Мгновение исчезает во тьме

Нᴀши крики доносятся до мᴇᴘтвой дʏши, Тᴘʏпный яд поᴘождᴀᴇт пᴘᴇдсмᴇᴘтныᴇ сны. Кᴀждый вдох пᴘᴇдᴘᴇкает тᴇбя в моих снᴀх, Рᴀзᴘывᴀя нᴇмые нᴀдᴇжды нᴀ мᴘᴀк.

August 26, 8:08 am A week later, Imperial Library.

Ноты древесных ароматов книг заполнили собой всё масштабное помещение. Центральный зал, оборудованный многоярусными стеллажами с конфиденциальной литературой и запрещёнными печатными материалами, был выполнен в золотисто-мраморных оттенках. Каждый стук каблуков сопровождался реверберацией, заставляя звук отражаться от стен в закрытом пространстве. В центре комнаты расположился массивный стол, а вокруг него — огромное количество разбросанных книг. Многочисленные стопки лимитированных изданий лежали на самой поверхности стола, за которым сидела одна из представителей аристократии. Изящные пальцы рук перебирали одну страницу за другой, в то время как один из подчинённых принёс дополнительные экземпляры. Продолжительные попытки найти нужную информацию в архивах истории не увенчались успехом. Насколько бы страницы книг ни скрывали свою принадлежность к истине, их аксиома заключалась в выражении потребности. Кожаные обложки, твёрдые переплёты, а в верхнем правом углу были напечатаны имена мертвецов, которые послужили стать авторами данной литературы. — Ваше величество, это последние материалы о роде Хакусин, — утомлённо произнёс дворецкий, аккуратно кладя на поверхность стола очередную стопку книг. На протяжении всей недели пришлось перерывать всю имперскую библиотеку, а вместе с этим рыться в архивах посещения, ведь интересующие архонта разделы, судя по всему, были утеряны. Совпадение это или наказание свыше — никто не знал, но все сотрудники библиотеки уже находились под пристальным наблюдением комиссии Тэнрё. — Дорогой Киллуа, неужели в академической программе не изучали историю первого переворота в столице? — Облокачиваясь на спинку кресла, темноволосая недовольно задала риторический вопрос. — Во время этого события было уничтожено целое герцогство, подробности которого даже не раскрывали полностью в столичных изданиях, и прямо сейчас становится известно, что все прямые источники были либо украдены, либо уничтожены. — Смею предположить, что есть небольшой шанс проверить библиотеки в столице, — ответил парень, пытаясь унять небольшую дрожь, — на данный момент всё ещё проводится расследование в архиве, сёгунат уточняет информацию о пребывании в нём. Бессмысленная трата времени. Это первое, что всплывало в мыслях архонта, когда она смотрела на всё происходящее. Доступ к имперской библиотеке могли иметь лишь представители имперского рода и герцогства, которым было дано разрешение на посещение. Служебные сотрудники не настолько глупы, чтобы похищать ценные материалы, собственноручно подписывая себе смертный приговор, а запрос об использовании библиотеки в личных целях не был отправлен ни с одной стороны. Больше всего в ситуации восхищал тот факт, что это были единственные сведенья об исчезновении рода Яэ со страниц истории, и, как ни странно, её саму это абсолютно не беспокоило. Судя по всему, кто-то явно не желал, чтобы этот фрагмент из истории находился в открытом доступе у знати. Возможных причастных к пропаже книги с каждой секундой становилось всё больше, но Райдэн предпочла не ворошить прошлое до тех пор, пока оно не начнёт преследовать её саму. — Пусть оцепят всю территорию, — аскетичный приказ, ослушаться которого никто не имел права. — Как пожелаете. — Юноша понимал свою работу, как и все другие приближённые архонта. Любое ответвление от распоряжений равносильно смерти, а лишние слова в её присутствии обернутся против тебя самого. Каждый день сопутствует риску, в котором именно ты должен найти преимущества. — Этой ночью пришло сообщение от госпожи Кудзё, там говорилось, что делегация оправляется сегодня вечером. — Камисато ещё не прислали отчеты о калькуляции по