Как понравиться детективу?

Кэс проснулась с первыми лучами солнца, что так настойчиво пробивались в комнату через небольшое чердачное окошко под самой крышей. Арико мирно посапывала где-то под своей подушкой. Кэсси забавляла эта привычка подруги. В середине ночи девушка постоянно вошкалась, и засыпала только либо сбросив подушку на пол, либо засунув под нее голову. Сладко потянувшись и зевнув, Кассандра тихонько спустила ноги с постели и босиком прошлепала на первый этаж. Воды на ночь она себе вчера не набрала, а пить после сна хотелось очень сильно. В кафе кто-то уже шуршал. Кэс выглянула в зал и заметила Акидзу, который хлопотал на кухне, и Морин у барной стойки. Женщина протирала тряпочкой какой-то прямоугольный предмет. — Доброе утро, — осторожно, чтобы не напугать старших, поздоровалась Кэс. — Доброе утро, дорогая, — Морин все же испугалась. Вздрогнув, она обеспокоенно повернулась к двери с лестницы, а в следующее мгновение тепло улыбалась вошедшей девушке. — Доброе, — ухнул Акидзу, достав из ящика огромадную рыбину и с усилием плюхнув ее на стол для разделки. — Ты чего так рано? — Госпожа Янь отложила тряпочку и, вытерев руки о передник, зашла за барную стойку. Будто бы читая мысли Кэс, женщина вытащила через окно между залом и кухней кувшин воды, взяла с полки стакан и щедро налила девушке попить. — Как раз потому, что хотела налить себе воды, — улыбнулась Кэс, кивнув принимая стакан. Жадно осушив его до самого дна, она опустилась на барный стул и посмотрела на старших Яней. Ничего необычного в их поведении не было. На нее не смотрели косо, никто не дергался, ее не избегали. Такое же утро, как и все до этого. — Нужна помощь? Я уже все равно не усну, да и смысла нет. — Нужно будет вынести мусор… щас… я только бошку ей доломаю, — прокряхтел Акидзу. Кэс заглянула на кухню как раз в тот момент, когда мужчина, покраснев от натуги, всем весом прилег на мясницкий нож, силясь уже не отрезать, а отломить голову несчастной рыбины. С глухим треском переломились шейные позвонки, и голова плавно откатилась по столу, чуть было с него не упав. — Шкуру спущу и готово, — Акидзу подмигнул Кэс и достал металлическую сеточку, которой он счищал чешую. — Подойди пока сюда, — подозвала сзади Морин. Девушка обернулась. Женщина стояла снова на том же месте, где была в момент появления в зале кафе Кэс. Тряпочка уже была подтолкнута под пояс передника. На барной стойке перед госпожой Янь стояла какая-то деревянная коробочка. — Года три-четыре назад на одной из редких тут ярмарок я зачем-то купила шкатулку. Думала, буду складывать туда украшения или фотографии. Не учла только, что ни то ни другое я не ношу и не собираю. Вот и стояла без дела в шкафу она, — Кэсси с интересом смотрела шкатулку, пока Морин о ней рассказывала. Да, сделана она была из дерева, но на ее крышке были вырезаны очень красивые узоры. При внимательном рассмотрении оказалось, что крышку украшала виноградная лоза. Грозди, хоть и были плосковаты, казались невероятно живыми. А на стенках шкатулки парили птички. — Тукан! — Воскликнула Кэс, показывая на одну из птиц. Морин проследила за взглядом Кэсси и увидела какую-то нелепую птицу с небольшой головёшкой и здоровенным клювом. — Такие живут в Сумеру, — пояснила она, продолжая вглядываться в затейливые узоры. — Не знаю уж кто ее автор и откуда ее привезли, но я подумала отдать ее тебе. Негоже хранить божественные предметы просто под подушкой, — недвусмысленно кивнула женщина. — Оу, — замялась Кэс. — Спасибо большое, — немного