировала я, не поворачиваясь.       – Нет, ты слышал её? – обратился мечник к другу. Да что он так зацикливается?!       – Сначала спасём людей, – тяжело вздохнул он, прерывая тираду. – Амайя, расклад такой: люди заметили, как кто-то неизвестный ночью уходил в сторону леса, слышались крики детей. Народ не высунулся, боясь, что их тоже постигнет что-то страшное, потому что такие случаи не в новинку здесь.       Мне не нравилось, когда меня так фамильярно называли малознакомые люди, но я не стала заострять внимание сейчас. Удивлением стало то, что он вообще помнил, как меня зовут.       – Лес большой. Как найти в нём демона? – задумчиво спросила, скрестив руки.       – Деревья не густые. Мы уже отправили наших воронов уз, чтобы поискали с высоты. Эти птички довольно полезны, когда нужно найти кого-то, – улыбнулся очкарик.       – Поэтому мы прогулочным шагом идём? – поняла я их задумку. Умно.       – Ага, – мне кивнули. – Но всё равно, давайте поторопимся. Стоит самим поискать, вдруг вороны чего не увидят.       – Эй, Нагарэ, глянь, – сказал Ренми, указывая на окроплённую кровью траву. Можно подумать, что это грязь, но если посмотреть поближе, то действительно – засохшая кровь.       Я стояла, прислонившись к дереву, наблюдая за действиями парней. Если они разбираются, то я не буду мешать. Со своей наблюдательностью я буду лишней в поисках. Я мало что могу, помимо убийства демонов, до этого мне не особо приходилось искать цель.       Ренми и Нагарэ, чьи имена я теперь точно помнила, пошли вперёд, внимательно смотря на землю, я поплелась следом. Мы так долго блуждаем, что уже солнце близиться к горизонту, а пришли мы, вообще-то, утром! Велика ли вероятность, что детей не съели? Я не озвучила свои предположения, не желая злить Ренми, он и без меня нервный какой-то.       Чем дальше мы шли, ведомые спешащим Ренми, который что-то видел в том, как примята трава, тем страннее окружение становилось. На деревьях были выцарапаны символы, не похожие на кандзи или подобное; скорее, они выглядели, как простые рисунки. Ещё в землю были вбиты бруски, на которых находились такие же знаки, но начерченные красным, не кровью.       Теперь тропа под ногами стала отчётливой, мы побежали, видя, как засохшей крови местами становится чуть больше.       На месте. Множество веток были сложены так, что это напоминало шалаш, через который не проникал солнечный свет. Двери не было и можно было видеть, как в тени сидит фигура, склонившись над маленьким костром. А рядом с шалашом была яма, из которой доносились усталые стоны.       Ренми среагировал быстрее всех, я даже не поняла, когда он успел использовать Дыхание, словно всю дорогу он готовился мгновенно напасть.       – Дыхание Тумана. Четвёртый стиль: Удар адвекции, – сказал он обволакивающим голосом, таким же, как его техники, призванные сбить с толку противника и незаметно от него избавиться. Он не был очень силён: любое Дыхание визуализируется в зависимости от силы использующего – его лишь оставляло после себя лёгкий дым, но видно, что он стремится делать лучше, чем от него ожидают. Меня он точно удивил этой решимостью.       Демон встрепенулся и вскочил, вертя головой, клинок поцарапал ему горло, вместо того, чтобы снести башку.       Не отстав от Ренми, я применила Первый стиль, случайно при этом ломая бревно в центре, на котором держался шалаш. Демон упал на колени, почувствовав неладное, и получилось так, что я просто срезала ему зелёную макушку. Какие они вертлявые пошли! Надо мне больше тренироваться.       Демон выглядел довольно... плеснево.       – Это демон или мох? – с омерзением спросила я, затылком ловя палки, из которых состояли стены. После второй я выставила руку над головой, следя, куда ползёт демон, чтоб не убежал.       – Знаете, у меня так же чай выглядел, когда я его на неделю оставил, – протянул Ренми, высматривая со мной демона под ветками. На солнце он не сможет выползли – сгорит, а значит, попытается спрятаться.       Я хрюкнула со сравнения.       – Эй! – демон был возмущён тем, что мы его обсуждаем, и даже уязвлёно обернулся на нас, высунувшись из-под палок.       Ренми снёс ему голову тут же.       – Правда, мох какой-то, – он брезгливо вытер катану о штанину, пока демон растворялся.       