социальным проектам? — Равнодушно спросила Райдэн, в очередной раз пролистывая страницы. — Без ведомости о затратах я не смогу подписать указ о финансировании объектов. — Сообщений от комиссии Ясиро не поступало. — Лаконично ответил дворецкий, продолжая стоять по правую руку от вышестоящей. — Пару дней назад был отправлен запрос о надобности отчётов, стоит ли отправить повторно? — Не стоит, лучше отправь приглашение во дворец для господина Аято. Зачастую сдержанность и правильная интонация в диалоге стоит больше, чем красноречие. Ещё с самого детства учат управлять собственными эмоциями, не показывая ни капли злости, гордости или печали. Ставки слишком высоки, чтобы совершать ошибки, даже для тех, кто пересекает черту исходя из собственного сознательного выбора. Такова цена жизни в императорском дворце. Спустя время безрезультатных попыток найти хоть одно предложение о герцогстве Хакусин, Эи решила окончательно оставить эту затею. Некогда рядом стоящий подчинённый уже передавал приказы сёгунату, параллельно пытаясь читать адресованные архонту от аристократов письма и отвечать на них. Как правило, попасть на аудиенцию мог далеко не каждый, а читать содержимое конвертов от пагубной и циничной знати Райдэн особо не желала. Каждого из них видно насквозь, каждый их шаг — говорит о намереньях, из уст исходит безнравственный шёпот, готовый идти по головам, чтобы добиться исключительного результата. — Ваше высочество, только что пришли известия из издательства, — строптиво отозвалась одна из фрейлин, останавливаясь позади архонта на выходе из библиотеки, — все новостные источники говорят о громком деле самоубийства известного лейтенанта, которого вы награждали орденом решимости. — Какое мне дело до покойников? Секунда. Ровно столько времени достаточно, чтобы ввести человека в тупик. Людям рядом с ней всегда было страшно, они пытались держать дистанцию ради собственной безопасности. Само её существование в этом мире считалось бы проклятьем. Смертельная аддикция, которая рано или поздно приведёт тебя к мучительной смерти. Холодный рассудок и совершенство — самое жестокое сочетание. — В ведомствах отмечают, что первоисточником была госпожа Яэ, — немного напрягаясь, девушка ответила, заставляя архонта впереди остановиться. — Она ещё не покидала дворец? — Скептический вопрос, после которого Эи повернулась в сторону шатенки. — Сведений об отбытии особо важных гостей не поступало, — беспечно оповестила кареглазая, пытаясь правильно уловить настроение вышестоящей. — Свободна. — Произнесла Райдэн, отворачиваясь и продолжая идти по изначальному маршруту. Даже божества допускают ошибки. Темноволосая всячески пыталась понять, в какой момент она допустила такую оплошность. Яэ Мико — это девушка, которая вызывала больше вопросов, чем необходимых ответов. После того самого дня в особняке герцогства, кицуне был предоставлен особый доступ на посещение императорского дворца и других конфиденциальных объектов. Если бы нашёлся один из тех, кто поставил бы свою жизнь в обмен на истинные намерения лисицы, то он непременно бы сорвал аншлаг. Только вот в ожиданиях большого выигрыша, никто бы не посмел сделать ставки на заранее проигранную игру. Интерес. Подобную эмоцию архонт испытывала к Мико. Нет ничего более фатального, чем растворяться в увлечённости ёкая, обрекая саму себя на неизлечимую болезнь под названием любовь. Иногда она тяжело вздыхала, понимая, что всё становилось намного проще, ведь они в любом случае не понимали друг друга. Выходя из библиотеки, девушка медленно шла по дворцовому саду в сторону правого крыла главного здания. Погодные условия явно ухудшались: искристое солнце заслонялось блеклыми тучами, а ранее яркие лучи больше не прогревали знакомые участки территорий. Во дворце было немноголюдно, чаще всего можно было встретить горничных, убирающихся на всех квадратных метрах резиденции, следующими по счёту шла