Зеркальный потолок

новые друзья, новое начало

***

      Джисон очень хотел всё вернуть. Сейчас в нём метались желания, чувства, мысли и идеи. Его прошибало холодом, а потом, будто бросало в кипящую воду. Он потерялся в самом себе и реальности, в которой очутился не по своей воле. Желание вернуться в мир друзей и любимого человека не перевешивало внутреннего опустошения. Руки опускались с появлением новых идей.       Он лениво перебирал в пальцах страницы очередного медицинского справочника. Библиотека пустовала, лишь шуршали занавески от приоткрытого окна и кружилась мелкая пыль на утренних лучах. Пальцы отбивали незамысловатую мелодию по столешнице, брови хмурились до боли во лбу, а глаза сушило от редкого моргания.       Хан тяжело вздохнул, захлопывая учебник, откинулся на спинку стула и прикрыл глаза. Отголоски тоски и боли плескались на подкорке опустошения. Неприятное, зябкое чувство.       Постепенно библиотека начала заполняться учениками, звуки смешались в один сплошной шум, голова болела. Хотелось закричать в этом пространстве, чтобы все замолчали, перестали шуметь и смеяться, но Джисон лишь вздохнул в очередной раз, открывая глаза.       — Хэй, Хан Джисон! — чувство дежавю впечаталось в затылок. Кан Ёнхун плюхнулся напротив и маслянисто ухмыльнулся. Ага, значит, изнасилования не было, а этот придурок так и не признался лучшему другу в своей симпатии.       — Ну, что…       — Скажи ему уже, Кан, — перебил Джисон, — и мстить мне не нужно, поверь, себе сделаешь хуже, — Хан вздохнул в очередной раз и устало поднял глаза на Ёнхуна. Тот опешил, немо раскрыв рот.       — Ты… откуда ты знаешь? — Кан наклонился к столу, шепча под нос.       — Просто знаю, Кан. Перестань играть в эти игры, просто признайся ему, а моё дело извиниться. Я знаю, что был неправ и мне действительно жаль, что вам обоим пришлось пережить такие вещи.       Ёнхун недоверчиво уставился на парня, оглядывая всего его.       — Ты ничего не знаешь, так что не лезь не в своё дело, шлюшка, — едкие слова ни капли не задели Джисона.       Он ответил ровно и практически безразлично:       — Моё нижнее белье также не твоего ума дело, так что перестань бросаться оскорблениями и реши проблемы в своей жизни. Ты же не плохой человек, Ёнхун, так перестань себя очернять «продажами». Родителей можно спасти и по-другому…       — Ты… ты! Что ещё ты знаешь, недомерок?! — Кан резко схватил Джисона за воротник пиджака, притянув к себе, практически брызжа слюной, — Не! Лезь! Ты сам-то живёшь не лучше…       — Жил, — перебил Хан, чем вызвал недоумение на лице одноклассника.       — Чего?..       — Я не горжусь своим прошлым и действиями, что совершал. Но я это принимаю и готов нести ответственность. Не забывай, что это основа всех поступков.       Хан невозмутимо поднял брови, немо завершая перепалку и бессмысленную ссору. Кан оттолкнул Джисона на спинку стула, сам подорвался на ноги и, не оглядываясь, покинул библиотеку.       Джи абсолютно точно не интересовали окружающие, что в данный момент напугано перешептывались. Слава Богам, стол библиотекаря был далеко от данного инцидента…       Хан вернул свой взор на стопку учебников, сверил время на наручных часах, недолго пересчитывал количество мелких пылинок на свету зелёной лампы и тяжело вздохнул под конец, ловя в поле зрения двух девушек, что уверенно направлялись к нему. Он сильно удивился, ведь слухи о нем ходили премерзкие, правда таковой и являлась до инцидента с аварией и сном…       Больно. Стрельнуло в сердце, кольнуло где-то глубже, обожгло роговицу глаз и на секунду кинуло в темноту.       — Приветики! — девушка с эльфийскими ушками раскрыла ладонь в приветствии и радостно улыбнулась, чем, на самом деле, сильно удивила Джисона.       — Привет, — скромнее поздоровалась её спутница с огромными карими глазами.       Джисон неуверенно махнул рукой в ответ, немо раскрыл рот и залупил глазами, смотря то на одно милое личико, то на другое.       — Можно мы сядем с тобой, Хан Джисон? — девушка-эльф плюхнулась напротив парня.       — А, да, — наконец сказал он. Джисона крайне удивляло поведение двоих девушек — они были искренне доброжелательны с ним.       — Меня зовут Черен, а это Джису, — эльфоподобное указало острым подбородком на подругу рядом, — мы бы хотели подружиться с тобой, если ты не против.       Растерянности Джисона не было предела. Он словно попал в тупик. Шестерёнки в голове работали и отражались на зрачках: в этой реальности он прослыл тем ещё мудаком, по-другому и не скажешь, а девушки преспокойно подошли к нему, разговаривают и улыбаются, не имея в лицах намёка на скрытую враждебность.       — Я, конечно, не против…       — О? — Джису удивилась, — Я была уверена, что ты окажешься, ведь ни с кем не дружишь в классе и в потоке, — она мило надула губы и ссутулилась, открыто показывая расстройство.       — С чего бы мне… А, да, извините, — Хан снова осознал, что находится в реальности, а не сне.       — Давай сходим сегодня после уроков в интернет-кафе? — Черён уложила голову на ладони и сощурила кошачьи глаза.       — Да, конечно, я не против, как раз поищу информацию.       Джисон пожал плечами, однако решился на вопрос:       — Вы же знаете, какие слухи ходят обо мне, — он потупил взгляд в стол, поджимая губы, — дружба со мной не скажется и на вашей репутации?       — Ох, Джисон, хорошее, плохое. Нет чего-то одного. Есть убеждения. И для каждого собственные убеждения и есть правда. Что хорошо, а что плохо — это суть выбирать одно из двух. А если эти понятия канут, то останутся истинные убеждения, которым человек будет верен до конца. Я хочу сказать, что для каждого есть свои понятия о плохом и хорошем, главное, то, как человек к этому сам относится. Мы не считаем тебя плохим человеком, плюсом ко всему, ты сильно изменился после… м-м… случившегося. Кстати говоря, мне правда жаль, что ты лишился отца, — Джису быстро привыкла к обстановке и сразу же раскрылась, словно бутон цветка на солнце.       — Да, мне тоже жаль, что такие ужасные вещи задели и тебя, — Черён протянула руку к Хану и сжала в тисках его собственную.       — С-спасибо? — с каждой секундой удивление росло в парне. Он не мог понять, почему в мире ещё остались такие открытые и дружелюбные люди, которые не судят, не побывав в шкуре другого.       — Не удивляйся ты так, Джи, мы правда хотим с тобой дружить, — сказала Черён.       — Хорошо, я постараюсь, — улыбнулся он в ответ, — тогда, встретимся после уроков?       — И на уроках тоже, — рассмеялась Джису, — давайте собираться? Первый урок начнётся через пять минут, а нам ещё бежать на пятый этаж.       — Вот, черт! Ребята, быстрее, — расхохоталась Черен, мимоходом ловя на себе осуждающий взгляд библиотекаря.

