art of war and dreams

      Первые зарегистрированные псионики появились несколько тысячелетий назад, и отношение к ним было не самое доброе. Сотни лет люди считали, что они противоречат самой природе человека. Их неустанно преследовали и убивали за ту угрозу, которую они якобы представляли для общества. Психокинетики, в частности, были почти полностью уничтожены, так как не могли скрыть свою природу, когда их эмоции были на пределе. Так и началась первая волна охоты на псиоников. Люди со способностями были практически уничтожены всего за несколько столетий после своего появления.       Но затем появились мозгопожиратели.       Гротескные существа неизвестного происхождения, они быстро показали, что представляют собой серьёзную угрозу. Современные человеческие технологии в то время позволяли лишь царапать прочную кожу и оболочку, защищавшую мозгопожирателей, но псионики могли расправиться с ними без особых проблем.       Так начался хрупкий мир между псиониками и остальными людьми. А потом случилась вторая волна охоты на псиоников. В результате было уничтожено ещё больше псиоников, хотя необходимость их борьбы с мозгопожирателями только росла: сколько бы ни убивали появившихся монстров, на их место приходили новые. Эволюция подтолкнула людей к развитию псионических способностей, за которыми они так охотились из страха. Иронично, если учесть, с каким рвением они пытались уничтожить тех, кто проявлял хоть какие-то способности.       Но противостояние с мозгопожирателелями, похоже, не прекращалось, и, несмотря на все убийства и смерти, люди так и не смогли узнать о них ничего нового. Что это были за существа? И откуда они взялись? Ответов не было. Противостояние не могло не отразиться на обществе и планете. Целые города были заброшены, сельскохозяйственные угодья уничтожены и стали непригодными для жизни.       Чтобы выжить, люди создали огромные самодостаточные города-государства, которые действовали независимо друг от друга, но были объединены общей целью — уничтожить мозгопожирателей. Во всяком случае, так должно было быть: единый, хотя и разрозненный, фронт людей для борьбы с угрозой. Вот только города в значительной степени решали эту проблему за них. Мозгопожирателям было трудно проникнуть за их стены, поэтому угроза в значительной степени исчезла из повседневной жизни городских жителей. Лишь те, кто поступал в военные академии и проходил там обучение, видели реальный бой с ними.       Мозгопожиратели…       От размышлений Сана отвлекает объявление о следующей остановке, прозвучавшее по голосовой системе метро. Вздохнув, он тянется и снова оседает на своё место. Поворачивает голову, чтобы посмотреть в окно, хотя это и бессмысленно. Единственное, что он видит — это чёрная пустота туннеля.       Поезд останавливается на следующей станции, и Сан наклоняется, чтобы взять рюкзак у своих ног, после чего встаёт и выходит в дверь.       «Ву, ты опять забыл?»       Сан едва не спотыкается, услышав в голове голос Ёсана. Он успевает остановить себя, прежде чем упасть на землю, быстро выпрямляется и наклоняет голову к плечу, прислушиваясь. Чёрт. О чём забыл Уён? Что бы это ни было, Сан, вероятно, тоже про это и не вспомнил.       «О, чёрт. Я уже иду!»       Сан хмурится, услышав голос Уёна. У них что, встреча? Сейчас только утро понедельника. Еженедельное совещание должно было состояться в четверг. Неужели Сан пропустил какую-то памятку?       Он уже собирается воспользоваться своей ментальной связью, чтобы спросить об этом, но его опережает Сонхва, который укоряет их обоих.       «Уён. Ёсан. Наша групповая связь не для того, чтобы вы ссорились из-за утреннего свидания в кафе. Вы всё равно опоздаете, если пойдёте».       «Я знаю, — хмыкает Ёсан. — Потому что кто-то не смог проснуться утром».       «Простите! — хнычет Уён, защищаясь. — Мне нелегко просыпаться рано. Ты же знаешь, Ёсан».       «Ву, ты мне обещал!»       «Дети! Ментальная связь не для ваших личных разборок!»       Вздохнув, Сан надевает висящие на плечах беспроводные наушники с шумоподавлением. Это не совсем отменяет всё более разгорающийся спор Уён и Ёсана или попытки Сонхва разрядить обстановку, но помогает ему отгородиться от них.       — Эти двое, — бормочет он себе под нос, взваливая на плечи рюкзак и направляясь к эскалаторам.       Они просто не могут оставить свои склоки при себе, наедине. Однако Ёсан напоминает ему о чём-то очень важном.       Сейчас ему не помешает кофе.       