Я исцелю твое сердце изолентой

[Наше время].       Сон Туди прервался из-за ударившего в нос едкого запаха гари. Мужчина скорчил недовольную гримасу, пытаясь окончательно проснуться и понять что происходит. Когда он поднялся, присев на краю кровати, то о себе тут же дала знать головная боль, которая бушевала с новой силой, отдавая пульсацией в висках. Вокалист на автомате потянулся к стоящей на тумбочке капсуле с таблетками от мигрени и насухую проглотил их, после чего продолжил попытки встать с кровати, которая магнитом тянула его обратно. Пошатываясь, он все же встал, надел тапочки и заковылял к двери. Оказавшись снаружи, он сразу понял, что этот неприятный запах тянулся с первого этажа, предположительно с кухни. Испугавшись, что это может быть пожар, Стю рванул вниз, перескакивая через ступеньки, одновременно теряя на них свои шлепанцы. Уже будучи совсем близко к кухне, он заслышал несколько голосов. Совсем не радостных голосов. Они кричали.       Тудс буквально влетел в помещение, проскользив по паркету и чуть не упав. Его глаза были полны страха, а плечи ходили ходуном из-за тяжелой одышки. Но его напуганное выражение лица постепенно стало принимать более спокойный, но растерянный вид, когда он увидел причину сего беспорядка: Нудл, со сковородой в руках, в которой явно что-то превратилось в угли, рьяно кричала на Мердока, который, в свою очередь, так же пылко оправдывался перед ней, не забывая при этом выставлять ее виноватой. Внезапно ругань прекратилась и эти двое повернулись в сторону Стюарта. — Что здесь происходит? - не прекращая шокированно глазеть на своих согруппников, спросил Туди. — Черт, мы тебя разбудили? Прости пожалуйста, Стю, тут просто пиздец какой-то, - виновато забеспокоилась гитаристка, не забыв в конце одарить Мердока гневным взглядом. — Нет-нет, вас я не слышал, - фронтмен отказывался смотреть в сторону Никкалса, обращаясь только к девушке, - Меня разбудили эти... Благовония. — Ох, точно, - Нудл повернулась к басисту, показушно тому улыбнувшись, как бы говоря: "Вот, из-за тебя все проблемы". — Да что ж такое-то, ты угомонишься или нет?! - не выдержал Медс, всплеснув руками, - Я готовил эти чертовы шницели для вас, полудурков, спасибо бы хоть сказала! — Твои "шницели" выглядят сейчас так, будто они пережили не одну атомную войну! К тому же, ты чуть дома нас не лишил, сейчас бы взлетело тут все, если бы я вовремя на кухню не прибежала! - Нудл была реально на взводе и в любую секунду была готова пульнуть этой несчастной сковородкой прямо в Никкалса, если бы не вмешался синеволосый. — Да прекратите вы орать! - вокалист ухватился за голову и зажмурился. Таблетки еще не помогли, поэтому каждый их вопль отдавался у него в голове резкой болью.       На удивление, оба заткнулись. Нудл тут же дернулась в сторону Стюарта, поставив сковороду на стол, а Мердок продолжал пылать злобой и возмущением, сильно сжав челюсть. — Тебе принести таблетки? - девушка заметно переживала за него, успокаивающе положив руку ему на плечо, - Они у тебя в спальне? Я сейчас принесу... — Нет! Не надо, все нормально, мне уже лучше, правда. Спасибо, - протараторил вокалист, мимолетно улыбнувшись гитаристке и медленно развернулся, направившись в сторону входной двери, - Пойду подышу, - предугадав последующий вопрос Нудл, ответил мужчина и вышел на улицу.       Девушка какое-то время просто стояла, смотря на захлопнувшуюся дверь, обеспокоенно перебирая пальцами. После, с немного поникнувшей головой, она прошла к мусорке, захватив сковородку, и выбросила туда все содержимое. — Что это с ним? - спустя продолжительное время спросил Мердок, всем видом скрывая свою обеспокоенность. — Мигрени, - девушка закинула сковороду в раковину и завязала мусорный мешок, вытаскивая его из ведра, - Да и еще много чего, на самом деле, - она подошла к мужчине, пихнув тому в грудь вонючий пакет, - Иди вынеси и заодно подойди к нему. А еще лучше затащи его обратно в дом, он в одной ночнушке на улицу выперся, еще простыть ему не хватало, - с этими словами гитаристка пошла назад к раковине, "предвкушая" отдраивание подгоревшей сковородки. — Че за… Не пойду я, - возмутился Никкалс, но никакой реакции на его недовольство от Нудл не последовало, и он, ворча себе под нос, нехотя поплелся к выходу.       