Сильнее

"Утро начинается не с кофе, а с вечера,"- именно такая мысль проскакивает в голове Дракена, когда открывая глаза он видит залитую ярким оранжевым светом комнату. Хотя все мышцы после сна, как то обычно и бывает, немного свело, высокий юноша даже не попытался пошевелиться, ведь вес на своей груди он почувствовал даже раньше, чем оранжевый свет. Майки размеренно дышал, забравшись во сне прям на Кена, словно утопающий на спасительный плот. Его мягкие светлые волосы принимая невнятную форму были раскиданы по плечам и груди Кена, прикрытой очень большой светлой футболкой. Рюгоджи ещё во сне приобнимал своего друга одной рукой, но сейчас решил переместить её от пояса чуть выше к спине и немного сильнее прижать. Второй рукой он самозабвенно впутался в чужую прическу. Манджиро только повел немного носом, словно кролик, но, к облегчению татуированного парня, не проснулся. Рюгоджи продолжал поглаживать по голове Сано, прижимая к себе его небольшое тело, а сам задумался об их свастонских делах. Многое произошло за последние пару недель. Баджи сначала сбежал в Вальхаллу, потом оказалось что делал это в интересах Тосвы, а потом он вдруг хуйнул себя ножом, чтоб спасти Казутору, и едва не умер от потери крови. Этот человек всегда был хаотичным, но таких эмоциональных качелей своим друзьям он ещё не показывал. С тех пор их с Майки только один раз впустили к пришедшему в сознание Кейске. Сано ужасно хотел врезать Баджи за то, что тот чуть себя не убил, но, не без помощи Дракена, сдержался и просто по дружески побеседовал с ним. Баджи вел себя почти как обычно - смеялся, говорил глупые, но искренние вещи, неловко просил прощения за то, что заставил всех поволноваться. Единственное, о чем он попросил очень серьезно - простить Казутору и не связываться с Кисаки, которого уже успели включить в Тосву. С трудом, но Манджиро согласился на эти условия, к тому же Баджи в этом вопросе поддержали Дракен и Чифую. Последний, к слову, чуть ли не поселился в больнице с момента как туда попал его капитан. Врачи даже сделали для него исключение, позволяя каждый день посещать Кейске, хотя в обычных обстоятельствах это разрешалось делать только родственникам больного. Кисаки было решено исключить при первом подходящем случае. Баджи не был вполне доволен таким решением главы, потому что этот "случай" может стать для кого-нибудь летальным, но Чифую ему объяснил, что если так просто выгнать Кисаки, то это вызовет волну негодования как минимум среди бывших Вальхалловцев. С горем пополам договорились. Кроме этого на одном из собраний верхушки тосвы, заместитель командира второго отряда Хаккай внезапно заявил о своём намерении уйти. Ребята сильно удивились этому. Разумеется, они были против. Мицуя предложил компромисс - встретиться ровно через месяц, 20 декабря, и обсудить это ещё раз. Грубо говоря он отправил своего зама в отпуск. С этим охотно согласились все, кроме Хаккая, который с трудом принял это условие. Этот застенчивый, но невероятно добрый парень, в последнее время стал сильнее замыкаться в себе и чаще грубить. На самом деле, никто кроме Мицуи не был особо с ним близок, поэтому сильного волнения эти обстоятельства не вызывали. Однако Такаши, кажется, действительно сильно переживал за друга. После того, как Хаккай отправился в свой "отпуск", Мицуя сам стал все реже появляться на общих посиделках с друзьями, хотя на собрания Тосвы исправно приезжал, зная, что заменить его сейчас некому. Все прекрасно понимали, что Такаши скорее всего пропадает из-за Шибы, который, к слову, ни разу не попадался свастонам на глаза после того разговора об уходе. Ещё и эта ситуация в которой чуть не умер сам Дракен, и его спас какой-то недавно объявившийся в группировке слабак Таккемичи. Честно, Рюгоджи почти не возвращался в воспоминания о том ранении, зато в голове часто всплывало напутствие того самого слабака - ни за что не дать Тосве превратиться в преступную организацию. После этих слов Ханагаки исчез из поля зрения свастонов, а внутри самой банды начался сущий кошмар - сначала с Баджи, теперь и с Хаккаем. В общем, обстоятельства выходили