Lonely Reaper // Одинокий жнец

На следующий день у них снова была миссия. Технически, это была та же самая миссия — найти СПИ и скачать оттуда всю информацию, ну и, возможно, раскрушить парочку компьютеров по ходу дела. Day6 целый день готовили свои серверы для такого огромного объёма информации, который им нужно было куда-то уместить («Там же типа около пары сотен петабайтов, прикинь, и честно говоря, это ещё сильное преуменьшение!»), а Бродячие по большей части просто спали. – Почему мы не можем сделать это завтра, – недовольно простонал Хёнджин, крепко вцепившись в свой матрас, пока Чан с Чанбином тянули его за ноги, пытаясь оторвать его от кровати. Феликс и все остальные столпились у двери и наблюдали за этим представлением. Было около четырёх часов дня, и они все только пытались проснуться. Солнце за окном уже садилось — зима. – Потому что, – с раздражённым вздохом отпустив ногу Хёнджина, сказал Чан. – Если они поняли, что мы успешно проникли внутрь, а они не поняли, то они, скорее всего, суетятся и пытаются усилить защиту. В худшем случае они в полном раздрае, а в лучшем — ничего не ожидают. Мы не хотим давать им время просмотреть видеозаписи и понять, что камеры были зациклены, или чтобы они успели вызвать подмогу. – Время наносить удар, – слегка насмешливо и в то же время обречённо сказал Джисон. – Ну не знаю. Может стоит подождать хотя бы день? Чан недовольно зыркнул на него, а Хёнджин воскликнул: – Вот именно! – Так, ладно, с меня хватит, – сказал Чан. Он похлопал Чанбина по плечу, протиснулся сквозь толпу из пяти человек у входа в комнату и твёрдым шагом направился на кухню. Они проводили его взглядами — даже Хёнджин приподнял голову с подушки. – Как вы думаете, он наконец-то сорвался? – театрально прошептал Чонин. – Невовремя он, как раз перед миссией, – не заботясь о том, чтобы понизить голос хоть чуть-чуть, сказал Минхо. – Полагаю, мне придётся взять всё в свои руки, раз уж я второй по старшинству. – Да чёрта с два, – взорвался Джисон. – Я тут был дольше всех, после него. – Ага, конечно, как будто это хоть что-то значит, – фыркнул Чанбин. – Ты ребёнок, я не собираюсь выполнять приказы ребёнка. – Как будто у тебя получится лучше?! – Это ситуация безвластия, и кому-то нужно занять место лидера, – настойчиво продолжил Минхо. – У меня больше жизненного опыта. – Ты тут был всего лишь один год, – выкрикнул Джисон. – Тот, кто станет новым лидером, должен обладать хорошими связями с другими в нашей организации, – вмешался в разговор Сынмин. – Лично я считаю, что Джихё-нуна и Дженни-нуна никого из вас не примут. Именно поэтому я выстраивал хорошие отношения со всеми остальными. – Так это был твой долгосрочный план по захвату власти, да? – пробормотал Чонин. – Я просто продумываю все варианты. – Нет, теперь я понимаю Чанбина, – сказал Джисон. – Я не особенно хочу выполнять приказы ребёнка. – А, то есть теперь ты понимаешь? Понимаешь, да? – Чанбин прошёл вперёд и встал перед ними. – Ты меня старше буквально на две недели, – буркнул Сынмин. – Я точно не собираюсь выполнять приказы Сынмо, – вставил Минхо. Сынмин раздражённо вздохнул и стукнул его по плечу. – Я не собираюсь выполнять приказы никого из вас, – сказал Чонин. – Вам просто повезло, что я не такой жадный до власти, как вы все. – Ну да, конечно, – фыркнул Джисон. – Не жадный до власти он, жопу мою поцелуй. – Что там насчёт твоей жопы, Джисон? – раздался вдруг голос Чана. Они все тут же обернулись и увидели Чана, который направлялся к ним с миской хлопьев в руках. – Звучит заманчиво. – Слава всему святому, ты вернулся, – драматично произнёс Чанбин. – Эти придурки уже были готовы устроить войну престолов за твоё место. Чан проигнорировал их всех, заглянул в комнату Хёнджина и запихнул в рот очередную ложку хлопьев. – Вот сукин сын, он опять уснул. Они тоже заглянули в комнату. И действительно, Хёнджин опять отрубился на своей разворошённой до голого матраса постели и тихонько сопел в лучах заходящего солнца.

***

– Давайте-давайте, шевелимся, – подгонял их Чан снова внутрь фургона. Они уже были в чёрной одежде для миссий и вооружены; у Феликса, как и в прошлый раз, был пистолет в кобуре под рукой и ножны на запястьях. Чан залез последним и задвинул за собой дверь. – Никого не забыли? Как и прежде, Чанбин и Минхо сидели впереди, а Чонин готовил свою систему мониторов и компьютеров сзади. – Все на месте, – ответил ему Хёнджин, быстро пересчитав ребят по головам. Чан тоже всех пересчитал и кивнул: – Отлично. Ну что ж, ребята, то же, что и вчера, но в этот раз все пойдём в павильон. Возможно, это слишком, но там будет просто гора информации, которую надо будет собрать и отправить… К тому же нам ещё нужны будут люди, чтобы смотреть за ночным сторожем. Аврал, короче, свистать всех наверх. Не расслабляемся. Они согласно покивали. – Выгрузимся как в прошлый раз, – продолжил Чан. – Чанбин замедлится у ворот, мы выпрыгнем и забежим внутрь. Джисон, не заморачивайся закрытием замка в этот раз, мы должны зайти и выйти до того, как они поймут, что мы вообще там были. Чонин, это же не включит сигнализацию, да? Чонин, хмуро бегающий глазами по своим мониторам, повернулся к Чану только спустя несколько секунд тишины: – А? Ты со мной? – Если мы оставим ворота открытыми, это включит сигнализацию? – спросил Джисон. – О, – Чонин повернулся обратно к компьютерам. – Нет, не