Забытый

Дорогая принцесса Селестия, Несколько часов назад ко мне в библиотеку вломилась Эпплджек, сказав, что на её ферму проникло странное существо. Оно стояло сзади неё и пыталось что-то достать из своего мешка. Эпплджек услышала, как скрипят сочленения его доспеха — а оно носило доспех! — испугалась и закричала, тем самым побудив его скрыться в лесу. Судя по её описанию, это существо достигает роста в двадцать копыт в холке, около восьми копыт в груди. Ходит на двух задних ногах/лапах, передние же использует для взаимодействия с окружающим миром. В теле от копыт до холки умещается около восьми его голов. Ночью было плохо видно, но Джеки уверяет, что на этом существе не было шерсти. Как я уже писала выше, существо носит какой-то странный доспех и шлем, не закрывающий мордочку. Ваше Высочество, я перерыла все анатомические справочники, но так и не нашла упоминаний о подобном существе! Самое похожее, что мне удалось найти — минотавр, однако Эпплджек уверена, что не видела у него рогов. К тому же минотавры не достигают такого роста. В этом вопросе я уповаю лишь на вашу мудрость, и надеюсь, что вы как можно скорее пришлёте инструкции. P.S. Мне становится всё труднее сдерживать Радугу. Она порывается облететь Вечнодикий и найти существо, потому что она «на двадцать процентов круче, чем любой, кто может зайти на территорию Понивилля». P.P.S. Я так взволнована! Это же может быть новый, доселе не открытый вид из Вечнодикого леса! P.P.P.S. Прошу прощения, что пишу в четыре часа утра…

Ваша верная ученица,

Твайлайт Спаркл.

      Едва закончив читать, старшая принцесса схватила перо с пергаментом и начала строчить. Сон сняло как копытом — опасность, что грозила её любимой ученице, друзьям Твайлайт и всему Понивиллю была почти катастрофической.       Белая аликорна на мгновение прервалась, освежая в памяти события дней давно минувших…

