Осколки

      Мир духов              – Сугуру!       Годжо шел по ночному лесу, чувствуя остатки своей проклятой энергии где-то далеко впереди. Сатору сам долгое время отдавал Сугуру частичку себя и смотрел, как крепчает душа Гето, как постепенно возвращается его память. Это было правильно, это было тем, чего Годжо хотел… но в итоге оказалось невообразимо сложно.       «Я ведь подозревал, что так будет, – думал Сатору. – Я знал, что у меня не найдется для Сугуру историй о нашем счастливом прошлом».       В последнее время Гето вел себя очень отстраненно. Он витал в своих мыслях и не слишком радовался прикосновениям Сатору, хотя тело его реагировало так же остро и чувствительно, как и всегда.       Этой же ночью Годжо проснулся и понял, что лежит в постели один. Он даже не услышал, как Гето ушел. Очевидно, это было сделано очень скрытно и тихо.       – Сугуру, блин! Хватит бегать и давай поговорим!       Почувствовав след своей энергии уже гораздо ближе, Сатору телепортировался в ту сторону. Он наконец-то сумел догнать Сугуру. Хотя, как оказалось, тот больше не убегал. Гето стоял, прислонившись спиной к древесному стволу и скрестив руки на груди.       – Сатору, – он улыбнулся, но улыбка эта Годжо не понравилась, – есть один вопрос, который я давно хотел тебе задать. Но все откладывал: сперва по наивности душевной, а потом как-то к слову не пришлось.       – Что за вопрос? – Годжо приподнял брови.       Сугуру подошел ближе, заглядывая прямо в глаза. Он больше не улыбался и едва сдерживал досаду и гнев.       – Как, проклятие тебя побери, ты умер?!       Сатору на мгновение забыл, как дышать: в темных глазах напротив отражалось полное осознание происходящего и та глубинная мудрость, что всегда сводила его с ума. Гето Сугуру снова был собой.              ***       Спустя час в Мире духов…              Гето стоял у воды. У того самого озера, где в темных водах плавало тело Сатору.       На небе уже розовел рассвет, и отблески лучей солнца понемногу освещали кроны причудливых деревьев, неподвижную водную гладь, задумчивое лицо Сугуру.       – Значит, твое тело здесь? – спросил Гето.       – Ага, – Сатору стоял рядом, за его плечом.       Он все рассказал Сугуру по дороге. Во время рассказа Гето не произнес ни слова.       – И ты время от времени возвращаешься в него, чтобы оно не разложилось…       – Ага.       – Тратишь драгоценную проклятую энергию на восстановление, плюс разбрасываешься ей по этому миру и еще на меня хватает…       – Ну…       – Как ты мог? – горько произнес Сугуру.       – Мог что?       Гето обернулся и посмотрел на Годжо, как на идиота.       – Ты еще спрашиваешь? Все это! Ведешь себя, как ребенок. Ты должен беречь свою жизнь, копить силы, раз уж оказался заточен в этом артефакте. Должен победить этого ублюдка, забравшего мое тело и отправившего тебя сюда, а не тратить энергию на мертвецов!       – «Должен», – Годжо рассмеялся, хотя ему было совсем не смешно. – И ты туда же.       Их взгляды снова встретились, и гнев в глазах Сугуру стал утихать. Казалось, Гето вспомнил что-то из прошлого, и снова смог увидеть то, что прячется за бирюзовыми, наполненными бесконечностью глазами.       – Ладно, я скажу тебе, как я мог, – Сатору чувствовал, что начинает злиться. – Да я просто задолбался! «Ты сильнейший!», – говорят они мне, но я вынужден плясать под их дудку. «Ты можешь все!», – слышу я со всех сторон, но по факту я не смог спасти любимого человека. Я должен всем помогать, чтобы все были счастливы… но сам я вынужден жить «как надо», а не как я хочу, потому что мое желание – это каждый день просыпаться в одной постели с тобой!       Сугуру, не отрываясь, смотрел на Сатору, и на его лице все более явственно отражались удивление вперемешку с неверием.       – Думаешь, я идиот? – Сатору хмыкнул. – Да, я идиот, и эгоист. Я не умею в выражение чувств, с этим у меня полный провал. А с осознанием их ещё тяжелее. Да, в прошлом я многое делал неправильно. Но даже такой идиот, как я, за более чем десять лет своей жизни сумел понять: я тебя люблю! Ты дал мне все лучшие качества моего характера и все лучшие воспоминания моей жизни. Я чувствую счастье, только когда я с тобой! Я прожил целый год со знанием того, что ты мертв, притом от моей руки. И знаешь? Мне хватило с лихвой. Я наелся! Я больше никогда не хочу испытывать это вновь!       Сугуру, до этого смотревший на него широко распахнутыми от удивления глазами, горько произнес:       – Тогда почему ты не ушел со мной, когда я звал? Я верил тебе. Ты был мне нужен.       – Я не мог, – Сатору встретил его взгляд. – Иначе стал бы не тем, кем ты хотел меня видеть.       – О чем ты?       – А ты и не понимаешь?.. Слушай, ты ведь тоже не сахар. Я не могу брать на себя ответственность за твою слетевшую кукушку…       – Чего?! – вспыхнул Сугуру.       – …но мне на это плевать! Мне пришлось смириться и закрыть глаза на твои преступления, я до сих пор пытаюсь понять твоё мировоззрение и разобрать тараканов в твоей голове! Я люблю тебя таким, какой ты есть, потому что это ты! Не надо так смотреть на меня: ты тот ещё шизик, пора это признать.       – С чего это?!       – Ты свихнулся и людей убивал!       – Не тебе судить меня, - ощетинился Сугуру.       – Может и не мне.       Сугуру снова отвернулся.       – Ты просто невыносим! Самоуверенный, эгоцентричный…       – …идиот, ага. Мы та еще парочка, правда? Идеально подходим друг другу!       Сугуру еще некоторое время стоял в возмущении, уставившись на поверхность озера, но все же сдулся, резко отпыхнув. Он сел на изумрудного цвета траву, совсем близко к воде. Немного помолчал, после чего глубоко вздохнул.       – Знаешь, – произнес Гето, – а я ведь больше не хочу убивать. Во мне больше нет той всепоглощающей жажды возмездия. Наверное, она угасла еще перед моей смертью. Зато теперь во мне есть другое: постоянная навязчивая мысль, что мое тело захвачено и больше мне не принадлежит. Я не могу упокоиться. Я становлюсь одержимым, – он обхватил голову руками. – Зачем, Сатору? Зачем ты пришел ко мне и вернул мне память и надежду? Ведь даже если твои слова о любви – правда, рано или поздно ты все равно покинешь меня, ведь я мертв…       – Не-а, – Годжо сел рядом и обнял Гето, притягивая к себе, – мы уйдем вместе.       Сугуру снова пораженно уставился на него.       – Что?.. Как?..       – Пока не знаю, – честно признался Сатору. – Но душа твоя жива, тело тоже. Дело за малым.       После этих слов Годжо наконец увидел в глазах Гето, прежде одержимых и покрасневших, искорку надежды.       – Я найду способ. Обещаю, – он взял ладони Сугуру в свои. – Но в ответ ты должен пообещать мне, что пойдешь за мной до конца и будешь вместе со мной бороться за свою жизнь и наше счастье.       – Ты собираешься победить смерть? – Гето неверяще смотрел ему в глаза.       – Почему бы и нет? Ее мы еще не побеждали.       Сугуру опустил взгляд.       – И почему я всегда верю тебе… – пробормотал он.       – Потому что ты меня любишь! – улыбнулся Сатору, поднимая его лицо за подбородок.       Сугуру слабо улыбнулся в ответ.       – Я обещаю.       – Отлично! – радостно воскликнул Сатору. – Тогда выходи за меня!       Гето от неожиданности выпучил глаза.       – Ч-чего?..       – Ну, выходи за меня! Я люблю тебя и хочу, чтобы ты был моим мужем. А я стану твоим, – Сатору сжал ладони Сугуру в своих. – Мы понятия не имеем, когда представится возможность свалить отсюда, так почему бы пока просто не жить, как нам хочется? Ну? Скажи «да»!       – Да-а, – протянул Сугуру со смешинками в глазах, – а еще меня называешь безумцем…              ***              Несколько дней спустя в Мире духов…              Свадьбу играли поистине масштабную и роскошную, торжество проходило в самом центре города. Так хотел Сатору. Сугуру предпочел бы тихое мероприятие только для них двоих, но Годжо так сильно умолял и канючил, что Гето все же сдался. К тому же, практично решил, что в большом мероприятии тоже есть свои плюсы: чем больше гостей, тем больше подарков, многие из которых могут оказаться полезными.       