Скучная жизнь подземелья.

       По дороге от Кроличьей Норы к Башне Магов неспешно шёл человек-мужчина. Зима хоть ещё не закончилась, но погода стояла по весеннему тёплая, и пусть ветерок с севера всё ещё нёс прохладу, но светившее с чистого неба Солнце полностью компенсировало это неудобство. Так что одет мужчина под стальной кольчугой был довольно легко, а поверх кольчуги был накинут только короткий плащ, голову же прикрывала получившая распространение совсем недавно шляпа с жёсткими широкими полями из валеной шерсти, отлично защищавшая от солнца, но при этом не дававшая голове переохлаждается.        Обутые в сапоги с мягкой подошвой ноги неслышно и легко ступали по пыльной дороге, как будто висевший за плечами явно тяжёлый кожаный ранец на самом деле ничего не весит. Мужчина жевал сорванную по дороге прошлогоднюю травинку, демонстрируя полную расслабленность, но если бы кто-то в этот момент заглянул ему в глаза, то заметил бы, что те внимательно обшаривают местность впереди, уделяя особое внимание кустам, деревьям и массиву леса вдалеке. Это не было сознательным действием, просто глубоко въевшаяся привычка контролировать обстановку, выработанная в процессе работы. Короткая же махайра на перекинутой через плечо перевязи и длинный боевой нож на поясе, которые висели на нём очень естественно, как будто он с ними всю жизнь ходит, демонстрировали, что данный разумный привычен к оружию и умеет им пользоваться.        Дошагав до ворот Башни Магов, он выудил из скрытого кармашка в правой лямке ранца орихалковую бляху и продемонстрировал скрытым от его взгляда стражам. Несколько секунд ничего не происходило, но потом раздался лязг открываемых засовов. Имевшаяся в воротах дверь открылась внутрь и показавшийся в дверном проёме страж махнул рукой, приглашая войти. Мужчина сразу же воспользовался предложением, зайдя в дверь, которая сразу же была закрыта и заперта за его спиной. Стража хорошо знала своё дело и не допускала пренебрежение своими обязанностями. Даже если в гости к ним явился кто-то знакомый, кто регулярно появлялся в Башне, его всё равно проводили через все положенные процедуры проверки.

      *****

       Глава Башни Магов был слегка раздражён, ведь ему пришлось прервать изучение добытого в одном из Подземелий Метро артефакта, но он не позволил и тени этого раздражения проявиться на своём лице. Во-первых, он имел слишком высокое положение, чтобы демонстрировать своё недовольство рядовым членам Башни и тем более стражам. А во-вторых, если почтальон заявляет, что у него послание, которое он может передать только ему, то значит это действительно нечто важное, а послание от кого-то не менее влиятельного. Так что маг сидел в своём личном кабинете, всем своим видом изображая непринуждённость и даже благожелательность, как будто ему всё равно нечем было заняться, а появление почтальона стало отличным поводом развеяться.       Впрочем то, что он сидел и ждал, совсем не значило, что он проводил это время без пользы. У хорошего мага всегда есть темы для размышлений, так что ему никогда не бывает скучно. Поэтому когда в дверь кабинета осторожно постучались, он как раз размышлял над возможностью испытать некоторые ритуалы и плетения не на полигоне, а в реальных условиях. К сожалению, для этого требовалось вражеское поселение или армия, а никаких крупных конфликтов в зоне досягаемости не наблюдалось. Были, конечно, слухи о войне далеко на востоке Средиземья, но чтобы туда попасть желательно было воспользоваться кораблями построенными на Верфи, для чего нужно было дождаться возвращения гетеры из её плавания.       –Войди, - разрешил зайти своему помощнику маг.        