Мы вылезли, перешагивая через древесину, поспешив к Нагарэ, который, оставив демона нам, занялся пострадавшими. Мы с Ренми синхронно посмотрели в яму.       – Вы-вытащите н-нас... – попросила бледная худая девочка с опухшими глазами. Второй ребёнок не двигался. Ран не видно. Но...       – ... – я мельком покосилась на парней, желая понять: это я вдохнула не тех спор или тут действительно применён самый неожиданный способ удержания пленных. – Грибы?       – Эм-м, ну да, – пожал плечами Нагарэ, аккуратно скатываясь в яму, где буквально всё пространство было заполнено грибами, даже тела детей оплели тонкие грибы эноки, связывая их.       – Чертовщина, – сказали мы с Ренми одновременно и уставились друг на друга. Он хмыкнул, присев, чтобы подхватить на руки девочку, которую передал наверх Нагарэ. Бессознательного ребёнка взяла я, хватая свободной сокомандника за предплечье, чтобы вытащить из дыры.       Нагарэ кивнул, обрезая ножки грибов вокруг ребёнка. Мальчик дышал, всё нормально.       – Ты как? – Ренми держал за плечи девочку, которая еле могла сидеть. Его тон был мягким, словно он пытался показать ребёнку, что всё хорошо и бояться нечего.       – Е-есть хочу... – умоляюще сказала она. Девочка была очень худой, как и брат, по ним было видно, что они и так не особо хорошо питались, а теперь ещё и провели в грибной яме около двенадцати часов или того больше. Запах грибов тоже, возможно, прибавлял желания поесть.       – Мальцу тоже не помешает, он мог от голода потерять сознание, – изрёк Нагарэ, сдуваясь. Еды ни у кого не было с собой,       – Тч, не надо было отдавать еду тому воришке, – я раздосадованно подпёрла щёку кулаком.       – Чего? Зачем? – Ренми посмотрел с непониманием, оставляя девочку на нас с Нагарэ, сам подходя к краю ямы.       – Мэ, не важно, – я наблюдала, как он что-то выглядывает.       – Что ты делаешь? – спросил Нагарэ интересующий нас обоих вопрос.       Парень срезал грибы у дерева возле ямы, промолчав.       – Они это есть не будут, – Нагарэ предупредил своего друга тоном, будто тот предложил какую-то гадость.       – Мой дедуля был тем ещё грибником, уж поверь, я не отравлю вас! – усмехнулся он, на секунду обернувшись. – Вы там это, костёр разведите что-ли, Амайя, Нагарэ, – попросил он, увлечённый своим делом.       – Я не очень умею, – открестилась я. Нагарэ окинул меня скептическим взглядом, вставая с тяжёлым вздохом.       – Мы делаем так только потому, что до города идти долго, а им нужна забота прямо сейчас, – придумал себе аргумент он, ломая палки, которые раньше были стенами жилища демона, и сооружая из них небрежный костёр.       Ренми насаживал грибы на ветки и сидел жарил, как ни в чём не бывало. Детей привели в чувство и сейчас они с нетерпением ждали новой порции. Ренми легко нашёл к ним подход (лично я считаю, что из-за еды в его руках) и они ему рассказали о произошедшем ночью, после того, как демон ворвался в их дом.       – Он сказал, что давно высматривал ненужных деток, чтобы никому не было грустно, если он заберёт нас, – девочка рассказывала без намёка на страх, даже с ноткой смеха. Её босая нога была перебинтована из-за множества царапин. Возможно, в какой-то момент её тащили по земле. Но она держится бодрячком, словно у неё каждый день такое. – Бросил нас туда и сам пошёл готовить. Сказал, что хочет съесть нас с хорошим гарниром. Что бы это не значило, – рассказала она, а потом скривилась. – И ещё он ужасно пел, когда готовил.       Её брат поддакивал, громко чавкая. Казалось, они не смогут даже смотреть на грибы после всего того, что с ними случилось. Или у голодных людей отсутствуют такие мысли? Да, когда отец заставлял меня несколько дней подряд тренироваться в горах, я была готова съесть первое, что попадётся под руку. Но у меня, в отличие от этих детей, всегда была горячая еда дома, в моменты, когда мы с матерью оставались вдвоём без постоянно гоняющего меня по всем приёмам отца.       – Ужас, ребят. Хорошо, что вы целы, – Ренми нервно рассмеялся, вручая детям очередные ветки с грибами. – Нагарэ, не смотри таким голодным взглядом! Десять минут подожди!       