СКРИПИЧНЫЙ КЛЮЧ

Весь вечер и остаток ночи в голове Луки творился невероятный сумбур. Он был буквально сам не свой. Как все может перемениться за несколько секунд! Он и ругал себя в душе, и тихо радовался. Больше они не целовались сегодня. И Лука ощущал, что Виоль, хотя рядом, находится словно в коконе из прозрачного льда. Ему очень хотелось дотянуться до нее, пробив эту оболочку отчужденности. Ведь, даже если ему уже и удалось оставить на ней трещину, то она такая тонкая и маленькая, что тепло через нее так и не проникло в холодное узилище ее хрупкого и ранимого сердца. Остановившись под фонарем у дома Виоль, Лука робко улыбнулся ей. Виоль выглядела серьезной, но не злилась и не сторонилась его. И на том спасибо. Они обнялись на прощание — скорее, как друзья, чем как влюбленные. — Завтра я не смогу прийти — у меня репетиция, — тихо сказала Виоль, едва касаясь щекой его шеи. — У меня тоже, — прошептал Лука, отстраняясь, чтобы она его увидела, — А послезавтра? — Да, послезавтра могу. В пять у меня заканчиваются занятия. Зайдешь? — Зайду, конечно. Жаль, что не могу тебе позвонить. — Да, не можешь, — согласилась Виоль, склонив голову на бок, — Но ведь можно писать сообщения! Если я поставлю мелодию на сигнал, то не пропущу ни одного твоего послания! И торопливо продиктовала засиявшему Луке свой номер. Вернувшись домой, юноша хотел уже было написать ей что-нибудь вроде «Спокойной ночи!», но что-то его остановило. К тому же он уже утром придумал мелодию для новой песни и собирался сыграть ее Джулеке, чтобы она высказала свое мнение. Ведь ей как раз доставалось соло на гитаре. Сестра и правда не спала, но, зайдя к ней, Лука застал ее в весьма хмуром настроении. Джулека всегда выглядела мрачной, но он-то знал ее лучше других и понимал, что на душе у нее сегодня на редкость скверно. Но она молчала. Лука не хотел лезть в душу и решил продемонстрировать свое творение, чтобы немного поднять ей градус оптимизма. Джулека внимательно выслушала мелодию и задумчиво кивнула: — Да. Это то, что надо. Роуз точно понравится… И вдруг села на стул и опустила голову, пряча лицо за длинной челкой. Лука встревожился, подошел ближе и решительно опустил руку сестре на плечо: — Джул, в чем дело? Что с тобой такое? Он присел напротив на корточки и потрясенно уставился в непривычно покрасневшее лицо девушки. Глаза у нее блестели от слез. Она нервно кусала губу и время от времени нерешительно поглядывала на брата. Но, в конце концов, сдалась и коротко ответила: — Это сложно… Обещай, что родителям не скажешь! — Обещаю, — кивнул Лука, — Это из-за парня? — Если бы! — язвительно ответила Джулека и судорожно вдохнула, вытянув шею. — Угу, — кивнул Лука, начиная что-то понимать, — Роуз, да? Вы поругались? — Нет… Просто я ее люблю. Как девушку люблю. А она натуралка. Нет, Лука уже давно подозревал что-то подобное, но был твердо уверен, что и Роуз нетрадиционной ориентации. Ну да, девушки типа Джулеки не пишут принцам надушенных писем и не носят в карманах единорожков! — Понятно, — вздохнул он и снова поднял голубые глаза на сестру, пожимая ее ладони в своих, — Но вы по-прежнему дружите, так? Даже когда она все узнала? Джулека печально посмотрела на Луку, но больше не плакала, хотя в голосе оставались высокие нотки и неприкрытая горечь: — Роуз очень добра ко мне, но она не может принять моих чувств. Хотя тоже любит меня, но как друга. Не может принять их, пока я не парень… Я хочу быть парнем, давно хочу!!! Но где мне взять такие деньги?! Да, тут все закручено похлеще, чем в датском королевстве… — А если она детей захочет?! — сорвалась Джулека на отчаянный вопль, опять начиная плакать. — От донора родит, — пожал плечами Лука, вздыхая, — Ты точно уверена, что она на такой вариант согласна? Она точно с тобой останется? Джулека кивнула, глотая слезы: — Уверена. Иначе незачем все и начинать… Родители меня убьют!!! — Папа не убьет. Может, даже спонсирует, если ты ему расскажешь… — Лука мысленно уже прикинул реакцию Джаггета на появление у него еще одного «сына» вместо дочки. — А мама? — А мама… может. Нет, поорет, конечно, не без этого, но потом успокоится и твой выбор примет, — поспешил успокоить ее Лука, увидев округлившиеся от ужаса карие глаза, — Если уж так получилось — что еще можно сделать? Тебе вот-вот восемнадцать исполнится, станешь совершеннолетней и проси отца тебе помочь с деньгами. Думаю, он не откажет. Джулека всхлипнула и обняла Луку: — И ты не против, если я стану твоим братом? Лука улыбнулся и погладил жесткие темные волосы, доставшиеся дочке от папы: — А какая разница? Все равно мы с тобой двойняшки. Всегда вместе. Всегда заодно. И должно же у меня в жизни быть какое-то разнообразие! Джулека хихикнула и уткнулась носом в его плечо: — Я тебя люблю, братик! — И я тебя люблю. Делай что хочешь, только будь счастлива, ладно? — Ладно, — Джулека вытерла слезы и озадаченно вскинула брови, — Ну я и эгоистка: у тебя-то как с этой девушкой? Виоль, да? Лука в общих чертах обрисовал ситуацию — ведь Джулека ему все рассказала без утайки. — Значит: тоже пока ни «да», ни «нет»… — задумчиво протянула она, — Но, главное, что не отказала. Ты там держись тоже, не сдавайся, хорошо? — Хорошо, — кивнул Лука и тоже обнял сестру.