Мотылёк

— Блять, Диана, это просто полный пиздец, я даже не знаю, как по-другому выразиться, — Рита готова биться головой из-за произошедшего. Конечно, она попадала во всякие казусные ситуации, связанные с ее ориентацией, но чтобы так — никогда. Кира, спасибо ей, промолчала, ничего не спросила и не сказала, потушила сигарету и предложила возвращаться. Еще бы, стоять на балконе с лесбиянкой — такое себе удовольствие для некоторых гетеросексуальных женщин, а уж тем более в России. Рита не тешит себя иллюзиями, несмотря на то, что она за столько лет успела обзавестись собственным пузырем, в котором у нее было достаточно лесбиянок и геев. Она всегда помнит о реальности. В реальности — для многих она грязная, неправильная и просто «другая» — не в самом лучшем значении этого слова. Рите не нравятся взгляды других, когда они узнают — сочувствующие, презрительные, недоумевающие, стыдливые. За стыд других Рита злится, пожалуй, больше всего. Но Кира, кажется, не выдала ничего подобного из этого списка, лишь равнодушно закончила свою дымо-терапию и вернулась к ребятам. Рита злится, потому что вынужденные каминг-ауты не входили в ее планы, а уж тем более перед начальством. Она хочет избежать неловкостей, разговоров и косых взглядов. И это во второй день ее работы! Рита почти хнычет подруге в трубку, пока та отчаянно старается привести ее в чувство. — Да может, она даже не поняла, что произошло, — предполагает Диана. — Мало ли твоя любимая подружка решила заскочить к тебе в гости? — Ты себя слышишь? — Ритины щеки краснеют от холода, она шмыгает носом. — Ладно мне б пятнадцать было, но какая «любимая» подруга в тридцатник? — Слушай, ну чего ты переживаешь, она же ничего не сказала. В конце концов, нормальный руководитель, даже если и будет знать подробности твоей личной жизни, оставит это для личной жизни. Ей-то какое дело, с кем ты спишь? В словах Дианы простая истина, по-другому и быть не может. Но Диана ни перед кем не скрывается и относится к своим признаниям, как если бы она признавалась, что любит есть салями. Рите с этим тяжело, тем более работа ей нравится, и менять ее в самом начале — совсем не хочется. — Скажи это людям, которые почему-то оскорбляются, узнав, что кто-то гей. — Я понимаю, подруга, но попробуй просто не обращать на это внимания. Сделай вид, будто ничего и не было, я думаю, что Кира хотела бы того же. Рита соглашается, мысленно надеясь на благоразумие начальницы.

***

Аня приехала в субботу, застав Риту за готовкой ужина. Кровь внезапно отлила от головы к ногам, заставляя покрыться липким потом, когда в дверь раздался долгожданный звонок. Сердце бешено застучало в груди, и Рита, едва соображая, побежала в коридор, на ходу заглядывая в зеркало и пытаясь понять, насколько хорошо она выглядит. Но разве это важно? — Привет, — Анька, промокшая под мелким дождем, улыбалась. — Что-то я совсем не подумала взять зонт. — Заходи, — широким жестом приглашая бывшую, Рита чувствовала себя так, как в то время, когда они только начинали встречаться. Как Аня приходила к ней по вечерам, они ужинали и смотрели фильмы, как отвлекались на поцелуи и мечтали о своем совместном будущем. Привычно захотелось помочь снять куртку, ласковым движением высушить полотенцем светлые волосы. — Прости, что так внезапно, — забормотала Аня, вероятно, смущаясь от своего же появления. — Я старалась забрать все сразу, но совершенно забыла о коробке, которую сама и запрятала. — Это ничего, — Рита неловко пожала плечом, проходя с Аней в комнату и кивая на шкаф. — Я ничего не трогала и не искала, так что посмотри сама. Березина смотрела на эту ровную спину, собранные в пучок волосы, тонкую шею — и не могла избавиться от заедающих мыслей о том, почему это закончилось? Почему у них ничего не получилось? И когда Анька достала забытую коробку, победно встряхивая ее в воздухе, ее взгляд внезапно задержался на Рите, словно она могла бы думать о том же самом. Возникла тишина. Они обе замерли, разглядывая друг друга и думая каждая о своем, пока Аня не сдалась первой. — Как у тебя дела? — спросила она едва слышно, не решаясь сдвинуться с места. — Как с работой? — Вышла на прошлой неделе, вроде неплохо, — Рита, вспомнив про готовку, внезапно встрепенулась. — Не хочешь поужинать? Как раз вот-вот будет готово. И Аня осталась. Все тянуло Березину в прошлое, заставляя сдирать с себя заживо чуть затянувшиеся раны. С Аней было хорошо, по-семейному тепло и спокойно. Они много разговаривали о работе и новой бытовухе, в которой предстояло жить. А Риту все не отпускало — она смотрела на девушку, в которую была влюблена до беспамятства, и никак не могла понять, что она сделала такого, чтобы та ее разлюбила. Внезапный ком, возникший в горле, мешал вдохнуть. Рита просто не могла не спросить: — Ты не жалеешь, что все вот так сложилось? Спросила, ожидая, что Анька посмотрит на нее с тлеющей надеждой, с той частичкой любви, в которой так нуждалась Рита. Она надеялась, что Аня пожалеет, передумает, вспомнит о хорошем и вдруг захочет вернуться. Но та смотрела на нее извиняющимся взглядом, что Березиной стало противно от самой себя. Она такая жалкая. — Не жалею, — тихо выдохнула Анька, но спрашивать в обратную сторону не стала. По Рите и так все понятно. И уже в конце вечера, прощаясь и неловко обнимаясь на прощание, Рита глотала подступающие слезы, а Аня, пряча глаза, быстро бросила: «Все обязательно наладится». А затем ушла, и в маленькой квартире Березиной вновь повисла угнетающая тишина.