странные. Вроде никаких серьезных текущих конфликтов и не было, но было очень вязкое ощущение тяжести нависшей вокруг всей группировки. Дракен это чувствовал и знал, что Майки ощущает то же самое. Скопилось множество проблем, которые не имели простых решений. Высокий юноша тяжело вздохнул, понимая, что нет никакого смысла бегать за Хаккаем, если за ним уже приглядывает его любимый "Такканчик"; нет также и смысла следить за Кисаки - этот пронырливый тип, к сожалению, был в разы умнее и просчетливее, надо отдать должное - совсем неглупого Рюгоджи; беспокоиться лишний раз за Баджи - тем более пустая трата времени - если патлатому камикадзе что-то и понадобится, он неприменно получит это от бесконечно преданного ему соседа, друга, капитана и ещё черт знает кого. Мацуно ни за что не оставит Кейске на произвол судьбы. Примерно то же можно сказать о Кене и Майки. Дракен понимал, что единственное что он может делать сейчас, чтоб помочь ситуации - поддерживать Манджиро, которого все произошедшее задевало в десятки, а может - и сотни, раз больше, чем его заместителя. Впрочем, для Рюгоджи не было необходимости в дополнительных доводах - он бы и без того делал бы все, что в его силах, чтобы помочь другу. А что нужно было Майки? Ахуенный вопрос, учитывая, что все желания, которые озвучивал непобедимый, как правило, сводились к сладостям. Дракен тихонько хохотнул в глубине своего сознания: "Он же сам будто сладость. Разлегся вот блинчиком на мне и сопит." Кен сам же поморщился от слащавости этой мысли. Он как-то упустил момент, когда начал считать друга невероятно милым. От того ли это, что он всегда видел Майки таким, или может из-за того, что рядом с ним он забывался настолько, что такие мысли беспрепятственно проходили таможню между бессознательным и осознанным - неважно, в любом случае татуированный не имел привычки всерьез корить себя за свои же мысли и желания, и пока это никому не мешало - он с легкостью их принимал, хотя также и не рылся в них, чтоб четко выражать - это приходило в какой-то момент естественно, само-собой. Дракен потерял, нет - пожалуй, даже не пытался начать, счет времени, любуясь своим командиром и витая где-то в своих мыслях. Сано начал беспокойно ерзать и слегка дрожать, когда на улице ещё было немного светло, но солнце уже скрылось. Рюгоджи моментально отреагировал на это и притянул выше запутавшееся где-то в районе колен одеяло, после чего крепче приобнял Манджиро обеими руками. Вдруг он почувствовал сквозь одеяло и домашний шмот как часто билось у Майки сердце. Возможно, великий гопник дрожал не совсем от холода. Будто откликаясь на эту идею Кена, сердце Манджиро успокоилось, принимая обычную частоту сокращений. Татуированный глубоко облегченно вздохнул и глянул на Майки, чьи глаза уже были слегка приоткрыты и выражали нечто абсолютно нечитаемое - как обычно. Майки проснулся после кошмара. Первое что он почувствовал - холодный пот по всему телу и успокаивающие объятия друга, на котором он буквально лежал. Сано не нужно было приходить в сознание, чтоб точно знать на ком он лежит и за чью футболку он так отчаянно ухватился во сне. Открыв глаза он забыл точное содержание сна, но точно помнил - кто-то снова пострадал. Кто-то из его близких вновь страдает и виной этому никто иной как Манджиро Сано. Майки этого не показывает, но каждая рана друга больно давит на его собственные травмы. Это становится тяжелее из раза в раз. Он чувствует отвратительную беспомощность каждый раз, когда все снова идет не по плану, он злится на себя за то, что даже при том что он невероятно силен, он не способен защитить всех. Ему бы так хотелось поделиться силой со всеми своими и без того не слабыми друзьями, но он совершенно не знал как это сделать. Все это жутко угнетало блондина. "Возможно я беру на себя слишком много,- думал он и тут же недовольно фыркал,- что за слабая мысль". -Майки?