***

      Небо, политое цветной глазурью, серебристо сверкало над штилем моря. Кружевные занавески развивались от свежего и легкого бриза, что неустанно забегал в маленький домик побережья; он забегал волнами и тихо перебирал своим дыханием легкие текстуры и не только: тюли, скатерти, ракушки, нанизанные на лески, локоны на задумчивых головах; пробегался по ресницам и прятался в лёгких, тихо-тихо исчезая.       А душа разгоралась разными чувствами, что рвали в клочья всё лично-существующее.       Минхо уставился стеклянными глазами в одну точку на столе, изучая каждую ниточку скатерти. Тишина стояла гробовая. Ли сжал свои ладони коленями и не двигался, будто и сам себе не верил. Что он должен делать в такой ситуации? Как себя нужно вести? Вот он сидит с двумя сомнительными личностями и нейрохирургом в домике на побережье Чеджу, рассказывает сказку о том, что его парень испарился. Минхо уверен, они считают, что у него шизофрения. Он и сам уже так считает. Потому что ситуация, да и рассказ походят на бред сумасшедшего.       — Чё ты только что сказал? — Ёсан покачал головой, — Вызываем дурку, у нас тут шизону…       — Кан, угомонись. Дай разберёмся. Мало-ли что случилось на самом деле, — Сонхва устало потёр пальцами переносицу и с силой надавил ими на веки.       Юнхо сидел тихо, задумчиво потирая подбородок и изредка кусая нижнюю губу.       — Я и сам ничего толком не понимаю. Он был, потом обморок и… всё. Дымка, — Минхо почти заикался, его глаза теперь метались по поверхности стола, а голос дрожал.       — Может, позвонишь кому из ваших общих друзей? Возможно, всё-таки это розыгрыш такой? — Юно подал наконец голос, смотря с уверенностью на Ли.       — Да… да, сейчас, — Хо полез в карман за телефоном. Список контактов изменился: ни Мари, ни Криса, ни Ви и Хёнджина не было. А что самое страшное — не было первого в списке контакта со звёздочкой. Джисона не было в списке контактов. Минхо затрясло сильнее, а нос защипало. Если это была всё шутка, однозначно самая жестокая, которую Хан только мог придумать, тогда Минхо… и что он сделает?..       Одно оставалось неизменным — имя Со Чанбина. Ему то Ли и решился позвонить.       Гудки и быстрое «алло» на конце связи:       — Хён, скажи, а Джисони сейчас с тобой? — голос дрогнул на имени любимого человека.       — Что? Ты головой ударился? Какой ещё Джусон?       — Джисон, Чанбин, его зовут Джисон…       — Ты думаешь, я знаю, про кого ты мне говоришь… Погодь, ты че, пару себе нашёл что-ли? - хриплый смех-лай послышался в динамике.       — Со Чанбин, я серьёзно. Не шути так. Просто скажи, что вы все вместе решили мне отомстить столь жестокой шуткой!       — Не кричи ты так, я чуть не оглох. Подожди. Бока, ты знаешь кто такой Джусан?       — Джисон, хён, — Минхо всхлипнул и заплакал не в силах справится со всей тяжестью, что лежала грузом на сердце.       — Джисона знаешь? — исправился Со, — Не, не знаю. Может, Нинни скажет? А кто это вообще? — послышался растерянный голос Феликса.       — Что же это?..       — Минхо, ты плачешь что-ли? — Со не на шутку испугался.       — Нет, хён, извини.       Минхо отключился, ловя залитыми слезами глазами сосредоточенные взгляды новых знакомых. Ёсан вздохнул и покачал головой, Сонхва переглянулся с Юнхо, а сам Минхо был готов под землю провалиться. Он сразу же начал думать к какому бы специалисту записаться. Ведь не может быть, что у него шизофрения… Или может?