IMDF, здание сил военной обороны Ирулана, возвышается в центре города и приковывает внимание. Много лет оно было бельмом на глазу, но с начала гражданской войны никто не предъявлял к нему претензий. Теперь они зависят от IMDF, которые обучают солдат, необходимых для ведения этой войны.       Сан смотрит на здание, зажав в одной руке бумажный стаканчик с кофе. Ему нравится это строение. Нравится за всё, что оно олицетворяет, и за всё, что оно для него сделало. Однако первые несколько лет обучения в юности были тяжёлыми. Никто никогда не говорил ему грубости прямо в глаза о гордой тёмной форме стажёра, но косых и настороженных взглядов было достаточно, чтобы он всё понимал.       Сейчас никто даже глазом не моргает, когда он идёт по городу в своей безупречной форме, но и никто не задерживает на нём взгляда. Они ждут, что выиграют эту войну, но живут так, как будто никакой войны сейчас нет. Наверное, Сан не может их винить, учитывая, что большая часть боевых действий проходят за пределами города.       Однако он по-прежнему предан своему городу и гордится им. Как и своей организацией, с которой его познакомил Сонхва, когда они были ещё молоды и Сан пытался обуздать свои способности.       — Я думаю, тебе стоит записаться в армию, — сказал ему тогда Сонхва, сжав его руку, когда они стояли перед этим самым зданием.       Сан не хотел, и Сонхва предложил ему поступить на службу вместе с ним. И вот они здесь, спустя годы, становятся значимыми, когда IMDF наконец-то получает признание и уважение, которого заслуживает, занимая место в самом центре города.       — Сан.       Блондин не слышит своего имени, но чувствует руку, которая ложится ему на плечо. Он подпрыгивает от неожиданного прикосновения. Продолжая сжимать в руке стаканчик с кофе, чтобы не расплескать его, поворачивается лицом к тому, кто подкрался к нему. Сонхва моргает, когда Сан смотрит на него с диким выражением в глазах, но оно быстро исчезает, когда он видит, кто перед ним.       — Ой.       Сан поднимает свободную руку, чтобы снять наушники и накинуть их обратно на шею.       — Ты меня напугал, — говорит он.       — Я заметил.       Сонхва улыбается ему, но глаза остаются серьёзными. Он оглядывает Сана с ног до головы, прежде чем раскрыть своё беспокойство:       — Ты… ты бежал сюда?       Закатив глаза на вопрос Сонхва, Сан поднимает стаканчик с кофе, как будто этого объяснения будет достаточно.       — Конечно, нет. Я не собираюсь вылить на себя весь кофе. Я собираюсь его выпить. А их надел из-за Уёна и Ёсана, — Сан тянет за наушники, — эти двое так раздражали меня с самого утра.       Сонхва снова улыбается, на этот раз искренне, и смеётся над жалобами Сана.       — Так и есть, — соглашается он. — Не волнуйся. Я отчитал их за то, что они использовали ментальную связь для ссор.       — Хм, я уверен, что Ёсан оправдывался тем, что у него не было выбора, кроме как использовать связь, потому что Уён никогда бы не ответил ему по-другому.       — Именно так и было, — признаёт Сонхва.       — Так и знал.       Сан ласково улыбается, вспоминая вторую половину своей эскадрильи. Но тут же снова становится серьёзным и хмуро смотрит на Сонхва.       — Знаешь, Хва, даже если бы я прибежал сюда, всё было бы в порядке. Теперь я всё контролирую. Можешь не волноваться за меня. Я в норме.       Сонхва слабо улыбается ему и качает головой:       — Я всегда за тебя волнуюсь. Если не я, то кто?       У Сана перехватывает дыхание, и он капитулирует перед Сонхва, который протягивает к нему руку, чтобы провести по его щеке.       — Кто будет беспокоиться о тебе, если ты из-за потери контроля вывихнешь лодыжку или получишь сотрясение мозга? — спрашивает Сонхва.       Сан вздыхает, и вся его досада и разочарование исчезают вместе с этим вздохом.       — Такое было только один раз, — протестует он, обхватывая ладонь Сонхва и прижимая к себе. — И, я уже сказал, теперь это под контролем.       — Ты заработал себе сотрясение, трижды, — напоминает ему Сонхва.       — Правда? — У Сана хватает приличия сделать смущённый вид. — Ну, больше такого не повторится. Я взял свою гиперскорость под контроль! Больше никаких случайных столкновений. Клянусь.       Вздохнув, Сонхва опускает руку и проводит пальцами по краю беспроводных наушников. Они специально разработаны и изготовлены IMDF, чтобы помочь Сану контролировать свою силу. Отключив все посторонние шумы, он может легче сбалансировать себя, чтобы облегчить контроль и поддержание своей гиперскорости.       