***

Рита с облегчением выдохнула, когда поняла, что Кира не собирается третировать или допрашивать ее о произошедшем. В ином случае Березина бы точно не удержалась от грубости — это исключительно ее дело. В понедельник она познакомилась с Антоном, наконец появившимся в офисе. У него короткие темные волосы и густая отросшая борода — Рита дала бы ему не меньше сорока пяти, но Саша успела нашептать о том, что он гораздо моложе. Хоть главред выглядел совсем не отталкивающе, но что-то в его взгляде Рите все-таки не нравилось, а когда он начинал говорить, она и вовсе хотела уйти. Странно, что во время собеседования он казался ей нормальным — то ли это формальные вопросы звучали иначе, то ли черт пойми что. Знакомясь с ним в кабинете, Рита не понимала, как человек, выдающий вполне себе сексистские фразы, может быть главным редактором женского журнала. Звучит это так же абсурдно, как если бы Березина вдруг объявила своим друзьям, что решила «попробовать с мальчиками». Впрочем, у Антона мелькали и годные мысли — за них Рита и зацепилась. Рост, развитие, перспективы, звездные интервью, поднятие бюджетов — звучало вдохновляюще, и Рита активно кивала головой, со всем соглашаясь. Закрепив за Березиной рубрику лайфстайл, Антон попутно рассказывал обо всех неудачных поисках нового редактора, и как бы ему хотелось, чтобы Рита осталась с ними подольше. Кира постоянно оказывалась где-то рядом, исчезая в толпе сотрудников и изредка объявляясь в кафе на обед. У Риты отлегло — Кире не было никакого дела до того, что она увидела. «Поведение здорового человека», — написала она Дианке спустя пару дней, отменяя тревогу. Даже первая встреча относительно статьи Березиной прошла спокойно. Кира без каких-либо эмоций спросила о работе и первых днях, вертя в руках распечатанную статью и пообещав дать фидбэк на следующий день. А на следующий день Рита получила все ту же распечатку с красными пометками, что и где нужно исправить. Она чуточку расстроилась, видя такое количество косяков, но Кире все-таки улыбнулась, обещая, что выполнит все в лучшем виде.

***

Рита жует губу до боли, царапает короткими ногтями ладони и никак не решается зайти в кабинет Киры. За прошедшие несколько недель ничего не произошло. Буквально ничего — Кира никаким своим словом или взглядом не дала понять Рите, словно вспоминает или думает о произошедшем. Но у Березиной внутри все равно что-то дрожит, особенно, когда они с шефом остаются наедине. У Киры колючий взгляд, от него хочется и спрятаться, и сжаться, и признаться во всех грехах — но Рита все же держится. — Госпожа Березина, вы долго будете там стоять? — холодный голос Киры слышится из кабинета. «И как только она угадала?», — недоумевает Рита. Из-за замутненного стекла угадать ее по силуэту — невозможно, да и Рита не давала никаких обещаний зайти в это время. Кира — как обычно, сидит в своем кресле с сосредоточенным взглядом, изучая что-то в ноутбуке. Пиджак аккуратно болтается на спинке, светлая блузка консервативно застегнута на все пуговицы. «Или та застегивается только перед моим приходом», — придумывает про себя Березина. Она какое-то время молчит, пока Кира не поднимает на нее свой тяжелый взгляд, выгибая бровь. — Вы на помолчать или поговорить пришли? — тон у Киры спокойный, но Рита точно знает, что начальница подкалывает ее нерешительность, которая саму Риту жутко бесит. — Я принесла правки по статье, — распечатанный лист ложится перед Авдеевой, и та незамедлительно надевает очки. — Надеюсь, в этот раз лучше. — А я-то как надеюсь, Маргарита, потенциал у вас ведь есть. Рита пока не определилась, как она относится к тому, что Кира иногда переходит на официальности: и выкает, и Маргаритой называет — так и не понять, издевается или нет. Рита смущенно улыбается, разглядывая кабинет, в котором каждый раз находит что-то новое — то цветок, то новую книгу, которую читает Авдеева, то грамоты, висящие на стенах. — А кажется, будто бы и нет… — вяло бормочет Рита, встречаясь с вопросительным взглядом напротив. — Я имею в виду, мне даже странно, что возникло столько исправлений. На прошлых работах со мной такого не происходило. — Думаете, у меня к вам предвзятое отношение? — честно спрашивает Кира, чуть улыбаясь. — Я не это хотела сказать… — начинает оправдываться Рита, не зная, куда спрятаться от смеющегося взгляда. — Давайте по существу, — опять на «вы», Березина вздыхает. — Это нормально, что иногда приходится перестраиваться в повествовании, когда меняется специфика редакции. У вас вот некоторые фразочки прям из журнала для серьезных дядь, а мы тут про другое, понимаете? Рита молча кивает. Она верит, что Кира не пытается ее задеть, напротив — за прошедшие несколько недель она была с ней крайне терпелива и деликатна, но правки, принесенные ей, были уже четвертыми по счету. — Давайте я посмотрю статью и завтра мы обсудим прогресс? — предлагает Авдеева, на что Рита счастливо соглашается.