Выйдя на улицу, Мердок тут же увидел сидящего на крыльце дома Стюарта, поджавшего ноги к груди, который задумчиво раскуривал сигарету, пачка из-под которой завалялась на складном столике рядом с доверху наполненной пепельницей. Басист некоторое время простоял в ступоре, не зная, что делать, с чего начать. Потом отмер, решив начать с мусора. Не обращая внимание на Туди, он прошел мимо него в сторону мусорного бака в конце участка и швырнул туда пакет, надув при этом щеки, задерживая дыхание. За этим всем наблюдал вокалист, который сразу же отвел взгляд, когда Медс, немного помявшись на месте, пошел обратно к дому.       Никкалс присел на второй стул, который стоял относительно рядом с Туди и достал из кармана пачку сигарет. Закурив одну, он откинулся назад на спинку стула, пытаясь расслабиться перед предстоящим разговором. А что, собственно, говорить? Он понятия не имел. — Не боишься откинуться, раскуривая сигареты на голодный желудок? - «Молодец, отличное начало разговора, дебил» - Это я еще молчу про легкие. Кто петь вместо тебя будет, когда ты их до состояния углей скуришь?, - в ответ было лишь молчание, - Я нового утырка искать не буду, ты у нас такой один. — Отвянь, Мердок, - не смотря на басиста, пробурчал мужчина. — Ты тон-то выбирай, а то так и затрещину получить можешь, - встрепенулся сатанист, повернувшись головой к Туди. — Да мне глубоко насрать, просто отъебись, ладно? - так же безразлично процедил Стюарт. — Ну все, сам напросился! - басист вскочил, хватая Туди за грудки и поволок его в сторону двери, - Совсем страх потерял. — Какого хрена!? - фронтмен пытался вырваться, но хватка согруппника была слишком сильной, - Отпусти!! — Да че ты такой буйный? - они кое-как ввалились внутрь дома, - Наркота на башку надавила? — Чего?... - Туди на секунду прекратил попытки высвободиться и вытаращился на басиста. — Что. Здесь. Творится, мать вашу?? - выбежала на шум Нудл, ошеломленно уставившись на этих двоих. — Дерзить мне удумал, - пояснил Мердок, отпуская вокалиста из своей хватки, от чего тот, не ожидая, чуть не упал. — Какого черта, Медс?! - гитаристка подхватила Стю, быстро осматривая его на предмет ушибов. Не найдя никаких ссадин, она немного выдохнула про себя, но все равно метнула на басиста яростный взгляд. — Да не бил я его, господи! Ты сама просила его домой затащить и вот, пожалуйста, задание выполнено, - язвительно ответил ей Никкалс, с отвращением наблюдая за тем, как девушка обеспокоенно вьется вокруг Туди. — Я пойду к себе, - вырвался из-под "опеки" Нудл вокалист, быстрым шагом направившись к лестнице наверх. Ему надоел этот цирк. — Стю, стой! - фронтмен никак не отреагировал на просьбу девушки, продолжив подниматься по лестнице. — Нормально с ним все, - заверил ее сатанист. — В том и дело, что нет, Мердок. И ты все только портишь.       Повисло давящее молчание. Мужчина непонимающе смотрел в глаза своей дочери. — Я думала, ты изменился.       После этих слов девушка развернулась и ушла, оставив Мердока в коридоре одного, в абсолютной тишине.

***

      После того случая успело пройти несколько дней, а Туди как ушел тогда в свою комнату, так оттуда и не выходил. Нудл с Рассом уже успели привыкнуть к его отсутствию, ведь для них это не впервой, а вот для Никкалса такое поведение Стюарта было в новинку. Но, тем не менее, он не пытался ему помочь. Каждый раз, по пути к своей комнате, мужчина проходил мимо обители вокалиста, хотя руки так и тянулись нажать на ручку двери. Но он не делал этого. Он выполнил просьбу фронтмена "отъебаться", что на него вообще не похоже. Басист всю жизнь чхал на чьи-либо просьбы, но эту мимо ушей не пропустил. Отчасти оттого, что он сам решил не лезть к Туди, ведь из этого никогда ничего хорошего не получалось. Да, слова гитаристки о том, что он "все только портит" глубоко засели в его голове. . Значит, его самокопание по этому поводу было ненапрасным, и от него и вправду одни неприятности. Нудл же врать не будет, верно? В общем, Мердок дал себе слово больше никак не контачить со Стюартом и, хоть и с трудом, он этой цели придерживался. Иногда басисту так и хотелось ворваться в его комнату и, прикрываясь язвительными оскорблениями, вытащить его в свет. Но не стоит.