дворцовая стража, которая преимущественно стояла у центральных ворот и запасных выходов из дворца. Поднимаясь на предпоследний этаж, Райдэн свернула в правый коридор, подходя к нужной двери и опуская ручку. — Опаздываешь. — Знакомый женский баритон, который по-прежнему излучал азарт и непрямое желание посеять раздор среди знати. — Какая неожиданность, — апатично произнесла темноволосая, проходя в конец кабинета и садясь за своё рабочее место, — неужели у этих встреч действительно была закономерность? — В любом случае просто так сюда бы ты не приходила, — улыбнулась Яэ, продолжая складывать ежемесячные отчёты от герцогств обратно на пустые стеллажи. — Стоило ли оно того, чтобы выставлять в свет дело о самоубийстве, ставя под угрозу собственную репутацию? — Переводя взгляд на собеседницу, Райдэн четко дала понять, что в этот раз избежать прямого диалога не получится. — Если это единственное, что тебя сейчас волнует, то да, стоило, — в очередной раз расплылась в улыбке кицуне, поворачиваясь к вышестоящей лицом к лицу, — это нужно воспринимать как необходимость, нежели попытку втоптать в грязь саму себя. Ненавистная пауза, как бессмысленные тиражи новых книг, которые никогда не войдут в историю, как классика. Проницательность девушки, похожая на орудие убийства, заставила в очередной раз задуматься, стоит ли вообще о ней беспокоиться. Властная, знающая себе цену и умеющая в нужный момент подобрать необходимую маску. Но всё же, пока ёкай не заглянет в глаза смерти, невозможно предсказать, как далеко она будет готова зайти ради собственной жизни. — Неужели у тебя возникли проблемы с аристократией, и ты решила сделать им предупреждение, устранив одно из официальных лиц сёгуната? — Пытаясь разобраться в ситуации, Эи в очередной раз задала волнующий её вопрос. — Всё намного проще, мне всего лишь необходимо создать атмосферу отсутствия политической поддержки для комиссии Тэнрё, — отозвалась розоволосая, продолжая складывать бумаги на их законное место, — более подходящего случая, чем во время отбытия делегации, не найти. — Далеко не факт, что те, кто тебе так нужен, воспримут свободу как инициативу для диверсий, — ответила темноволосая, проверяя некоторые документы, которые находились на поверхности стола, — если они окажутся умнее, то просто поставят сёгунат в крайне тяжелое положение. Когда план слишком долго и тщательно выстраивают, он в результате исчезает. Намерения кицуне были очевидны, она делала высокие ставки на то, что в конечном счёте может не окупиться и с крахом провалиться, утягивая две комиссии прямиком на дно. За разглашение конфиденциальной информации о сроках и способе убийства комиссия Наруками по закону несла бы право на изъятия герцогского титула, а за невыполнение своих прямых обязанностей по защите население, многим из комиссии Тэнрё пришлось бы предстать перед трибуналом. Возможно, если бы перед архонтом стоял какой-нибудь представитель графства, то отношение к ситуации бы изменилось, но девушка напротив неё точно знала, на что идёт. Это было видно по движению рук, ровному дыханию и нацеленности на результат. Определённо, одна из немногих общих черт в их личностях — это нежелание проигрывать, в особенности самой себе. На политической карте уже конфигурировали новые фигуры, в этот раз одной точки опоры недостаточно, чтобы сдвинуть землю. Главная цель с той стороны доски была предельно очевидна: субституция комиссий и полное подчинение всех силовых и юридических структур. Иными словами, кто-то действительно хотел устроить переворот в империи, чувствуя ослабление бдительности главного дворца, основанного на прекращении войны и желании подписать мирный договор со стороны монарха. — Знаешь, если смотреть объективно, то я бы, на твоём месте, остерегалась тех подчинённых, которые передают тебе подобного рода информацию, как моя статья, — задумалась Мико, ставя на полку последний отчёт, — как