Дверь открылась и внутрь проскользнул молодой, но уже полноценный маг, которого глава Башни приблизил к себе за живой ум, аккуратность и усердие, а ещё, умение вести документацию по новому образцу. Данный молодой человек не имел за спиной богатых родственников или покровителя, но сумел добиться звания мастера, получив право на самостоятельную деятельность, что само по себе уже было достойно уважения. Вот только дальше у него незаладилось, ведь все места, где можно было бы получить финансирование для своих исследований, были уже заняты более высокородными магами. Поэтому было не удивительно, что молодой маг нацелился на походы в Подземелья, где и свои чары можно было проверить, и средства на жизнь и проведение исследований заработать. Ну а когда до его ушей донеслись слухи о новом и необычном Подземелье на севере, то он собрал свои немногочисленные пожитки и отправился в Кроличью Нору, где и объединился с другими магами, приехавшими изучать новое Подземелье.       –Стража привела почтальона, они ожидают в приёмной, - доложил молодой человек и замер, ожидая распоряжений.       –Есть что-то ещё срочное или среднесрочное? - на всякий случай уточнил глава.       –Есть новость... - сообщил молодой маг, а дождавшись разрешающего кивка начальника, продолжил: - Гоблины загнали летающий кран в ангар и что-то с ним делают, что-то настолько интересное, что Дан забросил свои дела и крутится там же.       –Хм, интересно... Сканирующие чары что-нибудь дали? - без особой надежды спросил глава.       –Нет, какие-то изменения в магических потоках заметить удалось, но никакой конкретики, а попытавшегося проникнуть внутрь, чтобы попробовать посмотреть изнутри ангара, Скорга гоблины отловили ещё на входе и надавали по шее, выгнав прочь, так что понять, чем они там занимаются, не удалось, - дал помощник вполне ожидаемый ответ.       –Отправь Скорга в Подземелье Замков, пусть там погуляет, а то опять полезет к гоблинам и те ему что-нибудь сломают, - дал распоряжение глава. - Только приставь к нему парочку стражников и дай в пару кого-то из более спокойных, не хотелось бы потерять такого перспективного подмастерья.       –Сделаю, - кивнул помощник, выудив на свет блокнот с жёсткой обложкой и в кожаном переплёте, а так же перо-стило, быстро сделав только ему понятную запись.       –Если на этом всё, то запусти почтальона, - приказал глава. - Стражей оставь в приёмной.       –Слушаюсь.        Молодой маг выскользнул за дверь, которая через несколько секунд снова открылась, впуская внутрь человека-мужчину, облачённого в стальную кольчугу, с кожанным ранцем за спиной и с новомодной шляпой на голове.       –Отличный день, - поздоровался вошедший, снимая шляпу.       –Да? - маг скептически приподнял левую бровь, но оглянувшись в окно и оценив ярко светившее Солнце, согласно кивнул: - Пожалуй, соглашусь, день действительно неплох.       –У меня послание для вас от Хальварда, - сразу перешёл к причине своего визита мужчина.       –Доставай, - разрешил маг.        В ответ мужчина взялся за замок-пряжку стягивающего наплечные лямки хлястика на груди и глава Башни успел заметить короткий всплеск идентифицирующих чар, без которых попытавшемуся стянуть ранец оторвало бы руки, как минимум, после чего раздался щелчок и замок открылся. Затем сцена повторилась, только уже с замком охватывающей поясницу горизонтальной лямки, и почтальон снял ранец, поставив тот на стол. Открыв клапан, для чего были применены ещё одни идентифицирующие чары, мужчина извлёк из ранца металлический цилиндр и протянул тот главе Башни. Несмотря на то, что маг прекрасно знал посетителя, так как тот регулярно доставлял в Башню различные сообщения, письма и газеты, то есть, ту самую почту, сразу брать цилиндр в руки он не стал, вначале внимательно изучив сосуд всеми доступными ему способами. И только после того, как ничего странного не нашёл и убедился в целостности запирающей контейнер печати, маг взял цилиндр.       –Хальвард что-то передавал на словах? - поинтересовался глава Башни, не спеша открывать контейнер.       –Кроме того, что послание важное и срочное? - уточнил почтальон. - Тогда нет.       –Хорошо, - кивнул маг, и спросил: - Ответ ждать будешь?       –Не, мне ещё периодику по Станциям разнести нужно, так что за ответом зайду вечером, - сообщил мужчина, вновь закрывая ранец и вешая его обратно на спину.        