должно вроде. Только если сами ворота оставить открытыми — там стоит датчик на движение. А замок можете не закрывать. – Замечательно, – кивнул Джисон. – Было бы круто ещё знать это прошлой ночью. – Тихо ты, это была тренировка, – отмахнулся от него Чан. – Закаляет характер. – Да, разумеется, ведь «закалка характера» — это очень важно во время самого стрессового момента миссии, – фыркнул Джисон. – В следующий раз, если ты заставишь нас запереться в опасном месте, я оставлю тебя там, а сам сбегу. – Принято к сведению. – Э-э… хён, – вдруг сказал Чонин, – взгляни-ка на это. Тут расписание дежурств, которые мы нашли в их документах… и тут появилось несколько дополнительных ночных смен. – Хм, – Чан поднялся с места и заглянул в экран через плечо Чонина, а остальные принялись тихо переговариваться. Феликс тоже следил за Чаном, до тех пор, пока не услышал, как он сказал: «Скорее всего, это не важно, Чонин, может, ты просто проглядел это вчера вечером, вот и всё», – после чего он повернулся к Сынмину, Джисону и Хёнджину и они втянули его в свой разговор. Вскоре Чанбин предупредил о пятнадцатиминутной готовности, и все принялись растягиваться в ограниченном пространстве салона. На этот раз они приехали чуть раньше, чем вчера, всего на час, но солнце уже всё равно давным-давно село, и количество машин на дорогах поздним вечером было примерно такое же, как и ранним утром. – Я вырублю камеры, и выключу сигнализацию на воротах на минуту, – сказал Чонин. – Как в прошлый раз. – Я тоже как в тот раз замедлюсь возле ворот, – подал голос Чанбин спереди. – Отлично, – энергично сказал Чан. – Это мы уже отработали, так что будет как два пальца, да? И верно, когда они выкатились из фургона и подкрались к воротам, всё казалось как-то слишком уж просто. Джисон поковырялся чем-то в замке, отчего тот открылся, и они вшестером снова тихонько проскользнули на территорию дворца. Они успешно пересекли первый двор, но воздух вокруг звенел каким-то непонятным напряжением. Словно за ними со всех сторон следили — как бесчисленные невидимые глаза. Феликс стряхнул это непонятное чувство. Всё в порядке — они выполнили эту же самую миссию буквально вчера, и в этот раз тоже всё будет хорошо. Чонин зациклил изображение на камерах, они не оставили никаких следов, и никто не знал, что они тут уже были. Так что Феликс выдохнул и сказал себе, что с ними всё будет в порядке. Он оглянулся на остальных — Чан, закрывающий их процессию, выглядел спокойным и уверенным, насколько Феликс мог судить в темноте. Всё было в порядке. Вдруг, стоило им только пройти сквозь ворота к площади перед залом Инджонджон, включились прожекторы. Феликс прищурился и прикрыл глаза ладонью в попытке заслонить внезапный яркий свет. Все шестеро из них замешкались на секунду, пытаясь приспособиться, но Чан быстро сориентировался и поторопил Феликса и остальных. – Вперёд! – прокричал он. Из длинных узких переходов по сторонам и главного тронного зала высыпали ночные сторожа, охранники и солдаты, которые моментально их заметили. – Нам надо убираться отсюда…! Его сбила массивная фигура человека, и он тут же исчез из поля зрения Феликса. Феликс быстро огляделся — повсюду на его друзей нападали фигуры людей, тоже одетых в тёмное, их было слишком много на каждого из Бродячих. Рядом зарычал Сынмин, с усилием откидывая ближайшего противника на другого, подбегающего к ним, отчего оба свалились на землю, но не успел Сынмин разогнуться, как на него прыгнул ещё один боевик, врезая кулак ему в бок. Другой боевик напал на Феликса, размахивая электрошокером. Он уклонился от руки с шокером и стукнул его по шее, и пока тот задыхался и пытался вздохнуть, схватил запястье и потянул его к земле, выбивая оружие. Оно откатилось в сторону, теряясь на поле битвы. Феликс выпрямился и пнул своего противника в бок, отпихивая его подальше. Слева приблизилась другая фигура, намного ниже и худощавее, чем большинство. Этот боец был быстрым, ловко блокировал удары Феликса и отмахивался полицейской дубинкой. Она вписалась Феликсу под рёбра, и он скривился — останется жуткий синяк. Феликс зарядил ему в живот ногой и поймал запястье в захват, а потом сделал подсечку и уронил его на землю. Дёрнув за запястье, он пихнул его вниз, вырывая из рук дубинку, и зашвыривая её куда подальше. В запястье Феликса вцепилась рука — Минхо — и его вместе с Хёнджином потащили к воротам, ведущим в тайный сад. Феликс вытащил ножи и побежал самостоятельно, держа взгляд на людях, которые блокировали дальние ворота. Их было всего двое, и Феликс с Хёнджином поспешили к ним навстречу. У Хёджина был кастет, и он мощным ударом в лицо послал одного из стражей на землю. Феликс ударил второго локтем в лицо и вскользь ножом по груди, отпихивая его назад. Они втроём быстро выбежали за ворота и помчались по открытому пространству к коридору, ведущему к секретному саду и павильону Чухамну. Здесь было меньше людей. Скорее всего, они были слишком уверены в том, что задержат их ещё в первом дворе, или, возможно, у них было не так много людей, как Феликс думал. В любом случае, они уклонились от всех атак и забежали вверх по холму к пруду и павильону возле него. Крики позади них становились всё тише и тише, но Феликс знал, что погоня есть. Пока они бежали, Минхо дотронулся до наушника и сообщил Чонину, что им пришлось уйти глубже в комплекс. Они втроём