***

      Наступил вроде бы очередной скучный, ничем не отличающийся от предыдущих день. Мердок уже начал думать, что в тюрьме было намного интереснее, чем здесь. Из-за отсутствия Туди, группа не могла банально отрепетировать вместе, потому что, как бы Никкалс не хотел этого признавать, синеволосый был неотъемлемой и самой главной частью их коллектива. В общем, без него Gorillaz – не Gorillaz. Поэтому участникам только и приходилось, что искать себе различные занятия, чтобы не помереть со скуки. Например сегодня, по инициативе Нудл, они проведут марафон фильмов-боевиков. Не самое интересное, что можно было придумать, но других идей больше ни у кого не было, поэтому Рассу с Мердоком ничего не оставалось, кроме как согласиться на предложение девушки.       И вот они втроем сидели на диване в гостинной (и кухне по совместительству), зомбированным взглядом уставившись на экран телевизора, синхронно пожевывая начос из огромной миски. Как вдруг, они услышали хлопок двери где-то наверху, а затем и поспешные шаги по лестнице. Никто уже не следил за происходящим в фильме – все настороженно уставились в дверной проем, выходящий в коридор, и только Расс продолжал хрустеть закуской, как ни в чем не бывало. Неожиданно из-за угла выскочил Стюарт, который был сам на себя не похож: на нем была все та же помятая одежда, что и несколько дней назад; волосы на голове будто взорвались и были больше похожи на гнездо, состоящее из запутанных сальных локон; лицо до ужаса замученное, а синяки под глазами были до невозможности темными и большими и, казалось, занимали пол лица. Это синеволосое нечто рвануло к кухонным шкафчикам, начав лихорадочно распахивать дверцы, роясь в содержимом. Мердок не успел толком прийти в сознание, как мимо него уже на всех парах неслась гитаристка. Она подбежала к Стюарту и встала перед ним, схватив того за плечи, перегородив собой шкафчики. — Ты что творишь?? Стю, успокойся! - несмотря на препятствие в виде Нудл, вокалист продолжал попытки пробраться к желанному, пихая девушку, - Да успокойся же ты! Посмотри на меня. Стюарт, посмотри мне в гла... - гитаристка резко замолчала, пораженно пялясь на наконец посмотревшего на нее мужчину.       Улучив удобный момент, Туди пихнул девушку в сторону, но не рассчитал силу, толкнув слишком сильно. В следующую секунду Нудл уже валялась на полу, но фронтмена это не особо волновало – он наконец у цели, его сумасшедший взгляд зацепился за флакон с таблетками в глубине одного из шкафчиков. Но только он протянул к нему руку, как в тот же миг получил размашистый удар по носу от подоспевшего барабанщика. Стю потерял равновесие и шлепнулся на пол, неподалеку от уже поднимавшейся Нудл. В ушах у того зазвенело, а на паркете начали появляться капли крови из онемевшего от боли носа. — КАКОГО, БЛЯТЬ, ДЬЯВОЛА ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ?! - отмер Мердок и, вскочив с дивана, начал орать на всех разом, пытаясь достучаться до согруппников и остановить этот пиздец, - Ну-ка все успокоились нахуй!!       И, на его удивление, все тут же замерли, уставившись на него помутневшими от гнева глазами. Никкалс, все еще ахуевая, пробежался взглядом по согруппникам, запнувшись на физиономии Стюарта. — Ебать. Его глаза были черными. Чернее некуда.       Не успел Мердок толком закончить свою мысль, как перед ним неожиданно возникла Нудл, которая поспешно протягивала руку валяющемуся вокалисту. — Его глаза, - тихо, скорее самому себе, проговорил басист, не переставая глазеть на Туди. — Иди умойся. Сейчас же, - приказала Нудл вокалисту, подняв того с пола и стряхнула невидимую пыль с его плеч. Но, несмотря на его поступок, в ее голосе читалась нотка заботы и тревоги за мужчину.       Стю несколько секунд смотрел на гитаристку туманным взглядом, после чего молча развернулся и виновато поковылял в туалет.       Пока тот разворачивался, басист краем глаза заметил пестрые синяки на его шее, которые Туди старательно скрывал за воротником своей поло. Медс не сводил с них изучающего взора, пока вокалист не скрылся за дверью туалета. «Засосы?» - но это было невозможно. Синеволосый несколько дней не выходил из комнаты, откуда они могли появиться?       