О вреде и пользе любовных зелий

— Вот и травология позади… Поверить не могу, что нам снова пришлось пересаживать мандрагоры! Это же задание для первоклашек! За кого они нас принимают?! — А я бы всё отдала за то, чтоб вернуться в то время, — мечтательно вскинулась Панси. Они с Блейзом шагали в такт по своенравным ступенькам (Панси жутко не нравилось, что те имели привычку менять направление тогда, когда им заблагорассудится). — Панс, не томи, — возле входа в кабинет брюнетку нагнал Драко. — Что было в этом грёбаном шаре? — Ничего. — В самом деле, чего ты пристал к этому шару? — присоединился к своим лучшим друзьям Забини. — Что в нём такого особенного? — Если бы я знал. — Доброе утро, класс! — А Слизнорт сегодня в замечательном настроении, — воодушевилась Панси. — Планируешь вновь подкатить к грязнокровке, пока он перед нами распинается? — Фи, Драко, — поморщилась Паркинсон. — Не греби всех людей под одну гребёнку! Она — не моя возлюбленная. — Но и не твоя дражайшая подруга. — Скажем так, она — наша цель под номером два, — брюнетка понизила голос так, чтобы её мог услышать только один Малфой. — А кто под номером один? — Поттер. Панси не могла не заметить румянца, вспыхнувшего на бледных щеках. — Сегодня мы попробуем приготовить зелье, которого нет в учебнике. — Вау! А старик умеет удивлять, — благоговейно шепнул Блейз. — Но профессор, — руку (как предсказуемо!) подняла Грейнджер, — как же мы его приготовим без учебника? — Ой, точно! — насмешливо осклабилась Миллисент. — Как же мы приготовим его без учебника?! Слизеринцы сдавленно захихикали. Гриффиндорцы же сгрудились вокруг кудряшки, словно коршуны, готовясь в случае чего дать достойный отпор. — Очень просто, — ответил Слизнорт. — Рецепт на доске. Думаю, одного часа будет достаточно! Можете поделиться на группы, так готовка займет меньше времени. — Ещё чего, — неприязненно вскинулся Драко. — Да это же наш шанс! — обрадовалась Панси. — Пошли скорее! — Куда? Серьёзно, Панс, ты решила свести меня в могилу своими выходками? — Не ворчи. Эй, Грейнджер! Кареглазая девушка недовольно вздохнула. — Ну что? — Я тут подумала… в одиночку зелье не сваришь, может, мы… присоединимся к вам? — Я не знаю, — растерянно отозвалась гриффиндорка. — Вот и славненько, — Панси в мгновение ока подскочила к котлу. — Ингредиенты… кто пойдёт за всем необходимым? Хм… может быть, ты, Драко? — Так и быть, — блондин слегка зарделся, но взял-таки себя в руки, стараясь говорить внятно в присутствии четвёртого участника их небольшой «группы». — Тымненепоможешь? — выпалил он на одном дыхании. Как назло, в кабинете царила духота, и это лишь усугубляло и без того шаткое положение слизеринца. — Что-что? — Ты что, глухой?! То есть… я… я сказал, не поможешь ли ты мне с ингредиентами, Поттер? — А? Ну да, конечно. Всё равно я плохо варю, ты же знаешь. — Так, нам понадобится ромашковый корень и… возьми-ка всё это. — Но зачем? Этого нам и на два занятия бы с лихвой хватило! — Собираешься спорить со мной, Поттер? — Несите это сюда, мальчики! — крикнула Панси, и взоры любопытных мгновенно коснулись новоиспечённой парочки. «Была дурой, дурой и осталась», — ожесточённо подумал голубоглазый, приставив свою ношу к кипящему котлу. — Время вышло! — через час зелье было готово. — Ты уверена, что запах должен быть именно таким? — спросила Гермиона. — Уверена! Не одна ты такая умница-разумница, гряз… упс, прости, оговорилась! — Девочки и мальчики, ваше зелье шикарно! — объявил Слизнорт. Грейнджер довольно улыбнулась, Паркинсон, убежденная в своей правоте, с торжествующим видом сложила руки на груди. — Я ставлю всем четверым «Превосходно». — Ужас! Кошмар! — выругался Драко, едва очутившись в слизеринской гостиной. За ним вышагивала Паркинсон, следом — Дафна и Астория. Грустную процессию из семи восьмикурсников замыкали Блейз, Теодор и Миллисент. — Да-а, целый час с Поттером и грязнокровкой, — хмыкнул Забини, — кто ж откажется от счастья такого? — Блейз! — Молчу. Кстати, что там за шум? — Первогодки вернулись с прогулки, — оповестила всех Миллисент. — Какая прелесть! — саркастически откликнулась Дафна. — А я-то уже отвыкла от подобных пиршеств… — Привет, малышня! — Панси кинулась к «малышам» раньше всех остальных. Их было больше, и все они не испытывали и грамма смущения в присутствии старших учеников. — Сама малышня! — выкрикнул из плотной толпы какой-то первокурсник. — Кто это