YUNHO
3 августа 2022 г., 16:32
Юнхо не знает, что сказать, а тем более сделать, когда Сан появляется в военной форме на опорном пункте, созданном для его подразделения. Это ключевая позиция в тридцати километрах от города. Последняя линия обороны против мозгопожирателей, если понадобится, но Юнхо знает, что это лишь вопрос времени. Поэтому он не верит своим глазам, когда из машины выходит Сан, везущий груз припасов для них.
Чанбин, более старший по званию в их взводе, бросает на Сана мимоходом взгляд, когда тот занимается инвентаризацией груза. Сан отдаёт честь и нервно улыбается, чего достаточно, чтобы Чанбин быстро вынес своё решение. Он фыркает и, пробормотав под нос «Сток», идёт прочь, совершенно не обращая внимания на взгляд Юнхо, направленный ему в спину.
Как только он уходит, Юнхо снова обращает внимание на Сана, сделав один неуверенный шаг вперёд, словно опасаясь, что Сан может просто исчезнуть, как иллюзия, если он подойдёт слишком близко.
— Сан, что ты здесь делаешь? — Он оглядывает своего возлюбленного с ног до головы. — Почему ты в военной форме?
— Я поступил на военную службу, — отвечает Сан.
Он стоит, откинув плечи назад и задрав подбородок, как солдат, но совсем не так, как Юнхо. Он бледнеет от такого ответа:
— Что? Почему ты пошёл в армию?
— Потому что тебя призвали в армию, — без запинки отвечает Сан. — В вашем подразделении нет капитана, поэтому я вызвался исполнять его обязанности. — Заметив безучастный взгляд Юнхо, он добавляет: — Ну и чтобы помочь в борьбе с угрозой «мозгопожирателей», наверное.
Юнхо проводит рукой по волосам и обдумывает слова Сана. Он испытывает одновременно облегчение и ужас от того, что Сан здесь, да ещё и в роли капитана. Официально у них его нет. Да и не может быть, учитывая саму природу их взвода. Для правительства они технически не существуют, поэтому капитан им не нужен. Это необходимая уловка, чтобы давать им задания и поручения, которые они не могут дать никому другому. Чанбин, пожалуй, самый близкий к капитану человек, но это связано не столько с лидерским потенциалом, сколько с его врожденным властолюбием и громкостью голоса.
— У нас не должно быть капитана. Как тебе удалось получить эту должность?
— Отказался от всех остальных должностей. — Плечи Сана наконец-то слегка горбятся, как будто Юнхо его ругает. — А может, дядя потянул за ниточки. Никто не думал, что эта должность необходима.
А вот и нет, думает про себя Юнхо. Опять же, не зря у них официально нет капитана. По крайней мере, нет, пока не появляется Сан. И мысль о том, что дядя Сана будет помогать ему, только ещё больше раззадоривает Юнхо. Он не любит этого человека.
— Так каковы условия твоей должности? — осторожно спрашивает Юнхо. Юнхо сомневается, что Сан пойдёт с ними в бой, и не только потому, что он считается обычным гражданином — Запасом, как грубо называет его Чанбин, — но и потому, что, не будучи псиоником, он не очень-то подходит для борьбы с мозгопожирателями.
Сан хмурится.
— Что-то ты не очень рад меня видеть, — с горечью бормочет он.
Юнхо вздыхает, наконец-то поддавшись собственным желаниям, и делает шаг навстречу своему возлюбленному.
— О, Санни, — говорит он, прижимаясь к его щеке. — Я счастлив видеть тебя. Я чувствую облегчение! Честно. — Потому что, по правде говоря, он не уверен, что когда-нибудь снова увидит Сана. — Но я волнуюсь. Здесь опасно. Мозгопожиратели бродят повсюду. Не зря же этот взвод состоит из одних псиоников и в основном психокинетиков. Я не хочу, чтобы ты подвергался опасности.
— Я не буду. — Сан уверенно улыбается ему. — Потому что ты здесь, и ты позаботишься о мозгопожирателях, а теперь, когда я здесь, я позабочусь о том, чтобы вы, ребята, были в безопасности и получили все необходимое. Всё будет хорошо. Как ты всегда говоришь, да?
Юнхо улыбается ему в ответ, несмотря на свои страхи и сомнения. Но не успевает он ответить, как со двора базы доносится голос Чанбина:
— У вас опять не хватает зерна!
Юнхо вздрагивает от визгливого голоса Чанбина. Он извиняюще улыбается Сану, который резко вздрагивает в ответ на громкий голос Чанбина. Это довольно типичная реакция для тех, кто не очень хорошо его знает.
— Извини, — говорит он, опуская руки на плечи Сана. Он сжимает их, а затем делает шаг назад. — Я, наверное, пойду посмотрю, в чём там дело.
— Подожди. — Сан хватает его за запястье, чтобы остановить, когда Юнхо пытается пройти мимо него. Юнхо оборачивается, чтобы посмотреть на него, и Сан быстро выпрямляется.
Юнхо практически видит, как Сан мысленно прокручивает в голове всё, чему его, должно быть, учили на тренировках: грудь вперёд, плечи назад, подбородок вверх. Это действительно хорошая, властная поза, но в исполнении Сан она выглядит более забавной и милой. Может быть, это просто предвзятость Юнхо, и ему приходится сдерживать улыбку, прикрывая кулаком.
— Позволь мне разобраться с этим, — говорит Сан, — я теперь ваш капитан, и это часть моего долга.
Юнхо наклоняет голову, чтобы показать Сану, что он откланивается. Ухмыляясь, Сан почти бегом направляется к Чанбину и офицеру, с которым он сейчас разговаривает.
— В чём ваша проблема? — спрашивает он.
Это отчасти способ заявить о своём присутствии, а отчасти — попытка взять ситуацию под контроль. Офицер смотрит то на него, то на Чанбина, не слишком желая иметь дело с кем-либо из них. В конце концов, он останавливается на Сане, как на меньшем из двух зол.
— Псионики жалуются на поставки продовольствия, но мы доставили его более чем достаточно. — Он пожимает плечами и качает головой. — Я ничего не могу с этим поделать. Мне не нужно отвечать на их жалобы.
Сан хмурится и поджимает губы, чтобы высказаться по этому поводу, но тут в разговор вмешивается Чанбин.
— Хватит?! — требует он. — Ты думаешь, этого достаточно? Ты знаешь, сколько у нас ртов, которые должны питаться три раза в день? А ты никогда не даёшь достаточно еды. Я не просто так закладываю требуемое количество, а вам всегда не хватает!
— Мы рассмотрим вашу просьбу и пересчитаем количество с учётом того, что этот взвод в среднем теряет два-три человека до следующей отправки, — рявкает на него офицер. — Этого будет более чем достаточно, когда погибнет ещё несколько человек.
Губы Чанбина искривляются в злобном, кислом выражении, после чего он поворачивается на пятках, чтобы дать офицеру отпор. Он устремляется прочь, с губ его срываются проклятия. Чем дальше, тем красочнее и злее. У Сана отвисает челюсть, когда он слышит доводы офицера, и он почти отступается, даже не начав сопротивляться. Только услышав покорный вздох Юнхо, он находит в себе силы и мужество противостоять офицеру.
— Извините, — громко говорит он, привлекая внимание офицера. — Что это значит?
Офицер качает головой и пренебрежительно машет рукой в сторону Чанбина:
— Ничего. Псионики всегда устраивают драки из-за своих провизий. Здесь ничего нового.
— Так и должно быть, если вы их не обеспечиваете должным образом! — Сан подходит ближе, чтобы проверить запасы зерна, которые явно расстроили Чанбина. — Какая армия обеспечивает себя провиантом, исходя из предполагаемой смертности? Вы только обеспечиваете такой уровень потерь, держа их голодными и слабыми. А ведь это наша передовая линия обороны! Конечно, они заслуживают продовольствия больше, чем кто-либо другой.
Юнхо прикусывает нижнюю губу и восхищается тем, как Сан противостоит офицеру провизии, какими тщетными его попытки ни являются. Он не может не ценить эти усилия. Чанбин всегда уклоняется от выполнения просьб о поставках, сколько он ни пытается уговорить их дать больше. Офицер насмехается над словами Сана, оглядывая его с ног до головы. Он задерживает взгляд на шее Сана, несомненно, отмечая тот факт, что на нём нет клейма псионика, потому что его брови удивлённо поднимаются.
— Кто ты такой? — спрашивает он. — Я тебя раньше не видел, поэтому скажу проще: этот взвод, может, и нужен, но у них ужасные показатели по сохранению своей жизни. Нет смысла посылать провизию для тех, кто через неделю будет мёртв.
Он встречает взгляд Юнхо через плечо Сана и качает головой, возможно, предвидя, что Юнхо окажется среди его прогнозируемых жертв.
Юнхо огрызнулся бы, если бы это хоть немного помогло ему, но этого не происходит. Поэтому он прикусывает язык и сдерживает всё своё раздражение на офицера провизии. Это даже не обязательно в его руках. Его работа заключается только в том, чтобы осуществлять поставки, но его вопиющие предрассудки делают его ещё более неприятным в общении. Правда, их взвод несёт больше потерь, чем другие, но на это есть свои причины.
