СКРИПИЧНЫЙ КЛЮЧ

Вечер прошел неплохо. Родители Виоль несколько напряглись, когда узнали, что Лука музыкант. Известно, какой славой обычно пользуются рокеры. И облегченно выдохнули, услышав, что он играет в «Банде котят» и очень любит сам создавать музыкальные инструменты. К тому же Лука произвел впечатление настолько интеллигентного и разностороннего юноши (каким и является на самом деле), что не проникнуться к нему симпатией было невозможно. Мама Виоль оказалась альбиноской с красновато-карими глазами. По крайней мере понятно откуда у дочери такая необычная внешность. И все же Виоль было легче, чем Элис. Глаза достались ей от отца и проблем со зрением у нее не было. Девушке не приходилось носить затемненные контактные линзы. Но фарфоровая, как у матери кожа боялась прямого солнечного света, прогуливаться приходилось почти всегда в сумерках. Счастьем стало еще и то, что ей не досталась чудовищная частичная пигментация, когда отдельные участки тела белые, а остальные — обычного цвета. Лука, конечно, догадывался, что ему досталась «диковинка», но его это совсем не отталкивало, а наоборот — влекло к себе, как магнит иголку! После ужина гость вызвался помочь Виоль вымыть посуду. Она пыталась отнекиваться и ужасно смущалась, но Лука был непреклонен. К тому же это еще один удачный повод ненадолго остаться с девушкой наедине — родители с понимающими улыбками удалились с кухни. Виоль орудовала губкой, а он вытирал тарелки и столовые приборы. — Виоль, а как на счет того, чтобы тебе познакомиться с моей мамой? — хитро улыбнулся Лука, — А то я твоих родителей видел, а ты моих — еще нет. Только папу и то по телевизору. А потом можем поболтать в моей комнате. И поужинать тоже. Виоль на мгновение замерла, чтобы прочитать по его губам и только потом задумчиво ответила: — Да, это будет справедливо… Твоя сестра знает обо мне, а родители — еще нет. Пожалуй, я нанесу ответный визит. Только когда? — Да хоть завтра! — просиял довольный музыкант. — Хорошо, но у меня репетиция до пяти. А, зная нашего преподавателя, до шести затянется. — Тогда встретимся у входа в твою школу и пойдем ко мне на «Свободу»! Идет?! — Идет! — кивнула Виоль и Лука, поставив на место последнюю вилку, быстро поцеловал ее в уголок рта. На большее он не осмелился — ведь в гостиной сидели родители Виоль и в любой момент их могли застать за такими знаками внимания. Еще раз коротко поцеловавшись на пороге дома, влюбленные расстались. «Я люблю тебя!» — на прощание шепнул Лука, обернувшись. Виоль подняла руку и едва слышно произнесла: «Взаимно».

***

Романтически настроенный Лука, которому сегодня призналась в любви его девушка, ошарашенно смотрел на красную и злую сестру, ворвавшуюся в его комнату и с грохотом захлопнувшую дверь. — Только не говори мне, что это не ты разговаривал с Роуз!!! А, так вон откуда ветер дует — блондинка все-таки на чем-то прокололась. Лука лишь обреченно вздохнул: — Да, разговаривал. Надеюсь, ей пока удалось тебя отговорить от твоей опрометчивой затеи? Джул, посмотри на себя. Ты же плоская, уж прости за прямоту. Твой организм еще не сформирован. То же самое и малышки Роуз касается. А вдруг ты поймешь, что ты вовсе не мужчина в теле женщины, но будет уже поздно? Джулека стушевалась и отчаянно взглянула на Луку: — Ты разве не понимаешь меня?! Я же люблю ее!!! — Но Роуз натуралка. И вдруг твои чувства не навсегда? Вдруг ты полюбишь еще кого-нибудь и разобьешь девочке сердце? К тому же не факт, что Роуз будет любить тебя всю жизнь даже в облике парня. Она, насколько я знаю, довольно-таки влюбчива, — веско заметил юноша, подняв брови. Джулека гневно взглянула на брата: — И все равно ты не имел права вмешиваться в мою личную жизнь! Я не для этого тебе доверилась! — А ты ожидала только одобрения и не воспринимаешь критику? Я не добрый дядюшка, который будет говорить только то, что тебе хочется! — повысил голос начавший терять терпение музыкант, — Очнись, Джул, ты еще слишком юная! Открой свои дивные глазки, отрежь челку и оглядись вокруг! А вдруг ты не такая, как думаешь? Есть множество других людей, которые могут тебе понравиться! — Никто не понимает меня так, как Роуз! Она слышит даже мои мысли! Я ни с кем не близка так, как с ней! — горячо возразила рокерша. — Тогда может пора перестать изображать из себя немую?! — не сдержался в конце концов Лука, — Вся из себя такая загадочная-загадочная! Прямо принцесса Лея! Со мной же ты очень даже многоречива, вот и развяжи свой язык с другими, сестричка! Джулека покраснела и опустила голову. Казалось, она вот-вот заплачет. Лука вздрогнул и торопливо заговорил: — Джулека, прости меня, я не хотел тебя обижать! Просто… Ты со мной и Роуз разговариваешь нормально, а другие из-за твоей молчаливости бояться с тобой сближаться. Думают, что тебе и одной хорошо. Но ты же хочешь иметь много друзей, я знаю! — Да, — Джулека покачала головой, не поднимая глаз, — Ты абсолютно прав. Спасибо, Лука. Я попробую быть поприветливее. Я подумаю над твоими словами. — Мир? — рука протянул он ей руку и Джулека пожала ее. — Мир. — Ну не расстраивайся! — обнял брат сестру за плечи, — Все еще будет хорошо. Просто тебе действительно надо разобраться в себе и в своих чувствах к людям, а потом уже что-то решать. Правильно? — внимательно посмотрел он в лицо Джулеки, почти вернувшее себе нормальный цвет. — Правильно, — согласилась она и всмотрелась в глаза брата в ответ, — А ты веселый пришел. У тебя все получается с той девушкой? — Пока да. И завтра она придет к нам в гости. Я уже предупредил маму. — Правда?! — изумилась Джулека, — Так это же новый уровень отношений! Так держать, бро!