растерявшись сказала девушка, сразу же обняв Морин. Женщина потрепала Кэсси по плечу, прижимая к себе. — Вот ключ, — она протянула девушке нитку с маленьким ключиком. Оказалось, что спереди на шкатулке особенно выделялся виноградный лист, и в переплетении его прожилок скрывалась замочная скважина. — Запрешь, спрячешь в прикроватном столике, и причин для беспокойств станет на одну меньше, — добродушно улыбнулась Морин, по-матерински тепло глядя в глаза Кэс. Девушка чуть было не пустила слезу. Ей слишком сильно повезло, после нескольких лет бессмысленных скитаний, оказаться у этих людей. — Я закончил, — громыхнул из кухни Акидзу, от чего женская половина семьи подскочила на месте. Даже Арико в своей кровати перевернулась на другой бок. — Сейчас, я только обуюсь, — засуетилась Кэс. — Спасибо огромное, шкатулка чудесная, — еще раз в сердцах девушка поблагодарила госпожу Янь. Получив еще одну улыбку, она подхватила подарок и ринулась на чердак. Словно мышь, Кэс прокралась к своей кровати и поставила на нее шкатулку. Повертев в руках ключ, девушка решила повесить его на шею. Веревочка позволяла продеть сквозь нее голову. Потом можно будет подобрать более надежный жгутик. Вытащив из-под кровати балетки и сжав их в руках, Кэс на цыпочках вышла из комнаты. Уже на ходу она нацепила балетки на ноги и вихрем ворвалась в зал кафе. Морин заваривала чай. Метнувшись к Акидзу, Кэсси подхватила ведро с мусором и вышла из кафе через черный выход на кухне. На улице свежо пахло утром. Вокруг кафе росли парочка юмэмиру, которые и зимой и летом благоухали каким-то сочным ароматом… жизни. Вдохнув полные легкие, Кэс почувствовала запах, который уж точно нельзя было назвать ароматом жизни. В ведре счастливо благоухала рыбья голова. Опомнившись, девушка поспешила к большому квадратному металлическому баку на дальнем углу территории кафе. Этот бак два раза в неделю очищался рабочими городской службы, за что им было огромное спасибо и неплохая зарплата. Иначе запахи бытовых отходов здесь явно не дали бы насладиться ароматом юмэмиру. Опрокинув ведро в бак, Кэс вытряхнула весь мусор и подошла к круглому баку, в котором находилась рабочая вода. Там можно было сполоснуть ведро, садовые инструменты и прочее. Этой водой затем поливался участок с газоном. Окунув туда ведро, Кэс напряглась. За спиной раздались шаги. — Кассандра? — Этот голос не спутать ни с чьим иным. Крепко сжав пальцами ручку ведра, Кэс повернулась. На нее, немного волнительно, смотрел Сиканоин Хэйдзо собственной персоной. — Кафе еще закрыто. Откроемся через полчаса, — выдавила девушка, возвращаясь к своим делам. Еще раз побултыхав ведром в баке, она отряхнула воду на землю рядом с ним и развернулась, чтобы уйти назад в помещение. — Я хотел сказать спасибо, — выпалил детектив своим обычным серьезным тоном. Бросив мимолетный взгляд на его лицо, Кэс заметила темные круги под глазами. Больше смотреть на него она себе запретила. — И ради этого ты выловил меня около мусорки на территории кафе в нерабочее время? — Съязвила она, изо всех сил пытаясь сохранить тон голоса ровным. — Не только, — уклончиво ответил парень, не отходя в сторону, когда Кэс попыталась пройти мимо. — Ну ладно, — девушка пожала плечами. После вчерашнего разговора с семьей какого-то безрассудства в голове Кэс поубавилось. Все еще трепыхалась идея того, чтобы остановиться, расспросить его обо всем, чего бы он ни хотел, посмотреть в его прекрасные глаза, послушать его голос. И лишь с усилием Кэсси смогла не отвечать взглядом на его