Во-первых, они на передовой и чаще других имеют дело с мозгопожирателями. Кроме того, никто из них не проходил специальной подготовки. Все они — призванные псионики, прошедшие минимальную военную подготовку, которая сводилась в основном к тому, чтобы научиться выполнять приказы и разрушать ядро мозгопожирателя, чтобы убить его. И наконец, их никогда не отправляют в бой с особой стратегией. Единственный приказ — «убей или будешь убит». Неудивительно, что количество жертв велико.
— Ну, скоро всё изменится, — заявляет Сан. — Я новый капитан этого взвода, и я требую, чтобы вы закончили эту партию должным образом.
Офицер насмешливо смотрит на него:
— Капитан ты или нет, но у меня даже нет припасов. Ваше требование не меняет этого факта.
— В вашем транспортном средстве ещё полно мешков с зерном, — говорит Сан.
Он видел их. Их было более чем достаточно, чтобы заполнить заявку Чанбина.
— Это для других взводов и отделений. Я не собираюсь просто так отдавать тебе их запасы!
— Будешь, — говорит ему Сан. — Ты передашь нам требуемое количество продовольствия, чтобы наша линия фронта была хорошо накормлена и подготовлена. Ты будешь останавливаться, чтобы пополнить запасы, если потребуется, для других поставок, но ты будешь обеспечивать мои войска должным образом.
— Или что?
Сан протягивает планшет, который Чанбин в порыве гнева бросает на один из ящиков, и бегло просматривает запрошенные и полученные заявки.
— До сих пор у нас не было официального капитана, отвечающего за это подразделение, так что вашей подписи, вероятно, было достаточно.
Он перелистывает последнюю страницу, где требуется подпись, чтобы показать, что груз получен должным образом, и если Сан чему-то и учится за время обучения, так это тому, что их армия до ужаса бюрократичная. Сейчас он может использовать это в своих интересах.
— Я капитан, и моя подпись необходима для оформления этих документов, так что делайте то, что я говорю, или ждите, пока ваше высшее начальство позвонит и спросит, почему ваши поставки не завершены. Это ваш выбор.
Офицер переминается с ноги на ногу, оценивая Сана:
— Как вы думаете, кто окажется в выигрыше, когда придёт моё начальство? Ты пытаешься украсть припасы у других подразделений!
— Я пытаюсь добиться поставок, которых моё подразделение заслуживает по праву, — твёрдо говорит Сан. — Но если вы хотите придерживаться именно такой стратегии, то будьте добры. Если понадобится, я с удовольствием обращусь к вашему начальству с жалобой.
Офицер провизии колеблется, явно поражённый уверенностью Сана. Он явно не ожидает, что тот будет сопротивляться. Наступает небольшая пауза, во время которой он, похоже, взвешивает варианты, но в конце концов разочарованно вздыхает:
— Ладно, пусть будет по-твоему. У меня всё равно нет времени с тобой возиться. — Он выхватывает планшет из рук Сана и достаёт из нагрудного кармана ручку, исправляя цифры так, чтобы запрашиваемые и заполняемые суммы совпадали. Он суёт планшет обратно в руки Сана и подозрительно смотрит на нового капитана.
— Следи за собой, — предупреждает он. — Если кто-то заметит, что запасов ушло больше, чем ожидалось, то вся ответственность ляжет на тебя, а не на меня.
Сан не поднимает головы, сунув планшет под мышку. Он не подпишет документ, пока не увидит всё, что запрошено.
— Для меня это не имеет значения, — говорит он.
Офицер насмехается и, развернувшись на каблуках, уходит к своему грузовику. Юнхо моргает, наблюдая за тем, как офицер выгружает провизию. Даже Чанбин замирает рядом с ним, когда он, наконец, возвращается, чтобы начать укладывать последний груз, и видит, как из грузовика выгружаются новые припасы.
— Он не ушёл? — спрашивает Чанбин, имея в виду офицера по снабжению.
Юнхо слабо качает головой. Чанбин смотрит, как мужчина сбрасывает вниз ещё один мешок с зерном.
— Он даёт нам ещё припасов? — с недоверием спрашивает он.
Он ожидает, что офицер заберёт часть припасов из чистой злобы.
— Он правильно выполняет заявку, — говорит Сан, размахивая планшетом, чтобы проиллюстрировать свою мысль.
Чанбин прищуривается:
— А ты кто такой?
Сан улыбается, засовывает планшет под одну руку, а свободной рукой отдаёт честь Чанбину. Чанбин вздрагивает от неожиданности и оглядывает Сана с ног до головы.
— Капитан Чхве Сан, — ярко представляется он. — С сегодняшнего дня я командую этим взводом.
Чанбин не отвечает на его энтузиазм. Он продолжает смотреть на Сана, только удивлённо поднимает бровь, когда Сан объявляет, что он капитан взвода. Сан улыбается, не ожидая, что Чанбин так холодно ответит ему. Офицер по обеспечению отзывает его обратно, и он не успевает предпринять вторую попытку завязать знакомство с Чанбином. Юнхо понимает, что Сан чувствует отказ и обижается.
— Почему у нас теперь есть капитан? — спрашивает Чанбин у Юнхо. — Почему Сток — наш капитан? Кто он такой, чёрт возьми?
Юнхо выдыхает через нос. Он понимает подозрения Чанбина. Возможно, он был бы таким же подозрительным, как и Чанбин, если бы не был так хорошо знаком с их новым капитаном.
— Он мой парень, — тихо говорит он, наблюдая за тем, как Сан наклоняется, чтобы проверить запасы, пересчитывает каждую коробку и пакет, а затем возвращается к своему планшету, чтобы убедиться, что цифры совпадают.
Чанбин фыркает, явно истолковав его слова как шутку.
— Ну же, — подбадривает он. — Я понимаю, что мы все находимся в ситуации жизни и смерти, но не надо бросаться на первого попавшегося красавчика. Может, он и наш капитан, но он не псионик. Что-то мне подсказывает, что на поле боя мы его не увидим. — Чанбин качает головой. — Он не спасёт тебя от войны.
Чанбин смеётся над его шуткой и игриво подталкивает Юнхо в бок. Но когда он заваливается, его встречает серьёзный и невозмутимый взгляд Юнхо. Чанбин замирает, увидев выражение его лица:
— О, чёрт. Ты серьёзно.
Юнхо отворачивается и смотрит на Сана, который быстро ставит свою подпись на бланке заявки офицеру по снабжению, который выхватывает её у него с сердитым выражением лица.
— Он действительно твой парень?
Он оглядывается на Чанбина, который уже перестаёт притворяться и смотрит на Юнхо расширенными, обеспокоенными глазами.
— Да. — Юнхо снова переводит взгляд на Сана. — Но он не должен быть здесь. Он не должен… Я думал, что больше никогда его не увижу. Не после того, как попал в этот взвод. Поэтому я не могу… не понимаю, почему он здесь.
Чанбин кладёт руку на его руку, пытаясь успокоить, но Юнхо продолжает нести чушь.
— Здесь опасно. Мозгопожиратели, а он не псионик. Он не должен быть здесь. Он должен быть дома, где безопасно…
— Юнхо, — резко окликает его Чанбин, когда становится ясно, что его бредни не прекратятся. Это срабатывает. Юнхо замолкает и делает медленный, глубокий вдох. Сан снова поворачивается к ним. — Юнхо, он ведь вступил сюда из-за тебя, верно? У нас не должно было быть капитана, но теперь он вдруг появился.
— И что? — Юнхо не сводит глаз с Сана, пробираясь между только что доставленными припасами, чтобы вернуться к нему.
Его охватывает сильное чувство тоски, желание протянуть руку и прикоснуться к нему. Почти два года. Проходит почти два года с тех пор, как они видятся в последний раз, когда Юнхо забирают из их квартиры в тоскливое утро военные. За это время ему ни разу не дают право на свидание. Юнхо уверен, что больше никогда не увидит Сана. Но теперь он здесь, и Юнхо хочет прижать его к себе, чтобы быть уверенным, что его больше никогда не заберут.
— Он ведь не знает об этом взводе?
Вопрос Чанбина прорезает туман самовнушения Юнхо, и он резко вдыхает. Первая мысль — Чанбин ошибается. Не может быть, чтобы Сан стал капитаном, не зная интимных деталей этого взвода и его задания, но он так же быстро отказывается от этого мнения. Если бы Сан знал, Юнхо не сомневается, это было бы первым, что вырвалось бы из его уст. Он был бы в ярости.
— Вот! — торжествующе говорит Сан, когда доходит до них, протягивая руки, чтобы показать все их только что собранные припасы. — Всё, что вы просили. Доставлено и учтено.
Чанбин быстро отходит от Юнхо, оглядывая Сана с ног до головы. На этот раз его взгляд скорее благодарный, чем осуждающий.
— Спасибо, — отрывисто говорит он, бросая последний взгляд на Юнхо, а затем обращается к коробкам, сложенным перед ними. — Думаю, ты не так уж плох для Стока.
