Нелюбовь

Пережить можно всё на свете. Но получится ли после этого остаться прежним?

***

Не могу пошевелиться. Тело будто больше не принадлежит мне. В горле жутко пересохло. Хочу пить так сильно, как в жизни не хотела. Голова пуста. Сил просто нет. Словно у меня их забрали вместе с моей кровью. Что это было такое с его лицом? Он был похож на дьявола. Монстра, чудовища, вампира? Не могу даже открыть глаза. Какая-то пелена застилает их. Что со мной? Что он хочет сделать со мной? Зачем я нужна ему? От всех этих вопросов начинается внутренняя истерика. Почему я могу думать, но не могу проснуться? Нужно заставить себя распахнуть глаза. Давай же, Елена, ты сильнее этого. Ты сможешь. Давай. Очнись. Прошу. Не получается. Голос, я слышу приятный женский голос… Он так знаком мне. Неужели это мама? — Открой глаза, милая, ты должна проснуться. — ласково шепчет она, поглаживая своей рукой мою голову. Её глаза полны любви и заботы. — Мама? Что ты здесь делаешь? —очень хрипло проговариваю я. Она лишь умиленно улыбается мне в ответ. — Это же твой сон. Тебе больно и ты хочешь видеть меня здесь, слышать мой голос, чувствовать прикосновение. — выделяя последние слова, женщина дотрагивается до моей щеки, осторожно стирая дорожку предательских слез. Точно, это всего лишь сон. Но как же приятно видеть её, слышать… Даже если это все неправда. — Ты должна проснуться. Ты знаешь об этом. Нет, нет, нет. Я не хочу просыпаться. Я хочу быть здесь с тобой. Рядом. — Я не могу, мама. Я боюсь, что когда проснусь, то не переживу того, что может быть там в реальности. Можно мне остаться с тобой? — Нет, милая. Ты все переживешь. Ты сильная девочка. И чтобы ни случилось там, ты справишься с этим. А теперь очнись и прощай, солнышко. — Прощай, мамочка… — дрожащими губами произношу и вижу, что свет, окружающий меня, исчезает. Как и она. Солнце беспощадно светит в глаза, заставляя меня через силу раскрыть их. Звук машины. Я еду куда-то, а за рулём совершенно беззаботный Деймон. Испуганно оглядываюсь, тяжело дыша. А затем дотрагиваюсь до шеи, в районе которой ощущаю невыносимую, жгучую боль. После прикосновения на моих пальцах остаётся… Кровь?! Это моя кровь? Что он сделал со мной? Кажется, слишком громко всхлипываю, так как Деймон оборачивается, без особого энтузиазма осматривая меня. — Доброе утро, солнышко. — наигранно-ласково говорит он, ехидно ухмыляясь. — Долго же ты спала. Я даже несколько раз проверял живая ли ты. Игнорируя все его слова, нетерпеливо задаю вопрос. — Куда ты везешь меня? Ответа не последовало. — Зачем я нужна тебе? Снова молчание и хриплое дыхание. — Кто ты такой? И что тебе нужно?! — не выдерживаю и срываюсь на истерический крик. Я так больше не могу. Почему этот псих молчит? Ещё чуть-чуть и я взорвусь от его молчания, и от всей этой угнетающей обстановки. — Я понял, что ты у нас очень любопытная. Почему бы тебе не заткнуться и просто молча посидеть, м? — презрительно фыркает Сальваторе, показывая свое раздражение. Он гневно хмурит брови, давая мне намёк «поскорей заткнуться.» Но, если честно, мне плевать. Потому что он похитил меня, странно вёл себя, куда-то везёт и ничего не объясняет. У меня есть полное право продолжать задавать ему вопросы. — Куда мы едем? — поджав губы, вновь вопрошаю я. Деймон, театрально воззведя глаза к небу, закатывает их и устало отвечает: — Ты всегда такая приставучая? Голова уже от тебя болит, когда ты спала мне было веселее. И как только мой брат с тобой