Гостями были прихожане Храма, соседи из деревни, и все горожане, пожелавшие «заглянуть на огонек». Маг, пришедший на церемонию без подарка, считался скрягой. Пока Сатору неугомонно носился по площади, украшенной им самим, создавая все новые и новые развлечения и удобства, Сугуру встречал гостей, беседуя с ними.       Самую важную часть церемонии проводила, по просьбе Сатору и Сугуру, та самая бабуля-маг, бывшая гейша, которую, как оказалось, звали Кику-сан.       – Отныне я соединяю ваши души, – объявила она, – и да пребудут они вместе в печали и в радости, в жизни и в смерти, и да не будет время властно над этой великой любовью!       После этого Кику-сан достала алую нить, явно магического происхождения, и обвязала ее концами мизинцы Сатору и Сугуру. Нить стала невидимой. Она растягивалась на любое расстояние, но отныне всегда была с любящей парой и могла быть разорвана лишь неизбежной разлукой от удара судьбы.       – Это мой дар, – объяснила Кику-сан после церемонии. – Я попала в этот мир давным-давно, почти разочаровавшись в любви, и всегда ждала, когда же появится тот, кто заставит меня вновь поверить в это чувство.       Едва стемнело, Годжо устроил фейерверк, самый грандиозный в своей жизни, а в данном случае, смерти. Но Сатору не чувствовал себя мертвым: именно сейчас, в этот день, его душу распирало от чувств и эмоций, радости и вдохновения. Он выражал это внутреннее состояние, как умел: тысячи разноцветных огней долгое время освещали город, вспыхивая и расцветая в небе причудливыми фигурами и картинами, рождая в каждой душе этого мира восторг, трепет и восхищение красотой.              ***              Поздним вечером, уже дома, Сугуру сидел в комнате за столом и внимательно рассматривал карту, подаренную им каким-то магом.       – Тебе понравился фейерверк? – Годжо подкрался сзади и сел, обняв Гето за талию.       – Разумеется, – Сугуру повернул к нему голову и нежно поцеловал. – Это было невероятно: ты явно оторвался на сто процентов. Голова не кружится?       – Немного, – проканючил Сатору. – Пошли в постель.       – Сначала посмотри, что я нашёл, – Гето хитро улыбнулся. – Это определённо то, что мне нужно. Отличный подарок!       Годжо посмотрел на карту:       – По слухам, здесь хранится оружие, которое осталось после смерти древнего мага: клинок, способный поглощать проклятия и проклятых духов… прямо как твои способности.       – Ага, которых у меня сейчас нет. Так что, завтра же в путь?       – Тут вроде как сильный монстр. Я-то с ним справлюсь, но ты…       Сугуру резко развернулся, повалив Сатору на пол и сев на него сверху. В следующий миг он сердито занес кулак над носом Годжо:       – Тебе навалять?       – Нет, это же наша первая брачная ночь! – заныл Сатору. – И за что?!       – За то, что сомневаешься в моей силе.       – Не то чтобы сомневаюсь… – на самом деле, Годжо просто беспокоился.       А вот сейчас подумал: с чего бы? Сугуру вернул себе память, а значит, восстановил все навыки тела. И пусть сейчас у Гето не было проклятой энергии, он все же был отличным бойцом. Сатору невольно вспомнил те времена, когда они с Сугуру сражались против проклятий на равных: бок о бок, спина к спине. Они оба были сильнейшими, и тогда Годжо чувствовал, что он не один.       «Хотелось бы вернуть то время…»       – Я двигаюсь не хуже тебя, – будто подтверждая мысли Сатору, заявил Гето. – Мне просто нужно разжиться божественным оружием.       – Ладно, ладно, твоя взяла! Завтра идем на монстра, – осклабился Годжо, после чего игриво стиснул ягодицы Гето, обтянутые тканью юкаты. – А теперь можем мы уже перейти к брачной ночи?       