Мое сердце навеки твое

POV Баязид До отъезда Селима в Манису остался один день. Я ждал его отъезда больше, чем он сам. Этот день длиться безумно долго. Вчера я не смог встретиться еще раз с Сесилилей, когда я вернулся, гарем уже спал. Поэтому я намеревался позвать ее сегодня вечером, а сейчас мы с Джихангиром в его покоях. Я разрисовываю фарфор, а он читает мне итальянскую книгу вслух. Я улыбнулся ему. - Джихангир, я ни слова не понимаю из того, что ты говоришь! - сказал я. - Надо было заниматься! - улыбнулся брат. - Мне ближе меч, чем книги и другие языки! - Я знаю, Баязид! - сказал он, смотря на меня задумавшись. - Ты встречался с той хатун? - слово "хатун" резало слух, когда я слышал это о моей Сесилии. - Да, день тому назад! - сказал я. продолжая красить. - Ты ей все рассказал? - Зачем мне вновь ей лгать? Она видела меня в гареме, и то, что я остановился и посмотрел на нее, дало ей все понять! - сказал я, отрываясь от занятия. - Не долго же ты скрывался! - усмехнулся Джихангир. - Просто не смог! Ты поймешь, когда познаешь любовь! - Даже, если влюблюсь я, кто меня полюбит? - Джихангир печально улыбнулся, и посмотрел на свой горб. Я сел рядом с ним, и обнял за плечи. - Не нужно так говорить, брат! Ты чист душой, добрый, всегда поддерживающий в трудную минуту! - сказал я, приободряя его. - И никогда не забывай, что мы с тобой! - Я знаю! - сказал он, с насмешливой гордостью и засмеялся, чем заставил и меня рассмеяться. У него были такие невинные детские глаза. - Кстати, почему отец отменил охоту? - спросил я. - Мама сказала, что из-за скорого отъезда Селима! - Опять этот Селим! Он может хотя бы раз, сделать все по-человечески! - прошипел я сквозь сжатые зубы. Этот брат оставит нас в покое только после смерти. Даже не сомневаюсь, что и после нее тоже. - Баязид, я прошу тебя не злись на Селима! - Джихангир, он трус! Какой из него Падишах? Он даже вида крови не переносит, а быть Султаном это вести многочисленные воины, походы. Редко, когда обходиться без казни! - сказал я, вставая. - Ты ненавидел бы своего младшего брата, если бы отец выбрал меня? - спросил тихим голосом брат. Я присел перед ним на корточки. - Я ни в коем случае не смогу ненавидеть тебя! Тем более, что с твоей головой, из тебя вышел бы отличный Падишах! Ты бы поднял Османскую Империю еще выше! - Спасибо! - сказал Джихангир. - Расскажи мне про бои, в которых ты был! Я улыбнулся, и сев рядом с ним на диван, рассказывал ему, словно маленькому ребенку, про воины. Он слушал меня внимательно, его глаза блестели от интереса узнать что же будет дальше. Как и в детстве он любил слушать рассказы, только теперь эти рассказы превратились в реальность. Я участвовал в свыше десяти боев, за свой санджак. Было убито много людей, и их семьи были щедро награждены за отвагу солдата. Я всегда ждал войны, был готов к ней в любой момент. Меня нельзя было застигнуть врасплох. Когда мои рассказы закончились, мы с братом пообедали, и я покинул его, потому что видел его усталость. Но он никогда не признается, что устал. В этом мы с ним похожи. Я шел по коридору дворца, и проходя мимо покоев Румеисы, наложницы Мустафы, услышал крик. - Лекари! - кричал женский голос, я ворвался в комнату. Румеиса лежала на кровати, под ней начало появляться кровавое пятно. Не медля ни секунды, я схватил ее на руки, и побежал в комнату лекарей. Она знала меня, поэтому шептала мое имя, когда я нес ее туда. Я видел ее угасающие глаза. - Румеиса, потерпи! Мы уже почти пришли! Сейчас... - Я умираю! - Нет, через несколько часов ты родишь здорового ребенка моему брату, и будешь качать его на руках! - сказал я, запыхавшись и сам боясь, что не успею. К счастью покои Румеисы были рядом с гаремом. - Дорогу! Шехзаде Баязид Хазретлири! - сказал Сюмбюль, но когда увидел у меня на руках окровавленную Румеису, сразу же приложил руку к губам. - Лекари! - крикнул я, и из комнаты сразу же появились повитухи. - Она рожает! - я положил Румеису на кровать, и вышел из комнаты, направляясь к Сюмбюлю Аге. Он зажался, когда увидел мои стремительные шаги и грозный взгляд. - Почему с ней никого не было? Если вы знали, что ей скоро рожать, вы должны были глаз с нее не сводить! - кричал я. - Шехзаде... - спокойно сказал Сюмбюль, что еще больше меня взбесило. - Что? - крикнул я, чувствуя как кровь приливает к лицу. - Это был приказ Махидевран Султан! - я