решили продолжать миссию по плану, поскольку кажется, они опередили своих преследователей сейчас, но к передним воротам им скорее всего не пробиться. – Сюда, – Феликс дёрнул Хёнджина за рукав и потянул его к боковому склону, по которому можно было забраться к павильону. Он легко подчинился, Минхо последовал за ними через секунду, и вскоре они прорвались сквозь ветки и листья к маленькому дворику вокруг пруда. – Надо взбираться по ступенькам? – пробормотал Минхо себе под нос, но быстрый взгляд вокруг заверил, что их тут никто не поджидал. Они перепрыгнули через низенькую ограду, минуя закрытые ворота, и шустро забрались наверх, окунаясь с головой в голубое свечение. Но открыв створки дверей, они обнаружили, что в павильоне кто-то всё-таки был. Только один человек — Элиас. Он нервно переминался с ноги на ногу возле компьютеров, ковыряя пол носком ботинка. – Вот дерьмо, – тихо пробормотал Феликс. Элиас вскинул голову и увидел их. Он в замешательстве посмотрел на Феликса, а Минхо уже сорвался вперёд. Минхо закрыл ему рот ладонью, заглушая его крик. Он отпихнул Элиаса, запинающегося о собственные ноги и отчаянно цепляющегося за его руку, к дальней стене. Ударившись спиной о стену, тот дотянулся до оружия на поясе и ткнул им в бок Минхо. Минхо свалился на пол, задыхаясь и кашляя. Электрошокер в руке Элиаса сверкал разрядами, издавая жуткий треск, от которого кровь застывала в жилах, и Элиас повернулся к Хёнджину с Феликсом, которые так и остались стоять у входа. Они сорвались с места и попытались зайти с боков. Феликс сжал в руках ножи и скользнул лезвием по руке Элиаса — осторожно контролируя свои удары, поскольку не хотел нанести ему серьёзный вред. Хёнджин же таким не заморачивался. Он вмазал своим кастетом Элиасу в бок и схватил руку с шокером, выворачивая её и заставив Элиаса задохнуться от боли. Элиас выкрутил свою руку из захвата Хёнджина, и пока он не успел снова сжать пальцы на рукояти крепче, Феликс пнул его в запястье. Шокер отлетел в сторону, ударился о колонну и затрещал. Феликс поспешил за ним, и изо всех сил наступил на него. Повернувшись обратно, он увидел, как Хёнджин держит Элиаса в шейном захвате, а тот пихает его в бок в попытках освободиться. Феликс поспешил к ним и ударил Элиаса локтем по голове, дезориентируя его и заставляя ослабить попытки вывернуться на долю секунды. Хёнджин использовал этот шанс и подсек одну из ног Элиаса, отчего тот упал на колено. Для этого Хёнджину пришлось, однако, выпустить его из захвата, и Элиас еле успел выставить перед собой руки, чтобы не впечататься лицом в пол. Феликс выбил из-под него одну руку, а Хёнджин в то же время ударил его коленом в поясницу. Элиас вскрикнул, падая лицом и грудью на пол и пытаясь подняться хотя бы на одном предплечье. Хёнджин выбил из-под него и вторую руку с ногой, и полностью прижал Элиаса к полу. Тот отчаянно извивался и почти скинул Хёнджина с себя, но Феликс поспешил ему на помощь, прижимая Элиаса коленом (контролируя, однако, силу и вес). – Хватит, – угрожающе прорычал Феликс. Элиас снова попытался освободиться, но сдался, когда Феликс прижал его запястье к полу. – Я свяжу его, – сказал Феликс, поднимая взгляд на Хёнджина. – Всё в порядке. Нам надо сделать то, зачем мы сюда пришли, и свалить побыстрее. Времени мало. – Хорошо, – согласился с ним Хёнджин, перевёл дыхание и помог Минхо подняться на ноги. А Феликс занялся Элиасом. Он аккуратно, не желая причинить парню лишнюю боль, свёл его запястья на пояснице. Элиас позволил ему это, не в силах сопротивляться, и, связав ему руки, Феликс помог ему сесть. Быстро взглянув на Хёнджина и Минхо, которые абсолютно не обращали на них внимания, Феликс тихо спросил у Элиаса: – Ты в порядке? Элиас глубоко вздохнул, всё ещё не до конца пришедший в себя после удара головой. – Ёнбок… какого хрена? – Извини, – прошептал Феликс. – Я не хотел причинять тебе боль. – Всё нормально, я в порядке, – нетерпеливо шепнул Элиас. – Что вы тут делаете? Вы же были тут только прошлой ночью? – Нам нужно было вернуться и проникнуть в СПИ, – объяснил Феликс. – Мы хотели разобраться с этим по-быстрому, пока вы не поняли, что мы тут вообще были, или не приняли защитные меры. – Это ужасно тупой план, – нахмурился Элиас. – Они заметили, что прошлой ночью кто-то зациклил камеры, и сделали всё возможное, чтобы усилить защиту. – Ты им ничего не говорил? – Конечно нет! – ответил Элиас, и Феликс отвёл его ближе к выходу и усадил возле колонны. Элиас запрокинул голову назад, ударившись ей о деревянную колонну, и заглянул Феликсу в глаза. – Я бы не стал лгать тебе, Феликс. Феликс легонько сжал его плечо, ощущая целую кучу разных эмоций одновременно. – Мне жаль, что нам пришлось драться. Я правда надеялся, что нам больше не придётся встречаться. Элиас смотрел на него слегка расфокусировано, но с отчаянием. Он выдавил из себя слабую улыбку: – Ну не знаю. Может быть, если бы это была встреча при других обстоятельствах… Я бы хотел думать, что мы могли бы быть друзьями, даже несмотря на… Феликс тоже улыбнулся ему в ответ, хотя его лицо всё ещё было закрыто маской. – Да, я тоже. Он оставил Элиаса сидеть там, а сам вернулся к ряду компьютеров. В комнате было тихо и спокойно, блестящий пол отражал море звёзд, тихонько мерцающих, пока компьютеры находились в спящем режиме. Минхо и Хёнджин замерли на месте, переводя дыхание и оглядывая