* * *

      Это случилось на третьем десятилетии её с сестрой правления.       Всё произошло совершенно неожиданно, одним днём. В тронный зал вломился загнанный, взмыленный пегас. Сказать он успел немногое, быстро свалился без чувств, но саму суть он донести сумел — в Блюберри (небольшом селе на тогдашней границе Эквестрии) случилась страшная беда.       Селестия не раздумывала долго. Временно передав поводья управления государством Луне, она во всю мочь рванулась на север. Несколько часов она летела вдоль тракта, прежде чем заметила поднимающийся из-за горизонта столб чёрной копоти. Пришлось лететь над самыми верхушками деревьев, высматривая выживших пони. Так, совсем скоро она приземлилась рядом с вереницей печальных подданных всех мастей и расцветок. С ней заговорила старейшина, пожилая серая кобыла:       — Да вот, Ваше благородье-с, беда с нами усеми тута приключилась. Давеча Кьюриос апосля закату пришол-с, да и начал хвалиться — так и сяк, нашол-с он, якобы, сокровишницу, которую исполины жалезные сторожат-с. Сразу же начал он нам усем заливать, что от папки своего про неё слышал-с, да что там кучи золотые лежат — до потолку! Сам он был, Ваше высочество-с, на выдумки горазд. То он клад какой в реке найдёт, то старую пещеру какую… В общем, подняли мы его на смех, Ваше величество-с. Насупился он тогда, обругал нас словами послидними-с, да и ушёл вобратно-с, пообещав, что к утру целу гору сокровищ притащит-с. Да вот только-с не видели мы с того дня его, а вот истуканов жалезных-с — сполна. Вчерась они только издалёку смотрели-с, мы даже и пообвыкли за часов-то несколько…, — кобыла отдышалась, прочистила горло и продолжила, — А ентим утром как нахлынули-с! Двое! Глазищи — о, што рубин красные! Высоченные — Вам по самый рог, уж не ко оскорбленью сказано-с! Скрипять жутко, пыхтять жутко, да вдруг огнём как начнут дома заливать-с! Пушще драконов, мать их ети! Ой, простите стару клячу, Ваше высо-…       Убедившись, что больше деревенские ничего касательно монстров не знают, Селестия поспешила в сторону дыма. Думала, что успеет спасти кого-нибудь от чудовищ.       Напавших было видно издалека — они стояли у ещё не тронутых пламенем домов, каких-то амбаров, и поливали их огнём из расположенных у них на руках труб. Беглого взгляда принцессе хватило, чтобы понять — перед ней созданные магией големы. А значит, диалог с ними почти невозможен. Времени не оставалось, а то, что големы, по сути своей, не являются разумной жизнью, развязало ей крылья. Это означало, что можно было сразу же бить самыми сильными и сложными заклинаниями, устоять против которых в Эквестрии не смог бы никто, кроме, пожалуй, её сестры.       Убедившись, что пони в деревне нет, Селестия приступила к делу: стала накачивать рог силой, параллельно начиная плести длинное и почти неподъёмное для смертного разума заклинание. Сложное оно было потому, что сплетало в себе чуть ли не все известные Селестии развеивающие заклинания в одно, чтобы как можно скорее закончить этот бой. Без приводящей их в движения магии, големы должны обернуться грудами железа.       Вот, до зудящего от напряжения рога добирается последняя капелька эфира — и вся эта мощь срывается на големов переливающимся синим потоком. Магия окутывает поджигателей, отрезает их от остального мира и начинает быстрый процесс дестабилизации чар.       В одну секунду она удовлетворённо следит за тем, как рассеивается голубой туман, а в другую… Исполины, вместо того, чтобы рассыпаться на составляющие их железяки, разворачиваются в её сторону. Селестии редко приходилось самостоятельно вступать в сражения, но видеть, что пущенное в бою заклинание не приносит результата, ей не доводилось никогда. Она испугалась. Если они невосприимчивы к её магии… Можно ли вообще их победить?       Медлить было нельзя, железные чудища неожиданно быстро приближались к ней, ужасающе скрипя, но не замедляясь.       Селестия сотворила ещё несколько совсем экзотических развеивающих заклинаний, но ни от одного из них не было толку. После этого всё, что оставалось аликорне — создать вокруг себя огнестойкий барьер и попытаться взять измором своих противников.       Через прозрачную стенку барьера было отлично видно, как двуногие исполины пытаются к ней подступиться. За прошедшие века Селестия ни разу не видела таких странных конструктов. Впрочем, в силу своей природы, они были явлением крайне редким. Иногда, в результате какой-то чудовищной случайности, часть магии мира обретала подобие сознания и пыталась строить себе нечто вроде тела. Чаще всего из земли, иногда — булыжника. Но такие тела всегда отличались грубостью… Существа перед ней же были иного рода. У каждого — крупная, словно кованая оболочка, изобилующая мелкими деталями. Ноги крепились как будто и не магией вовсе, а какими-то особыми соединениями. Головы не были просто пародией на морду увиденного зверя, а чем-то, имеющим куда больше логики и смысла: чёткие формы, выраженные углы… Но самое главное, глаза! Они светились неживым, красным цветом! Строго говоря, принцесса вообще не ощущала в существах перед ней ни жизни, ни магии…       Когда странные существа стали извергать пламя, Селестия окончательно убедилась в своей догадке. То были вовсе не големы, как она сначала подумала — это были механизмы! Что-то вроде часовых, но гораздо, гораздо более сложных.       Тогда она и не догадывалась, зачем кому-то вообще могут понадобиться такие чудовищные машины в такой глуши.       Принцесса телепортировалась за спины к этим существам, сформировала мощный проникающий магический заряд, после чего ударила по продолговатой колонне, закрывавшей спину одному из механизмов…       Взрыв раздался почти моментально. Единственное, что спасло тогда Селестию — барьер, который она, к своей радости, не стала развеивать и переместила в пространстве вместе с собой. Однако яркость того взрыва запомнилась Властительнице Солнца надолго, вплоть до сегодняшних дней…

