Тише воды, ниже некуда

Власова взяла с Ваниного стола папку с распечатками и подумала, что камеры Службы обязательно её заметят. Всю дорогу до работы утром она размышляла о том, как провернуть эту авантюру для Вали, но и не нарваться на проблемы для себя. Всё сводилось к тому, чтобы просто попросить у Тихонова возможность якобы самой изучить историю звонков Богачёва. Она боялась лишь того, что в глазах гения это будет выглядеть подозрительно. Открыв папку, Рита пробежалась по листкам глазами: Тихонов не удосужился даже ни подписать что-то, ни выделить, хотя уже почти неделю работал над этим. Она вспомнила, как чётко и профессионально всегда поступает Валя, как конспектирует допросы, как оставляет на рабочем столе письменные напоминания для себя. Ваня, по мнению Риты, гонял балду примерно столько же, сколько рабочее место Антоновой пустовало. Без Вали не было смысла приходить в лабораторию, появляться в буфете, и даже в коридорах было скучнее. За размышлениями Рита не услышала, как за ней открылась дверь и вошёл Ваня. Понять, что больше не одна в лаборатории, она смогла, лишь когда щиколоткам стало холоднее прежнего. — Привет, — Власова обернулась на Тихонова и нервно перехватила папку с распечатками. Она хотела, чтобы Ваня всё увидел своими глазами и чтобы даже мысли не возникло, будто она прячется. — Ага, доброе утро, — по Ваниному тону нельзя было сказать, что Рита его хоть мало-мальски беспокоила. Настроен он был вполне аскетично. — У тебя что-то есть для меня? — он кивнул на папку в её руках. Рита проследила его взгляд и напомнила себе держать лицо. Врать всегда было страшнее и сложнее остального, потому что тело выдавало её каждый чёртов раз, когда стоило только задуматься о лжи. — А, нет, это распечатки с телефона убитого, — голос случайно сорвался на нервный смешок, но Власова мгновенно собралась и безапелляционно выпрямила спину. — Хотела посмотреть, что тут есть. Можно? Вечером верну. Чтобы доказать чистоту своих намерений, Рита выкинула вперёд обе руки, в одной из которых была зажата папка. А Тихонов заметил только то, с какой силой Власова сжимает на ней пальцы, что они аж побелели. Однако голова утром до чашки кофе соображала плохо, поэтому странным он это не нашёл. — Да, конечно, — Тихонов согласно кивнул. Редкий оперативник вмешивался в дела лаборатории, у них и своей работы обычно была огромная куча. Но по текущему делу активно шёл поиск версий и подозреваемых, так что опера сидели, ничем себя занять не могли. Буквально за десять минут до этого Ваня видел Майского, который слонялся по офису, болтал с лаборантками и обтирал собой стены. Ваня не знал, что Власовой ещё отчёт по вчерашней слежке строчить, поэтому для себя рассудил, что она пытается хоть какую-то деятельность освоить, перекладывая бумажки. Он с миром отпустил её этим и заняться. Власова шла по коридору, неся папку, а самой ей казалось, что люди вокруг наблюдают и уже всё о ней знают. С момента, как Антонова поселилась у неё, каждый день был для неё пороховой бочкой. Она хоть и была всегда смелой, отважной, бойкой, сейчас ходила по лезвию ножа — и было страшно, что её располовинит. Власова не понимала, за себя или за Валю она тревожится больше. За последние дни про Рогозину она успела наслышаться разного, и все факты складывались в одну картинку: с дочерью полковник не церемонится. Если Антонова вдруг попадёт ей в руки, то девочке не жить — и Рита решила ни за что этого не допустить. × В Службе Власова отфотографировала Вале каждую страничку из папки. Хотелось бы принести всё в том виде, как оно есть, но Тихонов бы не позволил. Рита подумала, что проще будет сфотографировать, а потом открыть фотографии на ноутбуке. Валя вернулась вечером чуть раньше. Пока она переодевалась и принимала душ, Рита разогрела ужин на двоих и принесла на кухню ноутбук. Звук льющейся воды из ванной наполнял Власову приятным чувством ностальгии по прежним временам, когда она возвращалась домой не просто, а к