богато украшенную обстановку. – Чонин, Чанбин, – сказал Феликс в передатчик, – мы сейчас будем отправлять вам файлы. У каждого из них была поясная сумочка, наполненная флэшками с той программой, которая должна была пересылать информацию Day6. Феликс выудил из сумочки несколько флэшек и принялся вставлять их в компьютеры, составляющие кластер. Они, однако, закончились довольно быстро, и он позвал Минхо и Хёнджина: – Ребят, мне нужны ваши флэшки. – Ого, – сказал Хёнджин, словно он только обрёл способность к речи. Феликс взглянул на него — он заворожённо смотрел на украшения, переводя взгляд с одной детали на другую, пытаясь запечатлеть эту красоту в своей памяти. Он повернулся, чтобы осмотреться ещё раз, и потом направился к Феликсу и компьютерам. Минхо тоже смотрел по сторонам. – Это… – Очень красиво, – тихо произнёс Минхо. Он тоже был абсолютно заворожён, но пришёл в себя быстрее Хёнджина, передавая Феликсу половину своих флэшек и принимаясь вставлять оставшиеся в другие компьютеры. Хёнджин тоже присоединился к ним, и около минуты они втроём просто занимались этим в тишине, ожидая пиканья, которое сигнализировало бы о завершении работы программы, копирующей данные. А потом Феликс краем уха уловил, как скрипит деревянный пол снаружи павильона. Он застыл на месте, переводя взгляд на Элиаса, который тоже выглядел удивлённым. Они встретились глазами, и Феликс бросился к Элиасу, а тот изо всех сил заорал: – Сюда! Быстрее сюда! Феликс закрыл его рот рукой, но было уже поздно. Зелёные двери распахнулись, и Хёнджин с Минхо обернулись, чтобы увидеть добрую дюжину людей, ввалившихся внутрь. Феликс достал из кобуры пистолет. Тот, кто забежал первым, крикнул: «Ложись!» Его, однако, проигнорировали, потому что Минхо и Хёнджин сбили его с ног, повалив на спину почти на самый край крыльца снаружи павильона. – Не дайте им добраться до компьютеров! – крикнул Минхо Хёнджину и Феликсу. Феликс крикнул «Хорошо!» и снял пистолет с предохранителя. Первой попавшейся на глаза фигуре он выстрелил в лодыжку, отчего она свалилась на пол. Потом он подстрелил ещё несколько человек, целясь в их ноги, руки и плечи — не смертельно, но задержит их и выиграет ему время. Так у него получилось убрать пять-шесть людей, но на ногах оставалось ещё столько же, если не больше. В лицо ему вдруг прилетел удар, отчего он отшатнулся глубже в павильон, зажимая нос. Пистолет тут же выбили из ослабевшей хватки, и он скользнул по гладкому полу к дальнему концу павильона и наполовину свесился с края платформы, грозя свалиться вниз. Хёнджин уклонился от удара бойца, который отжимал его в сторону другого человека. Он отступил назад и впечатал ботинок в спину одного из них, из-за чего они навалились друг на друга и упали, сбивая заодно с ног пару боевиков, атакующих Минхо. Минхо отшатнулся и согнулся, упершись руками в колени, чтобы быстро перевести дыхание, ещё не до конца придя в себя после удара током. Феликс снова вытянул ножи. Они всегда были его любимым видом оружия, и он быстро рисовал глубокие порезы на солдатах, которые пытались окружить его. Он рассёк кому-то складку кожи между большим и указательным пальцами, и, поняв, что произошло, тот человек просто хлопнулся в обморок. От одного из компьютеров раздался сигнал — первая программа закончила работу, переслав всю информацию, куда надо. – Сколько времени прошло? – спросил Феликс у Минхо, который выпрямился, поморщившись, и ударил ножом в плечо бойца, который подбежал к нему. – Не знаю, минут пять, примерно? Или семь? – отозвался Минхо. – Нашёл кого спросить, я в душе не ебу. – Шесть, – вмешался Хёнджин. Он ударил кого-то в живот коленом и добавил сверху по спине локтями, отчего солдат свалился на пол, задыхаясь. Им троим выдалась минута передышки — большая часть боевиков валялась на полу, и ещё двое склонились над Элиасом, освобождая его и расспрашивая о том, что произошло. – Я засекал, не беспокойтесь. В худшем случае, нам надо будет задержать их ещё на пять-шесть минут, чтобы все закончили. – Как вы думаете, Day6 сильно разозлятся, если их программа попадёт Дистриктам? – спросил Минхо. – Не думаю, что это важно, – сказал Феликс, и в тот же момент они услышали топот множества ботинок, поднимающихся по ступеням. Он приготовился и перехватил ножи поудобнее, стоя перед кластером компьютеров в защитной позиции. Минхо и Хёнджин последовали его примеру. Этот отряд был больше, чем предыдущий, две дюжины или даже больше. Феликс пожалел, что упустил пистолет — сейчас он бы очень пригодился. Один человек из нового отряда тут же бросился Феликсу в глаза. Не то, что он был высоким или низким, он выделялся не силой и не скоростью. Феликсу потребовалась секунда, чтобы осознать, чем именно он отличался, но как только он понял, всё сразу стало логично. Все остальные смотрели на него, словно ожидая приказов… Феликс сжал ножи сильнее, тоже ожидая, скажет ли этот загадочный человек что-нибудь или нет. Феликсу потребовалась буквально доля секунды, чтобы выделить командира, и все остальные тоже сориентировались довольно быстро, но в то же время они втроём оказались окружены. У них не выйдет защитить весь кластер компьютеров, и непонятно, знали ли новоприбывшие свою цель. Флэшки были довольно маленькими, но они выделялись на фоне, если приглядеться. Феликс поспешил им навстречу, чтобы они не успели зайти слишком далеко в