- голос Дракена был хриплым и ломким после долгого молчания. Манджиро невыносимо доставляла мысль о том, что такой голос своего заместителя мог слышать только он. Ему вообще нравилось думать о том, что Рюгоджи подпускал его к себе ближе, чем кого либо, позволяя видеть себя иногда уязвимым или расслабленным, уставшим или вдохновленным. Это вызывало в Майки странные теплые чувства к другу и легкий укол вины за то, что он не мог быть с Кеном таким же искренним. -Да, Кен-чик?- его голос звучал ниже обычного, но в то же время мягче. Манджиро наконец отпустил смятую футболку друга и вытянул руки по обе стороны его головы, потягиваясь, не поднимаясь при этом с Рюгоджи, таким образом переводя весь вес тела на среднюю его часть. Кен от таких действий незаметно нервно прикусил внутреннюю часть губы и явно покраснел. -Выспался?- стараясь не выдать сбившегося дыхания спросил Рюгоджи, пряча взгляд. -Ага,- искренне довольно улыбнулся Майки. Тут Кен просто не мог не повернуться обратно и не залипнуть на это редкое зрелище. Он улыбнулся в ответ и потрепал друга по голове. -Чудно, я рад,- также искренне ответил долговязый,- Какие планы на... вечер? -Мммм, не знааю,- лениво протянул Майки, не переставая давить довольную лыбу,- там вроде,- он чуть замялся глядя за окно, где было уже темно,- утром дождь собирался. Может останешься?- Сано с нескрываемой надеждой глянул на собеседника. -Останусь,- утвердительно кивнул Кен, игнорируя тот факт что к вечеру ничего похожего на "намечающийся дождь", судя по такому яркому закату, уже не было. Сано, очевидно, был доволен такому ответу, и обнял Кена, обвив его шею, отчего пульс Дракена в который раз за сегодня участился. Они полежали так ещё некоторое время, когда Майки наконец поднялся, недовольно лопоча что-то про сбитый режим. Рюгоджи сел на кровати и протяжно простонав начал разминать затекшие мышцы. Майки почему-то немного смутился этих звуков, но не мог оторвать чуть удивленный взгляд от тянущегося друга. У Кена конечно была далеко не такая растяжка как у самого Сано, но даже та гибкость, которю наблюдал Майки со стороны своего большого друга выглядела необъяснимо притягательно. Дракен наконец выпрямился и с недоумением взглянул на залипшего Майки, после чего вдруг хитро ухмыльнулся. -Нравится?- он посмотрел на низкорослого блондина каким-то крайне несвойственным ему провоцирующим взглядом. -Дурак,- смущенно усмехнулся Сано,- Тебе до меня как до луны,- он по ребячески высунул язык, чем вызвал хохот друга -Нуу, это, похоже, не мешает тебе мной любоваться,- не претендуя на истину дразнил Дракен, за что был послан куда подальше, а именно - в душ. -А я пойду спущусь к Эмме, а то волнуется наверное. -О, точно,- Кен за последние часы позабыл, что они с Майки в доме и вообще во всем мире вообще-то не одни. *** Когда Кен, совершив все утренние процедуры, промакивая волосы полотенцем спустился вниз, он застал Эмму и уже успевшего умыться, но все такого же по-домашнему растрепанного Майки спорящими о чем-то. -Добрый вечер,- улыбнулся краснеющей от внимания к себе со стороны высокого блондина Эмме Кен. -Хуечер,- буркнул Майки недовольно, не то от того, что его присутствие грубо игнорировалось, не то от того, что Рюгоджи и Эмма опять милуются. Он обсуждал как-то с Кеном отношение последнего к сестре, и тот признался, что очень любит младшую Сано, но исключительно как сестру. Майки тогда хотел ответить что-то ревнивое, но на самом деле его ревность напротив куда-то ушла от этого ответа. Странная ситуация. -Майки!- возмущенно воскликнула Сано -Ну тихо, че ты, дедули же все равно нет тут,- Майки зевнул, отодвигая стул рядом с собой, приглашая Дракена присесть. -Придурок,-буркнула Эмма и устало выдохнула, после чего перевела взгляд на послушно усевшегося рядом с Манджиро Кена,- Чай? -Да, спасибо,- Кен снова улыбнулся. -Ну вот, Кен-чику ты предлагаешь чай, а когда я прошу то "делай сам и вообще перестань одними сладостями питаться"!- Майки обидчиво надул губки -Да ты!..- возмущенно начала младшая, но была прервана собственным воспитанием,- Во-первых Рюгоджи - гость, а во-вторых, ты уже несколько дней ничего нормального не ел,- в её голосе звучала смесь раздражения и искренней заботы Майки ничего не ответил только сильнее надувшись. Дракен тихо выругался и поднял немного виноватый взгляд на сестру своего командира. -Эмма, сделай ему тоже чай, пожалуйста,- попросил он, на что девушка лишь молча протянула уже готовые две кружки парням. Дракен благодарно кивнул и улыбнулся,- Спасибо. -Но все равно поешь потом, слышишь?