взгляд, а просто обойти его и пошагать к кафе. — И даже не спросишь, что еще? — У парня снова включился режим ехидного лиса, только сейчас у Кэс это вызвало раздражение. Сволочь, едва только нужно хоть немного подышать воздухом, где нет никакого Хэйдзо, хоть немного прояснить все в голове, рабочий день, мать хиличурла, хотя бы начать!!! А он же, камнегрыз, даже сказать ничего нормально не может, чтобы не состроить из себя всемирного плута и охмурителя. — Нет, — отрезала девушка, ускоряясь. До двери оставались считанные шаги, когда теплая мозолистая рука парня обхватила ее предплечье. — Что? — Прошипела Кэс, резко поворачиваясь и выдергивая руку. Видимо, раздражение слишком явно отразилось на ее лице, если вечно хладнокровный детектив от нее отшатнулся. — Мы можем поговорить? — Я занята, нужно готовиться к открытию кафе. — Вечером, после закрытия, может прогуляемся? — Хэйдзо продолжал допытываться, а Кэс вдруг стало смешно. Они словно поменялись местами. — Может да, а может и нет. Кто знает куда заведет меня этот день и чем он может окончиться. Может, у меня не будет дел, а может, я буду занята. Кто знает… И, не дав детективу опомниться, девушка скрылась за дверью кафе. Ответив парню его же фразой, у Кэс будто выросли крылья. Если ей и вправду промыли мозги, то у нее точно есть силы этому сопротивляться. Что там можно было найти привлекательного? Плут, да и только. Пустозвон. Ходит весь такой важный, а на деле без девчонки даже бумаг никаких не найдет. Да что там, даже девчонку не найдет! Ходит и ходит, вокруг да около, ошивается, трындит и ничего не делает. — Ты чего ворчишь? — В вереницу мыслей Кэс ворвался сонный голос Арико. Оказалось, что в порыве праведного гнева Кэсси поставила на место ведро и уже поднялась на чердак, видимо, чтобы переодеться в рабочее и идти на смену. — Я? — Удивилась она, разом растеряв все мысли. — Ну не я же, — проворчала Арико, выползая из-под одеяла. — Как бабка старая, ворчала на кого-то, ругалась. Разбудила, — последнее, видимо, было главной причиной претензий девушки с утра. — Прости, я не заметила, — Кэс стало неловко. Неужели она думала вслух? — Меня сейчас Сиканоин выловил на улице. — Чего?! — Мигом проснулась Арико, позабыв о недовольстве. — Который час? — Половина седьмого, — буркнула Кэс, сбрасывая с ног балетки и запрыгивая на кровать. Она увидела там шкатулку, о которой позабыла, и захотела еще раз ее потрогать. Убирать туда Глаз она пока не собиралась. Арико бросила быстрый взгляд на шкатулку, которая, судя по всему, была ей не особо то интересна, и чуть было не накинулась на подругу. — Что он сказал? Какого хиличурла он вообще тут делал в это время! А где ты его увидела? — Янь была неумолима. — Боже, ты только проснулась, уймись, — хмыкнула Кэс, крутя в руках шкатулку. — В душе не чаю что ему было нужно. Сказал спасибо, попросил о встрече. — Вы местами поменялись? Я не знаю что и думать, почему ты так спокойна? Ты согласилась? Ты в порядке? Вопросы сыпались со скоростью стрел, но Кассандра как-то слишком легко их игнорировала. Пальцы осторожно гладили невероятно гладкую поверхность шкатулки, следя за каждым возвышением и впадиной резьбы. Казалось, что под кожей самая натуральная гроздь винограда, вокруг пышный сад, а в нем щебечут птицы. И пахло… пахло домом. — Кэс!!! — Арико щелкала пальцами перед самым носом подруги. — Что это вообще? — Наконец она удостоила вниманием шкатулку. — Мне ее подарила Морин, — протянула Кэсси, вырываясь из внезапного забытья. — И ты так обрадовалась, что