После того, как дети наелись, Ренми сделал еду на нашу долю. Вкусно. Я даже так готовить не умею.       – А вы знали, что эти грибы растут на мертвечине? – блаженно жуя свои грибы, поведал нам Ренми.       Я подавилась от его заявления. Нагарэ похлопал меня по спине, побледнев. Демон съел явно больше людей, чем дети, которых мы спасли. Может ли быть, что их останки он сбрасывал в ту же яму, откуда мы вытаскивали детей?       – Я имел в виду, на мёртвых деревьях, – поняв, как прозвучали его слова, он виновато рассмеялся, почесав кончиком ветки щеку.       Медленно кивнула, откладывая ветку с грибами в сторону. Кажется, я наелась...       – Я никогда так не ела, спасибо, братец, – поблагодарила девочка, довольно выдыхая. Они сидели под хаори Ренми, которое тот отдал им, чтоб они не мёрзли. Не знаю, было ли оно тёплым, но точно было большим и просторным даже для самого парня. Солнце уже зашло.       – Да не, грибами особо не наешься, – хмыкнул Ренми.       Нагарэ, тоже не рискнувший есть дальше, облокотился на колени. А мой ворон стащил у него гриб покрупнее и отлетел ко мне на колено. Хоть рот зактнут.       – Значит, как придёте в себя, мы отведём вас домой, раз Какуши задерживаются, – постановил он.       – Кто? – девочка склонила голову набок.       – Добрые люди, которые подчистят это место, будто того демона и не существовало, – добродушно пояснил Ренми. Ренми.       – А что, это прям демон был? И куда вы его дели? – спросил мальчик хрипло. Ставлю на то, что охрип он от того, что громко кричал накануне. И он с сестрой не видел того, как Ренми убил демона.       – Э-э-э, ну, – Нагарэ обернулся на меня и Ренми.       – Да. И мы изгнали его. Ну знаете, как это с нечистью бывает, – придумал его друг отговорку, не напрягаясь.       Я не встревала в беседу. Мне нечего было говорить. Хотя сидеть так и слушать их разговоры было приятно, у меня никогда не было подобного опыта. Мой круг общения заканчивался на родителях и редких людях, с которыми приходилось коммуницировать по нужде.       – А, так вы экзорцисты?       Ребята рассмеялись. Я хмыкнула, подумав, что мы занимаемся уж очень радикальным методом экзорцизма. Но и демоны не такие безобидные, как в страшилках, и ничего общего с нечистью не имеют, одно название. На деле – обращённые в голодных тварей люди, пожирающие других людей, становясь сильнее. Экзорцизм, увы, не поможет, только особая сталь из руды с горы, освещаемой солнцем, которое смертельно для демонов. Теоретическую основу я волей-неволей знала.       Когда мы пошли обратно, дети уснули. Их несли Ренми и Нагарэ, я спокойно шла без ноши.       – А ты что будешь делать? – Нагарэ обратился ко мне. – Можешь идти, если хочешь, мы сами справимся.       Я помолчала с полминуты.       – Если нас объединяли два раза подряд – продолжат, – ответила я, смотря под ноги. Прошлая встреча с ними забылась, теперь они казались вполне нормальными парнями.       – У нас расширение команды, выходит, – усмехнулся Ренми, но потом его лицо стало серьёзнее. – Ты только убавь надменности в голосе. Это напрягает. Будто меня ругает каждое твоё слово.       – А? – я возмущённо уставилась на его затылок. – Неправда, я не звучу так, – неуверенно произнесла я. Нет, я ведь пыталась говорить мягче, что не так?..       – Именно так ты и звучишь, – оборачиваясь, тихо усмехнулся Ренми, чтобы не разбудить спящую девочку.       – Чуть больше позитива, Амайя, а то мы тебя боимся, – легко толкнул меня локтем Нагарэ.       – Эй, что?! Это враньё!       На меня шикнули за повышенный тон. Я недовольно запыхтела.       – Вот примерно так, но без угрозы, – наставительно улыбнулся Нагарэ.       Глубоким вечером мы вышли на не освещаемую улицу, разбудив детей. Они сразу побежали стучаться в дом. Я наблюдала издалека вместе со своими новыми сокомандниками, как они долго прождали, а потом к ним выбежала их сестра, крепко обняв, и утащила в дом. В окне было видно, как зажглась свеча. Семья и в правду была нищей, но заключения демона о том, что эти двое были ненужными, оказались ошибкой. Их возвращению были рады.       – Кто куда, а я жрать, – громко сказал Ренми, подняв руки. Он поволок Нагарэ за локоть в приличную часть города. Нагарэ успел схватить меня за рукав, утаскивая следом.