***

Белые стены, тихая музыка, звон столовых приборов. За столом пахло красным терпким вином, а повсюду слышался гул гостей. Кира не вникала в разговоры, рассматривая веточки живых цветов, стоящих посреди стола. Она снова выпадала из обсуждений подруг, снова ощущала себя чужой. Ей здесь не место. Неприятным чувством в груди оседало осознание того, что все рано или поздно заканчивается — и дружба не исключение. Наверное, это совершенно нормально, когда университетские подруги становятся другими: меняются их интересы, темы для обсуждений, уходит бурная молодость, сменяя размеренной семейной жизнью. То, что связывало их раньше, осталось в начале двухтысячных. О кипящей страстями молодости они вспоминали крайне редко. В прошлом остались истории Полины, бегающей от милиции, стащив из небольшого магазинчика коньяк; истории о том, как Кира заигрывала с тогдашним преподавателем по фотожурналистике и даже однажды сходила с ним на свидание; как все они устраивали забастовку в университете против новых подходов в обучении. Тогда было весело — Кира чувствовала себя живой, окруженной подругами, с которыми не страшно и в огонь, и в воду, с которыми можно писать провокационные статьи и быть честной. Сейчас честным быть опасно, а в журналистике осталась только Авдеева. Машка жалуется, что сынуля не выговаривает буквы, а найти логопеда ох как нелегко. Таня с Полиной кивают — они обе родили только год назад, но заранее впитывают истории «опытной» мамочки, обсуждая подгузники и кормление. Кире хочется спросить о послеродовой депрессии, но она точно знает, что подруги взглянут на нее как на дуру. «Депрессии только у тех, у кого нет работы», — как-то выдала Татьяна, и Кира, перегруженная задачами на месяц вперед, готова была выкинуть свои таблетки и отменить сеанс у психотерапевта. Танька-то точно знает. — Ну а Макс там как поживает? — сменяя тему детей на вполне логичную — мужей, Маша внезапно вспоминает о Кире. — Забрал все звездные контракты себе? Что-то неприятное клокочет внутри — то ли потому, что подруги признают только успехи мужа, то ли потому, что не спрашивают о ней самой. Макс — не последний человек в мире моды, его фотографии украшают глянцевые журналы и инстаграмы моделей, а контракты за съемку насчитывают почти месячную зарплату Киры. Раньше ей, конечно, льстило то, как подруги без конца расспрашивали о муже, радовались его успехам и в открытую завидовали Кире, мол, отхватила себе мужчину мечты. Но со временем постоянные разговоры о Максе начали утомлять, а еще больше раздражало то, как они сливались во что-то единое, словно все достижения Киры были какой-то заслугой мужа. — Нормально, — отвечает Авдеева почти лениво. — Как обычно, много работает. В следующем месяце улетит в Милан снимать там какую-то актрису. Глаза девчонок загораются, и Кира еще больше раздражается. Вероятно, слушать про съемки актрисы намного интереснее, чем про ее собственную работу, где пишутся однообразные статьи про женщин или, чего хуже, слушать про ссоры с начальством. — Ну правильно, — рассуждает Полина. — Расширяет контакты, может, и тебя в Милан перевезет. Кира слабо кивает, разговаривать о Максе совсем не хочется. У них с Максом куча неразрешенных «но», в которых она тонет, а рассказать о них подругам не решается. Кира не рассказывает о том, что Милан — его двадцатая попытка, что Макс беспробудно пьет и устраивает скандалы на ровном месте, что с работой, на самом деле, все намного хуже, чем кажется. Но у Киры совсем нет желания это обсуждать, поэтому она с радостью переключается на обсуждение проблем Полины, лишь бы не привлекать к себе внимание.