встречался? После его последних слов издаю судорожный вздох. Стефан… А что если с ним тоже что-то не так, как и с его братом? Значит ли это, что я все это время… Нет, даже думать не хочу об этом. Тошнота подкатывает к горлу, я все ещё очень сильно хочу пить. Показательно прокашлявшись, пытаюсь намекнуть старшему Сальваторе, что мне нужна вода. И к счастью, в следующее мгновенье он кидает мне бутылку. Я тут же жадно осушаю её. Но лучше не становится. Все ещё страшно от пугающей неизвестности. Тысяча вопросов, на которые вряд-ли будут ответы. Тело трясётся, голова кружится так, словно меня вот-вот вырвет. Когда ты не знаешь, что будет дальше тебе жутко страшно. От всех этих мыслей одна непрошеная слезинка скатывается по щеке, а за ней вторая, третья и больше я не могу держать слезы в себе. — Ну ты чего, малыш, не плачь. — заметив моё состояние, словно насмехаясь, произносит Деймон. Я перевожу на него свой ненавистный взор. — Хочешь знать куда мы едем? Хорошо. Я везу тебя к одному очень страшному человеку, с которым я заключил сделку. Он поможет мне найти ту, кем я сильно дорожу, а я должен в целости и сохранности доставить ему тебя. — оживленно рассказывает он, а после окончания обречённо вздыхает. Скептически выгибаю бровь в ответ, — Кто он такой? И для чего я нужна ему? — Кто он я не могу сказать, так как он попросил, чтобы это было для тебя сюрпризом. — кокетливо подмигивает Сальваторе, и от этого жеста меня начинает тошнить ещё сильнее. — А для чего ты нужна ему я не знаю. Он не посвятил меня в свои планы. Но я думаю, что ты, Елена, сама у него это спросишь. Хотя зная, что ты двойник, не уверен, что у него на тебя хорошие планы. Услышав его последние слова, я удивлённо вскидываю брови. Этой фразой этот ненормальный ввёл меня в ещё больший ступор, чем раньше. — Что значит я — двойник? Молчание. Да он издевается надо мной? Неужели так сложно ответить на вопрос? Хотя, конечно, здесь я — жертва, а с ними обычно секретами не делятся. Повернув голову в сторону, вижу только лес, лес и ещё раз лес. Понятно, значит, едет Деймон достаточно далеко от города. — Может, хочешь, чтобы я включил музыку? — любезно интересуется он. — А-то такая тишина уж очень меня удручает. Устало закатив глаза, фыркаю в ответ, — Хочешь включай. Мне все равно. — Ути-пути какие мы злые. — ядовито насмехается над моим ответом Сальваторе, а затем словно погрустнев, серьёзным тоном добавляет, — Елена, я вовсе не желаю тебе зла. Я делаю это ради той, кого очень сильно люблю. Неужели ему стыдно передо мной? Снисходительно взглянув на него, просто молчу. Мне нечего сказать по этому поводу. Да и к тому же, лучше промолчать, а-то мало ли, что он может сделать со мной. Но не выдержав, любопытно отчеканиваю: — Даже если ты отдаёшь меня в лапы какого-то монстра ради любви, то неужели тебе все равно, что случится со мной потом? — Для меня моя собственная цель превыше всего. — коротко и сухо отзывается Деймон, а затем лениво продолжает, — и к тому же, не пытайся найти во мне совесть. У таких, как я, её нет. — Что значит у «таких как ты?» — Ты и сама знаешь кто я, Елена. Нет, не знаю, поэтому и спрашиваю. Он заинтересованно украдкой смотрит в мою сторону, будто наблюдает за моей реакцией. Непонимающе сведя брови к переносице, невольно вспоминаю детство, родителей и… Этот ненормальный брат Стефана прав. Я знаю кто он. Не веря в собственные размышления, отрицательно трясу головой. Нет, я не верю в это или не хочу верить. Вампир.

