Свет моей души
31 июля 2025 г., 20:20
Тинебрис и Немезида
Ницца, поместье Малфоев 12 апреля, 1974 Тинебрис Малфой являлся младшим и единственным братом лорда Абраксаса Малфоя, о котором ныне пойдет речь. Рано потеряв родителей, братья остались единственной опорой друг для друга, не считая трех старших сестер — Флорианы, Летиции и Эстель, — рано вышедших замуж, создавших семьи и давно покинувших родовое поместье. В возрасте семнадцати лет Абраксас стал главой семьи, взяв на себя бремя ответственности за судьбы родных. Тинебрис неизменно находился рядом — семилетний, воспитанный, сдержанный и не по годам суровый. Он не доставлял старшему брату хлопот, напротив — с покорностью внимал наставлениям и не сопротивлялся обучению, а порой и весьма строгим методам воспитания. Абраксас души не чаял в младшем брате, считал его едва ли не родным сыном, которому заменил фигуру отца. И как же тяжело и больно было ему проститься с ним, отправляя на обучение в Парижскую академию изящных искусств имени Святого Гогермена. Тинебрис стойко перенес прощание, лишь оставшись наедине с собой — позволил скупой слезе скатиться по щеке, прежде чем позабыть о слабостях. За короткий срок пребывания в академии Тинебрис окружил себя не друзьями — нет, а скорее товарищами по интересам. Заточенный на учебу, Тинебрис в первый год добился успехов, по праву заслужив уважение преподавателей и сокурсников. С того дня он не снижал заданной планки, в перерывах от учебы самостоятельно изучая темное волшебство, которое, хоть и не было тогда вне закона, все же порицалось обществом. Каникулы Тинебрис проводил в родовом поместье — под присмотром брата. Абраксас побаивался, что его младший братец пустится во все тяжкие и наплодит бастардов. Опасения его были не напрасны, поскольку Тинебрис учился в мужской академии, а в выходные дни сбегал в город вместе с товарищами — развлекаясь в кабаках и борделях. Дважды Абраксас Малфой получал жалобные письма из академии, в которых директор между строк заметил, что поведение юного Тинебриса недопустимо. Впрочем, опасения лорда Малфоя рассеялись, стоило ему провести с братом содержательную беседу с глазу на глаз. То ли Тинебрис послушался, то ли стал лучше скрываться от чужих глаз. В возрасте девятнадцати лет он успешно окончил обучение, став лучшим на своем курсе за последние десять лет, — а после возвратился домой. На одном из августовских балов он впервые повстречал невесту брата — чистокровную вейлу невиданной красоты, Анарель Монморанси. Он стал шафером на их свадьбе и тогда, глядя на возлюбленного брата и его новоиспеченную юную супругу, — впервые уверовал в любовь, которой страстно возжелал. Спустя два года Тинебрис, устав от суеты и скуки Франции, отправился в долгосрочное путешествие по магическому миру. Под предлогом глубокого изучения волшебства он стремился отыскать свое место в мире. Во время путешествий он побывал в клане горных друидов в Румынии, приобщился к культуре северного клана и западного клана колдунов на Королевских островах. Тинебрис, с малолетства мечтавший о собственном драконе, стремился попасть на Север, однако, как только очутился на границе между Францией и Италией, его детские мечты рассыпались в прах. Годами находясь в поисках любви — того, чего у него никогда не было, — Тинебрис повстречал ее: красавицу-язычницу из клана Костяных ведьм. Немезида, как он узнал позже, — впервые увиденная ночью у священного источника, — лишь раз попавшись ему на глаза, тут же завладела его мыслями и сердцем. При первой встрече она попыталась лишить его жизни, приставив кинжал к горлу, чем только разожгла в нем огонь. С обаятельной улыбкой он поклялся, что, если она оставит ему жизнь, он непременно женится на ней. Его прямота и решительность изумили Немезиду, до того дня не знавшую мужчин. Выросшая в клане ведьм, она жаждала свободы и искала ее в лесах, в бескрайних полях, в водоемах и реках. Возможно, именно это и подтолкнуло ее ко второй встрече с волшебником. Тинебрис ждал ее у того самого места, где повстречал впервые. Немезида явилась на рассвете, и ровно через три дня он выкрал ее — готовую, не сопротивляющуюся. Немезида пошла за Тинебрисом по собственной воле, а менее чем через два года после окончания путешествия они поженились. Как полагается — среди сотни гостей, при свидетелях и с благословения старшего брата, принявшего невесту Тинебриса в семью. В первые годы брака у них родились двое сыновей с разницей в три года: Люцериус Малфой, унаследовавший от родителей ум, решительность, властолюбие и тягу к темным искусствам; и Орфей — больше похожий на леди Анарель Малфой, нежели на собственных