***

Не изменяя привычкам, ровно в шесть Рита выключила компьютер и спустилась на первый этаж офиса, застав мелко накрапывающий дождь. Диана обещала заехать за ней на такси — как раз по пути в бар, в которой они договаривались пойти уже целую неделю. Рита, в отличие от Дианы, любила спонтанности и внезапные вылазки с друзьями, подруга же — настойчиво просила выбрать время и день недели, чтобы подбить это под свой календарь. Выпавший ночью снег за день превратился в грязную кашу под ногами. Рита наблюдала за мелким дождем, отражающимся в свете фонарей, и думала о том, как одиноко чувствовала себя в последнее время, возвращаясь домой. Серость района, тотальное уныние и звенящая тишина, повисшая в ее однушке. Вечер с Дианой должен был отвлечь ее от гнетущих мыслей, однако от мыслей ее отвлекла щелкнувшая рядом зажигалка. — Ты всегда такая пунктуальная? — голос Киры ни с кем не спутать: низкий, будто прокуренный, он все же казался Рите невероятно сексуальным. Повернувшись лицом к начальнице, Рита даже не поняла, в хорошем ли смысле задан вопрос. Уходить ровно в шесть — действительно пунктуальность, однако зачастую такая пунктуальность нервирует начальство и создает ложное впечатление о том, что сотрудник приходит «отсидеть» положенные часы и скоропостижно свалить. — Обычно да, — Рита улавливает заинтересованный взгляд Киры, но чужих эмоций так и не понимает. — Это плохо? Сощурившись от едкого дыма и смахивая его в сторону, Кира небрежно кивнула головой. За свой опыт она уже достаточно видела сотрудников, которые не хотели работать, но Рита определенно не относилась к ним. Напротив — за прошедшие несколько недель Кира отметила, что Березина не отвлекается на всякую ерунду, в отличие от коллег, не проводит на кухне по полдня и не кормит «завтраками» важные задачи. — Нет, скорее, наоборот, я удивлена твоей продуктивности, — не выдерживая чужого взгляда, который, казалось бы, ничего не знает о смущении, Рита отвела глаза. — Я посмотрела твою сегодняшнюю статью и, честно говоря, не знаю, к чему придраться. — А это обязательно? — Рита неловко засмеялась. — Совсем нет, ты отлично поработала. Я отправлю твою статью Антону, хочу, чтобы она была открывающей в журнале. — Мне приятно это слышать, — не скрывая своего восторга, Рита широко улыбнулась. — Я быстро учусь и запоминаю пожелания. Кира чуть поджала плечи, начиная мерзнуть. Ей нравилась прямолинейность Риты — такая простая и обезоруживающая. Работалось с Березиной легко. Исследующий взгляд скользил по тоненькому пальто девушки, цеплялся за темные волнистые волосы, идеально ровно выведенные стрелки и розовеющие на морозе щеки. Кира и сама не поняла, в какой момент начала ее разглядывать, думая про себя о том, неужели такая феминная и хрупкая Рита правда может любить женщин. Несколько раз Авдеева вспоминала о том случае на корпоративе, воспроизводя в голове входящее сообщение от «любимой», и никак не могла поверить в то, что ее подчиненная лесбиянка. В целом, Кира никаких проблем в лесбиянках не видела — на ориентацию ей было все равно, однако в своей голове она почему-то непременно представляла совершенно иные образы. Лесбиянки для нее были более мужественными как внешне, так и в своем поведении — настойчивые, дерзкие, флиртующие наповал. Несмотря на то, что Кира сама росла во время расцвета «Тату» — она с трудом им верила, а вот «Ночные снайперы» — другое дело. Там-то Кира все видела и понимала, но сейчас, переводя взгляд на Риту — недоумевала. Может, ей просто показалось? — Ну, до завтра? — Кира очнулась, когда Рита уже засуетилась, поглядывая на подъехавшую машину, из которой высунулась девушка, активно махая рукой. Может, просто совпадение. Кира заторможенно моргнула, отправляя сигарету в урну. — Хорошего вечера.