* * *

      Селестия тряхнула головой, разгоняя воспоминания, после чего закончила писать письмо своей юной ученице. Моя дорогая ученица! Отвечаю тебе сразу же по прочтении предыдущего письма. Я знаю, ты очень талантливый маг, но сегодня тебе придётся проявить свой организаторский талант. Пожалуйста, постарайся сделать так, чтобы в случае, если существо снова будет замечено в окрестностях Понивилля, его жители были готовы быстро и организованно эвакуироваться. У меня есть подозрения по поводу существа, о котором ты писала. Оно может быть опасно, потому я предпочту справиться с ним сама. Когда опасность минует, сообщу тебе о том лично либо письмом.

Сохраняй спокойствие, моя дорогая ученица,

Твоя наставница, принцесса Селестия.

      Вспышка рога, и письмо отправилось к ученице. Однако всё ещё необходимо было предупредить кое-кого. Принцесса вышла из своих покоев и решила использовать для этих целей одного из стражников, дежурящих у дверей.       — Страж, если моя сестра проснётся и начнёт меня искать, скажи, что я срочно уехала на внеплановую ревизию в Мэйнхэттен. Донеси эти инструкции до остальных стражей.       — Так точно, Ваше Высочество!       После Селестия вернулась в покои, где вышла на балкон. Она размяла свои огромные крылья, после чего с места понеслась в сторону Вечнодикого. Ей предстоит целая ночь поисков…       

* * *

      Вечерочек конечно да… Весёлый. Нашёл, блин, говорящую лошадку. Интересно, сверхдолгий криптосон как-то влияет на психику? Я бы не удивился, если да. В конце концов, это очень напоминает приступы шизофрении, что иногда являлись последствиями инъекции нанитов. Наблюдал как-то: суперсолдат с такими приступами неопределённой степени тяжести начал чудить, видя… Всякое. Обычно таких на доработку отправляли. Но у меня-то никаких приступов отродясь не бывало!       Предположить, что это местная разумная жизнь? Бред, у людей миллионы лет ушло на то, чтобы палку в руки взять, а тут через пять тысяч лет лошадки с большими глазами свои амбары строят и за садами ухаживают.       Хотя, если подумать, эта планета изначально была чем-то из ряда вон. Один только факт того, что местные солнце и луна вращаются вокруг планеты… Причём по идеальным траекториям. Плюс странный фон, иногда мешающий сверхдальней коммуникации… Ну, это если верить болтовне учёных, которых мы из Центра сопровождали.       Я тем временем выхожу на какую-то просеку. Вокруг зелено и свежо. Зеленее и свежее, чем на моём родном мире. Идеальная планета для колонизации человеком, если странностей в расчёт не брать. Агромир бы из неё получился загляденье, жаль только, что последние лет сорок до моего длительного сна Федерации не до новых колоний было… Хотя всё равно что-то где-то осваивалось.       Деревья как-то незаметно ушли в стороны, и я вышел к руинам какого-то замка. Выглядит он так, словно его знатно потрепали миномётным огнём. Крыша разбита, несколько башенок снесены… Почти все руины покрыты лианами, в том числе и две основные башни, оставшиеся, судя по всему, целыми. Ландшафт, кстати, наш старый плац напоминает…       Поковырял землю носком сапога. Эге, да это он и есть! Мы тут построение с бронетехникой проводили. Только леса не росло и оврага этого не было... Теперь даже посмотреть хочется, выковыряли нашу кладку при строительстве дворца или прямо на ней отгрохали хоромы кому-то?       Тэкс, как бы попасть на ту сторону, не повредив ничего из моего снаряжения… Ага, через ров ведёт хлипкого вида мостик, а в экзоскелете я вешу без малого триста тридцать килограмм. Что-то мне подсказывает, что мостик меня не переживёт. Придётся снять кольчужку и оставить где-то под деревом. Он тяжёлый, местной живности его не упереть… Надеюсь. На всякий случай веток и листьев сверху накидаю. В общем-то не думаю, что кто-то, кроме человека может в него залезть и управлять, поэтому сомневаюсь, что ему что-то угрожает…       Всё, экзоскелет оставлен у деревца, лезу искать приключений на пятую точку в руины.