— Чанбин, — предупреждающе рычит Юнхо, когда Сан хмурится, услышав это прозвище.
Это уже второй раз, когда он его использует.
— Ладно, ладно. — Чанбин поднимает руки вверх в знак капитуляции. — Я перестану грубить твоему любовничку.
Сан моргает, удивляясь, что Чанбин об этом знает, а Юнхо сглатывает и отворачивается, когда другой психокинетик бросает на него пристальный взгляд. Затем он разворачивается и направляется к одному из мешков с зерном, за который Сан так щедро боролся от их имени.
— Сынмин! — громко зовёт он, взваливая мешок на плечо. — Минни, помоги мне с продуктами! Нам нужно накормить столько детей!
Сан поворачивается к базе, когда из одного из окон доносится другой голос:
— Ты — психокинетик! Зачем я тебе нужен!
Юнхо не может не улыбнуться, когда Сан обращает на него свой обеспокоенный взгляд, и его грудь сжимается от прилива внезапной привязанности.
— Не беспокойся об этом. Они всегда так разговаривают друг с другом. Я познакомлю тебя с Сынмином и всеми остальными.
— Хорошо. — Сан улыбается ему, но улыбка хрупкая и далеко не радостная. Юнхо качает головой в сторону. Это сигнал, который Сан сразу же воспринимает как приглашение поделиться своими мыслями, рассказать Юнхо о том, что его беспокоит. — Почему Чанбин назвал меня Сток?
Юнхо вздыхает и мысленно проклинает Чанбина за несдержанность.
— Не принимай это на свой счёт, — говорит ему Юнхо. — Он просто грубит без причины.
— То есть я могу сказать, что это некрасиво, — говорит Сан. — Я спрашиваю тебя, что это значит.
— На самом деле, это ничего не значит. Это просто то, что псионики здесь используют для обращения к таким непсионикам, как ты. — Юнхо пытается отмахнуться от этого, но Сан скрещивает руки на груди и поднимает на него бровь. Псионик вздыхает и поясняет: — Они используют «Сток» для обозначения тебя, потому что большинство людей — непсионики. Ты — нормальный. Или сток. Стандартный. Вот почему они его используют.
Сан разжимает руки и опускает взгляд на землю. У него такое разочарованное и удручённое выражение лица, что Юнхо хочется стереть его.
— Я ему не очень нравлюсь, да?
Юнхо улыбается ему и обнимает любимого.
— Чанбин просто немного колючий, особенно по отношению к непсионикам, но я не могу его винить. В остальном он безобидный.
— А я хочу ему понравиться, — обиженно бормочет Сан. — Он из твоего взвода, а теперь я капитан этого взвода. Как я могу помочь людям, которые ненавидят меня за то, что я не псионик?
— Чанбин, конечно, колючий, но его не так уж и сложно победить, — говорит ему Юнхо, наклоняясь и тихонько говоря на ухо Сану, словно раскрывая ему секрет. — Я вижу, что ты уже начал его завоёвывать.
Сан выглядит неубеждённым.
— Но он назвал меня Сток, — протестует он.
— А ещё он сделал тебе комплимент, — замечает Юнхо. — А это больше, чем он готов сделать большинству людей, если честно. А кроме того, — усмехается Сан, с любопытством глядя на психокинетика, — ты же Чхве Сан. Ты один из самых обаятельных людей, которых я когда-либо встречал, поэтому я уверен, что у тебя не будет проблем с тем, чтобы очаровать остальных. Даже Чанбина.
Сан краснеет и отворачивает голову, кончики его ушей становятся горячими и красными.
— Ты так думаешь? — неуверенно спрашивает он.
Конечно, наивно полагать, что он сможет стать капитаном взвода, в котором служат только псионики, и его сразу же примут, но какая-то часть его сознания даже не предполагает, что это может быть проблемой. Он настолько сосредоточен на воссоединении с Юнхо, что даже не задумывается о том, как он может вписаться в их отношения.
— А теперь я капитан Чхве Сан.
Ухмылка Юнхо только расширяется от поддразнивания, и он игриво отдаёт честь Сан.
— Конечно, капитан Чхве Санни.
Сан почти смеётся над тем, как нелепо звучит это звание и прозвище из уст Юнхо.
— Я с нетерпением жду начала работы с вами.
* * *
— Вам, наверное, интересно, почему я собрал вас здесь, — говорит генерал Иден, вышагивая вдоль строя, который составляет эскадрилья Сонхва вместе с эскадрильей «доброй воли» из деревни Юнхо. Он собирает всех восьмерых в первой учебной комнате. Эскадрилья Сонхва стоит в жёстком строю, ноги плотно прижаты друг к другу, все стоят прямо и внимательно. Ну, или большинство из них. Юнхо невольно переводит взгляд на левую сторону, где между ним и телепатом Ёсаном стоит Чонхо. По сравнению с ируланцами, их позы заметно расслаблены, но Юнхо видит, как Чонхо, похоже, отвлекает Ёсана: они постоянно обмениваются взглядами и корчат друг другу рожи, когда Иден не смотрит. Видимо, не только он один замечает это, потому что Уён постоянно наклоняется вперёд, чтобы посмотреть на Чонхо с другой стороны Ёсана, когда у него появляется такая возможность. Юнхо хмурится и гадает, что за чертовщина происходит между ними тремя. Иден останавливается перед Сонхва, который под пристальным взглядом генерала ещё больше выпрямляется. Юнхо задаётся вопросом, возможно ли, чтобы он так выпрямил позвоночник. Сан стоит рядом с ним, подняв подбородок и гордясь тем, что стоит рядом со своим капитаном и парнем. Юнхо чувствует, как в горле поднимается желчь. — У нас есть задание. Ещё один транспорт с важными грузами нуждается в сопровождении, — говорит ему Иден. — Ты позаботишься о том, чтобы он прибыл в целости и сохранности. Однако эскадрилья наших союзников тренируется с нами уже больше месяца. Думаю, сейчас самое время оценить, как проходят ваши тренировки. Юнхо хмурится, недоумевая, зачем им надо посылать на задание своих заложников. Проверять их лояльность? Конечно, это не знак согласия или доверия. — Господин, я хотел бы узнать, почему, — спрашивает Сонхва. Он переводит взгляд на Юнхо и замечает, что все они стоят, скрестив руки, с растерянным выражением лица. — Это важные миссии, и хотя они не всегда могут быть опасными, нет никакой гарантии, что они не будут таковыми. Если мы столкнёмся с солдатами Зауна, они могут стать скорее помехой, чем помощью. Юнхо сдерживает желание закатить глаза, когда Иден отвечает на его опасения. — Конечно, они прошли достаточную подготовку, чтобы не навредить вам, но, что ещё важнее, этот транспорт идет через Ничейную Землю. — Юнхо хмурится, не узнав название места, где они находятся. — Скорее всего, вы столкнётесь с мозгопожирателями, чем с солдатами Зауна, и я полагаю, что наши союзники гордятся своей способностью бороться с мозгопожирателями. На этот раз Юнхо не может сдержаться и фыркает, привлекая к себе внимание генерала Идена. Даже Сан с любопытством смотрит на него, но потом ловит себя на мысли и снова возвращает взгляд вперёд, как и положено хорошему, хорошо обученному солдату. — Тебе показалось что-то смешным, рядовой? Юнхо морщится, услышав такое обращение, и желает, чтобы Иден не называл его так. Он бросает взгляд в его сторону и говорит: — Конечно, мы охотимся и убиваем больше мозгопожирателей, чем ваша армия, но это не значит, что все и каждая способность подходят для охоты. Наша деревня занимается не только охотой на мозгопожирателей, и ваш выбор нашей эскадрильи вряд ли отражает нашу способность сражаться с ними. Юнхо окидывает взглядом их шеренгу: Чонхо, затем Хонджуна и, наконец, Юджон. — Психокинетик, склерокинетик, провидец и эмпат, — перечисляет он способности каждого из них. — Половина из нас не приспособлена и не собирается сражаться с мозгопожирателями, так что остаёмся я и специалист по обороне. Он наклоняет голову в сторону Чонхо. Иден наклоняет голову и резко улыбается, становясь похожим на хищника, шагающего к ним. — Что вы хотите этим сказать? Что вы непригодны для этой миссии? Или что вы не в состоянии справиться с какими-то мозгопожирателем? — Он проходит мимо Юнхо и останавливается перед Хонджуном, который отшатывается от его внимания и делает шаг к Юнхо. — А я-то думал, что мозгопожиратели — это твоя специализация. Он смотрит на Хонджуна, но Юнхо уверен, что все его замечания направлены на него. Психокинетик сжимает руки в два кулака по бокам. Скрипя зубами, он говорит: — Я не буду говорить от имени своих соплеменников. Если они захотят сражаться, то я больше ничего не скажу. Только прошу учесть, что только я и Чонхо прошли в нашей деревне испытание и обряд охоты на мозгопожирателей. Ни Хонджун, ни Юджон официально не обучены. Не заставляйте их, если они не хотят. Это всё, о чём я прошу. Наконец, Иден