павильон. Хёнджин тоже побежал вперёд, а Минхо остался у компьютеров, как последняя линия обороны. Он не позволил себе задуматься ни на секунду, когда врезался в толпу и принялся резать нападающих. Ни о Хёнджине, ни о Минхо или Чане и других ребятах, которые остались в том дворе, или об остальных членах Девятого Дистрикта, которые ждали их возвращения. Сейчас важен был только бой, вокруг и внутри, везде, прорывающийся сквозь его вены, пока он резал, колол и бил тех, кто попадали ему под руки. Он весь был боем. Он всегда был и будет только им. Он прошёл через нескольких, прежде чем оказаться лицом к лицу с лидером. У него в руках был охотничий нож, гораздо толще и мощнее, чем ножи Феликса, и он пристально смотрел на Феликса. Эти бойцы тоже были одеты в маски, что слегка путало. Дело было не в том, что Феликс путал их со своими ребятами, просто они все выглядели так похоже на поле сражения, что было даже удивительно, как никто из них не напал на своих по ошибке. По крайней мере, Феликс такого не замечал. Кроме того, они почему-то не использовали пистолеты. Он и этот загадочный человек обошли друг друга по кругу, после чего Феликс прыгнул на него, целясь в плечо. Противник отклонился и положил открытую руку на запястье Феликса, но Феликс быстро убрал руку до того, как он успел бы схватить его, и снова принял защитную позицию. Уходя от удара, человек немного пошатнулся, но быстро перенёс вес на другую ногу и сделал выпад, махнув ножом вдоль груди Феликса, но тот успел отпрыгнуть назад, так что лезвие только немного порезало ткань. Командир двинулся к нему, размахивая ножом на каждый шаг. Феликс уклонился от большинства ударов и заблокировал некоторые своим ножом — его лезвие было слабее и еле их выдержало, но он убрал одну руку и ударил его в открытое запястье. Противник зашипел и, перекинув нож в другую руку, потряс кистью. Пока выдался момент, Феликс оглядел поле сражения, ища глазами Хёнджина и Минхо. Хёнджина получилось найти быстро — он отобрал у кого-то полицейский жезл и теперь с энтузиазмом им во все стороны размахивал, не заботясь о том, куда именно он бьёт, — а вот Минхо был наполовину скрыт массой тел вокруг. Феликс увидел, как его пнули под колено, отчего он споткнулся и начал падать. Наблюдения его были прерваны ножом командира, мелькнувшим прямо перед глазами. Не успев толком ничего осознать, почувствовав только панику, Феликс уже рефлекторно отпрыгнул назад. Он повернулся обратно к своему противнику и, используя инерцию поворота, пнул его ногой в бок. Тот отшатнулся в сторону, хватаясь руками за бок, и Феликс снова бросился вперёд с ножом. Он мазнул лезвием по лицу таинственного человека, задев его мягкую щёку, резинки маски лопнули, и она свалилась на пол, открывая лицо мужчины. У него была небольшая бородка, покрывающая его щёки, из-за чего он казался старше, чем, вероятно, был, и яркие умные глаза. Феликс его не узнал, но это ничего не значило. Мужчина поднёс руку к щеке и отступил на шаг. Феликсу, однако, не дали передохнуть — справа кто-то кинулся на него, ударяя его жезлом в бок. Удар попал как раз в уже формирующийся синяк, и хотя ему очень сильно хотелось согнуться и спрятаться от боли, но Феликс заставил себя ответить. Он пнул нападающего в колено и добавил локтем по голове, отчего тот свалился на пол, но сзади тут же напал кто-то ещё, и, когда он повернулся, чтобы встретить его лицом к лицу, тот человек, что лежал на полу, ударил жезлом его по лодыжке. Боль была просто пиздецкой, и Феликс выругался себе под нос. Пользуясь его нестабильным положением, другой боевик ударил его кулаком по лицу. Феликс отступил назад и запнулся о человека, лежащего на земле. – Блять, – ругательство вырвалось само собой. Феликс оттолкнулся от пола, но лодыжка запульсировала, грозя вот-вот подломиться. Ему пришлось адаптироваться, балансируя на другой ноге; человек, которого он сбил с ног тоже поднялся, и Феликс уворачивался от ударов обоих противников, как только мог. Они пользовались его слабостями при каждой удобной возможности, но в конце концов он таки ударил ножом одного в плечо, а второго резанул по грудной клетке. Им на замену пришли ещё четверо, и каждый раз, когда ему удавалось избавиться от одного, на его месте возникали ещё двое. Феликс старался, как мог, но один толкнул его в сторону, другой ударил локтем по голове, и, прежде чем он понял, что вообще произошло, его уже повалили на пол. Ножи из рук выбили и его прижали к полу ещё до того, как он попытался вырваться. Он изворачивался в их хватке, пинаясь и пытаясь подобрать под себя хоть одно колено, чтобы встать, но его голову прижали к полу, а запястья завели за спину и связали кабельной стяжкой. Он продолжал сопротивляться, когда они ставили его на колени, но тут один из них дал ему пощёчину, и Феликс замер в шоке, задыхаясь от напряжения. Он оглянулся вокруг и нашёл Минхо, тоже уже на коленях и со связанными за спиной руками, несколько пар рук удерживало его, потому что он время от времени пытался вырваться. Хёнджин ещё держался на ногах, но на него наваливалось всё больше и больше народа, так что видимо, драку они проиграли. С ужасом, абсолютно беспомощный, Феликс наблюдал, как Хёнджина тоже заломили. Его толкнули на землю, и кто-то сделал ему подножку, так что он тоже оказался на животе. Тут его руки тоже быстро связали, как и Минхо с Феликсом до