Избавься от слабости

      Стучали в дверь. Сердце Чонгука пропустило удар. Они с сестрой переглянулись.       Какие гости могут к ним пожаловать? Друзей у них точно не было. Осталось только два правдоподобных варианта. Не мертвецы же.       Маленькие группы людей искали выживших, так как с другими выживать легче, но это было раньше. Сейчас живых всё меньше: все давно входят в состав одной их трёх больших групп. Возможно, брат и сестра единственные, кто остались сами за себя.       Догадка поразила Чона, и подходить к двери совсем не хотелось, но сейчас тебе не беззаботный мир, а реальность, в которую до сих пор не верится. Ожившие трупы ходят по улицам и кидаются на людей. Больше походит на фильм ужасов.       Чонгук рукой остановил сестру, приказывая оставаться наверху, а сам осторожно, переступая маленьким шагами, направился сначала к своему оружию, на всякий случай, потом к двери. Равномерные стуки снова раздались с той стороны. Парень сглотнул и приготовился к нападению. Глазка на толстой деревянной двери нет. Она явно изготовлена ручной работой, не той расписной для красоты, а грубыми руками, с металлической конструкцией. За ней не страшно коротать ночи, даже если тебя окружила стая мертвецов.       Стук снова повторился. Ждать больше некультурно. Чон усмехнулся. Это в такое время, когда общество, в привычном нам понимании, уже давно умерло, он задумался, что культурно, а что нет.       — Ей, принцесска, выходи! Мы знаем, что ты дома! — послышался довольный смех.       Парня резко охватил леденящий кровь ужас. Там точно не пара выживших, а большая группа людей, точнее сказать группа парней. Нужно что-то придумать.       — Давай быстрее, а то придется самим заходить, что не очень-то уважительно. — снова смех.       Чонгук помедлил, но взялся за ручку, открывая замки. В коридор сразу проник яркий солнечный свет, заставляя жмуриться.       — Хороший мальчик. — довольно протянул незнакомец.       Когда зрение пришло в норму Чонгук увидел пару незнакомых лиц, но в одно впился взглядом.       — "Крашенный мудак! Решил отпустить, обмануть меня, вселив ложную надежду, а потом привести этих придурков, чтобы обчистить меня? Конечно! А что же ещё!?" — Чонгук сжал кулаки. Хотелось лицо разворотить. — Что вам нужно? — сжал челюсть, сдерживаясь.       Другой парень стоит впереди с невозмутимой физиономией. Маска прикрывает часть его лица.       — Мы хотим, чтобы ты нам помог. — спокойно говорит он и, видимо, улыбается.       Чонгук недобро сощурил глаза.       — "Конечно, скачу от радости, как кролик на лужайке. Помочь вам вычистить свою хату? Не дождётесь!" — подумал он, сдерживая себя.       Главный делает шаг вперёд, но Чон не отходит, за что был отпихнут в сторону. Остальные тут же залезли следом. Понимая, что против толпы вооружённых парней не потянет, он не стал ничего предпринимать. Пусть возьмут всё, что хотят, и оставлять их в покое.       — "Сестра!" — промелькнуло в голове, от чего Чонгук сразу развернулся, натыкаясь взглядом на парня в маске.       — Уютное домишко ты себе присмотрел. — проводит рукой по стене, где неяркие обои из-за сырости начали отходить от стены.       Главарь пошёл в самую глубь, но на первом этаже особо ничего и не было, из соображений безопасности, поэтому, визуально осмотрев помещение, сразу направился на второй этаж, где располагался недавно принесённый улов. Заметил стол и рядом стоящий рюкзак и примостил свою задницу на первый свободный стул.       Чонгук наконец-то вздохнул. Сестры видно не было. Парень надеялся, что она успела спрятаться или вообще уйти из дома.       — Есть что-нибудь перекусить? — он небрежно охаживает стол рукой, раскидывая немногочисленные вещи, но так и не найдя ничего, переводит внимание на Чонгука. — Ты же знаешь кто мы? — делает небольшую паузу. — Я хочу, чтобы ты мирно отдал нам всё. Без глупостей. — он всё так же оставался абсолютно спокойным.       