правило, такие люди и являются информаторами, однако без доказательств их ликвидация будет больше походить на истерику во дворце. — Их списки были составлены ещё перед смертью Макото, поэтому повода для волнения не наблюдаю, — беря офсетные листы бумаги и кладя их в столешницу, добавила Эи, — эти люди даже сами не понимают, во что ввязываются, становясь на дворцовую службу. — Так значит, ты обо всём догадывалась? — Ухмыльнулась кицуне, садясь напротив архонта. — Их вечно дрожащий голос и неуверенная интонация говорили сами за себя, — равнодушно высказалась девушка, обращая всё своё внимание на ёкая. Спектр многих эмоций уже давно был поглощён внутренними проблемами по отношению к самой себе и данному обещанию. Само существование — это звук треснутого зеркала, который так и не был украшен авантюрином в серебристой оправе. Подниматься с уничтоженными лёгкими и разбитыми вдребезги рёбрами также невыносимо, как и вновь дышать, вздымая грудную клетку в ненавистной жизни, которая приносит лишь потери. Чем сильнее чувство ответственности, тем слабее жажда власти. — У меня есть небольшой подарок для тебя, — протянула Яэ, ставя на стол небольшую хрустальную банку с белыми таблетками, — медикаменты, которые необходимо принимать при выраженном присутствии эрозии и ухудшении общего состояния. — Действительно думаешь, что я буду это принимать? — Риторически спросила Райдэн, смотря на лекарственное средство. — Если есть, ради чего жить, то выбора у тебя не остается, — ироничным тоном произнесла розоволосая. Зачастую мы не можем изменить пункт направления, по которому шли до того самого момента, но мы можем выбрать путь, по которому будем идти дальше. Вопрос заключается лишь в том, а точно ли смерть считалась бы ошибкой, основываясь на своих собственных приоритетах в её пользу. Любой выбор приведёт к неизбежности. Стоя на краю пропасти до сантиметра от гибели, мало бы кто решился перейти черту, ведь неизвестность пугает, а присутствие страха заставляет повернуть назад. Небольшая пауза, после которой последовал знакомый стук в дверь. Недолго стоя на пороге, парень всё же решил войти, заставляя обратить на себя внимание архонта. Останавливаясь возле двери, дворецкий продолжил: — Прошу прощения, что прервал вашу беседу. — Уверенно произнёс юноша, переводя взгляд на кицуне. — Госпожа Яэ, вас срочно вызывают в издательство. Реакция Мико на всё происходящее в каком-то смысле даже забавляла. В очередной раз темноволосая смогла понять, что прочитать мысли напротив сидящей девушки просто невозможно. Она прекрасно понимала все последствия, на её лице не дрогнула ни одна лишняя эмоция, а на губах продолжала сиять лёгкая улыбка. Она как-будто наслаждается процессом, пытаясь растянуть удовольствие как можно дольше. — Приму к сведенью, возвращайся к работе. — На ваше усмотрение, — отреагировал парень, кланяясь, после чего вышел из комнаты, закрывая за собой дверь. — Как часто ты позволяешь подчинённым входить без разрешения? — Заметила розоволосая, смотря на свою собеседницу. — Этот выбор зависит от настроения, — призналась Эи, поднимаясь из-за стола и подходя к стеллажам, на которых недавно происходила расстановка отчётов, — тебе разве не пора идти? Каждое её действие Райдэн помнила так, как-будто это действительно являлось чем-то интересным. Время от времени мы все задумываемся, как хорошо было бы излечить ненужные чувства таблетками, собственноручно поднимая чёрный флаг. Яэ Мико похожа на хладнокровное оружие, куда больше, чем Кудзё. Эта смертельная клетка замкнулась с четырёх сторон: её фальшивая улыбка, тонкие запястья, лукавство и беспрецедентная сделка. — Раз ты так настаиваешь, то, безусловно, мне придётся распрощаться с твоей компанией, — протянула Яэ, вставая с кресла и направляясь к входной двери, — на последок, я всё же советую начать принимать лекарство. — С последними словами дверь захлопнулась, а в комнате