кому-то. Когда вечера и выходные были не одним бесконечным молчанием, а возможностью побыть ближе с тем, кто очень дорог и важен. Казалось, для неё это было в прошлой жизни, и она уже почти смирилась с одиночеством и пустотой комнат. Но появление Вали вдохнуло в квартиру жизнь, а самой Рите дало ощущение крыльев за спиной. Именно на этих крыльях она летела домой. Было так странно, что одна девчонка, которых во всё мире не счесть, с первых секунд знакомства так глубоко залезла Рите в голову. Повидавшая многое и решившая ничего общего с людьми больше не иметь, она не могла принять в себе никаких непозволительных чувств. Не могла признаться себе, что её тянет к Антоновой со всех любовных точек зрения. Валя, будто специально провоцируя Риту на запрещённые мысли, вышла из душа в полотенце. Она не видела в этом чего-то необычного, однако знатно пощекотала Власовой нервы: та совершенно забыла, зачем они собрались на кухне. — А где распечатки? — Антонова села за стол и тут же положила ложку в рот, прикрывая глаза от наслаждения: за весь день ей удалось только за завтраком перехватить йогурт, а днём в пекарне полакомиться булочкой — так что картошка с мясом тогда показалась невероятно вкусной. Рита внимательно проследила за ней, за тем, как меняется её выражение лица, и как она, поджимая губы, жуёт. Впервые Власова очень осознанно разглядывала Валю и удивлялась тому, что она сочетает в себе детскую непосредственность и природную грацию. У капитана онемели кончики пальцев. — Рита-а, — Валя пощёлкала перед глазами Власовой, и только тогда та заметила, что и Антонова пристально за ней наблюдает. — Да, прости, — капитан помотала головой, сгоняя остатки морока. — Всю папку мимо Тихонова было сложно пронести, поэтому только фотографии, — она повернула экраном к Вале ноутбук, где уже открыла первую фотографию с первой страницей из папки. Валины глаза тут же забегали вверх-вниз по экрану, а рука потянулась к мышке. Мимолётное касание пальцев на той не вызвало в Антоновой ничего, сохранив её полное равнодушие. А вот Риту неплохо так прошибло, что она даже подорвалась с места и отправилась в ванную. Холодная вода не помогла. Сколько Власова ни мочила лицо и руки, это не работало: пожарище внутри потушить было нельзя. Взглянув на себя в запотевшее зеркало, она представила, как недавно в нём отражалась Антонова, выпорхнувшая из душа. И тут пришло осознание — пока Валя здесь, Власова ничего с собой не сделает. Так и будет постоянно о ней думать, на ней останавливаться, ею засматриваться. Возвращаться на кухню не хотелось, но долгое отсутствие могло бы заставить Валю инициировать поиски, что, собственно, не лучше. Рита выдохнула и вышла из ванной. В коридоре воздух был значительно свежее, и всё тело в тот же момент показалось целиком липким. Но Валя помогла быстро отделаться от этой мысли: — Рит, смотри! Власова вернулась на кухню и застала её с телефоном в руках, что-то активно там ищущую. Стоило только подойти ближе, Валя подняла голову, улыбнулась и повернула экран ноутбука: — Убитому на протяжении двух месяцев с разной периодичностью звонили с семи разных номеров, причём разговоры не длились дольше пяти-шести секунд, — Антонова ткнула на строчки, на которые стоило обратить внимание ещё Тихонову, с самого начала этим занимавшемуся. — О чём можно успеть сказать за пять секунд? — Рите показалось, что её вопрос вполне логичен. Она пока не понимала, к чему клонит Антонова, но по торжеству на её лице увидела, что идёт верным путём в выстраивании диалога. — Вот именно, — Валя, довольная собой, возвела один палец вверх. — Если предположить, что его терроризировали звонками, то всё складывается в одну картину. Я проверила, — она покрутила телефон, — все номера куплены без регистрации, значит, звонивший или звонившие не хотели, чтобы их узнали. Звонки такие короткие, потому что там либо в трубку молчали, либо бросали какую-нибудь короткую фразу, могли угрожать. А номера разные, чтобы легче было