решила вознестись разумом в Селестию? Что с тобой происходит? Ты, может, не выспалась? — Девушка опустилась на корточки, положила руки на колени Кэс и заглянула ей в глаза. На секунду Арико показалось, что за радужкой глаз подруги скрылось нечто важное, как бы метафорично это не звучало. Быстро поморгав, Кэс словно пришла в себя. — Может и не выспалась, — она пожала плечами. — Я пошла мусор выкинуть. Сама не знаю что он мог забыть у мусорного бака в семь утра, но… сказал спасибо. Спросил можем ли мы прогуляться после работы, мол хочет… то ли сказать что-то еще, то ли спросить чего… не знаю. Я ушла в кафе, особо ничего ему не сказав. — Тебя подменили что-ли, — нервно хохотнула Арико, прикладывая руку ко лбу Кэс. — Жара нет. — После вчерашнего разговора у меня в голове тишина, — начала девушка низким голосом. Ее глаза изучали крышку подаренной шкатулки, которую Кэс так и не выпустила из рук. — Сейчас мне кажется, что… каждую ночь мне снилось что-то из прошлого. Свет, голос… а сегодня пустота, — она подняла глаза на подругу и по коже Арико прошлись мурашки. — Может, меня мучила совесть все это время? От того, что… я жила с вами и своим… своей ложью я. подвергала вас опасности? А сейчас груза больше нет и… и нет тяжести. — Все возможно, — задумчиво протянула девушка. — Не хочешь сегодня еще денек отлежаться? — Ц, я же не головой ударилась, а просто рассказала откуда меня занесло в Инадзуму, — отмахнулась Кэс. — Все со мной в порядке. Просто мозги на место встали, — серьезным тоном не терпящим возражений сказала она и мягко отпихнула Арико, чтобы встать. Девушка поднялась и сделала шаг в сторону. Кэс прошла к своей тумбочке и спрятала там так и не открытую шкатулку. — Дай Бог, — буркнула младшая Янь и девушки стали молча переодеваться. Ровно в восемь утра они уже были в зале кафе. Морин как раз открывала дверь, когда с лестницы донеслись их шаги. Свои обязанности они знали вдоль и поперек. Арико шмыгнула на кухню, а Кэс еще раз протерла столы и аккуратно задвинула все стулья. Посетители обычно приходили часам к девяти. Затем в двенадцать был обеденный наплыв, после лишь редкие завсегдатаи, а после шести снова обвал. Пока что можно было не напрягаться. Но в восемь часов пятнадцать минут колокольчик на двери неожиданно зазвенел. — Доброе утро… — Кэс уже развернулась к двери, с улыбкой приветствуя раннего клиента, как тут же захотелось закатить глаза и уйти куда-нибудь подальше. — Утро доброе, — ответил Хэйдзо, внимательно смотря в глаза девушке. — Присаживайся куда угодно, вот это да, в кафе пусто и все места в твоем распоряжении, — понесло Кэсси, и в голосе было слышно нарастающее раздражение. — Что принести? — Обязанности выше личных взаимоотношений, а потому девушка вытащила из кармана передника блокнот и карандаш и с натянутой улыбкой, которая была больше похожа на гримасу истерики, задала привычный вопрос. Впрочем, ответ она уже заранее знала. Грех не выучить за два года. — Мне, пожалуйста, чай и кацу-сандо, — парень уселся за барную стойку и попытался привычно улыбнуться Кэс. Вышло, мягко говоря, так себе. Его сцепленные руки выдавали волнение, а взгляд был более изучающим, нежели обычно. Казалось, что он был готов отхватить блокнотом в любой момент. — Скоро будет готово, — кивнула Кэсси, титаническим усилием заставив себя выдавить эту фразу и не сказать ничего лишнего. Из кухни уже выглядывала Арико. Морин с Акидзу занимались готовкой, но и они бросили на девушку обеспокоенные взгляды. — Какого хиличурла он забыл здесь в