переводит взгляд с Хонджуна на Юнхо, оглядывая психокинетика с ног до головы. — Ты не сможешь защищать их вечно, знаешь ли. Это война, — предупреждает он. Юнхо прикусывает язык, преследуемый сном, приснившимся ему прошлой ночью. Он знает, какой может быть война. По крайней мере, он думает, что знает, но это их война, а не его, и он защитит свой народ от неё, как только сможет. — Я могу попытаться, — бормочет он. Иден некоторое время рассматривает его, двигая челюстью вперёд-назад, оценивая психокинетика. После нескольких напряжённых секунд он говорит: — Мне не нужны добровольцы. Я отдаю приказ как ваш начальник. — Юнхо напрягается, готовый протестовать дальше, но Иден подаёт сигнал Сонхва, чтобы они уходили. — Провидец и эмпат могут остаться, — объявляет он. Хонджун и Юджон с облегчением опускают руки. Иден смотрит на Юнхо, затем на Чонхо. — А вы двое пойдёте, — отрывисто говорит он и поворачивается на пятках. — Ваши координаты уже переданы транспортному средству. Выдвигайтесь! Сонхва и его эскадрилья салютуют Идену в спину, когда он выходит из тренировочного зала. Никто из подразделения Хонджуна не салютует. Более того, как только за генералом закрывается дверь, все четверо сбиваются в круг. Хонджун прижимается к Юнхо, обхватив его руками за талию. Юджон вытирает с глаз слёзы, а Чонхо задерживается рядом с ним, его обеспокоенный взгляд перемещается между Хонджуном и Юджон. — Спасибо, Юнхо, — говорит Юджон, сжимая руки в знак благодарности. — Спасибо тебе огромное. Я думала, что нам придётся ехать с вами. Хонджун кивает головой в знак согласия и отходит от психокинетика, как только справляется с дрожью. — Не знаю, нравится ли мне идея, что вы отправитесь одни. — Скорее всего, мы будем только мешать, — замечает Юджон, положив руку на плечо Хонджуна. — Как сказал Юнхо, мы не обучены и не обладаем боевыми способностями. Юнхо кивает головой, сгибая колени так, чтобы смотреть Хонджуну в глаза. — Ты не помеха, и дело не в том, что ты помеха. Речь идёт прежде всего о твоей безопасности. Ируланцы не воспринимают угрозу мозгопожирателей всерьёз. Они могут подвергнуть вас обоих опасности просто по незнанию. — Но ведь с вами всё будет в порядке? — Взгляд Хонджуна мечется между ним и Чонхо, но Юнхо замечает, как его взгляд задерживается на молодом склерокинетике. Он беспокоится. — Всё будет хорошо, — уверяет его Юнхо. Хонджун смотрит на него расширенными, полными паники глазами. — Но мои видения, — шепчет он, притягивая Юнхо к себе так, чтобы слышал только он. — Ты не должен сражаться за них. Ты не можешь! Если ты это сделаешь… — Его губы дрожат, когда он встречается со значительно успокоившимся взглядом Юнхо. — Всё начнётся с Чонхо. Что, если… — Он вне опасности, — шепчет Юнхо в ответ. — Ни сегодня, ни когда-либо ещё, если я смогу помочь. — Но откуда ты знаешь? — Хонджун беспомощно озирается, его пальцы впиваются в рукава формы Юнхо. Юнхо протягивает руку, чтобы нажать большим пальцем между бровями Хонджуна, пытаясь снять напряжение, накопившееся в его теле. — Потому что мы подробно рассмотрели твоё видение, — напоминает он провидцу. — Я знаю всё, что произойдёт до этого, и знаю, что нужно сделать, чтобы остановить это. Но я также знаю, что сегодня не тот день, чтобы беспокоиться об этом. Юнхо наклоняет голову в сторону Юджон, которая болтает с Чонхо, видимо, подбадривая и успокаивая его нервы перед заданием. В конце концов, это то, что эмпаты делают лучше всего. Однако она быстро отбегает в сторону, когда Ёсан подходит поговорить с Чонхо, а за ним по пятам следует Уён, который выглядит раздражённым из-за присутствия Чонхо. — Юджон должна быть среди нас, когда это случится, верно? Но она останется здесь, с тобой. Плечи Хонджуна немного расслабляются, когда он понимает, что Юнхо не ошибается. — Значит, вы оба будете в безопасности, — выдыхает он. На этот раз это скорее утверждение, чем вопрос. — Будем, — подтверждает Юнхо. — Ладно! Хватит медлить, — кричит Сонхва, подходя к Хонджуну и Юнхо. Они отступают друг от друга, Юнхо выпрямляется и смотрит на капитана. Он сужает глаза, когда видит, что взгляд Сонхва на мгновение переходит на Хонджуна, а затем снова останавливается на Юнхо. — Вам лучше быть готовыми к выходу. Юнхо подталкивает Хонджуна за спину и отводит взгляд от Сонхва. — Мы готовы в любой момент, капитан.* * *
Ничейная земля, как называет её Идем, — это остатки старого проекта города Элизиума, который был заброшен из-за нашествия мозгопожирателей много веков назад. Сейчас это не более чем руины. Юнхо не может сказать, что много знает об этом городе или проекте, но ему известна его репутация. Если верить слухам, то в старых руинах обитает не что иное, как колония мозгопожирателей. Он впивается ногтями в бедро и решительно устремляет взгляд вперёд. Чонхо практически приникает лицом к окну, с любопытством разглядывая заброшенные здания и разрушенные городские постройки. Общая атмосфера в машине спокойная. Никто не выглядит особенно обеспокоенным заданием, несмотря на тишину, повисшую над всеми. — Похоже, здесь пусто, — комментирует Чонхо, осматривая разрушенные здания. — Здесь есть много мест, где могут спрятаться мозгопожиратели, — отвечает Юнхо. — Все эти здания заброшены. В любом из них может быть гнездо. Ёсан поворачивается на сиденье перед ними и улыбается Юнхо. — Этот район хорошо известен активностью мозгопожирателей, но я бы не стал слишком беспокоиться по этому поводу. Такие транспортные миссии редко бывают опасными. Чонхо благодушно кивает головой, а Юнхо наклоняется вперёд и обращается к Сонхва: — Зачем везти грузы через заброшенный город? Тем более кишащий мозгопожирателями? — Сонхва поворачивает голову и смотрит на него. — Не могу представить, что это очень удобно. Никто не следит за ухудшением состояния дорог, и, как вы сказали, здесь больше мозгопожирателей. Сонхва отвечает не сразу, обдумывая слова Юнхо или, возможно, удивляясь его вниманию к деталям. — Это новый маршрут, — признаётся он. — Мы начали выполнять его всего месяц назад, и он проходит не через центр старых городских проектов, где больше всего мозгопожирателей. Тех немногих, кого мы привлекаем с помощью машин, легко просто обогнать. Нападения Зауна представляли гораздо большую угрозу, поэтому мы перенесли его, и у нас не было особых проблем. — Атак мозгопожирателей не было? Сонхва качает головой: — Не сообщалось. — Может, потому что они не представляют угрозы, — бормочет Сан себе под нос. Юнхо бросает на него взгляд, но не пытается спорить. — Конечно, их видели, но благодаря относительной тишине и скорости наших машин они не представляют особой проблемы. Похоже, они не очень заинтересованы в том, чтобы покидать свою территорию. — Тогда какой смысл посылать нас для их сопровождения? — спрашивает Чонхо. — Подстраховка, — отвечает Сонхва. — Мы здесь на случай худшего сценария. Эти поставки идут из восточных городов-государств, где находится большинство плодородных земель. Лучше послать нас на всякий случай, чем рисковать потерять груз продовольствия. — Так что именно мы будем делать? — спрашивает Юнхо. Сонхва криво улыбается: — Честно говоря, немного. Мы встретим грузовик со снабжением на восточной стороне города, провезём его через Ирулан и вернёмся обратно. Ничего особенного. Не стоило устраивать сцену из-за вашего провидца. — Его глаза весело сверкают. Юнхо откидывается на спинку кресла и ворчит про себя, недоумевая, какой смысл было брать их с собой. Ируланцы хихикают между собой, но склерокинетик протягивает руку, чтобы взять его за руку. Психокинетик поворачивает голову, обращая внимание на Чонхо. — Я не провидец, но что-то меня в этом настораживает, — тихо говорит ему Чонхо. Юнхо не совсем уверен в своих ощущениях. Он знает, что в этих краях, по слухам, полно мозгопожирателей, и хотя они могут быть довольно быстрыми, за машиной им точно не угнаться. Может, и не о чем беспокоиться, если они действительно не собирались покидать машину по какой-либо причине. — Всё должно быть хорошо, — говорит ему Юнхо. Вот только когда они почти добираются до места, всё оказывается не так уж и хорошо. Грузовик останавливается посреди дороги за городом, его экипаж собирается вокруг одного из колёс, выходя из машины один за другим. — Что здесь происходит? — спрашивает Сонхва, подходя к ним. Выйдя из машины, Юнхо