***

— Я буду пиво, — Диана, изучив меню, отложила его в сторону и подняла свой взгляд на подругу. — Это ты с ней стояла у офиса, с Кирой? Рита коротко кивнула, рассматривая яркие картинки с лимонадами — она все еще на таблетках, врач сказал, что нужно продержаться еще месяц, а позже думать об отмене. С антидепрессантами действительно проще, вот только меньше думать об Ане совсем не получается — она лезет непрошеными мыслями в голову, заставляя вспоминать о том, что уже произошло и могло бы произойти. — Кира Юрьевна собственной персоной. — Так что в итоге, ничего не сказала тебе о том случае? — Диана аж светится от интереса, вот ей бы только и собирать все сплетни на свете. — А то, может, уже и подкатить решила, а тут я приехала… Рита усмехнулась — представить такой интерес Киры — что-то из ряда вон выходящее. Такие, как Кира, сидят у своих мужиков за пазухой, ходят за ними под руку на каждое мероприятие и отправляют вечерами нежные эсэмэски о том, что задерживаются на работе. — Промолчала, — заключила Березина. — Она вообще, как оказалось, нормальная тетка. Замучила меня, конечно, правками, но хотя бы адекватная, не то что главред. — А он чего? — Несет сексистскую ахинею, что уши сворачиваются в трубочку, — Рита притянула принесенный напиток, молча завидуя Кире с ее пивом. — Но ладно мужик, а Сашка-то куда? Это моя кураторша. Думала, что мы на одной волне, но, судя по всему, она в лодке патриархата. Диане палец в рот не клади — она откусит, если речь зайдет о патриархате. Кажется, будто Диана готова выходить с плакатами и сжигать мужиков, а девчонок, поддерживающих эту систему, она категорично относит к категории «дуры». — Да и шли лесом эту дуру, — коротко резюмировала Диана. — А что, там «своих» в офисе нет? «Своих» Рита еще не обнаружила, да и понять это исключительно внешне — зачастую не самая простая задача. К тому же знакома она была фактически только с редакторами, лишь пару раз заметив в кругу общения Артема дизайнера и верстальщика. Но будь в офисе кто-то, кто бы с первого взгляда понял, что с Ритой можно обсуждать все сезоны «Секса в другом городе», она была бы безмерно счастлива. Остаток вечера Рита счастливо провела с Дианой, обсуждая их расставание с Аней и новую влюбленность Дианы. Обеим жутко нравилось строить из себя эксперток по отношениям, когда эти отношения их не касались. Диана рассказывала о сто и одной причине как пережить расставание, а Рита пыталась вычленить из переписок подруги намеки на флирт.

***

Чем дольше Рита работала в Powder, тем яснее ощущала напряжение, накапливающееся внутри команды. Если раньше ей казалось, что внутри отдела царит любовь и взаимопонимание, то к декабрю она уже ясно понимала, что все далеко не так просто. Невозможно было закрывать глаза на стычки Саши и Киры, случающиеся чуть ли не каждый раз, когда они встречались. Пассивно-агрессивные, они портили настроение не только друг другу, но и остальной команде. Артем все реже старался вклиниться, чтобы прекратить перепалку, жалуясь в перерывах Рите на то, что это, кажется, не закончится никогда. Так было и на последнем совещании, когда они согласовывали список тем для следующего номера, и Кира с удивлением заметила, что темы для Саши уже закреплены. — Как получилось так, что твоя тема уже одобрена? — спокойно поинтересовалась Авдеева, хотя Рита могла бы поспорить, что та вне себя от ярости. Саша, словно нарочно провоцируя, с улыбкой обернулась к Антону, ища в нем защиту. В кабинете повисло напряжение. Вика переглянулась с Димой, беззвучно ведя диалог о том, что этого стоило ожидать. — Я предложила Антону эту тему еще неделю назад, так что он сразу одобрил ее. Пара глаз устремились к невозмутимому главреду, а редакторы опустили глаза в ноутбуки, стараясь не вмешиваться в ситуацию. Обычно Кира не устраивала публичную порку, но тогда почему-то решила выяснить это вместе со всеми. Ее злило, что Саша делала это словно нарочно — игнорировала всяческое руководство Авдеевой, стараясь перепрыгнуть через голову. — Это замечательно, что ты выбрала такую актуальную тему, которую сразу одобрили, — Кира говорила уверенно и строго, переводя взгляд на Сашу. — Но я хочу напомнить о том, что ты работаешь под моим руководством, а значит, такие вещи должны решаться через меня. — Кира, давай не будем, — вмешался Антон, словно не видел в этом ничего особенного. — Ну, обратилась Саша ко мне, посоветовалась, я дал добро. Рита кинула взгляд на Артема, который устало опустил голову и зарылся пальцами в волосах. Кажется, все прекрасно понимали, чего можно ожидать от Саши, но Березина упорно не могла понять, почему главред одобряет рабочие процессы, которые не должны проходить вот так. — Я руковожу командой редакторов не для того, чтобы передавать чье-то мнение тебе, а чтобы также участвовать в обсуждениях и принимать решения, — сухо сообщила Кира, сильнее сжимая ручку в своих руках. — Давайте все же будем придерживаться выстроенных процессов и соблюдать субординацию. — Подумаешь, разочек озвучила идею… — Саша демонстративно закатила глаза, и от Риты не укрылось то, как Антон быстро коснулся ее плеча, словно призывая успокоиться. В небольшом кабинете стало жутко дискомфортно, и по виду остальных коллег Березина поняла, как всем хочется провалиться под стол от неловкости. Рита могла понять Киру — если ее сотрудники самостоятельно решают, что могут не обсуждать с ней свои решения, она теряет авторитет в глазах подчиненных. А кому нужен такой шеф-редактор, если он не в состоянии контролировать подчиненных? — Хорошо, давайте на этом заканчивать и расходиться работать, — предложил Антон, заставляя остальных облегченно выдохнуть. — Впредь все вопросы решайте, пожалуйста, через Киру. Когда почти все вышли из переговорки, Авдеева попросила мужчину задержаться, все еще чувствуя, как кровь вскипает в ее венах. Антон, в отличие от нее, выглядел невозмутимо. Мельком поглядывая на часы, он демонстративно вздохнул. — Саша возомнила из себя невероятного сотрудника после того, как провела онбординг Березиной? — уже чуть повысив голос, Кира звучала раздраженной. — Почему ты позволил ей согласовать тему с тобой без моего участия? — Честно говоря, она даже не озвучила то, что не обговаривала это с тобой, — Антон смиренно сложил руки в замок, наблюдая за Кирой. — Ты же знаешь, Саша отличный редактор, даже если она не согласовала с тобой, она согласовала это со мной. — Даже если она отличный редактор, это не дает ей право прыгать через головы, — возразила женщина. — Или я выполняю роль декорации в этом звене? — Кира, мне кажется, ты излишне драматизируешь из-за того, что у тебя с Сашей напряженные отношения. — И как ты думаешь, почему? — Кира глубоко вздохнула, пытаясь чуть успокоиться и не вестись на поводу у эмоций. — Ты же сам поощряешь ее поведение, и ей уже становится глубоко плевать, что у нее есть прямой руководитель. Потому что каждый раз, когда она бежит к тебе, вместо того, чтобы прийти ко мне — мой авторитет в ее глазах падает еще ниже. Почесав бороду, Антон примирительно вытянул руку, касаясь ладони Киры. Было неприятно, но она все же не дернулась, стойко выдержав чужой взгляд. — Мы могли бы что-нибудь придумать. Вот так просто, без тени застенчивости. Кира поражается, насколько бесстыдно это вылетает из чужого рта, с мерзкой улыбкой и внимательным взглядом. Когда-то Антон уже получал ответ на это предложение, который его не устроил — и вот по новой. Аккуратно вытянув свою руку из-под ладони мужчины, Кира откинулась на спинку стула, холодно глядя на него. — Кажется, достаточно напоминать ребятам о том, кто их прямой руководитель и как происходят процессы в компании. Ехидно хмыкнув, Антон кивнул головой и, выпрямившись, покинул кабинет.