***

— Просыпайся, Елена, мы уже приехали. — сквозь сон слышу нетерпеливый голос, который заставляет меня неохотно распахнуть глаза. Да уж, похоже, я надолго отрубилась. И поморщившись, инстинктивно дотрагиваюсь до ноющей шеи, а после чуть вскрикиваю от боли. Деймон, заметив это, разглядывает мою рану, с возбуждением смотрит, как моя кровь стекает вниз. Господи, он же будто прямо здесь готов съесть меня. Сглатываю болезненный ком в горле, появившийся от увиденного. — Прости, солнышко, я перестарался. — примирительно говорит Сальваторе, словно и вправду извиняется. Столько фальши. — Просто не сдержался. Твоя кровь очень соблазняюще пахнет. Да ничего, не волнуйся, заживёт. — плотоядно скалится он. — Ты отвратителен. — процеживаю сквозь зубы я, ощущая отвращение от его слов. Комплименты девушкам — не его конёк. — Я знаю. — со смешком парирует Деймон и выходит из машины, отойдя чуть подальше от неё. Внезапно у меня в голове мелькает мимолетная мысль, когда я смотрю на дверь машины. Даже если бы я попробовала сейчас убежать, где гарантия, что он не догонит меня? А тогда мне будет, возможно, ещё хуже, чем сейчас. — Я вижу о чем ты думаешь, даже не пытайся, девочка, — грозно отрезает старший Сальваторе, неожиданно появившись около меня. Он распахивает дверь машины и буквально силой вытаскивает меня из неё. Крепкой хваткой держит за локоть и тащит куда-то вперёд, по длинной тропе, которая ведёт к большому особняку. Выглядит он достаточно мрачно и жутковато. Прямо фильм ужасов какой-то. Похищение, огромный жуткий дом и таинственный злодей, с которым мне предстоит познакомиться. Уже скоро. Оглядевшись по сторонам, вижу только лес. То есть, огромный, красивый особняк с панорамными окнами стоит посреди леса и пустыни? Человек (или не совсем человек), который живёт здесь выбрал отличное место для своих злодеяний… Потому что мало кто найдёт это место. Подойдя к двери, Деймон звонит в звонок и с притворной улыбкой встречает дворецкого, который открыл нам. — Здравствуйте, а вы к кому? — не очень-то доброжелательно говорит тот, со скрытым интересом осматривая меня и вампира, стоящего рядом. — Деймон Сальваторе. Меня ждут здесь, — ровно отзывается он и внезапно начинает сжимать мою бедную руку ещё сильнее, чем раньше. Издаю прилушенный вскрик, больше похожий на болезненный полустон. Делаю глубокий вздох в попытке не обращать на боль и хруст костей. — Деймон Саль… Ах, извините! — громко восклицает перепуганный мужчина, пропуская нас зайти внутрь. — Совсем рассеянным я стал и забыл, что хозяин говорил мне о вас. — Ничего страшного. — снисходительно отвечает Деймон, таща меня за собой в дом. Вот он момент истины. Вампир, похитивший меня, отдает меня, возможно, другому вампиру. Которому нужна я. Как? Как это случилось, что моя жизнь пришла к такому? Мне до жути страшно. Не знаю чего ждать дальше. Умру ли я сегодня? Почему именно я? Почему? Что я, шестнадцатилетняя школьница, такого сделала? Отказываюсь верить в то, что все, что происходит сейчас — это правда. А как же Джереми? Дженна? Кэролайн, Бонни, Мэтт? Они наверняка заметили мою пропажу. А как же Стеф… Это мне все снится. Снится. Всего лишь сон. Это неправда. Вампиры не могут существовать, а меня не похитили. Нет. Все будет хорошо. Сердце бьётся слишком быстро. Кажется, что вот-вот выпрыгнет из груди. В глазах темнеет от ужаса и шока…хочу просто заснуть, а затем проснуться в комнате.

Но, к сожалению, все происходящее сейчас — это правда. И я не сплю. А хотелось бы наоборот.