этого. Его подтащили к Минхо и тоже поставили на колени, и они втроём обменялись взглядами. В павильоне снова стало тихо, тишина нарушалась только звуками тяжёлого дыхания и невнятными стонами. Феликс был удовлетворён, увидев множество раненых и людей, валяющихся в нокауте — кроме тех, кто удерживал их с Хёнджином и Минхо, все остальные отошли в сторонку и теперь пытались как-то залатать раны. Мужчина, с которым сражался Феликс, — тот командир — заклеил порез на лице пластырем. Он с тяжёлым вздохом поднялся и приказал перетаскивать тех, кто лежал на полу без сознания или ничком. Размял шею и плечи и приблизился к Феликсу и Минхо с Хёнджином. – Вы арестованы, – бесцветно заявил он им, – за попытку проникновения на территорию государственного объекта и оказание вооружённого сопротивления. Вас перевезут в специальное заведение для допроса и выяснения обстоятельств. Мужчина замолчал, сжал и потёр повреждённое запястье левой рукой. Феликс постепенно отдышался и начал успокаиваться. За его спиной один из компьютеров пропищал. Феликс поднял брови, глядя на Минхо и Хёнджина, они в ответ только пожали плечами так, как смогли. Командир вскинул голову и пригляделся к кластеру компьютеров, потом подошёл к ним, внимательно их осматривая. – Это флэшки что ли? – пробормотал он тихо, вглядываясь в компьютеры. Словно по сигналу другой компьютер издал писк. – Юми, Чонсу, вытащите их и сломайте, пожалуйста. Из толпы залечивающих раны людей вышли двое и принялись обходить кругом кластер компьютеров, вытаскивая флэшки и дробя их подошвами ботинок. Некоторые компьютеры издавали сигнал буквально за несколько секунд до того, как флэшку доставали и уничтожали, но Феликс подумал, что так тоже неплохо, они сделали свою работу и Day6 всё равно не хотели бы, чтобы их программа попала в руки Дистриктов. – Эй, – буркнул Хёнджин, увидев, как они ломают флэшки. – Грубо. Командир ничего им не сказал. Он выглянул на улицу ненадолго и вернулся назад с рюкзаком, из которого достал планшет и включил его. Минхо Хёнджин и Феликс молча ждали, пока мужчина сосредоточенно что-то там делал, внимательно наблюдая за ним и ища хоть малейшую подсказку, что ему от них было нужно. – Хевон, – через несколько секунд сказал командир. Один из бойцов, удерживающих Феликса на месте, поднял голову. – Давай снимем с них маски. – Так точно, – высоким и певучим голосом отозвалась женщина. Она поспешила к Хёнджину и Минхо, стягивая маски и шапки сначала с них — Минхо злобно на неё глянул, а Хёнджин встряхнул волосами. Мужчина внимательно на них посмотрел, затем направил на них камеру планшета. Хёнджин закатил глаза и высунул язык, кривляясь, а Минхо продолжал хмуриться. Хевон подошла к Феликсу и сперва стянула его маску, как она делала с ребятами до этого, и тут же резко выдохнула и отступила на шаг. – Боже мой, – прошептала она. – Сэр! Командир, занятый фотографированием Хёнджина, поднял на неё взгляд: – Чего? – Смотрите, – она показала на Феликса. – Он… Мужчина поднялся и подошёл к ней. Его брови подскочили до середины лба, и он перевёл взгляд с Феликса на Хевон и потом опять на Феликса. – Охренеть. – Сэр, – тихонько возмутилась Хевон. – Кхм, да. Ого, – командир снова поднял свой планшет и принялся яростно печатать что-то — составлял письмо, вероятно? Или отчёт? Неважно. Феликс всё равно не узнает. – Очень любопытно. Ты живой, однако. Вот это сюрприз, – обратился он к Феликсу. – Как ты вообще оказался именно тут…? Его наушник вдруг ожил, и он осёкся и прислушался, склонив голову набок и глядя вдаль. – Ведите их в павильон Чухамну, – приказал он, касаясь уха и отворачиваясь от Феликса. – Мы начнём их допрашивать и закончим остальные дела. Минхо вдруг яростно зарычал, отчаянно пытаясь вырваться из удерживающих его рук и наброситься на мужчину. – Нахуй пошёл! Мы не сдадимся вам так просто, – прошипел он. Солдаты за его спиной снова опустили его на колени и потом ударили кулаком по лицу за такую дерзость. Феликс сочувственно втянул воздух через зубы. Командира это не впечатлило: – Ну допустим. Дальше они просто молча ждали, пока приведут остальных. Хёнджин и Минхо то и дело пытались стряхнуть с себя чужие руки, но больше не пытались вставать или вырываться. Командир снова подошёл к Феликсу и, склонив голову, изучающе окинул его взглядом. – Ты тут у нас самая большая проблема, да? – пробормотал он, обращаясь скорее к себе, чем к Феликсу. Метрах в трёх от него он замер и присел, чтобы их глаза оказались на одном уровне. – Мы все считали, что ты мёртв, Ёнбок. Феликс продолжал молчать. – Это серьёзно выбило из колеи начальство, – продолжил командир. – Было очень много реорганизации. Они отложили поиск информации о Девятом Дистрикте до недавних пор, мы хотели отомстить этим сволочам, убившим нашего товарища. Так что весьма неожиданно увидеть тебя живым и невредимым. – Он понизил голос до заговорщицкого шёпота: – Мне вот интересно, а что же ты делал, когда пропал? Несколько мгновений они молча смотрели друг на друга, осторожно не допуская ни малейшего проявления эмоций на лицах. Потом снаружи донеслись крики, постепенно приближаясь, и Феликс смог разобрать резкий голос Джисона, матерящегося на солдат. Командир вздохнул и выпрямился, переводя всё внимание на приближающуюся группу. Судя по звукам, ребята, поднимающиеся по каменным ступеням, тоже сопротивлялись, ругаясь на своих