***

Кира ходила по офису чернее тучи, Рита даже замирала, стараясь не дышать, когда та проходила рядом — то останавливаясь у столика Артема, то обсуждая что-то с Аней. Рита держалась в стороне, наблюдая за резкими движениями женщины и искренне боясь попасть под горячую руку, хотя с того самого собрания прошло уже несколько дней. Саша же ходила по офису ярким солнышком, улыбаясь и смеясь, словно ничего не произошло. Она даже умудрялась шутить: «Кажется, у кого-то ПМС», кивая в сторону Авдеевой. При Кире Саша, конечно, помалкивала, но все равно всем свои видом показывала, как ей некомфортно находиться рядом с женщиной, которая выставила ее на посмешище при всех. Рита ощущала противоречивые чувства, заметив, что в обед Кира оставалась одна — сидела в самом углу, уткнувшись в окно, и изредка посматривала в телефон. Возможно, ей было только в радость находиться, наконец, наедине с собой, однако Рита воспринимала это как одиночество и отстраненность от других людей. Несколько раз ребята звали Авдееву к себе за столик, чтобы та не скучала одна, но та вежливо отказывалась. В очередную пятницу, когда Рита уже закончила почти со всеми задачами, Кира неожиданно объявилась около ее стола, опираясь на него бедром и глядя на Березину сверху вниз. Кира выглядела уставшей — тонкая кожа под глазами просвечивала, а взгляд казался Рите замученным. Моментально вытащив наушники из ушей, она подняла голову, пытаясь понять, что от нее хотят. — Зайдем ко мне? Нужно кое-что обсудить, — несмотря на вид Киры, звучала она мягко и дружелюбно. Рита почему-то расплылась в улыбке, тут же вылезая из-за стола и следуя за женщиной в кабинет. Идя чуть поодаль, Рита рассматривала светлые волосы женщины, собранные в небольшой хвост, тонкую талию и хрупкую спину. Заглядевшись на кусочек обнаженной кожи чуть ниже шеи, Березина несколько раз моргнула, пытаясь привести себя в чувства. Кира выглядела такой хрупкой и маленькой, что Рита никогда не могла бы подумать, что готова сдаться под ее твердым взглядом. — Маргарита, как у вас с английским? — Рита аж усмехнулась, снова заметив переход на официальности. — Хорошо, — присев на стул напротив женщины, она закинула ногу за ногу, внимательно наблюдая за Кирой. — Свободно владею, а что такое? — В Москве сейчас проходит фестиваль, посвященный сексологии, и на него, по счастливому стечению обстоятельств, приехала Джессика Харрис. Она очень значимая фигура среди врачей-сексологов, и я бы хотела, чтобы ты взяла у нее интервью. Рита чуть нахмурилась, обдумывая предложение Киры. Она помнила, что Антон уже отзывался о том, что в журнале хотелось бы видеть меньше секса и больше повседневных статей. В прошлый раз это коснулось статьи Яны, и Рита запомнила их обсуждение, касательно предпочтений главреда. — Что-то не так? — переспросила Кира, заметив, что Рита так и сидит, потупившись в одну точку. — Нет, я просто вспомнила… — подняв взгляд темных глаз, Березина неуверенно сглотнула. — Пару недель назад Яна хотела взять похожую тему и сказала, что Антон категорически против, аргументируя это тем, что в журнале слишком много секса. Спокойный взгляд Киры моментально изменился, и Рита мелко задрожала, чувствуя себя уязвимо. — Яна обсуждала темы для статей с Антоном? — повысив голос, спросила Авдеева. — Снова не уведомив меня? — Я… я не знала об этом, — пробормотала Рита, чувствуя, будто подставила коллегу и сама отхватывала за чужие ошибки. — Я имела в виду… Если Антон Леонидович будет не против, я, конечно, возьму интервью. — А ты считаешь, что я пытаюсь повесить на тебя идеи, которые не оценит главред? Рита даже растерялась от того, насколько быстро завелась Кира, срываясь на нее. Да еще за что? За то, что она высказала опасение, основанное на опыте коллеги? В душе клокотала обида — она не сделала ничего