Негромкие щелчки и короткие движения магических потоков сообщили главе Башни, что вся почта снова надёжно защищена от любых неожиданностей. Он даже испытал некоторую гордость, ведь вместе с некоторыми коллегами и подчинёнными тоже принимал участие в разработке всех необходимых чар и плетений для ранцев почтальонов. Получившимся же результатом просто нельзя было не гордиться, ведь подобные сумки ранее встречались только в виде божественных артефактов и их можно было пересчитать по пальцам одной руки, по крайней мере известных, они же разработали метод их изготовления. И пусть маги Башни принимали участие только в разработке комплекса внешних чар, пусть изготовление ранца требовало много времени и редкие материалы, которые можно было добыть только в некоторых Подземельях Метро, результат всё равно был невероятным, по прошлым меркам. И пусть сейчас глава Башни видел, что наложенные чары и плетения не идеальны и их можно доработать, улучшив, но это сейчас, когда он расширил свои знания, и улучшил свои навыки и понимание магических процессов. Да и даже сейчас созданный совместными усилиями множества разумных разных рас артефакт оставался настоящим шедевром.       –Что же, тогда жду вечером, - кивнул, прощаясь маг.        Активировав чары связи на артефакте, он дал знать помощнику, что нужно проводить гостя до ворот Башни, после чего, дождавшись, когда останется один, с задумчивым видом уставился на металлический цилиндрический контейнер. Вскрыл же его он только после того, как получил сообщение, что гость покинул Башню Магов, отправившись в сторону Аэропорта.        Под действием специального идентификационного плетения соединяющая две половинки контейнера печать треснула, позволяя развинтить сосуд. Вынув вложенный в контейнер лист бумаги, маг развернул его и принялся вчитываться в содержимое. Закончив читать, он серьёзно задумался, после чего внимательно перечитал ещё раз, чтобы убедиться, что понял всё правильно. Положив письмо на стол, он вызвал помощника.       –Оповести всех старших магов, что после обеда я собираю совет для обсуждения поступившего нам предложения, - приказал он молодому магу, стоило тому только закрыть за собой дверь, войдя внутрь. - Так же собери на послезавтра всех магов камня и земли, кого сможешь, а так же тех магов, что имеют опыт в строительстве.       –Слушаюсь, - кивнул молодой человек, делая пометки в своём блокноте. - Что-нибудь ещё?       –Составь список мест, откуда можно быстро взять много камня и тех разумных, кто может обеспечить его поставки.       –Мы планируем большое строительство? - всё-таки не удержался от вопроса помощник.       –Не мы, - глава Башни постучал пальцами правой руки по лежащему на столе письму. - А про камень нужно узнать просто на всякий случай, вдруг у заказчика не получится доставить материал в нужном объёме.       –Понял, всё сделаю.       –Иди, - отпустил помощника старший маг.        Стоило помощнику покинуть кабинет, как маг вернулся мыслями к письму. Заказ на настолько крупное строительство, да ещё и в таких сложных условиях, обещал очень хорошую плату, а за скорость Хальвард обещал ещё и доплатить. Причём, плата была обещана не только деньгами, но и знаниями, а для него лично будет предоставлен доступ в Библиотеку. За последнее глава Башни был готов заплатить своим магам за участие в строительстве из своего кармана, так что одно это уже стоило того, чтобы всех напрячь. Поэтому он и объявил общий сбор для всех, кого хоть как-то можно будет использовать на строительстве, даже не дожидаясь решения Совета магов. А ведь и само строительство принесёт им знания, так как строить новый порт они будут по предоставленному гоблинами проекту. Так что участвовать во всём этом они будут, даже если большинство членов Совета выступит против... Хотя это вряд ли, так как идиотов среди старших магов не было и всем им отлично известно, что такие предложения делаются один раз, и если упустить этот шанс, то другого может и вовсе не появиться.       