пленителей. Голос Джисона вдруг перекрыл все остальные, когда он яростно закричал: – Отпусти меня, урод блять! Минхо фыркнул, но смешок этот был скорее злобный и горький. Мужчина бросил на него взгляд, потом снова перевёл глаза на распахнувшиеся двери, куда впихнули Джисона, Чана и Сынмина. Чан взглянул на Феликса и попытался выдавить улыбку, пока его подтаскивали к растущей возле Минхо и Хёнджина шеренге. Один глаз у него заплыл так сильно, что он почти не видел Феликса. – Хэй. Извини, я не смог задержать их надолго. – Всё в порядке. Мы получили всё, что надо, – тихо сказал ему Минхо. – Всё хорошо. Джисон всё продолжал вырываться, пока его тащили, бессвязно крича и извиваясь, словно это помогло бы ему сбежать. Потребовалось четверо солдат, чтобы подтащить его к остальным, и они сперва повалили его животом на землю. Он болезненно простонал и затих. – На хуй идите, – любезно выразился Сынмин, которого поставили на колени возле распятого тела Джисона. Он скривился, когда кто-то сдавил его голень, и Феликс предположил, что она была как-то повреждена. – Эй! Оставь его! – рявкнул Минхо на солдат. Командир кинул на них резкий взгляд, и они отступили, а Сынмин немного расслабился. – Это все? – спросил командир, как только их всех поставили в ряд перед массивом компьютеров. С Джисона и Сынмина сняли маски, а Чан пришёл уже без неё, и мужчина включил что-то на планшете. – Если память меня не обманывает, вас было семеро. – Вы поймали всех, кто пришёл, – возразил Чан, приподняв бровь. Выглядело болезненно, и Феликс сочувственно поморщился. – Поздравляю. – Ясно, – сказал командир. – Тем лучше для нас, не так ли? Я хочу задать вам несколько вопросов. Вам всем, – добавил он, бросив взгляд на Феликса. – Как будто мы станем отвечать на твои ссаные вопросы, – выплюнул Джисон. – Ты явно ошибаешься, думая, что мы будем такими прекрасными узниками. Я могу превратить твою жизнь в ад, и я это сделаю, ты жалкий, тухлый сморчок. Только подожди. Командир его проигнорировал, печатая что-то на своём планшете. – Не игнорируй меня, говна кусок! – прорычал Джисон. – Не устал ещё сражаться с теми, кто тебя младше и слабее? Думаешь, ты лучше и сильнее? Да ты просто бандит. Не стоишь даже говна с подошвы моего ботинка, отброс поганый, недоделанное подобие… – А, – вдруг прервал его командир и поднял палец перед лицом Джисона. Тот был так удивлён, что тут же замолчал, а мужчина снова склонил голову, очевидно прислушиваясь к чему-то в наушнике. – Ещё двое снаружи? Ну так давайте их тоже сюда. Соберём всех в одном месте. – Ах ты ублюдок, слизняк вонючий, чтоб тебя всего переебало! – выкрикнул Джисон. Мужчина неодобрительно взглянул на него, чем-то напоминая Чана, когда они не слушались его, и это задело что-то внутри Феликса, вывернув это что-то наизнанку и сжав в комочек. Джисон, должно быть, тоже это почувствовал, поскольку замолчал, хотя в его характере было бы продолжить крыть командира бранью. Минуты тянулись вечность, казалось, пока они молча ждали… чего угодно, на самом деле. Командир невозмутимо продолжал делать что-то на своём планшете, не обращая внимания на напряжённую атмосферу. Скорее всего он составлял отчёт начальству, или организовывал транспортировку до места заключения, если им повезёт. Наконец они услышали, как по ступеням поднимаются ещё люди. На этот раз шаги были тише, и Феликс задумался, это потому, что Чанбин и Чонин не сопротивлялись или потому, что их вырубили, например. Двери открылись, голубоватое свечение компьютеров выплеснулось наружу, на каменные ступени, отразилось от ворот и заплясало по тихой глади пруда внизу, дрожа слегка от ветерка, гоняющего рябь по воде. В павильон зашли ещё солдаты, двое вели Чанбина и двое Чонина. Их руки тоже были связаны за спиной, скорее всего, такими же кабельными стяжками, как и у Феликса и остальных. Но они выглядели относительно невредимыми, если не считать синяк, наливающийся на челюсти Чонина, и порванную кофту Чанбина, обнажающую неприятный, но неглубокий, к счастью, порез. Их тоже поставили на колени рядом со всеми остальными. Чонин выглядел жутко потерянным и напуганным, он послушно опустился вниз, а Чанбин сопротивлялся, пока его не пихнули на землю рядом с Сынмином. – Хэй, – шепнул Сынмин, склоняясь к Чанбину. Он сказал это негромко, но в комнате не было других звуков так что все услышали. – Ты в порядке? – Мы в порядке, просто слегка потрёпаны, – тоже шёпотом ответил Чанбин. Командир прекратил печатать и поднял взгляд на их группу. Он быстро пересчитал их по головам, и потом склонил задумчиво голову. – Так это все? – В смысле, блять, все? Нужен ещё кто-то? – голос Джисона сочился ядом. – Вы же детишки, – ответил мужчина. Он махнул рукой на Чонина: – Вот этот вообще даже до колледжа не дорос, наверное. – Эй, – нахмурился Чонин. – И тем не менее, вы нанесли такой большой ущерб, – продолжил командир. – Ну да ладно, я вам тут лекции читать не собираюсь, или перечислять ваши преступления. Через несколько минут мы повезём вас на базу, но сначала мне нужно задать вам несколько вопросов. На планшет пришло уведомление, и он пару раз нажал на экран, после чего повернул его к ним. На экране были семь знакомых изображений — те же самые, с которыми работал Феликс, когда выслеживал Девятый Дистрикт. Значило ли это, что Дистрикты не обновляли свои базы данных по ним? Похоже на то — они прекрасно