плохого, чтобы Авдеева сейчас высказывала ей недовольства. — Знаешь, забудь, — кивнула она раздраженно. — Кажется, что уже всем отлично живется с мыслью, что проводить обсуждения со мной о работе — совсем не обязательно. Молча встав, Рита прикусила себя за кончик языка, не позволяя эмоциям завладеть ею. Она видела, как Кира борется с эмоциями похлеще — как покраснели ее глаза, а голос чуть задрожал. Несмотря на сложенные на груди руки и повышенный голос, Рита понимала ее. — Мы закончили, — не дожидаясь ответа, холодно отозвалась женщина. Уже дойдя до двери и не желая ничего отвечать на выпады Авдеевой, Рита все же развернулась, передумав в последний момент. И прежде чем выйти из кабинета, с сожалением пробормотала: — Если вам важно мое мнение, я не считаю правильным то, как поступили Саша и Яна, и я бы никогда не сделала так же.

***

За окном вновь кружился снег, превращаясь в мокрую противную метель. В такси Кира запрыгнула уже облепленная снегом, кутаясь сильнее в пальто и расслабляясь, когда теплый воздух салона окутал ее. — На Ходынскую? — уточнил водитель, глядя в навигатор. — Верно, — коротко кинула Авдеева, тут же отворачиваясь к окну. День был просто отвратительным. Мало того, что Саша постоянно мозолила ей глаза, плетясь около Антона, как ядовитый плющ, так еще Кира умудрилась сорваться на Березину. Конечно, она была зла за то, что вновь выясняла информацию о том, как ее сотрудники не согласовывали с ней статьи, но Рита просто попалась под руку. Закусив губу, Кира чувствовала вину. Перед глазами проносились старые высотки и привычные офисы. Серость и промозглость поглотили Москву, заставляя желать только одного — сидеть дома и никуда не выходить. Кира собиралась провести этот вечер одна за бокалом вина и просмотром любого фильма, который поможет ей отключить мозги. Муж в очередной раз оставался до ночи с друзьями, а это значит — ждать его нужно только под утро, с подготовленными таблетками и бутылкой воды. И это в лучшем случае. Пролистывая расписание на следующий день, Кира зацепилась взглядом за встречу с Ритой — нужно будет проверить ее финальную статью. Тяжело вздохнув, Авдеева свернула расписание и открыла мессенджер, ища в нем контакт Риты. Свою неправоту Кира признавала зачастую с трудом, но всегда, и когда эмоции чуть отпустили, она поняла, что повела себя с Березиной слишком жестко и необдуманно. Таксист тихонько подпевал играющей по радио песне. Кира отчего-то улыбнулась своим мыслям и тут же написала короткое сообщение: «Маргарита, прости, я сегодня была не права, когда сорвалась на тебя». Отправить. Глубоко вздохнуть. Жаль, курить в такси нельзя — Кира поднесла палец к губам, кусая подушечку. «Все в порядке, я понимаю», — почти минуту спустя. Кира прочла дважды, чувствуя, что улыбается. И хотя они с Ритой контактировали не так часто, она казалась Авдеевой хорошим человеком. Спокойная, ответственная, трудолюбивая — она была бы отличным сотрудником в любой компании. С Ритой ощущался какой-то комфорт, который тяжело было объяснить — она просто была рядом, и Кире казалось, словно они могли бы обсуждать кучу вещей. «Я действительно поступила непрофессионально, и не хотела бы, чтобы это сказалось на наших отношениях», — перечитав сообщение перед отправкой, Авдеева удалила последнюю часть. «Я действительно поступила непрофессионально, и не хотела бы, чтобы это сказалось на работе». Так правильней, а то мало ли. Мысленно Кира вернулась к тому, что Рите нравились женщины, а значит — с двусмысленными сообщениями нужно быть аккуратней. «Не скажется». Женщина поджала губу, глядя на короткий ответ и будто бы в глубине души надеясь на то, что Рита напишет что-то еще. Оправдав странные мысли одиночеством в этот вечер, Кира нашла в телефоне номер подруги, собираясь занять себя на остаток поездки.