Сугуру наклонился к Сатору, почти ложась на него, и шепнул:       – Не терпится, да? Только у меня вопрос.       – Какой? – мурлыкнул Годжо.       – Почему по утрам задница ноет именно у меня?..              ***              – Ай! – жалобно пискнул Сатору, больше для приличия и чтобы его пожалели.       – Не придуривайся, – Сугуру игриво провел языком по его груди и прикусил губами сосок. – Я уже долго тебя подготавливаю.       Гето сидел на футоне, откинувшись спиной на подушки, а Сатору стоял перед ним на коленях, поставив ноги по обе стороны от его бедер и положив ладони на плечи. Сугуру активно растягивал его пальцами, притом Годжо не единожды подмахивал задницей навстречу.       – Дальше сам, – горячо шепнул Гето. – Будь хорошим мальчиком.       Сатору состроил страдальческие глазки, и Сугуру, не устояв, тотчас утянул его в жаркий поцелуй. Пока они целовались, не отрываясь и покусывая губы друг друга, Сатору медленно опускался на член Сугуру, тихо постанывая. Сев на всю длину, он обнял Гето за шею, переводя дыхание.       – Больно, – простонал Годжо с видом беззащитного котенка.       – А кто в этом виноват, мм? – Сугуру нежно прошелся пальцами от его шеи вниз по позвоночнику и ущипнул за ягодицу, отчего Сатору вздрогнул. – Кто воспользовался моей потерей памяти, моей невинностью, и чуть что – оказывался сверху?       – Я и сейчас сверху! – попробовал отшутиться Годжо.       И тут же выгнулся всем телом, не сдерживая стона, когда Гето резко толкнулся бедрами, проникая в него еще глубже и задевая особо чувствительную точку.       – Почаще бывай сверху вот как сейчас – и будет не так больно, привыкнешь, – мило улыбнулся Сугуру и снова толкнулся в Сатору, вызвав очередной стон удовольствия.       Годжо начал двигаться на нем сам, то приподнимая ягодицы так, что внутри оставалась только головка члена, то садясь на всю длину. Сначала его движения были медленными, но он явно не мог долго держать такой темп, желая большего, еще и еще. Сатору прижимался крепче к Гето, который покрывал его шею жадными поцелуями, и, запрокинув голову, стонал, не сдерживаясь, потому что сдерживаться не привык.       – Блин, Сугуру, как хорошо…       Их губы вновь слились в страстном поцелуе. Гето обхватил ладонью член Сатору, лаская в такт движениям тела. Желая усилить эти ощущения, Годжо начал скакать на его члене еще быстрее.       – Какой ты красивый, – хрипло прошептал Сугуру, проведя ладонью по его лицу. – Видел бы ты себя со стороны… свои покрасневшие щеки и губы, свои глаза…       Он резко вышел из Сатору и перевернулся, опрокинув Годжо на спину и вжимая своим телом в футон.       – Эти глаза… они желают только меня?       – Только тебя, да, да, – прошептал Сатору, изнывая от необходимости вернуть в себя член Сугуру.       Гето снова вошел в него, резко и глубоко, и Годжо тотчас обвил его ногами за талию. Теперь Сугуру двигался в нем быстро, нетерпеливо, крепко прижимая к себе. После нескольких особенно чувствительных толчков Сатору показалось, что он видит перед глазами звезды. Он кончил с громким стоном – и услышал ответный стон наслаждения Гето возле своего уха.       Потом Сатору ворчливо фыркал, укладываясь поудобнее в объятьях Сугуру.       – А я был уверен, что в первую брачную ночь ты мне дашь. Ну ничего, я еще наверстаю упущенное!       – Вот в этом я даже не сомневаюсь, – рассмеялся Сугуру, целуя его в макушку.              ***              На следующий день в Мире духов…              Демон горного озера, охраняющий пещеру, где хранились останки и сокровища погибшего мага, оказался огромной тварью со множеством щупалец, что росли будто из неоткуда, пробивая даже камень в стремлении схватить и уничтожить любую душу.       Сатору бил проклятой энергией, Сугуру же – божественным клинком, приобретенным на базаре.       – Блин! – Годжо отскочил от очередного щупальца. – Что толку их бить, если после этого они вырастают вновь?! Их еще больше прежнего!       – Они как головы гидры, – заметил Гето, прикрывая его спину и отражая удары щупалец. – Скорее всего, рубить их бесполезно. Мы должны найти слабое место и нанести удар туда.       Сатору устремился к озеру. Черные подземные воды бурлили от проклятой энергии, что таилась в них. Годжо напрягся, постаравшись рассмотреть шестью глазами то, что находится в глубине.       – Там! – воскликнул он. – Я вижу огромный глаз. И пасть не меньше!       Сатору тотчас соединил ладони в печать «красного», но Сугуру резко остановил его.       – Ебнулся?! Попадешь по скалам – и нас засыплет вместе с этой тварью!       Годжо остановил заклинание.       – И что ты предлагаешь?       Гето глянул вниз, в глубины озера.       – Жди меня. Я быстро. Нужно выманить эту пакость оттуда.       – Ты что удумал?! – Сатору схватил Сугуру за плечо.       Гето встретил его взгляд и дерзко улыбнулся.       – Доверься мне. И просто жди.       И стремглав нырнул в черные воды.       Бурление тотчас усилилось. Сатору хотел было прыгнуть за Сугуру, но не мог подвергнуть сомнению его слова. Несколько мгновений показались Годжо слишком долгими… мучительно… но он чувствовал целостность алой нити и просто ждал.       А потом гладь воды взорвалась, выпуская гигантскую уродливую голову с огромным глазом и пастью, наполненной тысячами зубов. Про самой кромке пасти пронесся Сугуру, стремительно быстро, избегая быть заглоченным. Он пробежал вверх, к выпученному глазу, и в прыжке изо всех сил вонзил клинок в вертикальный зрачок.       Тварь взвыла так громко, что с потолка начали падать сталактиты, и яростно замотала головой. Сугуру отскочил в сторону, оставив меч в глазу, и только после этого Сатору ударил «красным» прямо в голову чудовища.       Голова взорвалась черной слизью, окропив стены пещеры. Глаз скукожился до крошечного размера, так, что из него даже выпал меч Гето, и, дрожа, скрылся под водой. Щупальца исчезли.       – Мерзость какая, – пожаловался Сугуру, осматривая себя. – Хорошо, что я надел черную юкату.       Осмотрев пещеру, они не нашли ничего интересного. Вся проклятая энергия была сосредоточена в глубине озера, там, где скрылся глаз.       – Придется опять нырять, – вздохнул Гето.       – Ну уж нет! – Сатору опять удержал его, на этот раз за шкирку. – Офигел каждый раз заставлять меня волноваться? Теперь прыгну я!       – Тогда давай вместе, – хихикнул Сугуру и потащил Годжо в черные воды озера.       На дне они нашли маленький и сморщенный, но живой глаз: рано или поздно монстр восстановит свои силы. Там же Гето подобрал свой меч. А рядом лежало то, о чем говорилось в карте: составитель их не обманул. Возле почти сгнивших костей покоился короткий клинок, абсолютно черный, будто созданный из тьмы, и мерцающий высококонцентрированной проклятой энергией.       Когда Годжо и Гето выплыли на берег, Сугуру долго вглядывался в поверхность клинка, зачарованно, будто видел в ней свое отражение.       – Скажи, Сатору, – вдруг спросил он. – После смерти я пытался стать проклятым духом?       Годжо кивнул.       – Я ещё ощущаю отголоски этой одержимости, – задумчиво проговорил Гето. – Быть может, это моя судьба? Никогда не упокоиться, желая отмщения.       В этот момент Сатору снова увидел в глазах Сугуру знакомые отблески безумия, и сейчас они отражались в черном как ночь клинке.              ***              Некоторое время спустя в Мире духов…              Сугуру был рад новому клинку, как ребёнок игрушке. Везде таскал с собой, изучая его свойства, и назвал Хранителем проклятий.       Клинок действительно мог поглотить любое проклятие, и Гето снова собирал коллекцию. Огромным плюсом было то, что теперь Сугуру не требовалось всю эту гадость есть.       Также клинок действовал как божественное оружие, то есть мог ранить души и прочих обитателей Мира. Но поглощал он лишь хаотичную проклятую энергию, для этого необходимо было хотя бы оцарапать проклятие.       