Парень рядом покосился на него. Сейчас Чон заметил, как в свете сверкнула серьга в ухе. Чёртов пидор!       Чонгук разозлился окончательно и двинул локтем по горлу наглеца, сидящего на стуле, но парни успели перехватить манёвр, завернув руки за спину.       — И что ты в нём нашёл? — главарь махнул рукой.       Чонгука подвели ближе. Он взял его за лицо, осматривая.       — Техён! — крашенный парень поддался чуть вперёд. — К тебе вопрос был. Если так понравилась эта сучка нужно было всего лишь попросить. Так сложно сказать своим ртом несколько простых предложений!? —       — Кого ты сукой назвал, мудила!? — прорычал Чонгук, но его тут же огрели ударом в живот.       — Ты же знаешь наши правила. Зачем? Ты предал не только меня, но и остальных. Ты понимаешь, насколько ты согрешил. Они верили тебе, а ты всё разрушил. — он покачал головой и поднялся с места, обходя парня. — Как после этого оставить тебя? — он медлил, издеваясь. — Но... я знаю, как искупить вину. — приказал и ему подали пистолет, который тут же оказался в руках ошарашенного Техёна.       Тот без слов поднял ствол и прицелился в Чонгука, который без страха смотрел на дуло.       — Застрелишь меня, блохастая шавка!? — с вызовом произносит Чон.       За свои слова он тут же поплатился ещё одним ударом, а Техён застыл на месте. Руки его начали чуть трястись. Он перехватил пистолет.       — Я не могу. — отводит взгляд в сторону.       — Слушай, Техён, я же сказал — всё очень просто. Ты сейчас делаешь вот так. — вожак гиен слегка подхватывает руки парня, помогая нацелиться. — И стреляешь. —       Чонгук почувствовал, как дуло уперлось в голову. По нему пробежала волна странного наслаждения. Прикосновение холодной стали к коже отчего–то сильно напугало, но и прибавляло адреналина, который будоражил кровь.       — Стойте! — знакомый голос донёсся со стороны окна. — Не надо! —       Окна на втором этаже были не заколочены, чтобы патрулировать территорию с безопасного расстояния. Теперь Чонгук понял, куда подевалась его сестра.       — "Нет! Не выходи! Они и с тобой что-нибудь сделают! Нет..." — парень дёрнулся в сторону Наён, но его снова усадили на место.       Главарь явно ошарашен таким поворотом событий. Его эмоции скрывала маска, поэтому можно увидеть только глаза, которые расширились, но тут же стянулись в две узкие линии.       — Какой сюрприз ты от нас прятал. — радостно сказал парень, теряя интерес к Чонгуку.       — Пожалуйста, не стреляйте в моего брата. — её голос чуть дрожал, но она крепко стояла на ногах, смотря прямо в глаза главного.       Чонгук ненавидел, что ничего не мог сделать.       — Прости, солнце, напугали? — он положил руки ей на плечи.       В Чонгуке уже смешались несколько видов отвращения, но ярость некуда деть, только сжимать кулаки. Ногти впивают в кожу до мяса, напоминая о реальности.       — Не трогай её, ублюдок! —       — Но что же делать? Твой брат ведёт себя очень грубо по отношению к нам. Может ты нам поможешь? — он обвивает её, будто змея свою добычу.       — Не впутывай её! Забирай, что хочешь, и валите. — шипит Чон.       Парень рассмеялся. Смеялся он долго, что пришлось сначала отдышаться.       — Я итак заберу всё, что за хочу. — он приблизился к лицу Чонгука, совсем его не боясь.       Слова добавили уровень безысходности к происходящему. Чон сидел, сдерживаемый двумя крепкими парнями, они явно не дадут поблажку, и переполнялся эмоциями. Сердце бешено колотилось, разнося адреналин, заставляя, напряжённые и готовые в бой, мышцы сильно болеть. Нервы ни к чёрту, главное, чтобы с сестрой было всё в порядке.       — К..как? — задала логичный вопрос девушка, усугубляя предположения парня.       Сейчас для Чонгука не существует прошедшего вчера, туманного завтра, полуоткрытых консерв, которые они мечтали съесть с сестрой, давящей обстановки вокруг. Он полностью сосредоточен на ответе ненавистного парня в маске.       — Ты идёшь с нами и мы оставляем в живых твоего брата. — как ни в чём не бывало произнёс тот и помассировал плечи сестры, которая чуть подрагивала от каждого прикосновения. — По рукам? — приблизился почти вплотную к шее, что дыхание, пробивающееся через тканевую маску, заставило покрыться мурашками с ног до головы.       Наён медленно перевела взгляд с пола на брата. Она решила. Чонгук почувствовал это во взгляде. Родные всегда понимают друг друга с полувзгляда. Чонгук еле мотнул головой.       — Я согласна! — с небывалой твёрдостью ответила она. — Только можно мне попрощаться? —       Чона не отпустили, поэтому он не мог ответить на объятья сестры.       — Я вытащу тебя. Не бойся. — девушка всхлипывала, хватаясь за брата. — Продержись, пока я не приду. Хорошо? — Чонгук пытался успокоить свою сестру, потому что видел, как она никуда не хочет и делает это только ради него. Это Чон должен её защитить, а не наоборот. — Люблю тебя. — прислонился к щеке и чуть погладил, успокаивая.       Неужели это конец? Он больше не увидит сестру? Апокалипсис забрал у него всё, комфорт, спокойствие, друзей, близких, так медленно, что можно сойти с ума.       — Техён! — позвал главарь. — Ты молодец, пополнил наши ряды. — он потрепал пацана за плечи. — Только ты до сих пор не прощен. — глаза распахнулись шире от испуга. — В твоих рука пистолет, ты знаешь, что делать. —       Техён нахмурился. Лицо его помрачнело. Он резко поднял пистолет в воздух и выстрелил. Раздался душераздирающий крик девушки. Её сразу оттащили от Чонгука. Согнувшись от боли, он пытался не закричать, сжав свои челюсти так, что был слышен скрежет зубов, а на лбе выступили капельки пота.       — Можешь, когда хочешь. — похлопал по плечу. — Так, давай, шустрее, собираем всё и уходим. — он присел к Чонгуку, который схватился за свою ногу, пытаясь зажать рану, из которой обильно текла кровь, расползаясь лужицей на полу. — В следующий жизни будь спокойнее. С такой раной ты станешь калекой и больше не увидишь сестру. Быстрее сдохнешь, чем приковыляешь куда-то. — надавил ботинком на ногу, от чего Чонгук зло зашипел. — Не беспокойся о сестре. Теперь она в безопасности и будет хорошо питаться, об этом я точно позабочусь. А ты, Техён, — на имени он сделал недобрый акцент. — можешь не возвращаться. Мы никого не принимаем в свою семью дважды. Скажи спасибо, что жив остался. — он рассмеялся и покинул этаж.       В ушах до сих пор стоит этот нечеловеческий смех.       — День исключений. Настроение сегодня хорошее. — радостно донеслись последние слова.       И только сейчас Чонгук осознал, что происходит. Он вскакивает, но рана отрезвляет.       — Ты что делаешь?! — подаёт сдавленным голосом Техён, поднимаясь с пола, который недавно не дал опуститься ниже.       — Ухожу. Не видишь? —       — Из тебя хлещет, как... —       — Мне похуй. Уяснил? Хватит. Не нужна мне твоё сочувствие. Уже много чего "хорошего" сделал. Вообще уйди с глаз моих! Я сейчас не набросился на тебя, только потому, что это трата моего драгоценного времени. — яростно шипел Чон.       — Ты собрался к ним? К пол сотне вооружённых людей? С этой щепкой? С ума сошёл. — он ухмыльнулся самооуверенности парня.       — С ума сошёл только ты, раз по команде выстрелил в живого человека. —       Техён поджал губы.       — Ты думаешь, что я совсем тупой. Он бы нас так просто не оставил. Ты не понимаешь? —       Чонгук ухмыляется.       — Не отпустил бы он тебя. Вали из моего дома! Ты даже не предпринял ничего, трусливая сука! —       После этих слов ярость полностью застелила глаза, от чего Техён схватил парня за толстовку, подтаскивая к себе.       — И что ты мне сделаешь? Лучше убил бы. — Чонгук смотрит прямо в душу.       Техён много что хотел сказать, но промолчал. Да, парень с которым они знакомы от силы двадцать минут был полностью прав, и он отпустил, оставаясь в чужом и пустом доме, который наполнялся холодом осени, доставая до костей.