Мердок повернул голову, все с тем же вопросом в глазах, но его тут же передернуло, когда перед собой он увидел гитаристку, которая с подозрением косилась на него. Никкалс показушно фыркнул и направился обратно в сторону дивана, устало на него плюхнувшись. Однако, не успел он протянуть руку к пульту, как тут же ощутил, как подушка дивана рядом с ним прогнулась. Закатив глаза, мужчина повернулся к нежданному гостю и увидел сидящую в позе лотоса Нудл, которая выжидающе на него смотрела. — Что-то надо? - Мердок начал пялиться на нее в ответ. — Из тебя бы вышел отвратительный актер, ты знаешь это? — Не понял? — Я же вижу, как ты беспокоишься за него.       Басиста переполняло смущение и ярость одновременно. Он с силой сжал кулаки и, нахмурившись, отвернулся к телевизору, взяв в руки пульт и убрал с паузы фильм, который они смотрели. — Может, тебе сходить к окулисту? Потому что мне совершенно насрать на него, - мужчина всем видом показывал свое отвращение к этой теме, и насупился, смотря в экран телевизора.       Девушка проигнорировала язвительные слова сатаниста и продолжила: — И тебе даже не интересно, что у него с глазами? - не дожидаясь ответа, она продолжила, - Пока тебя не было, они ни разу не темнели. Ничего не хочешь сказать? — А что я, блять, должен сказать?! - на его неожиданный крик среагировал Рассел, который тем временем убирал погром после прихода Туди. Бросив уборку, он двинулся в сторону согруппников, готовясь приводить в чувства уже, на этот раз, Мердока, - Что со мной ему плохо? Что я все только порчу?? - напомнил гитаристке ее же слова мужчина, краем глаза уловив движущуюся прямо на него огромную фигуру барабанщика, - Ну давай, врежь мне, я же заслужил! - вспылил Медс, вскочив с дивана навстречу Хоббсу. — Так! Довольно! - сию же секунду между ними встряла Нудл, перекрыв им проход друг к другу, - Расс, все в порядке, - она раздраженно глянула на барабанщика.       Хоббс проворчал что-то себе под нос и сел на диван, нарочно задев при этом Мердока плечом, не спуская с него глаз. — Зря я так сказала тогда, само вырвалось. Не думала, что тебя это может так задеть... - сделала попытку извиниться за упомянутые Мердоком слова девушка, смотря ему прямо в глаза, из-за чего тому максимально стало неловко, и он поспешно сменил тему: — Откуда у него засосы на шее? «Мда, не самая удачная смена разговора» - мысленно ударил себя по лбу мужчина, но деваться было уже некуда.       Нудл с Рассом напряженно переглянулись. По их встревоженным лицам было понятно, что они о чем-то молча совещаются, периодически мотая головой и вскидывая брови. — Не хотите поделиться? - не выдержал их "подмигиваний" друг другу Мердок, выжидающе смотря на обоих. Нудл вздохнула: — Это не... Он сам это себе сделал. — Что, сам себя в шею засосал?... — Он себя душил, Медс.       Мужчина непонимающе глазел на гитаристку, ожидая, что она вот-вот скажет: "Ха, шутка! Классно это я тебя развела?", но этого не происходило. Вместо этого девушка продолжала взволнованно смотреть на басиста в ожидании его реакции.       Но их неловкое молчание прервал вошедший на кухню вокалист, который уже смыл кровь на лице и, морщась, потирал ушибленный и, возможно, сломанный нос. — Хорошо, что ты пришел обратно, сейчас тебе Медс ватку в нос засандалит, - сказала гитаристка и поспешно зашагала из помещения, чтобы Никкалс не успел воспрепятствовать ее словам, - Расс, пойдем, ты мне поможешь. Мне надо... Эээ... В общем... Мне надо, - не найдя чего бы такого придумать быстро ляпнула Нудл и потопала дальше.       Рассел послушно встал и отправился вслед за ней, по пути наградив Никкалса угрожающим взглядом. — Чего? - Туди шокированно развернулся в сторону уходящих согруппников, не понимая, это девушка пошутила так, или ОН и вправду его сейчас подлатывать будет? Она что, не понимает, что оставила его здесь на верную смерть?...       