родителей. Мягкий, добрый, не знающий жестокости и гнева. Не сказать, что влюбленные супруги были сильно вовлечены в воспитание сыновей. Несомненно, они любили их как продолжение своего будущего, но куда больше были преданы и очарованы друг другом. Путешествуя, познавая магические науки, они не расставались ни на день. На тридцатом году своей жизни Тинебрис Малфой присоединился к лорду Волан-де-Морту, разделив его идеалы и взгляды. По его приказам он часто бывал в Румынии, куда вслед за ним отправлялась и Немезида, совершенно не желавшая расставаться с горячо любимым супругом. Любовь к нему расцвела в ее сердце не в первую встречу, а спустя годы знакомства, когда он открыл для нее целый мир. Особо значимым событием их единства стала вера в Люцифера Светоносного, которую они разделили. Тинебрис уважал и почитал свою супругу столь же сильно, как и она боготворила его. Ссорились они редко, однако мирились сладко и подолгу, не тая обиды. С годами их страсть, любовь и уважение лишь крепли, как и узы брака, связавшие их. Немезида стала для него опорой, тылом и тихой гаванью, где он мог укрыться и отдохнуть от бешеного ритма жизни. И надо сказать, что она не просто вписалась в великий род Малфоев, а вошла в него с размаху — удостоившись всеобщей любви и уважения. Дорога в клан Костяных ведьм, вырастивших и воспитавших Немезиду, была для нее закрыта сразу после ее ухода, равносильного предательству. Впрочем, оставив позади прошлое, она обрела свое настоящее — любовь и семью, о которой грезила в юности, пусть и не признавалась в этом даже самой себе. Вне всякого сомнения, по отдельности Немезида и Тинебрис — умные, в меру коварные и самодостаточные — были сильны, но вместе они были непобедимы. — Păi, cine iubește și lasă, cine iubește și lasă, dumnezeu să-i dea pedeapsă, — напевала Немезида, расположившись на софе в одной из комнат первого этажа поместья. Тинебрис пальцами бегал по клавишам фортепиано, но его взгляд — острый, пронзительный — был прикован к прекрасному лику супруги. Сегодняшний вечер, как и многие другие, они проводили вместе — вдали от толпы родственников. Беззвучно прошептав заклинание, Тинебрис зачаровал фортепиано, которое продолжило играть без его участия. С бокалом вина он присоединился к Немезиде, потеснив ее на софе. — Пой, моя соловушка. Твой голос — услада для моих ушей. Опустив голову на колени супруги, Тинебрис пригубил вино, а затем передал кубок Немезиде, которая пальцами водила по его волосам. — Că furnica de-i furnică, la trup mare, la cap mică, și la mijloc subțirică. Смежив веки, Тинебрис с ласковой улыбкой, столь несвойственной ему, вслушивался в пение Немезиды. Вдали от чужих глаз и ушей он был нежен, заботлив и трогательно добр, но в обществе держался молодцом — строгим, суровым и всегда собранным. Тинебрис раскрывался лишь перед двумя важными людьми в своей жизни — прелестной супругой и старшим братом. — Не так давно я получила письмо от Орфея, — заговорила Немезида степенно. — Если ему верить, он влюблен и жаждет познакомить нас со своей невестой. Хмыкнув, Тинебрис покривил губы, не отпуская женской руки из своей ладони. — Предлагаешь отправиться в Марсель? Мне бы не хотелось. — Отчего же? Твой сын намерен жениться, а тебе не хочется увидеть его суженую? — Мой сын, как ты верно выразилась, влюбляется в каждую встречную. У меня нет ни времени, ни интереса удовлетворять его прихоти. Немезида ухмыльнулась и провела ладонью по щеке мужа, поймав его взгляд. — Тебе не приходило в голову, что ветреность нашего сына связана с тем, что он одинок? Ему недостает нашего внимания, оттого-то он столь влюбчив. Тинебрис шумно выдохнул. Он не считал важным уделять все свое внимание сыновьям — достаточно того, что душевные встречи происходили по праздникам, коих за год хватало, чтобы залатать раны от их отсутствия. Вне всякого сомнения, он любил своих детей, но супругу любил куда больше. Без нее своей жизни он не представлял. — Ты хочешь его навестить, я понял. Итак, когда мы отправляемся в путь? — Минутой ранее ты предельно ясно выразил свое желание остаться дома, — Немезида прищурилась, красноречиво выгнув левую бровь. — Что изменилось? — Ничего. Я по-прежнему не хочу никуда ехать, но… — Но? — Я не могу тебе отказать, — с улыбкой ответствовал Тинебрис, оставив череду поцелуев на тонком запястье жены. — Знаю! Мне так хотелось услышать это еще раз. Тихий мужской смех окутал Немезиду невидимой вуалью, а после она наклонилась, запечатлев долгий поцелуй на губах супруга. Вслед ему она рассмеялась, когда, он подхватив ее на руки, вместе с ней исчез за одним из тайных проходов, ведущих в их комнату.