сразу же осматривает окрестности. Чонхо делает то же самое, обхватывая себя руками и дрожа, несмотря на жаркую и влажную погоду. — Что происходит? Я думал, мы должны были просто ехать все это время. — Капитан. — Один из солдат транспортной машины отдаёт честь Сонхва и направляется к грузовику. — Боюсь, дороги здесь неровные. У нас спустило колесо прямо за чертой города. — Как скоро его починят? — спрашивает Сонхва. — Надеюсь, не слишком долго, но… — солдат морщится, когда домкрат отваливается, и грузовик снова опускается на землю. — Одному из наших пришлось бежать и искать оборудование, но всё, что мы смогли достать, — это автомобильный домкрат, который может оказаться недостаточно прочным, чтобы поменять шину. — Ну, это нехорошо, — бормочет Юнхо себе под нос. Он видит много мозгопожирателей, когда они проезжают через город, но они исчезают прежде, чем мозгопожиратели успевают среагировать. Тогда на их стороне скорость, но со спущенным колесом они окажутся в положении «сидячей утки». Если повезёт, они смогут привлечь только одного или двух на окраине города. Чонхо дёргает его за рукав, устремив взгляд на город позади них. — Я их слышу, — шепчет он, когда Юнхо поворачивается, чтобы обратить на него внимание. Действительно, вдалеке слышатся слабые рычащие звуки, но беспокоиться об этом не стоит, пока они не подходят ближе. — Если их будет несколько, то всё обойдётся, — успокаивает он Чонхо. — Но им нужно быстро починить эту шину. — А если появится вся стая? — Вряд ли. — Юнхо хлопает Чонхо по плечу. Мозгопожиратели не социальные в обычном смысле этого слова. Они, конечно, объединяются в стаи, но, как правило, не делают ничего для блага всей стаи. В первую очередь они эгоистичные существа. — Мы можем чем-нибудь помочь? — спрашивает Сонхва, положив руки на бёдра и осматривая открывшуюся перед ним картину. — Было бы лучше, если бы мы могли действовать быстро. Солдат качает головой и разводит руки в стороны: — Если только у вас нет с собой домкрата побольше. Сонхва хмурится, подперев подбородок рукой и обдумывая возможные варианты. Ему это не нравится. Если появятся мозгопожиратели, они смогут задержать их до окончания ремонта, но только надолго ли. — Я займусь этим, — объявляет Юнхо, протискиваясь мимо отряда Сонхва. Солдат, с которым разговаривает Сонхва, отшатывается назад, когда к нему приближается Юнхо, его глаза расширяются, когда он разглядывает странные знаки на руке Юнхо. — Кто вы? — пищит он одновременно с тем, как Сонхва рявкает: — Стоять, рядовой. Юнхо не обращает внимания ни на кого из них и протягивает руку ладонью к небу. Он делает глубокий вдох, концентрируя своё внимание на грузовике перед ним. Когда он убеждается, что понимает это, он делает щелчок запястьем вверх, сгибая пальцы, и в этот момент одна сторона грузовика поднимается с земли, что приводит в замешательство солдата, который пытается подставить автомобильный домкрат под грузовик. Губы солдата расходятся, он в недоумении смотрит на открывшееся ему зрелище. Сонхва моргает, удивлённый идеей Юнхо, но быстро поворачивается к психокинетику и одобрительно кивает. — Хорошая работа, — говорит он и, повернувшись к солдатам, приказывает им снять спустившее колесо и достать запасное. Уён насмехается, складывая руки на груди: — И это должно впечатлять? Ёсан смотрит на своего парня, а затем переводит взгляд на грузовик и Юнхо. — Я думаю, что это довольно впечатляюще, — говорит он. — И очень полезно. Уён, не понимая, что происходит, опускает руки к бокам. — Ёсан, — хнычет он. — Как ты можешь говорить такое в моём присутствии? Я тоже могу быть впечатляющим и полезным! — Тогда иди и будь полезен. — Ёсан подталкивает его к грузовику и предлагает помочь сменить шину. Сан ловит себя на том, что смотрит на спину Юнхо, и быстро отворачивается. Его взгляд переходит на Чонхо, который всё ещё смотрит на город. Он слегка вздрагивает. Нахмурившись, Сан подходит к нему и спрашивает, всё ли в порядке. Чонхо вздрагивает, поворачивается, смотрит на него, бросает взгляд на грузовик и, наконец, снова смотрит на город. — Сколько ещё осталось до того момента, когда они будут готовы уехать? Сан, пожав плечами, бросает взгляд на грузовик, где Уён снимает спущенное колесо. Солдат подходит к грузовику с запаской в руках и говорит: — Запаске нужен воздух, но утечки нет! — У нас в машине есть насос. Ёсан! — Сонхва просит телепата достать его. Сан замечает, что по шее Юнхо стекает струйка пота. Он быстро оборачивается к Чонхо. — Не знаю. Надеюсь, это ненадолго. Всё в порядке? Чонхо остаётся неподвижным и бдительным, глаза сужаются, когда он делает шаг назад к Юнхо. — Ты их не слышишь? — спрашивает он. — Они близко. Они так близко. Нахмурившись, Сан напрягает слух, пытаясь услышать, о чём говорит Чонхо. В основном он слышит только то, что происходит за его спиной: Сонхва отдаёт приказы, Уён пытается покрасоваться перед Ёсаном, другие солдаты разговаривают между собой, а Юнхо тяжело и напряжённо дышит. Если не обращать внимания на всё это и сосредоточиться на том, что находится перед ним, то можно услышать, о чём говорит Чонхо. Известно, что мозгопожиратели издают глубокие, гортанные рычащие звуки. Это действительно угрожающий звук для тех, кто никогда не слышал его раньше. Сан слышит этот звук вдалеке и вздрагивает, по его руке бегут мурашки. Он не новичок, когда речь заходит о мозгопожирателях. Он уже сталкивался с ними, даже убил нескольких, но они никогда не были приятными. Издаваемые ими звуки никогда не становятся более терпимыми. — Они всё ещё далеко, — говорит Сан. Может, они и наезжают на небольшую, образно говоря, кочку на дороге, но у них должно быть достаточно времени, чтобы починить грузовик и отправиться в путь. Он переминается с ноги на ногу и удивляется, почему ему вдруг стало не по себе. Он не нервничал в машине, когда был уверен, что они, по крайней мере, смогут обогнать мозгопожирателей. Да и раньше он никогда не нервничал по их поводу. Конечно, они охотятся на людей, но люди, как известно, не лёгкая добыча. Отряхиваясь, Сан пытается поддразнить юного дикаря в надежде, что тот перестанет об этом думать. — Почему ты так нервничаешь? Я бы подумал, что ты привык их слышать, учитывая, где ты живёшь. Чонхо качает головой и продолжает смотреть. Это нервирует Сана. Он похож на какое-то настороженное животное. — Их привлекает человеческая цивилизация. Шум, свет и запахи. Поэтому мы стараемся жить более органично. — Чонхо скрещивает одну руку на животе и сжимает бок, как будто ему больно. — Иногда, правда, можно было услышать, как они кружат над деревней. Те, что поумнее, могли нас обнаружить, поэтому пришлось ввести ночное патрулирование. Сан снова вздрагивает, но быстро отряхивается. Чонхо просто нагоняет на них страху, потому что ночной патруль лучшая защита от мозгопожирателей, которую они могут предложить. У них нет стен, как в Ирулане и других городах-государствах. — Не беспокойся об этом. Мы находимся на достаточном расстоянии от них. — Он отмахивается от беспокойства Чонхо и поворачивается к остальным, намереваясь принести пользу. Он должен пойти спросить Сонхва, может ли он что-нибудь сделать. — Они могут преодолеть это расстояние за несколько минут, — бормочет Чонхо. — У нас будет совсем немного времени, чтобы подготовиться. Сан замирает, хотя и не уверен, почему именно эти слова его напугали. Затем он вскакивает, когда со стороны грузовика раздаётся громкий удар, за которым следует треск, когда грузовик падает обратно на дорогу. Он слегка наклоняется назад из-за отсутствующей шины. Сан поворачивается к грузовику. Солдат стоит рядом с ящиком, потирая шею, а рядом застывает другой мужчина со спущенной шиной в руках. Юнхо, задыхаясь, упирается руками в колени и смотрит на солдата, устроившего переполох. — Что это было? — требует Сонхва, оставив Ёсана и Уёна, которым он, очевидно, поручает накачать запасное колесо. — Извините, капитан. — Солдат выпрямляется и отдаёт честь. — Это просто боеприпасы. Я пытался освободить место для спущенного колеса, но, должно быть, что-то слетело. Сонхва вздыхает, покачав головой: — Ну что ж, поторопись и поставь его на место. Мы сможем оценить ущерб позже. Наша первоочередная задача — выехать как можно скорее. — Ты говорил, что это груз с продовольствием, — говорит Юнхо, искоса