научились скрывать своё существование, и более того, при желании могли бы вообще уничтожить любое упоминание о себе. – Вы Бан Кристофер Чан? – спросил мужчина. Он прошёлся вдоль их коленопреклонённых фигур, спрашивая каждого, они ли это изображены на фотографиях. Участники Девятого Дистрикта. Мятежники. Некоторые — Чонин и Чан — отвечали спокойно, хоть и неохотно, но большинство просто молчали, а Минхо и Джисон только ругались в ответ. Командир, однако, оставался невозмутимым. А дойдя до Феликса он остановился. Он совсем не смотрел на Феликса, только печатал что-то на планшете. А после снова вернулся к началу и теперь задавал вопросы, которые, как знал Феликс, были предварительной обработкой данных. Когда они в последний раз ели — что вызвало несколько сконфуженных ответов — и принимали ли они какие-нибудь лекарства. Эти вопросы обычно задавали, когда планировали задержать кого-то надолго. Потом, наконец, он закончил, и стало совершенно невозможно игнорировать не такие уж незаметные взгляды, которые все то и дело бросали на Феликса. Командир обречённо вздохнул. – И, как я уже говорил, больше всего меня интересуешь ты, – сказал он, подходя ближе к Феликсу. Они осмотрели друг друга, взгляд командира был расчётливым и любопытным, а Феликс не смог удержаться от искры ненависти, вспыхнувшей в нём. – Чем же ты занимался эти несколько последних месяцев? Ты с этими… людьми. – Я с ними, – ответил Феликс. Он говорил тихо и спокойно, стараясь соблюдать нейтральную интонацию. – Так он говорит, – так же нейтрально отозвался мужчина. – Ты скажешь мне правду или мне самому сделать выводы? Правда. Вот эта блестяшка, которая так нравилась Дистриктам. Феликс почувствовал, как его губы скривились в горькой усмешке, и он опустил взгляд на мгновение, чтобы взять себя в руки. – О чём задумался? – спросил командир. Было до странного похоже на обычную светскую беседу, Феликс подумал, что этот человек говорит с врагами так же, как говорит со своими детьми. – О правде, – ответил Феликс, – и её аспектах. – Ясно, – в его голосе чувствовалась ухмылка или удовольствие. – И что же гласит наше учение? Есть лишь одна правда, беспристрастное… – …развитие событий, – закончил Феликс. – Так ты всё-таки помнишь. И тем не менее, ты отбросил всё это… Смотри на меня, – внезапно резко скомандовал мужчина. Феликс поднял глаза и встретил его взгляд. Его рука лежала на кобуре, прикреплённой к его бедру, и Феликс увидел, как он достаёт пистолет и двумя руками держит его перед собой, направив в пол. – Я хочу видеть глаза предателя, когда он предстаёт перед своей трусостью. Во рту у Феликса пересохло. Он не отрываясь смотрел на пистолет, который медленно поднимался наверх, обводя дугой его тело, проходя между глаз, пока чёрное отверстие дула не остановилось в считанных сантиметрах от его лба. – Ли Ёнбок, – произнёс командир. – Ты предал Дистрикты. Ты встал на сторону врага и пропагандировал вещи, которые мы презираем. И, как гласит наш закон, любой предатель должен быть уничтожен на месте без колебаний. Все в комнате затаили дыхание. Палец мужчины слегка напрягся на курке, и Феликс вдруг словно опять почувствовал лёгкий ветерок на вершине горы, с раскинувшимся под ним лесом, где его тело бы медленно гнило под солнечными лучами, вдали от людских глаз. Тишину вдруг прорезал голос. – Погодите, – Элиас говорил тихо, но его тело выдавало, насколько он напряжён. Он протянул руку к крепко сжатому в руках командира пистолету, и тот замер. Феликс ощутил, как по телу бегут мурашки и по мышцам растекается слабость, словно его с размаху окатили ведром ледяной воды. – Что ещё? – Это не так. Ёнбок не предатель, – произнёс Элиас, глядя Феликсу прямо в глаза и собирая всю свою храбрость. – Мы с ним держали связь эти несколько недель. Мы собирали информацию о Девятом Дистрикте и завоёвывали их доверие. У нас был такой план. Мы не могли рассказать остальным — потому что не знали, как глубоко они проникли в наши ряды. Это был наш с ним секрет. Кто-то из ребят сбоку от него судорожно вздохнул. Феликс не позволил себе оторвать глаза от командира, чтобы посмотреть, кто это был. Пистолет медленно опустился вниз от его лба. – Это правда? – Да, – кивнул Элиас, возможно, слишком быстро и слишком отчаянно. – Наш отряд разбросало, так что над этим работали только он и я. Мы были так близки к значительному прорыву, но потом вмешались вы и всё порушили. В его голосе было ровно столько горечи, сколько нужно, и Феликс почувствовал, как его кончики пальцев немеют от надежды. – Ясно, – сказал мужчина и молча обдумывал это на протяжении долгой минуты. Никто в комнате не смел вздохнуть, и Феликс не смел взглянуть на своих ребят. Не важно, что там думал этот мужик, вдруг осознал он. Единственное, что имело значение — это Stray Kids. Поверили ли они Элиасу? Поверили ли, что Феликс может вот так их предать? Будут ли они ненавидеть его? «Ты и они, одинокий жнец…» – Ну так? – спросил командир, глядя на Феликса сверху вниз и приподняв бровь. – Это правда? Феликс оглянулся на них — на своих бродячих детей — хотя и боялся того, что может увидеть. Они все стояли на коленях, или лежали на животах, не способные двигаться, и все они смотрели на него. Кто-то через распухшие веки, и все с одинаковой смесью отчаяния, надежды и страха на лицах. Он сжал челюсти, перевёл взгляд на командира и сказал: – Да.