наконец-то воцарилась приятная умиротворённость. Молчание страшнее тишины, в мире достаточно много сочетаний слов, которые рано или поздно заставляют тебя задуматься. Как часто мы можем переживать самые страшные страницы нашей жизни, оставаясь с безразличной миной на лице? Жизнь — это лишь история, снисхождение, которое можно прожить лишь раз. Ответы на свои собственные вопросы знаешь только ты сама, а поднимать темы необходимых дилемм есть смысл, только если известна первопричина их появления. Дышать действительно сложно, порой даже невозможно и опасно, но даже так, вариантов у тебя остаётся немного. Наверное, если бы она была океаном, то любой живой организм мгновенно бы погибал в нём. Прошло уже несколько часов с пребывания последнего гостя в кабинете, за креслом сидела темноволосая, которая с явным безразличием рассматривала белые таблетки в хрустале. Откуда, как и почему. К счастью, Райдэн могла ответить только на два вопроса из трёх, поэтому интуиция по поводу кицуне её явно не обманывала. Приглушенный свет в комнате окрашивал стены в классические тусклые оттенки, понуждая ещё пару десятков раз переосмыслить все существующие на данный момент проблемы. Собственный рассудок уже понемногу трескался и распадался на множество обломков, но свойственно ли это всем божествам? Впервые архонт стала задаваться вопросом, что чувствовала её сестра перед смертью.

***

Никᴀкой моᴇй вины, Что дᴘʏгиᴇ нᴇ пᴘишли с войны. Остᴀвᴀясь тᴀм, но нᴇ об этом ᴘᴇчь, Что я моглᴀ, но нᴇ сʏмᴇлᴀ их сбᴇᴘᴇчь.

August 26, 18:24 pm

General Staff of the Shogunate.

Мы могли бы быть счастливы, но что-то нам постоянно преграждало дорогу. Помещение было наполнено запахом терпкого вина, которое оставалось на языке бархатистым оттенком красного полусладкого. Главное здание военного управления служило для разработки всех вопросов оперативного и тактического характера. За последние недели новость о возобновлении переговорного процесса по войне с Сангономией, если и не повергла всех в шок, то по крайней мере повлекло за собой достаточно много вопросов к распоряжениям главнокомандующего со стороны руководства. Пространство и расстановка мебели в комнате имели достаточно темную концепцию, которая пока что заливалась медными лучами заходящего солнца. В конце комнаты расположился массивный стол, за которым сидела девушка в черных брюках и белой крепдешиновой рубашке с золотистыми запонками. Эмоции сжирали тебя до основания, а обиду не помогала приглушить даже бутылка самого дорогого вина. Изменить сценарий собственного поведения не получалось уже довольно долго. Как-бы ты не старалась, но поменять саму себя до основания невозможно. Боль. Ненависть. Агрессия. Оставалось полчаса до отправки делегации на Ватацуми, а главные атрибуты все ещё не появились в точке назначения. Уже пару минут двое людей находились в закрытом пространстве, пытаясь разобраться в ситуации. — Сиканоин Хэйдзо, верно? — В очередной раз тэнгу решила уточнить, оценивающе глядя на парня, стоящего перед ней. — Как я и говорил, руководство посчитало опасным отпускать половину людей из главного управления на вражескую территорию, — спокойным тоном произнёс парень. — Поэтому они решили послать тебя, из детективного отдела, который даже ни разу не входил в следственно-оперативную группу? — Где-то в глубине сознания, Сара прекрасно понимала подобное решение, ведь оставлять столицу без руководства действительно было опасно. Очевидно, что подобные распоряжения от архонта в любом случае будут подвергнуты негативным последствиям, которые рано или поздно отразятся на обществе и политической деятельности среди знати. — К сожалению, я узнал слишком поздно о своей роли в делегации, поэтому не смог подать на апелляцию, — признался детектив, отводя безразличный взгляд в сторону. Юноша имел багровый оттенок волос с примесью фиолетового отлива, прядки были собраны в небрежный короткий хвост, а