***

Неизвестно, кто больше волновался — Виоль или Лука — когда они рука об руку после репетиции (которая, кстати, закончилась лишь на пятнадцать минут позже положенного) шли в строну пристани, где на якоре стояла «Свобода». Анарка встретила их на палубе, по старой моряцкой привычке расставив ноги, и смело созерцала сквозь очки приближающегося сына с его девушкой. — Добрый вечер, мадам Куффен! — робко поздоровалась Виоль, ступая на палубу. — Здорово! — немного грубовато ответила Анарка, — А ты, значит, Виоль! Она окинула девушку внимательным взглядом с ног до головы и недовольно заметила: — Что-то ты уж больно тощая. И бледная какая-то. — Мама! — возмутился Лука. — Лука, не перебивай! Живо за стол, а то, похоже, мой сын тебя кормит одними баснями! — строго велела женщина. Куффен в душе застонал, но попробовал еще раз объяснить: — Я ведь уже говорил, что Виоль — балерина. Причем очень талантливая. А будущим примам по определению нельзя много кушать! — Ерунда! — отмахнулась Анарка, — Она же сейчас не на работе! И, подхватив слегка ошарашенную Виоль под руку, повела ее на кухню, где уже был накрыт стол с обилием выпечки и самых разных блюд из мяса и овощей. На кухне стояла Джулека и бодро нарезала салат, поэтому приветственно помахала в воздухе внушительных размеров ножом. Запах, по мнению Луки, мог бы соблазнить даже богов: Анарка всегда неплохо готовила, а сегодня ни на шутку расстаралась. Сконфуженную таким приемом Виоль усадили за стол, Лука сел рядом и ободряюще пожал ей руку, мол: ничего, я с тобой! Анарка опустилась напротив, Джулека бодренько поставила салат на стол и устроилась по другую сторону от Виоль, таким образом поддерживая ее с правого фланга: — Салатика положить? Виоль отрешенно кивнула. Анарка тем временем сосредоточенно нарезала жареную курицу на порции и грозно сказала, дождавшись, когда Виоль посмотрит не нее (ведь Лука предупредил, насколько необычную гостью она сегодня встретит): — В мое время девушку никто не брал замуж, если она отличалась плохим аппетитом! Потому что тогда ее признавали больной и непригодной для деторождения! При этих словах Лука в немом возмущении закрыл лицо ладонью и покачал головой: ну дает мать! Он, конечно, знал, что Анарка мало знакома с понятием комплексов, но чтобы настолько! А та, словно подслушав его, положила на тарелку Виоль довольно внушительный кусок мяса и подбодрила: — Так что давай, Виоль, не стесняйся! Бедная девушка не знала, как себя повести: и не угоститься невежливо, и наесться чревато. Она беспомощно оглянулась на Джулеку и та услужливо подсказала одними губами, так чтобы мама не видела: — Попробуй немного и она успокоится, вот увидишь! Виоль послушно отпилила кусочек курицы и отправила ее в рот. Анарка довольно улыбнулась и тут же засыпала Виоль градом вопросов о ее семье, что ей нравится в Луке, почему она выбрала балет… Когда этот допрос с пристрастием закончился и Виоль расправилась с салатом, едва коснувшись более калорийных блюд, которые ей одно за другим предлагала мать Луки, настало время десерта. И тут уже стало понятно, что Анарка просто шутила над балериной — ей досталось клюквенное желе и зеленый чай без сахара. Виоль от души поблагодарила седовласую рокершу и отношения между ними перешли в разряд более спокойных и теплых. — Ну, идите, ребятки, общайтесь! — в конце концов махнула Анарка рукой. На этой благостной ноте Лука и Виоль ретировались в каюту музыканта. — Она всегда такая активная? — слабым голосом спросила девушка. — Почти, — развел руками Лука, — Такая уж она у меня. Но ты ей понравилась, я точно знаю! Лука не лгал. Просто Анарка, как заботливая мать подвергала своеобразной «проверке на вшивость» всех новых знакомых своих детей. И Виоль этот тест прошла.