сказал?! — рявкнула Миллисент. — Покажись, дрянная малявка! — Оставь его, Милли, — примирительно вскинулась Астория. — Лучше начать общение на доброй ноте. Кто у вас староста? Девочка с белыми косичками уверенно подняла руку. — Ты ведь с пятого курса? — спросила Панси. — Да. Я Грей, Диана Грей. Мы с Агатой обе старосты. Вперёд выступила девочка с точно такой же внешностью (лишь её волосы оставались распущенными). — Но у нас пока нет старшего старосты. А без него нам в любом случае будет тяжко… — СтаросТЫ? — опешил Теодор. — Один староста?! — Да уж… — озадаченно протянул Блейз. — Если что, я не предлагаю свою кандидатуру, хотя при всем моём внутреннем обаянии… — Хорошо, кто хочет быть старостой вместо Блейза? Все молчали. В давящей тишине брюнетка робко подняла руку. — Ну… так уж и быть. — Ты снова хочешь быть старостой? — изумился Малфой. — Да что с тобой не так, Панс? Грязнокровка укусила? — Грейнджер, — машинально поправила та. — О, всё уже и впрямь так серьёзно? Интересно, что ты планируешь делать дальше? Позовёшь её под венец? — Ещё одно слово, милый, и я всем присутствующим поведаю, в кого ты влюблён. — Ты — что?! Восьмикурсники (да и не только они) не без толики любопытства уставились на бывшего старосту факультета, окаменевшего от пристального внимания. — Вот это да-а, — с сарказмом протянул Теодор, — кто же эта счастливица? — Точнее, счастливчик, — не удержался от колкого замечания Блейз. — М-да уж, здесь такое изобилие вариантов. Даже не знаю, на кого и думать… — Вы…! Я всё расскажу… — Драко чуть было не сказал «отцу», однако вовремя прикусил язык (пожалуй, это вовсе не та ситуация, в которой он мог бы всецело заручиться поддержкой столь значимой для него отцовской фигуры). — С каких это пор ты жалуешься на нас Поттеру? — усмехнулся Нотт, по-своему истолковав его тягостное молчание. «Ну, честное слово!» Оба тотчас же замолчали, потому как Паркинсон наложила на «шутников» заклинание немоты. — Может, сходим на ужин? Не знаю, как вы, а я просто умираю с голоду! — предложила она всем остальным, упорно игнорируя два возмущённых взгляда. Драко же, напротив, смотрел на неё с благодарностью. Большинство с готовностью подхватило эту идею, а вот первогодки остались в гостиной, объяснив это тем, что у них есть бутерброды. — Мы пришли последними, — сообщил Нотт, уже оправившийся от заклятия. Первыми пришли пуффендуйцы. За ними — рейвенкловцы. Гриффиндорцы выстроились в очередь за манящим деликатесом, что особенно не понравилось одному очень уж голодному слизеринцу. — Так кто этот парень? Я его знаю? «А из тебя вышел бы отличный актёр, Блейз, — хмыкнула Панси. — Уж ты-то прекрасно знаешь его имя…» — С чего вдруг такой повышенный интерес? Хотя, могу тебя заверить, Блейз: твоя задница в абсолютной безопасности. — Да, но теперь я, кажется, начинаю переживать за сохранность чужой задницы… — О, так тебя привлекают мужские задницы? Больная тема? Забини мигом отпрянул от того места, за которым сидел, панически округлив глаза. Панси захохотала. — Ну, э… я бы с вами тут ещё посидел, но меня ждут… неотложные дела! — Хорош друг, — фыркнул Драко, проводив глазами удаляющуюся фигуру Блейза. — Вполне понятная реакция. — О, прекрасно, теперь ты его покрываешь… Или тебе в самом деле нравятся их чересчур остроумные шутки? — Нет, не нравятся. Но знаешь, если у тебя не задалось с девочками, то Блейз в этом вовсе не виноват. — Как там наше зелье? — Какое зелье? И вообще-то ты напрасно меняешь тему… — Не тупи, Панс. Зелье привязанности. — Ах да! Готовится к полной боевой артиллерии, — брюнетка расплылась в широкой улыбке. — Ч-чудно. Ты только посмотри на этих двоих! Как они ещё не ходят за ручку?! — Ты о Поттере и Грейнджер? — догадалась Паркинсон. — У него же есть рыжая. — А, ты про Уизли… — блондин тотчас же сделался мрачным, словно большая чёрная туча. «Скоро грозы появятся», — мелькнуло у Панси в голове. — Успокойся, Дракусик. Ревность тебя не красит. — Ты будешь это доедать? Болезненный цвет лица и равнодушный тон юноши отнюдь не понравились брюнетке. Она была единственной, кто читал того как открытую книгу, и потому заранее предполагала, что за этим последует. — И не надейся! Ешь нормально! — Не хочу. Пожалуйста, не ходи за мной. «Чего это он? Хотя… почему я вечно должна изображать из себя мамочку? Захочет — придёт. Не захочет…» — Ну и пожалуйста! «Сдохнет из-за этого чёртового Поттера — и глазом не моргнет!»