такую рань?! — Быстро зашептала она, ворвавшись на кухню и размахивая блокнотом. — Комиссия Тэнрё совсем своих работников запустила, — тихонько хмыкнул Акидзу. — Не удивлюсь, если он снова тут весь день штаны протирать будет. — Вот именно, — поддакнула Морин. — Ему работать то не надо? С отменой указа Сакоку на улицах преступников меньше не стало. — Ему чай и кацу-сандо, — утомленно сказала Кэс, — я буду в зале, скоро должна прийти госпожа Микуно. — Давай я сегодня поработаю в зале, — вызвалась Арико, на что получила недвусмысленный кивок головой. — Все нормально, сестра, — уже искренне улыбнулась девушка и покинула кухню. Как и предсказывал Акидзу, Сиканоин просидел в кафе вплоть до закрытия. Он дважды воспользовался уборной, один раз к нему подошел посыльный, один раз он вышел из кафе, когда к нему подошла та раздражающая женщина с повадками эскортницы, которая вечно крутилась вокруг Хэйдзо, якобы работая на него в качестве благодарности. На все это Кэс старалась не реагировать. В голове мешались воспоминания о голосе, о годах поисков, о годах томительного обожания и попыток хоть как-то выйти на новый уровень взаимоотношений с детективом. Только теперь к этому всему добавились мысли о фальши, о жесткости возможного самообмана и поведения Хэйдзо, и о его свинском отношении ко всему, что делала Кэс на протяжении двух лет. Казалось бы, все ведь лежало перед носом, как открытая книга с крупным шрифтом. Неужели розовые очки упали всего лишь за день? Всего лишь из-за одной раскрытой тайны? Звучало даже абсурднее, чем детский голос в голове. Но другого объяснения Кэс не видела. Изредка поглядывая на парня, она ощущала то самое трепыхание в груди, ловила мысли о красоте детектива, но каждый раз это все врезалось в стену какого-то случайного действия юноши, которое вызывало отвращение. Взгляд, выискивающий в толпе клиентов снующую туда-сюда Кэс. Мерзость. Изящные пальцы, переворачивающие страницы записной книжки с преувеличенной осторожностью. Гадость. Персиковые губы, прикладывающиеся к белоснежной кружке чая, после глотка которого на них блестела влага. Отвратительно. Когда солнце клонилось к горизонту и последние посетители стали расходиться, Хэйдзо уже неотрывно следил за каждым движением Кэсси, чем с каждой секундой бесил ее все сильнее. Под его пристальным взглядом она выронила тряпку, которой протирала столик, чуть не порвала блокнот, пока запихивала его в кармашек, чрезвычайно громко скрипнула стулом по половицам, когда задвигала его под стол. А он все сидел и смотрел. Если бы на его лице промелькнула хоть тень усмешки, то она тут же была бы стерта стулом, летящим ему прямо в лоб. Яни тоже весь день проходили как на иголках. Арико так и порывалась заменить Кэс. Акидзу предложил выпроводить Хэйдзо по-тихому. Или по-громкому, если уж потребуется. Морин подумывала о том, чтобы и вовсе прогуляться в Комиссию Тэнрё с парочкой вопросов. — Да чтоб неповадно было, — пожала она плечами на немой вопрос мужа. — На самом деле, — начала полушепотом Кэс и все семейство повернулось на нее, — сейчас я думаю, что мне и впрямь стоит с ним поговорить. — Яни дружно переглянулись. — Я расскажу ему откуда я, опустив факт наличия у меня Глаза Бога. И попрошу его попробовать узнать что-то о моих родителях. Ведь… с этой же целью, наверное, мне так агрессивно его навязывали. Да и он, скорее всего, отцепится, когда узнает нужную ему информацию. И делом займется…. — Наверное да, так будет лучше, — нерешительно протянула Арико, на что получила такие