Старший Сальваторе приводит меня в довольно большую комнату, которая выглядит как гостиная. Там есть и камин, и дорогие картины на стенах, ковёр, а также кожаный диван. Но разглядывать это помещение полностью я не стала. Не до этого. Потому что меня и так жутко тошнит. Наконец Деймон отпускает меня, и я облегчённо выдыхаю, потирая локоть. Уверена, что у меня там останется синяк. — Подождём пока здесь, он должен скоро прийти, — суетливо проговаривает он, тревожно смотря на меня. Мне кажется или этот ненормальный боится? Неужели тот, о ком он говорит настолько страшный? Живот завязывается узлом, неприятно отдаваясь некой болью. Дотронувшись до него, осознаю, что ещё немного и меня точно вырвет. Мне правда очень-очень плохо. — Так, так, Деймон Сальваторе наконец-то явился вместе с моим двойником, — позади раздаётся весёлый голос и, если честно, боюсь оборачиваться, но пересилив себя, делаю это. Нет, это не может быть правдой… В комнату разгульной походкой входит мистер Майклсон и, хитро ухмыльнувшись, бесцеременно произносит. — Я уже издалека почувствовал этот сладкий запах крови, — скорее всего он намекает на то, что я в данный момент все ещё истекаю кровью из-за Деймона. И подойдя к нему, Клаус радостно добавляет, — очень рад, что ты сдержал свое слово. Ты был приглашён в её дом и это наверняка было простой задачей для тебя. Нет, этого не может быть. Мой учитель истории — один из этих чудовищ. Нет, нет, нет. Тихонько всхлипываю, наблюдая за этими двумя. — Я выполнил свою часть договора. Твоя очередь, Клаус. Ты знаешь, как открыть склеп? — не разделяя его веселья, твёрдым тоном вопрошает старший Сальваторе. — Всему свое время, друг мой. — отмахивается Клаус и переводит свой неоднозначный, можно даже сказать, жадный взгляд на меня. Изучающе проходя по моему телу и внешнему виду. А затем широко оскалив зубы, расслабленно приветствуется, обращаясь ко мне. — Здравствуй, дорогуша. Ты не представляешь, как долго я ждал тебя.

***

Дыхание сбилось, а пульс участился. Обстановка в этой комнате уж очень напряжённая, а от цепкого взора внимательных глаз Клауса хочется резко стать невидимкой. Он, как и Деймон в прошлый раз, оказывается возле меня буквально за секунду, вынуждая дрожать всем телом. Это подтверждает мою теорию, что он тоже вампир. И снова мою бедную руку крепко хватают, словно я не живой человек, а какая-то кукла, беспомощная, никчемная, слабая кукла. — Деймон, друг мой, пройдись пока по дому, осмотрись, а позже мы обсудим остальную часть договора, — бесстрастно произносит уже мой бывший учитель истории, обращаясь в данный момент к Деймону, который понимающе и терпеливо кивает на его слова. После Клаус снова жадно разглядывает меня и будничным тоном продолжает, — А мы с милой Еленой немного поболтаем. Нам есть что обсудить. На его губах тут же появляется хитрая улыбка, заставляющая меня вновь испуганно вздрогнуть. Поверить не могу он понравился мне, завладел моими мыслями, вниманием, а оказался вампиром. Нет, это все происходит не со мной. Я сплю.

Кажется, я повторяю себе это уже в миллионный раз. Но я в отчаянии. Не знаю, что делать? Или как вести себя? Что именно этот учитель-вампир хочет обсудить со мной?