поглядывая на Сонхва. — Какого чёрта они так обращаются с боеприпасами? — Я ничего такого не говорил, — отрицает Сонхва. — Я просто сказал, что грузовик прибыл из богатого фермами региона. — Это было громко, — шипит на него Юнхо. — И мы застряли прямо у города, кишащего мозгопожирателями! — Тогда нам лучше поторопиться и двигаться дальше. — Сонхва хлопает в ладоши, чтобы продемонстрировать свою срочность. — Если бы ты мог снова поднять грузовик, чтобы мы могли поставить запаску, было бы здорово. — Они перестали рычать. Сан оглядывается через плечо, когда Чонхо говорит это, и его брови сходятся в замешательстве. Но прежде чем он успевает что-то сказать или спросить, Чонхо поворачивается и бежит к Юнхо. — Юнхо, — обращается он к психокинетику. — Мозгопожиратели. Секунду назад я слышал их вдалеке, но с тех пор они затихли. Юнхо напрягается от его слов и поворачивается лицом к нему. Сан не уверен, что именно заставляет его подойти ближе, но он приближается к ним и прислушивается к разговору. — Сколько? И как далеко они были? — Несколько. Может быть, небольшая стая. — Чонхо ёрзает на месте, выглядит и звучит неуверенно. — Я их слабо слышал, значит, не очень далеко. Они могут быть здесь через несколько минут. Юнхо кусает губы, переводя взгляд с грузовика на Чонхо. Хватит ли времени? — О чём ты говоришь? — спрашивает Сан, вклиниваясь в разговор. — Откуда ты знаешь, что они едут сюда? — Потому что мы только что объявили о своём присутствии всему, что могло услышать это дерьмо, — говорит Юнхо, размахивая руками в сторону грузовика. — Они молчат, когда охотятся. — Тогда мы защищаем этот грузовик. Разве не для этого мы здесь? — Сан скрещивает руки на груди. — Я не понимаю, чего ты так испугался. Вздохнув, Юнхо отворачивается от грузовика, чтобы посмотреть в лицо Сана. — Ты не воспринимаешь эту ситуацию всерьёз, — говорит он. — А ты слишком серьёзно к ней относишься, — возражает Сан. Юнхо не обращает на него внимания и снова поворачивается к Чонхо. Он наклоняет голову, молча сигнализируя Чонхо, чтобы тот продолжал наблюдение. Уён продолжает накачивать воздух в другую шину, совершенно не обращая внимания на разговор, происходящий рядом. — Они должны починить эту шину немедленно, — говорит он себе. Сан поворачивается и подходит к Сонхва, наклоняясь, чтобы шепнуть ему что-то на ухо. Похоже, никто из ируланцев не чувствует срочности. — Готово! — говорит Уён, когда шина заполнена. Сонхва, жестом просит её передать другим солдатам. Юнхо призывает его поторопиться, протягивая руку, чтобы снова поднять грузовик. Уён поднимает шину и бежит к грузовику, но не раньше, чем бросить самодовольную улыбку Ёсану, который закатывает глаза, но отвечает ему ласковой улыбкой. — Юнхо, я вижу троих, — обращается к нему Чонхо. — Двигаются быстро. Психокинетик оглядывается через плечо. Уён подкатывает шину к остальным солдатам. «Поторопитесь», — мысленно призывает он их, быстро теряя терпение. — Мы их задержим, — объявляет Сонхва. Сан достаёт из мундира пару ножей. Юнхо не понимает, почему ему так не по себе, когда он смотрит на это. Он волнуется, но не может понять, что именно его беспокоит. Что Сан может пострадать? Или что он может навредить мозгопожирателям? — Чонхо. — Юнхо не нужно больше ничего говорить. Младший уже знает, о чём он просит. Солдаты набрасывают шину на грузовик и быстро заменяют болты, чтобы закрепить её. Ещё несколько человек пытаются вернуть груз на место. — Пять секунд, — предупреждает его Чонхо, опускаясь ниже, чтобы лучше сфокусироваться. Юнхо видит, как один из солдат пытается закатить спущенное колесо обратно на грузовик. Они заканчивают прикручивать запаску, и он позволяет грузовику опуститься на дорогу. Затем он тянется к спущенному колесу другой рукой, не обращая внимания на крик тревоги, когда он вырывает колесо из хватки солдата. — Юнхо? — Бери на себя того, кто придёт за тобой! — говорит ему Юнхо, не успев сказать ничего другого, как он разворачивается, отводя руку назад, и в этот момент на Чонхо с визгом прыгает мозгопожиратель. В какой-то степени Юнхо не может винить Сана или ируланцев за то, что они отрицают идею о том, что мозгопожиратели когда-то были людьми. Если бы не этот урок, передававшийся из поколения в поколение в его деревне, Юнхо вряд ли поверил бы, что они тоже когда-то были людьми. Не все мозгопожиратели выглядят одинаково, но их, безусловно, объединяет ужасающая внешность, способная навести ужас на любого нормального человека. Тот, что прыгает на Чонхо, бегает на четырёх ужасных, неуклюжих конечностях, как какой-то дикий зверь. Его кожа, серая и мёртвая, прилипает к истощённому телу. Возле головы ярко светится ядро, как маяк, показывающий всем вокруг слабое место, а может быть, сигнал о помощи, как считают в племени Юнхо. Пасть, похожая на клюв, усеяна рядами острых зубов, идеально подходящих для того, чтобы просто вцепиться в жертву. Юнхо на мгновение задумывается, как долго эта бедная душа влачит такое мучительное существование. Прошли годы или недели? Попал ли этот человек из-за модификации или из-за Зауна? — Чонхо! — Ёсан в панике зовёт склерокинетика, видя, что мозгопожиратель прыгает на него. Чонхо делает глубокий вдох и поднимает руки перед собой в виде креста. Его мышцы вздуваются, когда он использует свою силу, превращаясь, по сути, в живой щит. Юнхо изо всех сил бросает покрышку в тот самый момент, когда мозгопожиратель смыкает челюсти на руке Чонхо. Тот даже не вздрагивает — покрышка пролетает мимо него. Она врезается во второго мозгопожирателя, отбрасывая его назад со звериным воплем, который заставляет вздрогнуть даже Юнхо. Может, шина и прохудилась, но она всё равно достаточно тяжёлая, чтобы сбить мозгопожирателя с ног. — Юнхо, — сквозь стиснутые зубы произносит Чонхо его имя. — Давай. За дело. — Взмахнув рукой, Юнхо достаёт бумажных кукол, которые Хонджун сделал для него, из того места, где они спрятаны в его форме. — Третий… — Остальные разберутся, — заверяет его Юнхо, прежде чем Чонхо успевает закончить мысль. По крайней мере, он надеется, что они с этим справятся. Времени на раздумья у него нет. Юнхо поднимает руку вверх, его куклы следуют за движением в воздухе, поднимаются вверх и оказываются позади мозгопожирателя. Затем он делает движение вниз. Куклы следуют за ним, вонзаясь в одну из задних ног пожирателя и приковывая её к земле. Пожиратель отпускает свою хватку, завывая от боли, и Чонхо использует эту возможность, чтобы быстро отойти в сторону. Юнхо, не колеблясь, вцепляется в сердцевину мозгопожирателя, используя свою силу. С ворчанием он вытягивает руку влево, затем вправо, и ядро движется вместе с его движением, а пожиратель кричит. Юнхо кривится, увидев, как сухожилия, удерживающие ядро на месте, растягиваются и начинают лопаться вокруг ядра. Это никогда не особенно приятное зрелище, даже если это необходимо. С последним рывком ядро освобождается, и мозгопожиратель рушится на землю. — Отличная работа, — хвалит он, когда Чонхо подходит ближе. — Тебе не было больно? Чонхо поднимает руки и разворачивает их, чтобы Юнхо мог осмотреть. — Нет. Даже следа от укуса не осталось. Кивнув, Юнхо опускает ядро в руки Чонхо. — А что с двумя другими? — Ну… — Чонхо не успевает закончить фразу, потому что они оба в ужасе смотрят, как Сан вонзает нож в сердцевину одного из мозгопожирателей. Пожиратель издаёт ужасающий звук, его конечности подбираются к ядру и дёргаются, как будто он может вытащить нож, прежде чем рухнет на землю. В отличие от убитого ими мозгопожирателя, плоть тела этого пожирателя начинает распадаться, словно медленно сгорая. — Что ты наделал? — требует Юнхо. — Э-э, — Сан смотрит на него, потом на то, что осталось от пожирателя, — я убиваю мозгопожирателей. Потому что я вполне способен с ними бороться, понимаешь? Он нагибается, чтобы достать свой нож. Сан пытается быть с ним умным, но Юнхо в ужасе, чтобы злиться или раздражаться на него. — Ты уничтожил ядро, — говорит он. Сан пожимает плечами и стряхивает кровь с ножа: — Извлечь ядро, уничтожить ядро, в любом случае они умрут. Уничтожить ядро — это быстрее. Юнхо скрипит зубами и смотрит на него: — Ты хоть понимаешь, что ты только что сделал, уничтожив эго? — Свою работу, — категорично отвечает Сан. — Мозгопожиратели пытались напасть на наш груз, а я его защищал. Юнхо