Это одна из причин, по которой Сонхва убеждал его поступить на службу в IMDF: найти способ контролировать силу. Всё, что угодно, лишь бы не видеть, как Сан снова причиняет себе боль. Наушники вроде бы помогают, но без них Сан умеет контролировать способность не лучше новичка.       — Я просто хочу убедиться, что с тобой всё в порядке. Тебе не нужно использовать свои силы без необходимости, — бормочет он.       — Я знаю. И не использую.       Это ложь, и они оба это знают. Он постоянно использует свою гиперскорость для выполнения мелких поручений. Иногда даже для того, чтобы передвигаться по городу: если сосредоточиться, можно обогнать любые виды общественного транспорта. Но, по правилам IMDF, а также по советам самого Сонхва, как командира их эскадрильи, он не должен этого делать, и Сан обязан прислушиваться к его приказам и рекомендациям.       Невинно улыбаясь, Сан склоняет голову и ждёт. Сонхва колеблется, пытаясь сопротивляться ему, но не может. Он слишком легко сдаётся и наклоняется, чтобы поцеловать Сана. Предполагалось, что это будет просто чмок, целомудренное прикосновение губ перед работой, но с Саном почти никогда не бывает так, как запланировано. Он тянется навстречу, прижимается к своему парню и углубляет поцелуй. Они так и стоят перед зданием, пока их не разрывает высокий голос Уёна.       — Фу, что вы делаете? — практически кричит он с отвращением. — Мы на работе!       Вдвоём они пружинисто расступаются, Сонхва выглядит смущённым, а Сан, облизывая губы, улыбается своим друзьям.       — Просто поцелуй с добрым утром, — пренебрежительно говорит он.       Уён издаёт звук отвращения, но не успевает высказать своё мнение, потому что Ёсан щипает его за бок и замечает:       — Оставь их в покое. Это всего лишь лёгкий поцелуй. Они имеют право показать свою любовь на публике. По крайней мере, Сонхва — надёжный человек. Держу пари, он никогда раньше не подводил Сана.       — Это был не лёгкий поцелуй, — возражает Уён, явно чувствуя себя виноватым.       Ёсан только хмурится и уходит. В этот момент Уён, похоже, осознаёт свою ошибку и бросается за ним.       — Ёсан, я же извинился! Я просто немного проспал. Я буду покупать тебе кофе следующие пару дней, чтобы загладить свою вину… нет! Всю следующую неделю! Ёсан? Ёсан! Ёсан, перестань убегать от меня!       Сан прикусывает нижнюю губу, чтобы не рассмеяться, наблюдая за тем, как Ёсан врывается в здание IMDF, а Уён следует за ним по пятам. Он не слишком беспокоится за них. Они часто ссорятся, но всегда быстро мирятся. Сан уверен, что это лишь вопрос времени и, возможно, чашки кофе, после которой Ёсан неизбежно простит Уёна.       — Ну что, пойдем? — спрашивает он Сонхва, чувствуя себя уже в лучшем расположении духа. — У нас есть сегодня какое-нибудь задание?       — Простая транспортная миссия, — говорит Сонхва, приглашая Сана следовать за ним. Они вместе направляются к зданию IMDF. — Мы получаем груз продовольствия от одного из наших союзников, но нам поручено проследить, чтобы грузовик добрался до нас в целости и сохранности.       — Есть надежда, что мы столкнёмся с мозгопожирателями?       — Возможно, хотя лично меня больше беспокоят зауновские ублюдки, которые могли пронюхать о грузе. Мозгопожиратели засоряют ландшафт, но мы можем достаточно легко их избежать. А вот людей перехитрить сложнее. Я не ожидаю, что это будет сложная работа, но никто из нас не должен ослаблять бдительность.       — Хорошо. Я люблю лёгкую работу.       Сан улыбается и предлагает свой кофе Сонхва, который делает маленький глоток и морщит нос от отвращения. Сан любит сладкий кофе, к большому сожалению Сонхва.       — Ходят разговоры о другой миссии, — говорит он Сану, возвращая ему кофе. — Будь осторожен.       — Почему?       Сонхва качает головой и говорит:       — Не могу сказать точно. Сейчас об этом только шепчутся, но я подозреваю, что это довольно крупномасштабная операция. Командир Чхве поручает это взводу, состоящему из нескольких эскадрилий, в том числе и нашей. Похоже на экспедицию по уничтожению какой-то группы.       — Заунанцы?       — Не могу сказать, — признаётся Сонхва, — они не захотели ничего рассказывать, только заранее сообщили, что ожидается наше участие. Думаю, они хотят сначала проработать детали, прежде чем сообщать нам.        — Хорошо, — легко соглашается Сан. — Просто дай мне знать, когда потребуется моё присутствие.