Он, все ещё держа меня за руку, ведёт за собой по длинному тёмному коридору в нетерпеливом или слишком быстром для меня темпе. Куда же этот Клаус так торопится? И его даже совершенно не волнует то, что я не успеваю. Остановившись возле одной двери, он сразу же распахивает её и силой заталкивает в комнату моё безвольное тело, при этом удерживая меня теперь за талию, а не за локоть. — Добро пожаловать, sweetheart, в мой кабинет. Ну что у тебя есть какие-то вопросы? Я готов на них ответить. — отстранившись от меня и вальяжно усевшись в кресле, предвкушающе вопрошает мистер фальшивка Майклсон. Я молча смотрю на него, с головы до ног оглядывая, и с ноткой горечи в голосе отвечаю вопросом. — Учитель истории — вампир? Замечательно. Но для чего вам нужно было это все? — На самом деле, милая, я не учитель истории. — ровно поясняет он, словно я и сама давно не догадалась об этом. — Но историю я знаю очень даже хорошо. А в школу мне пришлось устроиться, чтобы наблюдать за тобой, изучать, сравнивать… Ты так отчаянно рвалась ко мне, прямо как мотылёк на свет. — заканчивает свою тираду Клаус, ядовито усмехаясь над своей последней фразой. Меня одолевает чувство горечи и обиды. — Для чего же я нужна вам, мистер Майклсон? — сузив глаза, с насмешкой произношу это его учительское прозвище. — Вы же не просто так ходили за мной по пятам, увлекали разговорами, философствовали? А ведь вы мне правда нравились… Наблюдая за его выражением лица, примечаю его еле заметную улыбку, обнажающую милые ямочки. Поджав губы, делаю судорожный вздох, стараясь отогнать от себя мысли о его привлекательности. — Дорогуша, свое предназначение ты узнаешь чуть позже. Уверен мой захватывающий рассказ понравится тебе. — резко поднявшись с кресла, мистер Майклсон подходит ко мне медленно и не спеша. Я делаю шаг назад, примечая, что мой пульс начинает заметно учащаться. — Ты боишься меня, милая? Знаешь, мне это нравится, уверен, что твой страх на вкус невообразим. — приятный, вкрадчивый шёпот доносится до моих ушей. Воспаленное сознание хочет слушать его голос, наслаждаться соблазнительным акцентом, а остатки здравого рассудка говорят закрыть уши и бежать отсюда. Он шагает вперёд навстречу ко мне. Я пячусь назад подальше от него. Это становится похоже на игру. Хищник, заманивающий свою жертву в клетку, пытающийся привлечь её, привязать к себе. И жертва, которая отказывается идти на поводу у своих странных, спутавщихся мыслей. Ещё один шаг и за моей спиной стена. Дальше прятаться некуда. Прикрываю глаза в надежде расслабиться. И в следующую секунду раскрыв их, вижу лицо Клауса перед моим. Он стоит настолько близко, что воздух вокруг меня пропитался запахом дорогого парфюма и алкоголя. По телу пробегает дрожь от того, что он опускается к моей шее, губами прикасаясь к месту, где меня укусил Деймон. Мистер Майклсон начинает осторожно целовать рану, слизывая кровь. Покрывшись мурашками, пытаюсь оттолкнуть его от себя или отсраниться, но он крепко держит мою талию, не давая попытки что-то предпринять. Очень странное ощущение, когда из твоего тела высасывают кровь. Немного колит и не очень приятно. — Знаешь, Елена, я не очень-то удивлён, что я нравился тебе, а может, и сейчас нравлюсь, — тихо шепчет мне на ухо Клаус, припоминая мою последнюю сказанную ему фразу. Зачем я только сказала это? — Ты не одна такая. Кажется, что у всех двойников Петровой ко мне некое влечение. Даже спустя столько времени. — Двойников? Значит, я и вправду чья-то копия? — осипшим голосом задаю вопрос, но скорее себе, чем ему. Мистер Майклсон не отодвигается, продолжая прижимать меня к стене. И проницательно заглядывая в глаза, берет моё лицо в свои ладони. А после продолжает что-то пояснять. — Когда я узнал, что существует ещё один двойник, то не особо-то поверил этому. Но приехав в Мистик Фолз, был удивлён так сильно, как ещё за тысячу лет удивлялся. — задумчиво