- игнорируя благодарность Кена, обратилась к Майки сестра -Хорошо...- буркнул он ещё не перестав дуться,- Спасибо за чай. Эмма снова вздохнула и сославшись на дела покинула кухню, оставляя парней одних. -Грубо ты с ней, - без особого укора заметил Дракен, отпивая чай. -Если хочешь нежничать с ней - сам этим и занимайся,- проворчал все ещё дующийся непонятно на что мальчишка. -Мы уже обсуждали это,- устало парировал Кен и уперевшись на локоть уставился на Манджиро,- Что-то случилось? Майки отзеркалил усталый и серьезный взгляд своего зама. -Нет, я просто не понимаю, почему ты не скажешь ей, что ничего не чувствуешь, чтоб она перестала кидать на тебя эти свои приторные взгляды. -А?- Дракен немножко удивился, что Сано действительно это заботит,- Я вроде говорил,- задумавшись выдал Кен, на что округлил глаза уже Майки. -Что?- он недоверчиво заглянул Рюгоджи прямо в душу,- А почему тогда... Кен пожал плечами. -Наверное, она так просто проявляет дружелюбие. -Вот как...- Майки заметно расслабился и наконец взял в руки кружку с чаем. -Почему тебя вообще это так заботит?- беззлобно спросил Кен, на что ответом было лишь равнодушное пожимание плечами,- Ладно... А почему ты не ешь? -Да я ем,- Майки усмехнулся,- она просто что-то имеет против дораяки,- он невинно улыбнулся, протягивая руку за очередной сладостью в миске по центру стола -Ну, знаешь, на одних дораяки не прожить,- скептически заметил высокий блондин -Я ещё таяки ем,-серьезно заявил Манджиро. -Майки, блять... -Да не хочу я просто, че вы привязались?..- он недовольно глянул на Кена, но, подумав, добавил,- Хотя сейчас я вроде даже проголодался.. -Это хорошо,- одобрительно кивнул Рюгоджи. Они начали обсуждать что бы такого можно съесть. В итоге сошлись на остром рамене, который Кен великодушно вызвался приготовить, чтоб не беспокоить лишний раз Эмму. Майки хотел было возразить, но потом поймал себя на мысли, что никогда не видел, как Кен готовит. Огоньки азарта поселились в его глазах и он согласился. Дракен нарезал овощи и обжаривал мясо, а Манджиро просто не мог оторваться от этого зрелища. Его взгляд цеплялся то за крепкие руки Кена, постоянно занятые чем-то, то за его сосредоточенное лицо, то за фартук, который так забавно и ново смотрелся на Рюгоджи, не желающем запачкать новую футболку. Почему-то это подогревало аппетит Сано, давно он не чувствовал себя настолько голодным... -Откуда ты знаешь как готовить?- вдруг возник в голове Манджиро вопрос, пока Кен убавлял огонь под закипевшей в кастрюле воде -Ну...- Кен не отвлекался от работы, но было заметно что он немного смутился,- Мне нравятся передачи о готовке. Всегда хотел попробовать, но в моем... кхм... доме сделать это тяжеловато. Майки аж раскрыл рот. Его ближайший друг о котором он, кажется, знал почти все, оказывается смотрит по телеку не только "безумные гонки" и "мастерскую Дейва", но и кулинарные программы. Это все не вязалось с образом огромного свастонского замглавы, разносящего всех вокруг и признающего свою любовь только к мотоциклам. Однако для Сано, знающего и другую сторону друга - чуткую и заботливую, это было достаточно легко принять. -Удивил,- искренне, но беззлобно заметил Сано,- Думаю у тебя выйдет, пахнет вкусно! -Хех, спасибо,- Дракен тепло улыбнулся, помешивая лапшу. -Я никогда не был таким голодным, Кен-чин! Когда уже готово будет?! -Минут десять, потерпи. -Мммммх,- простонал Майки, надеясь услышать в ответ "уже готово". Он спрыгнул со стула и подошел к Рюгоджи, обнимая его со спины, слушая его чуть участившееся сердцебиение,- Женушка,- ласково подразнил он друга. Ему даже не нужно было видеть лицо Кена, чтоб точно знать, что услышав это он покраснел не то от возмущения, не то от смущения. -Майки, блять,- тихо выругался он, но вырываться из объятий не стал. Так они и простояли все те десять минут, которые пролетели в одно мгновение, пока Кен не объявил, что блюдо готово.