* * *

      Селестия уже второй час следовала по следам, предположительно, механизма, аналогичного тому, что потревожил когда-то покой одного из городков Эквестрии. Её тревога нарастала всё сильнее. В основном из-за того, что она сама себя накручивала.       «Ох, а что если это какой-то другой механизм, отличный от тех, что были побеждены мной уже больше тысячи лет назад? Что если это всего лишь разведчик, а основные силы только на подходе? Что будет, если я проиграю и паду в этом бою? Как без меня с этой угрозой справятся мои маленькие пони? И как без меня будет моя маленькая Вуна…» — с каждым часом подобных мыслей в голове Селестии роилось всё больше.       Но вот, глубокие квадратные следы вывели её к руинам их с сестрой старого замка. С этого момента она должна была быть предельно осторожна, так как выходила на открытую местность. Чтобы уж точно не попасться на глаза, на свою шубку принцесса наложила заклинание прозрачности — так её точно не должны заметить.       Следы, хоть и явно нарочно затёртые за несколько метров, вели к дереву в небольшом овраге. Селестия, стараясь не издавать ни звука, приблизилась к месту, откуда росло деревце, уже заряжая целый шквал магических зарядов, и всё для того, чтобы недоумённо уставиться на обнявшее дерево железное изваяние, частично закрытое выдранным откуда-то кустом.       Довольно высокое — чуть выше, чем она — покрытое грязью и травой, оно напоминало скорее доспехи, нежели самостоятельную машину. К тому же, на его длинных конечностях не было ничего, что можно было бы назвать оружием…       Бумк.       Селестия осторожно ткнула копытцем в пластину на «спине» доспеха. Ничего… Селестия ткнула ещё раз — ноль эмоций. Судя по всему, у этого железного костюма был пилот, скрывшийся в неизвестном направлении.       В тот же момент из руин раздался сначала треск, а потом металлический звон. Кажется, пилот обнаружен.