выдаёт он, вызывая на моем лице заметный шок. Тысяча лет. Это очень большой срок. Сколько всего может увидеть человек за это время? Узнать, осознать и познать? И сколько человечности в нем остаётся спустя столько лет? — Потом я внушил вашему директору устроить меня учителем, так как должность была свободна. И тогда я стал наблюдать за тобой, изучать, узнавать что же прячется за внешностью, которая уже принадлежала одной особенной девушке когда-то. Знаешь, дорогуша, я видел уже двух обладательниц твоего милого личика, помню их обеих и тебя мне было интересно узнать. И могу с уверенностью сказать, что какими бы одинаковыми двойники ни были — внутри вы всегда разные. — резюмирует Клаус, слегка грустно опустив взгляд, но это всего лишь на мгновенье. Так как в следующую секунду он вновь самодовольно ухмыляется. Значит, я всего лишь чья-то копия. А моё лицо принадлежало кому-то особенному для него. После его рассказа про двойников и их различия в моей голове невольно всплывают воспоминания о том, как он неотрывно и завороженно постоянно глядел на меня. Теперь-то хотя бы ясно почему. — Если двойники так лезут к вам, то зачем вы попросили Деймона привезти меня сюда? — выгнув бровь, уверенно вопрошаю я и сразу же примечаю заметное недоумевание на его лице. Спустя несколько секунд молчания поясняю, — вы могли бы остаться в школе, дальше продолжать пудрить мне мозги, полностью завоевать моё доверие, а затем использовать в своих таинственных, вампирских планах. — подавливаю смешок, заметив, что даже узнав правду продолжаю обращаться к нему на «вы.» Словно этот тысячелетний вампир все ещё мой учитель. Выслушав меня до конца, он делает серьёзное выражение лица, а после тихо смеётся. Этим вгоняя меня в ступор. — Прости, любовь моя, я понимаю о чем ты. И могу честно признаться тебе, что я просто устал. — Устал? — непонимающе хмурю брови я. — Да, представляешь даже притворяться хорошим, добрым учителем очень утомительно. — показательно-устало вздохнув, отвечает Клаус. После его слов закатываю глаза. — А потом я решил, что тебе пора узнать правду, свое предназначение и дальнейшую судьбу. Так что ближайший месяц мой дом — твой дом. Обречённо вздыхая, размышляю над тем, что он сказал, а затем говорю то, что даже чокнутому не придёт в голову сказать. — А что если я попытаюсь сбежать? Вы думаете, что я добровольно захочу сидеть в вашей клетке? В один миг веселье и улыбка мистера Майклсона сходит на нет. Внезапно он хватает меня за горло, перекрывая доступ к кислороду. — Ты никогда не сможешь сбежать, sweetheart, а даже если попытаешься, то однажды получишь посылку, в которой будет милая головка твоей подружки Кэролайн, ну или ещё кого-нибудь из твоих близких, — мрачно улыбаясь, Клаус с возбуждением наблюдает за тем, как я отчаянно хватаюсь за горло, пытаясь не задохнуться. В глазах начинает темнеть и в этот же момент он наконец отпускает мою шею, отстранившись от меня. Судорожно глотая воздух, сползаю на пол. Клаус опускается на корточки, хватая мой подбородок, вынуждая меня поднять на него свой ненавистно-перепуганный взор. — Милая Елена, запомни только одно: у тебя не будет близких. Не будет друзей. И не будет убежища. Я сделаю все, чтобы в конечном итоге единственным, кто у тебя остался был я. Надеюсь, что ты быстро привыкнешь к этому. — Да иди ты к черту, — едко отрезаю я, буквально выплевывая эти слова ему прямо в лицо. Он издаёт удивлённый смешок, будто не ожидал такой моей реакции. А после скалится во весь рот, обнажая свои белоснежные зубы. — Я и есть он. Приятно было поболтать с тобой, дорогая, но, к сожалению, у меня сейчас важные дела. Но у нас с тобой будет ещё полно времени, чтобы обсудить все остальное. И кстати, — вдруг мистер Майклсон срывает с моей шеи ожерелье, некогда подаренное Стефаном. Я успеваю только ахнуть, ошарашенно округлив глаза. — Ожерелье с вербеной тебе пока что не понадобится.