же вялые кивки от старших. — Если что, бей под дых и гони домой, — слишком серьезно проговорил отец, сжимая в руках картошку. — Акидзу! — Воскликнула Морин и боязливо оглянулась на дверь из кухни и окно. Тишина. Мужчина пожал плечами, и Кэс выскользнула из помещения. Хэйдзо тут же вскинул голову. — Все в порядке? — Спросил он, расправив плечи. — В полном, — кивнула Кэс. — Через несколько минут кафе закрывается. Мы можем поговорить здесь или нужно куда-то идти? — Сразу в лоб задала вопрос девушка, на ходу снимая передник. — Я думал, что мы с тобой прогуляемся, — Сиканоин натянул свою излюбленную ухмылку, которую девушка успешно проигнорировала. Парень слегка нахмурился. — Хорошо. Дай мне минуту, — не дожидаясь ответа, Кэсси стремительно зашагала к двери из зала кафе, к лестнице, чтобы подняться на чердак и переодеться. Сегодня она была в зале в простых льняных штанах и белой рубашке. Особо наряжаться девушка не планировала, но поменять рабочую одежду стоило. Долго выбирать не пришлось. Кэс натянула штаны, в которых обычно гуляла, лазая по деревьям или спускаясь к своему любимому, уже не тайному, месту. Рубашку она поменяла на похожую, мужскую, закатав рукава до локтя и оставив незастегнутыми две верхние и одну нижнюю пуговицы. Быстро зашнуровав ботинки, в которых было удобно и ходить, и бегать, и прыгать, и лазать, Кэс застыла около тумбочки. Глаз Бога на прогулку брать не стоило. Мало ли что могло произойти, а по легенде у нее и в помине быть не должно божественных «игрушек». Шкатулка с замком пришлась как нельзя кстати. Ощущения от прикосновения к ней были завораживающими, потому девушка простояла с ней в руках еще минуту, прежде чем открыть. Слишком искусная была работа. И сделана шкатулка была будто бы специально для вещицы размером с Глаз. Сюда бы поместились еще пара фотографий и какие-то украшения, но захламлять здесь место Кэс не хотела. Два щелчка, и Глаз Бога был заперт, а затем и скрыт в недрах тумбочки. На ходу переплетая косу, девушка спустилась на первый этаж. — Он все еще внизу, — Арико встретилась по дороге в зал кафе. Закатив глаза, девушка шепотом поведала подруге о действиях детектива. — Мы прогуляемся. Не долго. Я не планирую проводить с ним много времени, — Кэс приобняла сестру, чтобы хоть как-то перебить ее скептический взгляд. — Спать без тебя не лягу, — нахмурилась она. — Да ты еще и с моим приходом не ляжешь, — хохотнула Кэс, подталкивая подругу к лестнице. Старшие Яни показались из кухни в тот момент, когда в зал вышла Кассандра. Коротко кивнув им и получив от Морин улыбку, а от Акидзу пронзительный взгляд на одиноко восседавшего в кафе юношу, Кэс подошла к Хэйдзо. — Веди, — пожала она плечами. Парень как-то странно посмотрел на нее и молча поднялся с места, прихватив свой блокнот и спрятав его в небольшой поясной сумке. — Прошу, — елейно молвил он, открывая для Кэс дверь. За спиной маячил Акидзу, готовый запирать дверь. Ключ от черного хода на кухню у Кэсси был. Через силу выдавив подобие улыбки, девушка вышла на улицу. Солнце еще не до конца опустилось за горизонт, бросая на землю последние лучи солнца. В прудике неподалеку плескались птички, весело щебеча. И все так же волшебно пахли юмэмиру…. Кэс позволила себе на мгновение закрыть глаза, чтобы вдохнуть в себя этот прекрасный вечер. Прекрасный, если бы не ощутимый взгляд сбоку, что внимательно изучал девушку. — Ты вроде что-то хотел мне сказать? — Напомнила она, встречаясь с парнем глазами. Сердце бухнуло в груди, но пресловутых бабочек в животе