запутать самого нашего погибшего. Рита кивнула, потому что рассказ Вали для неё имел больше смысла, чем все остальные версии. При расследовании они отрабатывали и жену, и любовницу, и всех возможных врагов, но не отрабатывали тех, кто даже лицом перед ними не светил. — Голову на отсечение даю, что при определении геолокации звонков выяснится, что звонившие находились в одной соте, — Антонова после созерцания стены вернулась взглядом на Риту и посмотрела той чётко в глаза. — Только вот как это проверить без доступа к рабочим программам? Рите прказалось, что она уловила в этом тонкий намёк. × Тихонов изо всех сил пытался поверить Рите. Она была очень убедительна, однако её слова контрастировали с тем, какой она ему представлялась. Не зная того, что она говорила с ним заученными от Вали словами, он нашёл все её аргументы чёткими и доказанными. Ненамётанному взгляду было бы тяжело заметить, но он увидел то, что она от него хотела: среди дикого количества звонков убитому бизнесмену действительно повторялись некоторые номера. Все эти вызовы по несколько секунд были разбросаны так, что один и тот же номер мог не повторяться по паре недель: так преступник пытался затеряться в потоке с остальными контактами. Ваня подумал, что если бы такое было с обычным работягой, в день принимающим по одному звонку, то план с треском провалился бы. А вот с бизнесменом, который плотно общается с несколькими людьми параллельно, это вполне возможно. И больше Тихонова в моменте возмутило не то, что предполагаемый преступник так сделал, а то, что до этого догадалась именно Власова. Он сам пропустил, а она — нашла. Закрались некоторые подозрения. — А как ты вообще дошла до этого? — Ванины брови вопросительно взлетели вверх. — У меня было много свободного времени, — Власова старалась быть терпеливой, но притом не выдать и своего страха быть пойманной за руку. — Так ты пробьёшь геолокацию? — Конечно, конечно, — закивал Ваня, и его пальцы тут же пустились в танец по клавиатуре. То, что происходило тогда на мониторе, для Риты было тёмным лесом. Власова немного успокоилась, потому что ей показалось, что она вышла на финишную прямую. Ей оставалось лишь, как и просила Валя, узнать примерный круг, откуда звонили, и тогда можно было бежать. Но её планам было не суждено сбыться: перед самым финишем она столкнулась с Рогозиной. Было стойкое ощущение, что Галина Николаевна нагоняет её каждый раз, когда она хотя бы на полшага вырывается вперёд. Что дышит ей в спину. Что вот-вот схватит за горло и сожмёт на нём пальцы. Рогозина вошла в лабораторию, и Рита замерла. Пока начальница накидывала халат на себя, Тихонов не отвлекался, а внутри Власовой становилось холоднее. Начальница опустила руки на стол рядом с клавиатурой Ивана. — Галина Николаевна, хорошо, что Вы пришли. Тут Рита такое нашла, — Тихонов не выглядел восторженным, но ему явно нравилось сообщать отличные новости. Он чуть повернул монитор Рогозиной, и та внимательно посмотрела. Ваня рассказывал так, как накануне рассказывала Валя: многое было ясно лишь интуитивно. Рита не разбиралась в сотовых связях, лишь радовалась тому, что её телефон умеет звонить, поэтому значение слов приходилось переспрашивать. На то она и была оперативником — собирала улики, вела допросы, ловила преступников. Ей до компьютеров было как до лампочки. — Интересно, — Рогозина хмыкнула, складывая руки на груди. — Эту версию надо отработать. Ты геолокацию звонков определил? — Ваня сразу же открыл карту города, где в одном районе собралось множество красных точек. — Сделай распечатку для Риты с Серёжей. Власова всё это время тревожно стояла рядом. Спина была натянута, точно струна, и в мышцах уже чувствовалось напряжение. — Рита, кстати, я всё ещё не увидела твоего отчёта, поторопись, пожалуйста, — как только принтер выплюнул бумагу, Галина Николаевна взяла распечатку и протянула её Власовой. Капитан медлила всего секунду, а потом взяла бумагу и исчезла где-то в коридорах Службы.