***

Привязав меня к стулу, Клаус пригласил в свой кабинет Деймона, деловито усевшись за стол. Моя голова сильно кружится, снова тошнит, а верёвки режут руки. Вынуждая кривится и неуютно ерзать на стуле. — Я привёз тебе девчонку. Твоя очередь. Ты знаешь как открыть склеп? — настороженно спрашивает Сальваторе, с некой надеждой смотря на Майклсона. На что тот со спокойным выражением лица отрицательно качает головой. — В смысле нет?! — громко и возмущенно переспрашивает Деймон. — Я не знаю как открыть склеп, но зато я знаю кое-что гораздо лучше. — с загадкой отзывается Клаус, пока он выжидающе взирает на него. — Катерины там нет и никогда не было. Деймон резко меняется в лице. Шокированно нахмурив брови, он неверующе произносит, — Ты ошибаешься. Эмили Беннет отправила её туда вместе с остальными вампирами из 1864. Майклсон плотоядно усмехается в ответ, — Это ты ошибаешься, друг мой, если и вправду думал, что она любит тебя. На самом деле, кроме самой себя, Катерина больше никого не любит. Её нет в склепе, но именно ты поможешь мне найти её. Некоторое время Сальваторе молчит, словно обдумывает сказанное им или подбирает слова. Честно, мне даже немного жаль его. Услышать жестокую правду о том, что тот, кого ты до безумия любишь безразличен к тебе очень печально. Но, может, есть надежда, что древний врет? Хотя, наверное, нет. Когда я показательно прокашливаюсь, напоминая о своём присутствии, оба вампира оборачиваются на меня. — Ммлая, тебя что-то гложет? — ровно интересуется Клаус, пока Деймон оценивающим взглядом проходится по моему телу. — Да, есть кое-что. Сильная жажда и дурацкие верёвки. — изобразив на своём лице что-то вроде ироничной улыбки, коротко отвечаю я. — Потерпи немного, любовь моя, я разберусь с этим чуть позже, — безразлично кидает Майклсон, снова отвернувшись к своему собеседнику. Меня передергивает от его обращения ко мне. — Ну что? Готов со мной сотрудничать? — Если я соглашусь, то, что именно я получу взамен? — ещё не до конца согласившись, предвкушающе задаёт вопрос Деймон. — Я знал, что ты спросишь. — закатив глаза, протяжно вздыхает Клаус и, немного подумав, продолжает, — давай я сначала объясню тебе то, что я хочу, чтобы ты для меня сделал. А потом твою награду. Видишь ли, Катерина уже как пятьсот лет в бегах, прячется от меня. Поэтому она подстроила свою смерть в 1864-м году. Я знаю где она сейчас, но Катерина очень хитра и умна, и если я сам попробую прийти за ней она наверняка узнает об этом и сбежит. А она мне очень сильно сейчас нужна, потому что эта девушка украла у меня кое-что очень важное… — он собирается что-то сказать ещё, но Сальваторе перебивает его. — Ты можешь не так много болтать? Давай короче. — недовольно фыркает он. — Как скажешь, дружище. В общем, ты поедешь туда, где она сейчас и попробуешь заманить в Мистик Фолз. Я уверен, что тебе Катерина, возможно, доверится. — И чем же я должен заманивать её сюда? — Скажи ей, что ты знаешь о её бегстве. Знаешь обо мне и слышал, что я готов даровать ей свободу. Поверь мне, больше всего на свете она хочет заполучить именно её. — резюмирует Клаус и прежде чем Деймон что-то ответит, он ухмыляясь, добавляет, — А теперь перейдём к самой приятной для тебя части. Когда я получу нужную информацию, то отпущу твою возлюбленную. Ты же именно этого хочешь? Его собеседник подозрительно хмурится и на всякий случай уточняет, — а с чего мне знать, что ты говоришь правду? — Обидно, что ты обо мне такого мнения. — наигранно-расстроенно отзывается Майклсон, словно его и вправду это задело. — Я даю тебе свое слово. И если ты согласен, то можешь прямо сейчас отправляться во Флориду. И я надеюсь, что вернёшься ты оттуда только с хорошими новостями. Сальваторе молча кивнув, встаёт со стула и, переводя на меня свой взор, сочувственно осматривает меня бледную, измученную и без возможности даже нормально двигаться. — А если не секрет зачем тебе она? — непринуждённо вопрошает он, стараясь не показать своего интереса или может быть, даже жалости. — Вообще-то это очень большой секрет. — уклончиво отвечает Клаус и пристально разглядывает Деймона, сощурив глаза. — Неужели тебе жаль её? Деймон, дружище, брось. Мы вампиры, хищники, к чему нам жалеть пищу? Да и к тому же, эту девочку нельзя спасти. Её судьба предначертана ей ещё с рождения. Сальваторе ничего не ответил и даже не выразил никакой эмоции, а просто ушёл. Видимо, выполнять указания этого древнего. Я раздражённо поджимаю губы, услышав, как меня только что оскорбили, назвав пищей. Довольно неприятное ощущение, оставляющее в груди какой-то осадок. — Да уж, влюбленные очень доверчивые, а это даже мне на пользу. — задумчиво хмычет Майклсон, словно рассуждая прямо вслух. Я делаю слабый, разочарованный вздох и, скептически выгнув бровь, насмешливо спрашиваю. — Играешь на чувствах любящего человека? Жестоко. — Не тебе меня учить морали, девочка. — невозмутимо проговаривает он, а затем широко улыбается. — Лучше готовься ко встречи со своим двойником.