сжимает губы в тонкую линию, руки сжимаются в кулаки по бокам. В словах Сана столько неправды. Вообще всё, что он говорит, неправильно, но у Юнхо нет ни времени, ни терпения читать ему нотации. — Где последний? — спрашивает он. Если он не может спасти всех, то спасёт большинство. Будь прокляты ируланцы. — Их было трое. Где последний? Сан смотрит налево, где стоит Уён, тоже с окровавленным клинком в руке. — Уён позаботился об этом. Юнхо хочется закричать. Он хочет схватить Сана за плечи и встряхнуть его. Зачем он это сделал? Зачем он уничтожил эти ядра, если ему лучше знать? Что, чёрт возьми, он тогда сделал с Юнхо? Он делает глубокий вдох, чтобы успокоиться после этой мысли, и пытается избавиться от неё, как обычно. Сан в его снах совсем другой, напоминает он себе. Он совсем другой человек, нежели тот ируланец, что стоит перед ним, но гнев его не утихает, как и любопытство ничуть не ослабевает. Что же натворил тогда Сан? — Юнхо. Психокинетик заставляет себя расслабиться, прежде чем повернуться и посмотреть, что хочет Чонхо, потому что он не хочет выплёскивать свой гнев на младшего. — Что? — спрашивает он. Чонхо с испуганным выражением лица прижимает к себе ядро. Остатки гнева Юнхо быстро рассеиваются в пользу озабоченности, и он выпрямляется. — Этот мозгопожиратель… он был частью гнезда. Я чувствую его. Он взывает к ним. — Что? — Сан приподнимает бровь на слова Чонхо, глядя на них обоих сузившимися глазами. — Что значит «взывает»? Мозгопожиратели не должны быть социальными существами. — Они не всегда действуют во имя своего «высшего блага», но всё равно образуют стаи друг с другом, — поправляет его Юнхо. — Они вполне способны охотиться в группе. — Тогда уничтожь эту тварь! — Сан двигается к Чонхо, тянется к ядру, но Юнхо быстро хватает его за руку и оттаскивает назад. — Чонхо не имеет в виду что оно сейчас общается с ними. Ядро — это последний остаток того, кем был этот мозгопожиратель. Иногда у них остаётся последнее впечатление об этом человеке. Вот что взывает к гнезду. Они уже знали, что он пришёл сюда. Сан вырывает свою руку из хватки Юнхо и делает шаг назад, словно ошарашенный собственным замешательством. — Подожди. Что, чёрт возьми, ты имеешь в виду? — У нас нет на это времени, — говорит Юнхо, пытаясь обойти Сана, чтобы добраться до Сонхва. — Нам нужно ехать сейчас. — Почему? Грузовик починили! Мы всё равно скоро поедем. Чонхо дотрагивается до руки Сана: — Это значит, что эти трое были просто разведчиками, — объясняет он. — Возможно, они были самыми быстрыми. Сан чувствует, как температура его тела внезапно падает, по позвоночнику пробегает дрожь, и он поворачивается, чтобы посмотреть на него. — Сколько их может быть? — хрипит он, обретя голос. Чонхо убирает руку, чтобы сжать в ней этот дурацкий шар. Сан не может не смотреть на него. Юнхо так зол на него за то, что он уничтожил его, но разве это имеет значение? Они всё равно убили мозгопожирателей. — Слишком много, — шепчет Чонхо. — Нас перебьют за несколько минут. На мгновение Сан чувствует, что спорить с ним бессмысленно. Может быть, если бы они просто перестали терять время, пытаясь извлечь ядра, и просто уничтожили их, то смогли бы легко пройти через эту защиту, но что-то в его внутренностях подсказывает ему, что это не имеет значения. — Мы уходим, — говорит Сонхва, отталкивая Юнхо в сторону, чтобы тот мог пройти мимо него. — Как только груз будет погружен, мы отправимся в путь. — Всё, что не погружено, нужно оставить, — возражает Юнхо. Он бросает взгляд в сторону грузовика, где солдаты работают над погрузкой всего груза, который они вывозят, чтобы добраться до запасного колеса. Это не займёт много времени, может быть, минут пять-десять, не больше, но для мозгопожирателей этого времени будет более чем достаточно. — Они будут здесь ещё до того, как вы закончите. — Тогда отбивайся от них, — говорит ему Сонхва. — То, что мы сказали, что так бывает не всегда, не означает, что ты освобождён от выполнения своей работы, солдат. Губы Юнхо кривятся в кислой гримасе, но он не отвлекается, пытаясь убедить Сонхва выслушать его: — Ты меня не слышал? Идут не несколько, а целое гнездо! Это будет целое гнездо! — Мы не можем позволить себе просто оставить этот груз здесь. Он слишком важен, а такие грузы нелегко доставить через Ничейную Землю. Мы будем обороняться, пока он не будет погружен. — А если мы останемся обороняться, то и некому будет доставлять груз! Сонхва разворачивается и набрасывается на него: — Вы, дикари, — шипит он, — всегда проповедуете об опасности мозгопожирателей и гордитесь своими знаниями, а сами первыми подворачиваете хвост и бежите от них. — А ты бы послал армию в тысячу человек на встречу с десятью тысячами своих врагов? — шипит в ответ Юнхо. — Нет, потому что это было бы самоубийством. Это не последний бой. Это всего лишь груз! — Это не армия солдат. Это стая зверей! Насколько трудно их убить? — Их всё равно слишком много, чтобы с ними сражаться! — Я не прошу тебя убивать их всех или умереть здесь. Просто задержите их, пока мы не будем готовы идти, или это слишком много для тебя? Юнхо открывает рот, чтобы ответить, но вздрагивает, когда на их машину прыгает мозгопожиратель, издавая пронзительный для ушей визг. Похоже, никто не знает, как реагировать, и Юнхо не может винить их за то, что они застигнуты врасплох. Откуда он взялся? Юнхо судорожно ищет Чонхо. Он должен был предупредить Юнхо, когда увидел, что тот приближается. Он должен был предупредить его, так почему же он ничего не сказал? Когда он замечает Чонхо, склерокинетик застывает в ужасе, его взгляд устремлён на мозгопожирателя на машине. Он так же потрясён, увидев пожирателя, и Юнхо сразу понимает, что что-то не так. Что-то очень не так, если этот мозгопожиратель нашёл способ проскользнуть мимо них. — Сан! — Сонхва зовёт своего возлюбленного. — Позаботься об этом. Сан смотрит на них и колеблется, когда видит Сонхва с Юнхо. Его взгляд задерживается на психокинетике, наверное, на секунду, прежде чем он кивает головой. — Я займусь этим! — отвечает он, крепче сжимая свои ножи. Он сгибает колени и делает глубокий вдох, готовясь, когда его глаза сужаются к ядру, ярко сияющему на его плече. Он рвётся вперёд, настигая цель, но спотыкается, когда цель внезапно и неожиданно исчезает. Не только он один потрясён таким развитием событий. Юнхо затаивает дыхание и чувствует рядом с собой потрясение Сонхва. Остальные солдаты тоже переговариваются между собой, ботинки скребут по земле, когда они отступают назад. Никто не знает, что произошло. Чему они становятся свидетелями? Среди них царит нервозная атмосфера; кажется, все забыли, что им нужно как можно скорее закончить погрузку. Сердце Юнхо бешено бьётся о грудную клетку. Он так же растерян, как и все остальные, но единственная мысль, которая его посещает, — это то, что им нужно срочно убираться отсюда. — Что он сделал? — спрашивает Сонхва. — Куда оно делось? — Откуда мне знать? — Юнхо огрызается и быстро направляется к Чонхо. Сонхва следует за ним по пятам: — А вы, ребята, разве не эксперты по этим монстрам? Юнхо бросает на него короткий взгляд: — Мы их не изучаем. Мы просто воспринимаем их как большую угрозу и стараемся сократить их численность. Я могу рассказать вам столько же об их биологии, сколько о том, что, чёрт возьми, только что произошло. — И что же, чёрт возьми, только что произошло? — требует Сонхва. Юнхо, подойдя к Чонхо, поворачивается к нему лицом: — Понятия не имею, но предлагаю не ждать, пока мы это узнаем. — Сила, — молвит Чонхо, привлекая внимание обоих. — Она была достаточно близко, чтобы я мог её увидеть. Он невидим, Юнхо. Он использовал силу и стал невидимым. — Невозможно, — насмехается Сонхва. — Мозгопожиратели — не псионики. Он не мог этого сделать. — Может быть, твои друзья-заунцы нашли способ, — бормочет Юнхо. — Они нашли способ превратить людей в мозгопожирателей, а не способ превратить мозгопожирателей в псиоников, — настаивает Сонхва. — Ты когда-нибудь слышал о пожирателе, который мог бы использовать силу? — Нет, — признаёт Юнхо. — Но я также никогда не слышал о том, чтобы люди целенаправленно превращали друг друга в мозгопожирателей до недавнего времени. Кто скажет, что это невозможно? Сонхва теряет дар речи. — Ты… — Его прерывает крик из грузовика. Пожиратель