***

Рита вздрогнула и посмотрела в телефон, когда получила сообщение от Киры — столь внезапное, да еще и после работы. Конечно, ей льстило, что начальница извинилась за произошедший инцидент в офисе, который подпортил настроение Рите до конца дня. Внезапный интерес к женщине всколыхнулся после входящих сообщений и выпитой чашки чая — делать все равно было нечего. Березина торопливо открыла гугл, ввела полное имя и стала изучать статьи. На сайте журнала, несколько статей в других изданиях, публикации в крупном блоге. Жадно поглощая информацию, словно от этого зависела ее жизнь, Рита даже не заметила, как просидела за этим делом кучу времени. Читать статьи Киры было увлекательно, писала она живо и жутко интересно, что Березина даже восхитилась. Иметь честь работать под таким руководством — дорого стоит. Она хотела было уже отправить очередную кружку в раковину и собираться спать, как внезапное желание найти Авдееву в инстаграм овладело ею за секунду. По правде говоря, Рита не надеялась, что сможет ее найти — почему-то ей казалось, что Кира не выглядит таким человеком, который ведет инстаграм или какую-либо публичную жизнь. Рита попробовала дважды, не теша себя надеждой, ввела сначала фамилию, затем добавила и имя. Чуть пролистнула пальцем поиск аккаунтов и замерла — нашлась. Сердце отчего-то забилось в быстром темпе, словно она делала что-то плохое, а руки неуверенно нажали на аватарку аккаунта. «Ну не может же быть столько совпадений», — подумала про себя Рита, понимая, что даже аккаунт у Авдеевой открытый. Смотри не хочу. С приливающей кровью к щекам, стыдясь собственного сталкинга и того, на что она убила весь вечер, Рита все же рассматривала аккаунт Киры. Фотографий было много, и ладно бы только рабочие — в деловых костюмах, поездках, выступлениях, но начальница смотрела на нее со снимков с морей, за коктейлями и выглядывая из бассейна. «Наверное, нужно закрыть», — Ритино сердце забилось сильнее, а пальцы торопливо скроллили поток ленты из чужих фотографий. «Красивая», — резюмирует Рита внезапно, будто только что увидела эту женщину впервые. На фотографиях у Киры сильно открытые ноги — длинные и подкачанные, такие и не грех показать. Открытые купальники, строгие костюмы, длинный домашний халат. Рите почти стыдно рассматривать эти фотографии, но интерес берет свое и не отпускает. Мужчина, мелькающий с Авдеевой время от времени, наверняка ее муж — делает выводы Рита и приближает их фотографии, словно пытаясь найти недостатки. Останавливаясь на фотографии, где Кира смотрит на другую женщину, Рита почему-то улыбается. Подтекста в этом нет, но Рите нравится представлять, как гетеросексуальные женщины могли бы смотреть на других женщин с восхищением. Могла бы Авдеева смотреть так на нее? Гордясь за очередную статью, нахваливая Риту перед Антоном и другими коллегами. Теплое чувство, подобно меду, растеклось в груди. Наверное, Рите бы этого хотелось. Ей бы хотелось многих вещей. Чтобы Анька вернулась к ней, обнимая ее перед сном; чтобы родители больше не докучали странными знакомствами с сыновьями их друзей; чтобы на работе ее ценили и признавали. Хотелось бы иметь большой дом с собакой и любимой женой; ходить почаще на концерты; обзавестись любимой кофейней по пути на работу… А еще… Еще бы Рите хотелось, чтобы в тот вечер она смогла разглядеть случайно поставленный лайк в инстаграме начальницы.