Небольшой проблемой оказалось изучение особенности клинка выпускать то, что он поглотил. Для этого требовалось чуть повернуть рукоять. Но первый раз Сугуру не рассчитал силы – и проклятиями наполнился весь их дом. Пришлось долго изгонять или снова запечатывать в Хранителе всяких тварей, а после окончания этого беспорядка Сатору и Сугуру, донельзя усталые, но не сломленные, сидели в саду и долго ржали над произошедшим.       На следующий день они сидели и пили чай на террасе, а вокруг них летала парочка проклятий четвёртого уровня, немного вредных, но в целом безобидных. Сугуру скучал по манипуляции духами и попросил у Сатору завести их как питомцев, обещая, что будет их дрессировать.       – А все же, ты хочешь вернуться в реальный мир? – спросил Сатору.       Они разговаривали об этом раньше и установили ряд важнейших проблем, которые требуется решить. Таковых оказалось немало. Начиналось все с вопроса прохождения Гето через Безвременье. Далее преградой стоял бой с захватившим его тело магом, но самым неприятным был факт того, что мозг самого Сугуру уже, скорее всего, давно выброшен на помойку или просто сожран проклятиями.       – Я ведь обещал тебе, что пойду за тобой, – улыбнулся Гето. – Просто найди способ для меня выбраться отсюда целым.       – И все же, помимо обещания и мести этому магу, у тебя нет мотивов вернуться? - Сатору сунул в рот кусочек десерта со стола и запил сладким чаем.       – Вообще-то я очень хочу найти свою семью, – задумчиво произнес Гето. – Особенно Нанако и Мимико. Знаешь, ведь именно эти девчонки долгое время заставляли меня двигаться дальше, давали силы и надежду. Они стали мне как дочери, и я очень хочу их обнять. Сейчас для меня важно увидеть их живыми и здоровыми, ведь я понятия не имею, что произошло после их бегства…       – Мы обязательно их найдем! – обрадовался Сатору. – А ещё познакомим твоих девчонок с моими учениками.       – Правда думаешь, что твои ученики захотят меня видеть? – Сугуру печально хмыкнул.       – Может, и не сразу… но я их как следует подготовлю! – пообещал Годжо.       Они ещё долго обсуждали возможности возвращения Гето, варианты их жизни в будущем. Наверное, оба осознавали, что их мысли похожи на мечтания, но Сатору казалось, что он видит, как улыбка Сугуру все больше наполняется теплом.       – Всем привет! – услышали они взявшийся из ниоткуда веселый голос.       Годжо чуть не подавился чаем, а Сугуру резко встал, нахмурившись и оглядываясь по сторонам.       Привратник возник прямо посреди комнаты, его глаза горели зеленым светом сильнее обычного.       – Не пригласите выпить чаю?       – Ты!.. – в глазах Сугуру отразилась ненависть.       – Это же просто Привратник, – Годжо вновь заглотил очередную сладость. – Успокойся.       – Вот именно, я просто Привратник…       – Он был тем, кто стирал мою память, – прошептал Сугуру. – Ты правда считаешь его невинной овечкой?       Сатору уставился на Привратника.       – Не то чтобы… но я пока не знаю, на что он способен.       – Ох, ничего личного, я просто действую в интересах хозяина Тюремного Царства. Кстати, я ведь еще не поздравил вас с заключением брака? Поздравляю! Подарок Кику-сан – алая нить – невероятно ценный божественный артефакт, вы знали об этом? Теперь ваши души всегда будут вместе, если, конечно, миры не разлучат вас.       – Не разлучат, – сухо произнес Годжо.       – Ах да, ты искал способ для Гето выбраться отсюда. Как успехи?       – Неплохо, уже вижу прогресс.              ***              Через некоторое время, покинув дом Сатору и Сугуру, Привратник принял свою истинную форму. Его тело, похожее на человеческое, но будто сотканное из теней, было покрыто множеством глаз. Он напоминал сам артефакт, а быть может, и являлся его воплощением. – Какой же лжец этот Годжо Сатору, – рассмеялся Привратник собственным мыслям. – Ведь способа выбраться из Тюремного царства для мертвой души попросту не существует.