лицо обрамляла пара коротких локонов. Смотря со стороны, можно было отчетливо заметить одну тёмную прядь волос, которая очень сильно выделялась на фоне остальных. Сам парень был среднего телосложения, одетый в серые брюки, белую рубашку и чёрную жилетку. Поверх костюма был надет темный плащ, в зоне спины которого отображался герб империи. По большей части Хэйдзо было глубоко плевать на все махинации дворца в отношении других государств, он заранее знал, что рано или поздно его переведут в другой отдел на подчинение главы комиссии Тэнрё, поскольку все сложные расследования он закрывал без посторонней помощи. И всё же в какой-то степени молодой детектив опасался своей новой должности, ведь всё происходящее, казалось, как минимум, странным. — Абсурд, — протянула коротковолосая, допивая бокал вина и поднимаясь из-за стола, — будешь мешаться под ногами, и я отправлю тебя в штрафную роту. — Ваша право, — в угоду старшей произнёс Сиканоин. В какой-то промежуток времени Кудзё всё же отвлеклась от своих мыслей и решила обратить внимание на нового подчинённого. Было понятно, что на этот раз ей поставили необычного детектива. Умеренная и сдержанная речь уже говорила о многом, а лаконичные ответы закрывали за собой все возможные вопросы. Хотелось сплавить его куда подальше, ведь такой тип людей раздражал так же, как и комиссия Наруками. — Ты идёшь или остаёшься? — Риторически спросила Сара. Беря в руки плащ со спинки стула и подходя к двери, она обернулась, бросая взгляд на парня. Оба госслужащих в лёгкой спешке покинули помещение, продолжая идти по немноголюдному коридору и сворачивая на лестницу, постепенно спускаясь по ступенькам с четвёртого на первый этаж, выходя из здания. Девушка наконец-то накинула на себя плащ, надевая капюшон, и остановилась у выхода из главного корпуса. Фактически вся территория находилась под пристальным просмотром сёгуната, куда бы ты не ступил, везде будут стоять военные и столичная стража. Солнце уже начинало заходить за горизонт, а на уличных дорогах зажиглись первые фонари с шафрановой подсветкой. Здание руководства имело облицовку из серого камня с вальмовой крышей, а сектор был ограждён массивным забором. Кудзё вместе с подчинённым направилась к выходу из административной части, показывая страже пропускной белый билет и выходя на многолюдные улицы города. — Госпожа Кудзё, разве нам нужно быть не в порту острова Рито? — Непонимающе детектив посмотрел на вышестоящую. — Разве тебя не ставили в известность, что отправка будет идти с Южного порта Инадзумы? — Раздражающе тэнгу продолжала идти в сторону прибрежной зоны, сворачивая к жилым кварталам города. — Вам не кажется странным, что отправка идёт с торговых путей? — В очередной раз поинтересовался Сиканоин. — Не разделяю ответственность за твои слова. Вместе не больше пятнадцати минут, а терпение уже висит на грани. Таскаться с подчинёнными Сара никогда не любила, по крайней мере снисхождения по отношению к ним она особо не имела. В этом плане она всегда удивлялась Райдэн, ведь та помимо ежедневного общения с ними, ещё и занималась ведением светских бесед. Отчасти, максимум тэнгу — отдавать и принимать приказы с распоряжениями, параллельно выполняя роль хладнокровного оружия. Довольна она бывает, только когда враги впадают в панику, либо же находятся на грани саморазрушения. — Вы действительно не волнуетесь перед встречей с Сангономией? — Всё также настойчиво, Хэйдзо продолжил задавать вопросы. — Тебе так сильно интересно, что могло бы у меня вызвать эмоцию волнения? — Отвечать вопросом на вопрос уже порядком действовало на нервы, но избавиться от человека сейчас не представляло возможным. Удушливый мрак заполнил собой всё звёздное пространство, а шумные звуки города тонули в искусственном освещении улиц. В столице проживало порядком шести миллионов человек, и вечером улицы моментально наполнялись огромным потоком