Стюарт медленно повернул голову в сторону басиста. Его глаза были полны страха, который не мог не заметить его же виновник. Вокалист бы уже давно удрал обратно к себе в "нору", но ноги его не слушались, и он продолжал стоять как вкопанный, ожидая своей неминуемой участи. «Блять, хрен с тобой» - тяжело вздохнул сатанист и поднялся с дивана. Быстрее начнет – быстрее закончит. — Садись, - он выдвинул стул, проходя мимо обеденного стола, "приглашая" вокалиста присесть, а сам поплелся за аптечкой над раковиной.       Фронтмен несколько секунд мялся на месте, но все же сел на стул, нервно похрустывая пальцами. Он внимательно наблюдал за действиями мужчины, который уже успел отрыть аптечку и достать оттуда пакет с ватой, устрашающе надвигаясь на Стюарта. — Голову подними, - Медс скатал конус из кусочка ваты и приготовился засовывать его в ноздрю своего вокалиста. — М-может, я все-таки сам? - отшатнулся от его руки Стю. — Заткнись и подними голову, - Мердоку пришлось удержать его за подбородок, чтобы не вертелся, аккуратно за него приподнимая. Сосредоточенно нахмурившись, будто проделывая ювелирную работу, он засунул первый кусочек в нос вокалиста, - И часто ты от него огребаешь? — Не твое дело. Ай! - за такой дерзкий ответ он тут же отхватил от Мердока сильное нажатие на нос, пока тот запихивал ватку поглубже. — А вот хамить не надо, - с таким же серьезным лицом отреагировал басист, начиная "мастерить" другой конусик, - Ну так? Вокалист одарил мужчину обиженным взглядом, с которым он выглядел уж совсем как ребенок, что не могло не позабавить (и умилить) Никкалса. — Бывает иногда. Но всегда за дело, - все-таки ответил Туди, стараясь не встречаться взглядом с басистом. Кстати, тот ни разу на него не посмотрел, что не могло не озадачить нашего вокалиста. — Сегодня тоже за дело? - Медс изо всех сил пытался не смотреть на гематомы синеволосого, стараясь сосредоточиться на его ноздрях, как бы это странно не звучало. Он тупо боялся снова в них взглянуть. В эти ужасно черные, кричащие о помощи глаза. — Эээ, я... — Ты подсел? - не дожидаясь ответа, перебил его басист и забывшись, посмотрел тому в глаза. Ну все. Он в ловушке. Они оба в ловушке.       Никкалс не мог отвести от них взгляд, растерянно таращась в их глубину. А Стю, в свою очередь, так же ошеломленно уставился в разноцветные глаза сатаниста, боясь дышать. У обоих внизу живота что-то упало и приятно закололо. Их лица были опасно близко друг к другу, но, что странно, они не торопились отстраняться.       Хоть Мердок и проявил слабость, в сознании он все-таки остался. Он решил не упускать возможность воспользоваться уязвимостью Туди и продолжил допрос: — На таблетки. Ты на них подсел? — А?... - вокалист полностью утонул в глазах согруппника, на несколько секунд выпав из реальности, - А... - очнулся он, встряхнув головой и отведя взгляд, - А что, это так заметно?... — Нет конечно, - мужчина вспомнил про ватку в руке и, тоже отведя взгляд, принялся дальше лечить своего "пациента", просовывая конусик в другую ноздрю, из которой уже успела накапать свежая кровь, - Я даже не заметил, как ты разнес пол кухни и чуть не размазал Нудл по полу. — Я... Я не хо... — Да знаю я, что ты не хотел. Но дров наломать все же сумел, - он быстренько закончил с ваткой, плотно затолкав ее в нос вокалисту и, вздохнув, вернул взгляд на бездонные глаза-дыры, - Давай так: ты больше не будешь принимать эти чертовы пилюли, никакие из них. И без них продержишься, я думаю. Ах да, еще в своей берлоге днями и ночами торчать перестанешь, а то нам, как бы, репетировать надо, к концертам готовиться и прочее дерьмо. А я... блять... Я куплю тебе все, что захочешь, когда мы сейчас поедем в магаз, идет? «Ты что, блять, делаешь? Тебе нельзя с ним контачить, это добром не кончится...» - мысленно отругал себя Никкалс, уже жалея о сделанном предложении.       Мрачное лицо Стюарта медленно расплылось в искренней улыбке, и он радостно закивал Мердоку. Басист понимал, что слова про таблетки и затворничество скорее всего пролетели мимо его ушей, но... Ну не мог он злиться на это сияющее от счастья чудо, как бы и сильно не хотелось. Он с надеждой смотрел на его гематомы, рассчитывая увидеть в них проблеск света, но этого не происходило. Они оставались такими же темными, как ночь. Может, ему нужно время?