поднял одну бровь, не понимая этого поступка, и прошел мимо Сюмбюля. Мои руки были в крови... Я не первый Шехзаде, который выходит из гарема с кровью на руках. Я хотел быстрее пойти в хамам, чтобы наконец смыть с себя кровь. По моему приказу все приготовили. Отправившись туда, я начал смывать кровь Румеисы, как вдруг почувствовал касание женских рук к моим обнаженным плечам. Это не были касания Сесилии. Я повернулся и увидел светловолосую красавицу, которая смотрела на меня ехидным взглядом, и хотела забрать мочалку из моих рук, но я крепко держал ее. - Шехзаде, позвольте мне помочь! - она наклонилась, завлекая мое лицо в плен ее светлых кудрей. Но я не хотел видеть сейчас никого кроме одной. - Ты можешь идти. хатун! Я справлюсь сам! - сказал я, продолжая натирать руки. - Но, Шехзаде! - сказала он, я бросил на нее резкий взгляд, и она сразу же поклонившись вышла из хамама. После принятия ванны, я чувствовал себя более легким. Вся грязь прошедших дней ушла вместе с водой. Надев новый кафтан, я ходил поперек по комнате, и не знал, что мне делать. Но вспомнив черные глаза, сразу же захотелось их увидеть, поэтому я не стал перечить желаниям. - Мухджи, приведи Сесилию хатун! - сказал я, вызвав слугу. POV Нурбану Баязид вызвал меня к себе. И у меня был некий страх смотреть ему в глаза. Я не знала, как сказать ему об отъезде в Манису. Он возненавидит меня узнав, что я меняю его на его же врага. Пока я шла до его покоев, меня будто рвало на части. Одна хотела убежать, и больше никогда не попадаться ему на глаза, а вторая быстрее посмотреть на него и оказаться в его объятиях. Я даже не успела заметить, как уже входила в его покои, и увидела его мужественную спину. - Шехзаде! - поклонилась я, страх все также продолжал пожирать меня. Я почувствовала его теплый взгляд на себе. - Сесилия! - прошептал он на выдохе, и стремительно приблизившись прижал меня к себе, положив руки на талию. Не сумев сдержаться, я опустила ладони на его шею, и прижалась еще сильнее. - Я скучал по тебе! - прошептал он в мои волосы. - Я тоже! - ели слышным шепотом произнесла я. Он отстранился от меня, смотря с непониманием. - Что с тобой, Сесилия? - спросил он. - Почему ты дрожишь? - Мое имя больше не Сесилия! - сказала я, осмелившись посмотреть ему в глаза. - И как же тебя теперь зовут? - спросил он, и на его губах появилась ухмылка. - Госпожа назвала меня Нурбану! - произнесла я, поднимая голову. Его брови нахмурились, с губ ушла улыбка, а руки упали с моих плеч. - Госпожа так назвала? - спросил он, и я видела, как шевелятся его скулы, что означает его злость. - Да! - сказала я в пол голоса. - Нурбану - божественная, излучающая свет королева! - сказал он, отход к окну. И некоторое время в комнате была тишина, но он повернулся с улыбкой. - Ты моя королева! - вот подходящий момент. Я должна сказать. - Увы, но нет, Шехзаде! - сказала я, и с чего-то мои глаза стала застилать пелена слез. Он смотрел на меня, и я видела, как в его глазах заражается гнев. - Что? - спросил он, будто пытаясь доказать себе, что ослышался. - Отныне я наложница Шехзаде Селима! Я уеду с ним в Манису! - сказала я, не смотря на Баязида. Я чувствовала, как злость пробуждается в нем все больше и больше. Но я была уверена, во что бы то ни стало, он не тронет меня. Я не могла поднять взгляд, зная, что эти глаза метают молнии. - Ты сама вызвалась? Или он выбрал тебя? - спокойно спросил он, но срывающимся голосом. Я не знала, что ответить. Если я скажу, что он выбрал меня, то Баязид устроит скандал. Есть только один выход. - Я сама вызвалась, Шехзаде! - сказала я, поднимая голову, и встречаясь с этими, сверкающими от ярости, глазами. Он подошел ко мне вплотную, и схватил за руку. - Чем тебе не угодил я? - его шепот был похож на шипение змеи. - Захотелось править? Захотелось стать Султаншей? - спросил он, в то время, как я пыталась спрятать от него лицо, но его взгляды преследовали меня. - Дам тебе совет! Напои его. и он твой! - это он сказал громко, и откинув мою руку, сел на диван. Я было поддалась к нему, чтобы успокоить, но вовремя поняла, что не нужно этого делать. - Баязид, прости меня... - прошептала я, но он резко вздернул голову, его глаза были расширенны от бешенства. - Для тебя я Шехзаде Баязид Хазретлири! - прокричал он. На его шее проступили вены, а лицо покраснело. - Убирайся вон! Чтобы твоей ноги больше