* * *

      Зря я наверное попытался оторвать от стены синий гобелен с полумесяцем…       На ощупь он был ничего такой, приятный. А у меня в казарме почти всё постельное бельё от старости в труху превратилось, а запаски в вакуумных упаковках не так много. Плюс обивка для диванов… В общем, я попробовал слегка потянуть. А потом сверху раздался треск, и со на землю со звоном рухнул металлический подгобеленник. Шуганулся я, конечно, знатно, до сих пор бионическое сердце никак не успокоится и с тройным усилием гонит кровь к гудящим мышцам. Ну его, гобелен этот, пойду лучше в одну из башен прогуляюсь, карту окрестностей с высоты обновить.       Замок, как оказалось, действительно взяли и вероломно построили прямо на нашем плаце. Единственное что продолбили место под складское помещение. Я там, кстати, нашёл пыльные запечатанные бутылки с чем-то, что предположительно является вином. Пить не стал. Я, конечно, суперсалат, и метаболизм мой значительно повышен, но пределы есть у всего.       Поднялся по старым каменным винтовым ступенькам и сейчас открываю массивную дверь с полумесяцем на ней. Хм… А это место не выглядит таким уж раздолбанным. Небольшой слой пыли, мятая кровать — опять же, в виде полумесяца, книга открытая на прикроватной тумбочке. Заглянул — не понятно ни черта. Лишь пара букв отдалённо напоминает оные из интерлингвы, а так… Хм, если это лошадинское строение, то почему я понял ту, испугавшуюся? Не может так различаться почти чистая интерлингва и её написание…       — Кхм-кхм.       Я замер, только-только выключившееся бионическое сердце снова забу́хало в груди. Развернулся почти на пятках, после чего практически уткнулся в морду белой лошади. Белой лошади, у которой были розовые глаза и светящийся золотым рог…       Смотрит настороженно. Вроде бы не угрожающе, но я не специалист по ксенобиологии. Страха в её глазах нет, значит либо наивна, либо необоснованно самонадеянна. С другой стороны, с таким-то рогом… нет, рожищем! Да этой лошади трумбо позавидуют!       Ммм, в свете её рога открылась пара истин. В отличие от лошадей наших, земных, у местных мордочка не такая длинная. Глаза действительно большие, конкретно у этой особи они розовые. Волосы (или грива?..) развеваются на несуществующем ветру. Стоит признать, что выглядит, в целом, очень… Очень… Прикольно. Я в шоке сам от себя, если честно. Ладно, туземец агрессии не проявляет и выглядит располагающе, почему бы не пойти на-…       — Ты точно меня понимаешь? — В голосе сквозят сочувствующие нотки. Меня приняли за дурачка?.. Либо просто думают, что я настолько напуган, что не могу и слова вымолвить.       Я прочистил горло.       — Да. Встречный вопрос. Понимаешь ли меня ты?       Лошадь слегка качнула головой, кивая и по-прежнему не спуская с меня взгляда.       — Пожалуйста, расслабься, я не собираюсь причинять тебе вреда, если ты обязуешься не причинять его мне.       Я выдыхаю, после чего сажусь на кровать, как бы показывая, что спокоен и готов к сотрудничеству. Этакий жест доверия. Впрочем, уязвимее я не стал. А реши она воткнуть мне в голову свой рожище, теперь я чуть дальше. Есть шансы успеть выхватить револьвер.       Впрочем, она заметно расслабляется и гасит свой рог. В глазах всё ещё есть насторожённость, но уже нет той строгости и готовности бою. Деэскалация, однако. Ммм, коль мы перешли к диалогу, надо бы вывести на внутренний экран Протоколы первого контакта… Что там нам рекомендуют делать умные люди?..       — Очень хорошо… Ты позволишь задать несколько вопросов?       — Да, но мы будем делать это поочерёдно, — отвечаю немного сухо, как на допросе, параллельно бегая взором по строкам Протоколов, — Мне тоже необходима информация. Поскольку врасплох меня умудрилась застать ты, то предлагаю начать тебе.       — Понятно… Первый вопрос, ты намерен в дальнейшем причинять вред мне и моим маленьким пони?       Пони? Хм…       — Нет, я не собираюсь нападать первым. Мою агрессию может вызвать только две вещи — прямое нападение на меня либо посягательство на федеральную собственность, — после этих слов белая пони, кажется, окончательно расслабилась. Зато в глазах её появилось гораздо больше живого интереса, чем было до этого.       — А что за федеральная собственность?       — Это будет вашим вторым вопросом, сейчас моя очередь. Кто вы, собственно, такая?       Немного потупившаяся после моего замечания белая ло… Поняшка с готовностью ответила:       — Я принцесса Селестия, аликорн и правитель Эквестрии — страны, в которой вы сейчас пребываете. Знаете, я попрошу позволить мне задать сразу два небольших вопроса, — дождавшись моего кивка, принцесса продолжила, — Во-первых, я бы тоже хотела знать, кто вы и как вас зовут, а во-вторых… Не хотите ли перенести нашу беседу в более непринуждённую обстановку королевской столовой?       Хм… «Если туземец предлагает посетить их стойбище/аул/деревню/прочий локальный населённый пункт и вы уверены, что их намерения являются благими, вы имеете полномочия принять предложение с целью повышения доверия со стороны аборигенов. Протоколы рекомендуют взять с собой несколько незамысловатых предметов быта, предоставив их туземцам в качестве даров…». С дарами натяжечка, м-да.       — У меня есть индекс. «A-17N». Я являюсь представителем вооружённых сил Федерации в звании лейтенанта. По поводу переноса беседы... Что ж, дайте только надеть экзоскелет…       Ваше Высочество.