людей. Детектив уже молчал, следуя по многочисленным улицам, выбираясь в прибрежную зону в след за вышестоящей. Зачастую мы собственными действиями выносим себе приговор, пусть даже и не пожизненный, но с нарастающим осадком где-то внутри. Большинство из нас относятся к тому типу людей, которые никогда не отпускают руки до последнего, даже при безрезультатном исходе. Набережная была отделана огромным количеством фонарных столбов и мраморной балюстрадой вдоль всего берега. Морской бриз волн заполнял собой всю аллею, отчего короткие волосы тэнгу стали колебаться на ветру. Вдали можно было отчётливо увидеть множество кораблей, которые, судя по всему, прибывали в столичные порты. По правую сторону находилось чрезмерное количество военных, что несомненно вызывало у молодого детектива очередные вопросы. — Что послужило причиной для такого масштаба охраны в гавани? — Непроизвольно Хэйдзо вопросительно посмотрел на старшую. — Насколько я помню, это идут поставки оружия с Ли Юэ, — спокойным тоном объяснила Кудзё, поворачивая в другую сторону от военных путей, — в любом случае, мы не занимаемся логистикой и вмешиваться в это нам не стоит. Девушка, которая любила всё усложнять. Это были одни из первых мыслей, которыми смог проникнуться Сиканоин. Вопросов действительно было много, он не назвал даже одну сотую часть, немалое количество вещей всё ещё оставалось в зоне недосягаемости. Трактовку руководства понять фактически невозможно, как и приказ архонта о составлении мирного договора. Идя вдоль набережной зоны, пропуская мимо себя бесчисленное количество гражданских, в один миг парень просто застыл на месте. За спиной раздался масштабный взрыв, который намертво оглушил инстинкты самосохранения, заставляя окунуться в холодный пот. Коротковолосая уже злобно смотрела на огромный пожар, который охватил всю территорию военного порта. Казалось, что смотреть на это невыносимо, но её взгляд не казался удивлённым, хоть и вполне очевидно, был растерянным. В золотистой радужке глаз отражались вся ненависть и агрессия, которые могли быть в этот момент. Руки дрожали от злобы, а мысли были полностью поглощены личными претензиями по отношении к самой себе. Через пару секунд в портовом районе города была включена громкая сирена, сопровождающаяся паникой среди гражданских, которые бежали сломя голову подальше от эпицентра пожара. Вдали можно уже было заметить первые обгоревшие тела в воде и пронзительные крики людей, которые поочередно затихали один за другим. Страх. Атмосфера была полностью пропитана этим чувством, сковывая каждого в собственных движениях и действиях. Один из лучших моментов, чтобы прочувствовать своё бессилие с примесью недостатка равнодушия. Шаг в сторону, и капюшон плаща уже слетел с тёмной макушки, после чего в руках появился чёрный лук с золотым орнаментом. Натягивая тетиву, Кудзё инстинктивно зарядила стрелу электрическими разрядами. — Чёрт. После первого большого взрыва последовало ещё несколько, заставляя тэнгу остановиться и унять собственный элемент. Она прекрасно понимала, что электро — смертоносная стихия, которая в сочетании с другими элементами приносит в мир один лишь хаос. Стоящий перед ней парень всё ещё не отошёл от шока, зрачки были немного расширены, а тело и вовсе не двигалось. Смотря ему в глаза, старшая лишь дала пощёчину, заставляя напарника прийти в себя. Всё, что Хэйдзо почувствовал, так это ледяную ладонь на своей щеке, после которой кожа стала краснеть. Мысли были полностью пусты, парень до сих пор не осознавал, что произошло минуту назад. — Госпожа Кудзё… — юношу и вовсе было не узнать, ранее активный тип личности пытался нервно унять собственную дрожь в голосе. — Сиканоин, как только мы прибудем на вражескую территорию, ты обязан будешь собрать всю информацию по отделу Сопротивления, — спокойно предупредила Сара, поворачиваясь в обратную сторону и следуя по направлению к южной верфи.