больше не было. И мысли не стремились к зеленым лугам, что простирались на радужке глаз детектива. Как за спасительную соломинку Кэс хваталась за идею того, что сегодня она может избавиться от одержимости детективом раз и навсегда. — Пройдемся до пляжа? — Вопросом на вопрос ответил Хэйдзо. — Только если по дороге ты все расскажешь, — отрезала девушка, первой зашагав в сторону так называемого общественного пляжа. — Не туда, — остановил ее парень. — До пляжа, который находится рядом с тем местом, где ты подслушала разговор с контрабандистами и вмешалась в мои планы. Эта фраза пролетела перед глазами Кэс словно красная тряпка. Сердце забилось чаще, но лишь от раздражения. Вмешалась в планы, Архонты, посмотрите! Вмешалась в планы и помогла раскрыть дела контрабандистов, вот это помеха, да не приведи Боже! Сжав зубы, Кэс развернулась. — Ну так иди, — выдохнула она, надеясь не загрызть парня на месте. Она уже явно представляла себе, как впивается короткими ногтями в его шею, если он сейчас опустит какой-то комментарий в стиле «ты какая-то напряженная». Но он промолчал, зашагав в нужную сторону. — Спасибо я уже сказал, — начал Хэйдзо, — но, скажу еще раз. Ты помогла задержать ребят, которые незаконно перевозили товары разных государств и торговали ими с большой наценкой и… товары расходились не всегда по назначению…. — Что это значит? — Кэс почувствовала, как на смену ярости приходит любопытство, и мысленно шлепнула себя по щеке, чтобы не расслабляться. Один неверный вздох, и она снова свалится в омут слепого обожания этого брюнета-интеллектуала. — Ну, например те прекрасные ледяные цветы, которые чудом спасли нам жизнь, — Хэйдзо специально сделал акцент на том происшествии, наблюдая за Кэсси. Девушка шла с невозмутимым лицом. — Эти цветы использовались для заморозки целей бандитов. Много грабежей на дорогах произошло благодаря этим цветочкам. Или электро кристаллы, которые использовались в парализующих бомбах. В общем, в опасное производство мы не позволили пустить кучу товара. — Мы, — хмыкнула себе под нос Кассандра, но Сиканоин ее услышал. — Да, мы. Я был прав, когда не хотел допускать тебя к столь рискованной операции. Но я ошибся, когда нагрубил в ответ на твою бесценную помощь. Те документы помогли ускорить дело тысячекратно. К Кирстену так просто не подобраться. Документы фальшивые, оригиналы он уничтожает буквально на месте. Скользкий тип, — Хэйдзо слегка скривился, передернув плечами, — который благодаря тебе теперь не будет чинить беспредел. Я очень тебе благодарен. — Да пожалуйста, — слова, которые неделю назад окрылили бы Кэс, заставив снова ходить и томно вздыхать по юноше, теперь воспринялись настолько адекватно, насколько это было возможно. Ни одной лишней мысли. А те, что пытались появиться, душились сразу же. — У тебя что-то случилось, — скорее утвердительно, нежели вопросительно, проговорил Хэйдзо, по-прежнему всматриваясь в глаза Кэсси. — С чего ты взял? С того, что я тебе на шею не вешаюсь? — И с этого тоже, — ровно ответил он, чем… не вызвал почти ничего. Укол раздражения от чрезмерного бахвальства этого детективишки, разве что. — Яни сказали, что обращались к тебе, чтобы выяснить откуда я взялась, когда я только появилась на пороге Синего Яня. — Было дело, — как всегда, Хэйдзо — сама невозмутимость. — И они попросили закончить поиски спустя два месяца? — Верно. — Но ты их не послушал? — Да, — спустя секундную паузу ответил Сиканоин и наконец опустил глаза. — И все это время, когда я была тобой буквально одержима, ты