***

      — Минхо, перестань плакать. Уверен, всему найдётся объяснение! — Чон вымерял шагами комнату.       — Да что тут искать то? У чувака шизофрения…       — Ёсан, — Хва выглядел сурово, — перестань нести чушь, ты же видишь парня, он вполне здоров, — Пак практически змеёй шипел на безразличного Кана.       — Малыш, перестань себя так вести, хён прав. Это я как врач могу сказать, — Юно мягко погладил по волосам разморённого от прозвища Ёсана.       — Фу, ну хоть вы не тискайтесь при мне, — выдал Хва.       — Не завидуй, придурок, — Ёсан высунул язык, кривляясь, как маленький ребёнок.       — Вы вместе? — подал голос Хо.       — Ага, — хором ответили все.       — Ясно.       В голове Минхо одновременно были каша из мыслей и пустота. Или потока мыслей стало так много, что все перекрылось тёмным экраном? Он уже ничего не понимал. Одно решение оставалось неизменным — он должен вернуться в Сеул, чтобы отыскать информацию и поговорить с друзьями...       — А есть что-то, что вас связывало? Ну, место там, что-то типа того? Вещи? - Хва тоже поднялся на ноги и подошёл к Минхо.       —Кромеры! Кромеры с гравировкой! — Хо, как в бреду нашарил у себя на шее парную подвеску. Три заинтересованные пары глаз уставились на украшение. Как только парень перевернул кулон гравировкой вверх, надпись начала исчезать у всех на глазах. Буква за буквой стиралось имя любимого Красавчика. Ужас и тоска смешались воедино.       — Пиздец, чувак! Либо у нас всех шиза, либо ни у кого из нас... — Ёсан шокировано уставился на Минхо.       — Нужно съездить под бордовые потолки. Я уверен, что эта квартира не может просто взять и исчезнуть! — надежда загорелась в глазах, как факел.       — Мы едем с тобой! — хор из трёх голосов залил комнату.       — Вау, мы на шоу про экстрасенсов? — вылетело изо рта Ёсана прежде, чем он успел подумать.

***

      — Черён, ну-ах-ха-ха-хвати-ит, — Джису смеялась звонко, пытаясь удержаться от проворных пальчиков подруги, которая то и дело щекотала её.       — Какой «хватит»? А кто виноват, что мы продули Джисону, а? — девушка оставила подругу в покое, лишь поднимая в возмущении брови.       — Я просто великолепен, признайте это, — самодовольная ухмылка озарила лицо Хана, весь он надулся, выпятив грудь и поставив руки в боки.       — Ах, так? Ты ещё смеешь хвастаться?       — Вот засранец! Черен, включай свои пальчики, я помогу его удержать!       Хан во всё горло загоготал, пытаясь высвободиться из пытки щекоткой.       — Я… сейчас… умру… дышать… не-ха-ха…чем! — Джисон извивался на стуле, как уж на сковородке, в уголках глаз собрались слёзы, а живот разрывало от смеха.       — Эта мстя была окончена нашей победой! — торжественно произнесла Черён, отдавая «пять» подруге, пока Джисон откровенно говоря распластался на бедном компьютерном стуле, подрагивая и хихикая.       — Как хорошо, что мы в зале одни, можно подурачиться, — Джису мило улыбалась, смотря на друзей.       — Всё-таки, хорошая была идея — пойти в интернет-кафе, — ожил Джисон, садясь в кресло нормально, осознавая, что его мир не рухнул без Минхо. Это осознание ударилось о него резко, как набатом, голова закружилась и перед глазами поплыли тени.       Возможно, это из-за отсутствия Ли долгое время, из-за обмана, но он, Джисон, может прожить счастливую жизнь и без своей любви.       Да, он сможет прожить в этой реальности без Ли Минхо!       Он же не может ошибаться, так ведь?