появляется вновь, настигая двух солдат, которые работают над погрузкой ящика на грузовик. Юнхо стыдно признаться, что всё это застаёт его врасплох, и он не успевает среагировать, чтобы спасти одного из солдат, прежде чем пожиратель делает выпад вперед и закрывает рот над головой человека. Раздаётся тошнотворный хруст, когда он с ужасающей силой вгрызается в солдата, а затем наступает странная тишина, когда все, кажется, пытаются осознать то, чему они только что становятся свидетелями. Юнхо не может их винить, ведь он тоже пытается осмыслить увиденное. В группе быстро воцаряется хаос. Солдаты бросают свой груз и хватаются за оружие. Все кричат, пытаясь скоординировать действия друг друга, пока мозгопожиратель снова использует свою невидимость, чтобы ускользнуть и поискать следующий угол атаки. Безголовое тело упавшего солдата с грохотом падает на землю. — Ты уже понял, в какой опасности мы находимся, или всё ещё хочешь стоять здесь и драться? — Юнхо шипит низким голосом, тело трясётся от контролируемой ярости. — Их будет больше, и я не могу сказать, будут ли они псиониками. Сонхва сглатывает, но, похоже, понимает, что согласен с Юнхо. — Все в машину, — говорит он. Затем, увеличив громкость, командует: — Бросайте всё, что ещё не погружено! Мы выезжаем! Отступаем! — Он оглядывается на свой отряд и машет руками в сторону машины. — Залезайте. Мы уходим! — Но этот мозгопожиратель… — пытается протестовать Уён. — Мы не можем бороться с тем, чего не видим, — прерывает его Сонхва. — У нас мало времени, чтобы терять его до того, как нас настигнут новые. Юнхо подталкивает Чонхо к Уёну и Ёсану, уговаривая его послушаться Сонхва и сесть в машину. Чонхо колеблется, чувствуя, что психокинетик не последует за ним. — Мы можем об этом позаботиться, — говорит ему Юнхо, хотя понимает, что на самом деле обращается к Сонхва. Он смотрит на капитана. — Готовь всех к отъезду. Мы позаботимся о пожирателе мозгов. Выиграем достаточно времени. — Мы? — Чонхо хмурит брови, когда Юнхо подводит его к Ёсану. Телепат тянется к нему, обхватывая младшего защитными руками. — Кто это — мы? Чонхо бросается вперёд, когда понимает, что Юнхо явно имеет в виду не его, но Ёсан удерживает его. С натянутой улыбкой, граничащей с гримасой, Юнхо поворачивается к Сану, который краснеет и показывает на себя, когда понимает, что Юнхо говорит о нем. Даже Сонхва, кажется, удивляется, с беспокойством глядя на них обоих. — Ты вообще можешь это сделать? — скептически спрашивает Сонхва. — Мы никогда не видели такого, и никто из вас не является ясновидящим. — Ясновидение — не единственный способ борьбы с такой силой, как невидимость, — говорит Юнхо. Он сгибает палец, подзывая Сан поближе. — Мы справимся с ним, если только ты подготовишь всех к работе. — Он смотрит на Сонхва. — У нас мало времени. — Справедливо. — Капитан сужает глаза. — Тогда я рассчитываю на вас двоих. — Он поворачивается, выкрикивая очередные приказы паникующим солдатам. Сан делает шаг к нему и смотрит на психокинетика. — Итак, каков твой план? — Никакого плана нет, — говорит Юнхо. Сан шипит, едва не подавившись собственной слюной. — Если мы будем стоять и ждать плана, всех убьют. Тебе придётся полагаться на свои инстинкты. — Мне? Юнхо наконец-то опускает глаза и ловит его взгляд. — Ты единственный, кто достаточно быстр, чтобы поймать его, как только он раскроется. Ты ведь потратил своё время на обучение борьбе с псиониками, верно? Наверняка ты тренировался на ком-то, кто обладает невидимостью, не так ли? — Да, — защищаясь, отвечает Сан. — И я всегда побеждал! — Тогда победи ещё раз, — говорит ему Юнхо. — Но это совсем другое дело, — возражает Сан. — В поединке один на один ты знаешь, что твой противник собирается напасть на тебя, но здесь… это… — Сан облизывает губы, с трудом выговаривая слова. Это реальность. А реальность такова, что Сан, может быть, и обученный ируланский солдат, но в этом сценарии он совершенно не в своей тарелке. — Они предсказуемы, но этот мозгопожиратель… я не знаю, что он будет делать. На кого он нападёт. — Нет, знаешь, — говорит ему Юнхо. — Он раскрывается, чтобы напасть. Он не неуязвим. Реагируй на это, и ты победишь. — Сан сглатывает, нервно ёрзая под пристальным взглядом Юнхо. — А ты сможешь? — Его глаза опускаются к наушникам, висящим на шее Сан. Сан, защищаясь, тянется рукой к наушникам, но тут же опускает их на плечо. Они могут помешать ему в этом сценарии, когда он не видит своего противника. — Я… — Он не уверен. Сан крепче сжимает нож и быстро стряхивает с себя все сомнения. — Да. Я могу это сделать. Я здесь самый быстрый. Я могу сделать это легко. — Хорошо. — Юнхо одобрительно кивает головой и протягивает руку, чтобы коснуться руки Сана, когда ируланец сгибает колени, чтобы приготовиться. — Не уничтожай его ядро. Просто рань его. Я позабочусь о ядре. Сан раздражённо стряхивает его руку. — Зачем? Оно умрёт в любом случае. — Это важно. Сан тупо смотрит на него, в то время как внутри него бушует целый ряд эмоций, вызванных этой просьбой. — Если у меня не будет выбора, я его уничтожу, — жёстко говорит он, не желая поддаваться тому небольшому чувству вины и сомнения, которое почему-то мучает его. Он солдат. Какое ему дело до ядра пожирателя? — Не надо… — говорит Юнхо, как раз когда Сан улавливает движение на периферии. Юнхо говорит ему не планировать, а просто реагировать, поэтому он поворачивается на носках и, используя свою силу, толкает себя вперёд, чтобы перехватить мозгопожирателя до того, как он сможет атаковать снова. В мгновение ока он настигает солдата, на которого нацеливается пожиратель, и отталкивает его с дороги, прежде чем тот успевает снести ещё одну голову. Сан видит его ядро, вспыхивающее бледно-жёлтым светом на задней стороне шеи. Он вертит нож в руках и стискивает зубы. У него нет возможности принять решение, когда колебания означают разницу между жизнью и смертью. Не сводя глаз с ядра, он использует свою гиперскорость, чтобы быстро переместиться за спину мозгопожирателя. Ядро у него на прицеле. Уничтожь его — и пожиратель умрёт. Сан повторяет эти правила в голове снова и снова, поднимаясь с земли. — Не надо! — Сан слышит голос Юнхо так отчётливо, как будто тот находится рядом с ним. В последнюю секунду он колеблется, пригибается и пробивает гнилую плоть одной из ног, после чего падает на землю под действием силы импульса, быстро истощающего его силы. — Сан! — Сонхва выкрикивает его имя с пассажирской стороны двери их машины. Сан быстро поднимается на ноги, с шипением вытирая ошметки с ладоней и коленей. Он не убивает пожирателя. Он не уничтожает ядро, как должен. Раненый мозгопожиратель, что неудивительно, поворачивается к нему, широко раскрыв пасть и издавая рёв прямо в лицо Сану. Вот чёрт. Зачем он это сделал? Надо было просто убить его. Сан поднимает нож, чтобы защититься, но тут мозгопожиратель внезапно отшатывается назад. Юнхо, используя свою силу, тянет его за сердцевину назад, и тот издаёт громкий растерянный звук. Сан от удивления ослабляет хватку ножа и смотрит на Юнхо. Очередной вопль мозгопожирателя отвлекает Сана от размышлений. Его спина выгибается, когда Юнхо тянет его за сердцевину. Сан как будто наблюдает за медленной и гротескной смертью: пожиратель корчится, пытаясь отстраниться от Юнхо. Он даже пытается использовать свою силу, его форма переходит от прозрачной к видимой, но теперь, когда Юнхо удерживает его с помощью своего психокинеза, ему уже не вырваться. Сан вздрагивает, когда ядро, наконец, освобождается, и последний раз отрывается от серой кожи, когда он освобождает его от тела. Мозгопожиратель издаёт последний предсмертный вопль, падает вперёд и замирает. Сан отползает назад и смотрит в глаза Юнхо, когда тот забирает ядро в свои руки. Ируланец открывает рот, чтобы сказать что-нибудь — что угодно, — но слова застревают в горле. Он не понимает, что хочет сказать. Юнхо не теряет ни секунды. Как только ядро оказывается в его руках, он бросается к Сану, протягивая руку, чтобы помочь тому подняться. Рядом с ними подъезжает машина, Уён открывает заднюю дверь и приглашает их внутрь. Юнхо сначала заталкивает Сана внутрь, а затем практически бросается следом за ним. Уён захлопывает за ними дверь. — Давай! Давай! Вперёд! — кричит Сонхва водителю. — Избегай города. Поедем по задворкам.