оказывал редкие знаки внимания только чтобы выведать информацию, которая не давала тебе спокойно жить дальше? — Да, — в этот раз пауза стала гораздо больше. Казалось, что детектив сначала сглотнул какой-то ком в горле, а только потом преувеличенно уверенно дал ответ. — И ты выяснил что-либо? — Нет, — этот ответ парень чуть ли не выплюнул. — Ну так вот, — Кэс дернула бровями, мысленно шмякнувшись лицом в грязь. — Повторю для тебя то, что вчера рассказала своей семье. Меня зовут Кассандра Апам. Я из Сумеру. Мне восемнадцать лет. День рождения пятого февраля, — Хэйдзо слушал внимательно, но глаз так и не поднял. Удивительная вещь, сейчас он верил только на слух, даже не пытался проверить эмоциональный оттенок Кэс на наличие лжи. Непохоже на детектива. — В девять лет мои родители пропали. Тогда я стала слышать детский голос в голове. Сошла с ума или нет, не так важно. А важно то, что мне снился и виделся ты. Сиканоин Хэйдзо из Инадзумы, с посылом, что ты моя судьба, ключ к решению загадок, родственная душа и все в таком духе. Видимо, я восприняла этот навязчивый голос не в том ключе, раз уж увидев тебя уверовала в то, что влюблена в тебя по уши. Сейчас я понимаю, что, возможно… только лишь возможно, тебя мне пропагандировали из соображений твоего интеллекта и пытливости ума, — детектив во все глаза смотрел на девушку, но… будто бы сквозь нее. Он не всматривался в глаза, не следил за мимикой. Он просто слушал и переваривал информацию. — Как я уже сказала, мои родители пропали, когда мне было девять. Мы пошли в поход, праздновать мой день рождения, на утро я проснулась одна. Никто ничего не знал, не слышал, не видел. Мои родители были родом не из Сумеру, родственников там не было, я жила несколько лет с нашей соседкой. Пока в тринадцать лет не покинула Сумеру. А ушла я, опять же, из-за снов о тебе, и из-за встречи с мужчиной, который… напугал меня до смерти рассказами о том, что я особенная, что я ему нужна и что он знает о моих родителях. Я не знаю, что ему было нужно от тринадцатилетнего ребенка. Я бежала. Сначала в Ли Юэ, затем в Мондштадт, а потом в Инадзуму. С шестнадцати лет я здесь. И лишь сейчас я смогла разобраться в своей голове и прошу тебя о помощи. — Вот как, — прошелестел Хэйдзо, сфокусировавшись на Кэс. — Вот так, — подтвердила девушка. Они уже дошли до того места, где Кэсси обычно спрыгивала вниз. Детектив повернул направо и они пошли дальше в полной тишине, пока не спустились на какой-то неприметный пляжик. Здесь рос одинокий кустик громовой сакуры и мирно плескалась вода. Кэс посмотрела на линию горизонта. — Это страшно, когда у ребенка пропадают родители и в голове остается лишь незнакомый голос, навязывающий существование какого-то человека. Живя с этими снами много лет не мудрено запутаться в эмоциях, — Кассандра присела на песок. Хэйдзо молча опустился рядом. Его плечо едва касалось плеча Кэс, и девушка могла почувствовать тепло его тела. Тепло, которое раньше вызывало огромный рой мурашек. — Я запуталась и должна извиниться. Я была как банный лист и… ни разу не задумалась о том, что меня так настойчиво вели к тебе… не ради какой-то любви, — девушка фыркнула. Парень вздрогнул. — Дура дурой… и я надеюсь, что еще не поздно просить тебя о помощи. — Я готов сделать все, что в моих силах, — голос Хэйдзо был приглушенным. Парень сидел, сцепив кисти рук на коленях и внимательно их рассматривая. Ни ехидной улыбочки, ни лисьего прищура. Казалось, что сейчас он как никогда настоящий. Но Кэс это больше не трогало.