не было за порогом этой комнаты! - все также кричал он, указывая рукой на дверь. Я поклонилась, и быстро послушалась его приказа. Я бежала в гарем. Слезы так и наровили покатиться по щекам. Зачем меня обретают на такие муки каждый жизненный шаг? Сначала похищена турками, увидела гибель отца и брата, стала наложницей в гареме Султана. Единственное, что произошло со мной хорошего в последнее время - это Баязид! И только он. Заставил улыбнуться, во время проводимое с ним, забывать о том, кто я сейчас. Рядом с ним, я была Сесилией, а не Нурбану. С трудом прожила прошлый день ,не видя его. А так хотелось снова проснуться в его руках, но все решено. Я стала наложницей Селима. Два огня поедают меня. Дойдя до гарема, я упала на подушки и слезы потекли рекой по моим щекам. Пытаясь сдержать рвущийся наружу крик отчаяния и боли, и вжала лицо в подушку. Даже не зная, кто такой этот Селим, я согласилась стать его наложницей, вместо того, чтобы быть любимой. Может, когда-нибудь, Селим полюбит меня, но я не смогу. Сердце уже занято его братом. Я хотела видеть Баязида, сбежать с ним далеко, чтобы нас не нашли. Но завтра я уезжаю,и счастливая жизнь с Баязидом останется лишь мечтами. POV Баязид Она уезжает с Селимом. Променяла меня на этого труса. Точнее не на него, а на власть. Я сидел на диване. Моя голова была готова взорваться, от осознания того, что мой брат сам того не зная похитил мою любовь. Он забрал у меня все: доверие отца, голос матери и последней каплей стала Нурбану. Нурбану - моя королева! Свет моих ночей! Моя защитница от гнева, И радость моих очей! Я проигрываю ему. Обещая отобрать все, сам же теряю богатство. Это наказание! О, Всевышний, за какие грехи, ты отбираешь у меня её? Я люблю ту, чей взгляд готов видеть всю жизнь! Умоляю верни ее! Не дай ей уехать от меня! Встав на колени я молился. Если она уедет завтра, я больше никогда не увижу ее. Мой ласковый солнечный лучик, Нурбану. Я не смогу без нее жить. Окончательно сойду с ума, и подниму мятеж. Я объявлю войну, которую не осмеливался начать ни один Султан. Любыми способами я заберу у Селима то, что он забирает у меня с раннего детства. Иншала! Я встал, когда услышал стук в дверь, и после этого в покои зашел Мустафа. Он улыбаясь подошел ко мне раскрывая руки. Подойдя, он крепко обнял меня. - Спасибо, что помог Румеисе, Баязид! - сказал он. - Она родила? - спросил я, стараясь показаться радостным. Хотя мне сейчас было далеко не до счастья. - Да! Румеиса родила Шехзаде! - сказал Мустафа. Наконец его глаза светились от радости и счастья. Надеюсь. что с его сыном все будет в порядке. - Да, пошлет Аллах долгих лет жизни твоему сыну! - сказал я, улыбаясь. - Я хочу, чтобы ты присутствовал на наречении Шехзаде! - сказал Мустафа, и я кивнув отправился вслед за ним. В комнате уже были отец, мама, Михримах, Джихангир, Махидевран, но не было Селима. Я встал рядом с Михримах. - Где Селим? - спросил я у сестры. - Он плохо себя чувствует! - ага, снова напился. Отец взял новорожденного Шехзаде на руки, и посмотрев на него, отдал в руки Мустафы. Тот был удивлен принимая сына в свои руки. - Повелитель... - начал Мустафа, но отец остановил его. - Я даю тебе право назвать своего сына! - улыбнувшись сказал отец, вставая между Валиде и Махидевран. Ошеломленный Мустафа с любовью посмотрел на сына, и стал читать молитву. После чего, назвал имя. - Я назову тебя в честь своего любимого брата: Мехмед! - сказал он, на ухо Шехзаде. Все резко вдохнули, я бросил взгляд на отца и маму. Валиде слегка покачнулась. но ухватилась за сильную руку отца. Махидевран стояла в полном шоке. А мы с Михримах и Джихангиром удивленно переглянулись. - Твое имя Мехмед! Мехмед! Мехмед! - прошептал он, после чего поцеловал сына в лоб, и положил рядом с Румеисой, которая улыбясь поглаживала Мехмеда по голове. Мустафа доказал всем, как сильно любил Мехмеда, назвав его именем своего сына. Отец изменился в лице, когда смотрел на Румеису и Мехмеда, а рядом у кровати стоял Мустафа. Я знал, что он вспоминает рождение Мехмеда. Он незаметно положил руку на грудь, где находиться сердце, и сжал это место. Я дернулся в его сторону, но Михримах схватила меня за локоть, не дав подойти к отцу. Валиде даже не поднимала взгляда на новорожденного Шехзаде Мехмеда. Через несколько часов весь Стамбул знал, что на свет появился наследник. Шехзаде Мехмед Хазретлири!