      *****

              Последние дни выдались довольно выматывающими, всё-таки кроме подготовки к самим экзаменам, многие дети ещё и готовили показательные выступления, чтобы впечатлить гостей Ярмарки. Поэтому неудивительно, что когда было объявлено, что сегодня будет сокращённый день, то есть, всё занятия только до обеда, а завтра и вовсе день отдыха, то все дети очень обрадовались.        Хельг был рад возможности отдохнуть не меньше остальных, но в отличие от большинства других детей у него после обеда всё же было одно занятие. Ведь кроме обязательных занятий, которые он посещал со своей группой, он занимался ещё и с Синтраэ. Правда, сегодня куратор ограничилась сокращённой программой тренировки из короткой медитации и тренировочным спаррингом для отработки отражения ударов. Так что к вечеру, когда его товарищи из средней группы собрались, взяв ужин с собой, отправиться на их "сокрытую" поляну возле одного из прудов, он смог присоединиться к ним. Вот только сходить в душ он не успел, но они же собрались сидеть на берегу пруда, так что искупаться можно было и там. Так что прихватив сменную и тёплую одежду, покрывало и немного сладостей из своих запасов (нужно же было положить что-то на общий "стол"), он присоединился к остальной группе.        Пройдя по одной из выложенных камнем тропининок, они свернули на известную им секретную тропу, по которой только и можно было попасть в нужное место. Немного попетляв среди зарослей травы и кустов, обойдя дважды вокруг дерева, которое ни с одного балкона пятого этажа увидеть было нельзя, они прошли через образованный кустами проход, попав на лесную тропинку, по которой и вышли на свою поляну. Большинство детей было уверено, что никто больше не знает про это место, но Хельг был уверен, что как минимум их куратор в курсе того, где они иногда пропадают. Более того, он был уверен, что она могла попасть сюда не выписывая все эти петли, а просто пройти напрямую, но не делала этого, позволяя детям играть в свой секрет.        В отличие от остального этажа, в этом месте ощущалась разница в температуре, так что ночью тут было заметно прохладнее чем днём, поэтому вечерние посиделки за костром в этом месте были намного более уютными, чем в других местах Парка. Было приятно кутаться в тёплую накидку и чувствовать тепло от костра. А ещё, сидя у костра было интересно слушать и рассказывать различные истории, которые удавалось узнать в перерывах между посещениями поляны.        Но сегодня привычный порядок таких посиделок оказался нарушен. Не сразу, нет, вначале они как обычно купались в пруду, скрытые от посторонних глаз очень высоким в этом месте камышом, потом кто-то занялся сбором веток для костра, кто-то подготовкой места под посиделки, кто-то уселся рыбачить, а кто-то просто валялся, наслаждаясь тем, что можно ничего не делать. Впрочем, последних было меньшинство, остальные всё же пытались хоть чем-то себя занять, в крайнем случае развлекая остальных. А вот когда они уже съели принесённые с собой блюда и ждали, пока приготовится пекущиеся в углях, завёрнутые в фольгу коренья и пойманная тут же рыба, всё и произошло.        Вначале кто-то из детей услышал звучащую мелодию и сказал об этом остальным. Затем и остальные, начав прислушиваться, услышали музыку, которая, к тому же, ещё и приближалась. А потом до них долетели и слова.               "Куда ты тропинка меня привела,       Без милой принцессы мне жизнь не мила.       Ах, если б, ах, если бы славный король       Открыл бы мне к сердцу принцессы пароль.       Ведь я не боюсь никого, ничего,       Уж я бы тогда совершил для него.       Ведь я не боюсь никого, ничего,       Я подвиг готов совершить для него."               Певший всё ближе и ближе подходил к ним, а с последними словами песни стена кустарника раздвинулась и из образовавшегося прохода вышел разумный. Он был очень высоким, как для человека, да и слишком правильные черты лица указывали на его нечеловеческую природу, при этом круглые уши не позволяли спутать его с альвом или орком. А ещё, Хельг нутром чувствовал, что этот разумный являлся монстром, таким же, какими были гоблины.       –О, это что-то новенькое, - радостно заявил неизвестный, прекращая играть на гитаре и рассматривая сидевших вокруг костра детей. - Но раз тропинка меня сюда вывела, значит тут происходит что-то интересное.        Дети настороженно рассматривали чужака, но никто не вскакивал, оставаясь сидеть, разве что некоторым пришлось развернуться, всё-таки они привыкли, что тут им ничего не угрожает. Но когда тот убрал гитару за спину и начал подходить, часть мальчиков всё же встала, постаравшись загородить остальных. Поступок глупый, по мнению Хельга, так как данный разумный определённо был значительно сильнее их всех вместе взятых, но они хотя бы что-то попытались сделать.       –Ты кто? - спросил один из мальчиков.       –А разве не понятно? - мужчина показательно оттянул большим пальцем правой руки перевязь, на которой висела гитара. - Певец я.       –А я тебя помню, ты Орфей, - неожиданно раздался совсем ещё детский голос.       –О, малыш Тинос, и ты тут, - радостно улыбнулся мужчина. - Какими судьбами?        Взглянув налево, Хельг увидел, что узнал чужака действительно Тинос, совсем ещё мальчишка, которого привёз откуда-то с юга Бер, но который вполне уверенно держался среди детей средней группы. По словам самого Тиноса он был одним из младших детей правителя большого острова, судя по всему, что-то вроде сильного князя, так что его неплохо обучали ещё дома, поэтому ему проще давалась учёба в Школе. А ещё, Хельг чувствовал, что Тинос тоже занимается по схожей с ним методике и уже кое-чему научился.       –У нас день отдыха завтра, а значит мы можем сегодня ложиться спать, когда сами захотим, поэтому мы решили посидеть у костра, - сообщил Тинос, и тут же спросил: - А ты что тут делаешь?       –Мне было скучно и я решил посмотреть, что интересного у нас происходит, а тропинка вывела меня к вам, - развёл руками мужчина, подходя к детям, после чего потрепал по голове одного из мальчишек.        К своему удивлению Хельг заметил, что этот чужак, даже несмотря на то, что он ощущался как монстр, совершенно не воспринимался как кто-то опасный. Даже более того, он располагал к себе и глядя на его улыбку хотелось улыбнуться в ответ, а его голос завораживал, приятно лаская слух и заставляя хотеть снова его услышать. И судя по всему, на девочек он воздействовал сильнее, чем на парней, так как те вдруг принялись прихорашиваться, хотя было понятно, что мужчине абсолютно всё равно на них, ведь он может заполучить себе почти любую женщину, если только пожелает.       –А что за песню ты пел? - между тем продолжал расспросы Тинос. - Я её раньше не слышал.       –Ну я же Певец, поэтому и приёмы у меня соответствующие, вот и подобрал подходящую под настроение и ситуацию, чтобы проще было работать с тропой, - сообщил Орфей, присаживаясь возле костра. - А сама песня, она из далёкого мира, где бродячий музыкант и певец хотел жениться на дочери короля, так там называют крупных правителей, то есть, князя над князьями и конунгами.       –То есть, эта при... принц... - попытался произнести незнакомое слово Тинос, но у него не получилось, очень уж необычно оно звучало.       –Принцесса, - подсказал мужчина.       –Да, она самая, это дочка короля, как мои сёстры? - поинтересовался Тинос.       –Верно, твоего отца вполне можно назвать королём, пусть для него это и не совсем верный термин, так как там главное, что настоящий король стоит над другими правителями, которые признали его власть над собой, - дал развёрнутый ответ на заданный вопрос Орфей, после чего обвёл взглядом детей. - Так значит, у вас секретная ночная посиделка?       –Да, мы иногда собираемся вот так, печём или жарим рыбу с кореньями, и рассказываем истории, - подтвердил один из парней, после чего сам задал вопрос: - А ты много песен знаешь?       –Много, - усмехнулся мужчина. - Очень много.       –А спой ещё что-нибудь, - попросила одна из девочек, и тут же смущённо опустила взгляд, судя по всему, она и сама не ожидала от себя такой храбрости, чтобы первой заговорить с незнакомым мужчиной. - Ты очень хорошо поёшь...        Хельг не мог с ней не согласиться, так как голос у мужчины действительно был красивым и чистым, такие очень нравятся как раз женщинам, а вот мужчины на севере предпочитали более грубое исполнение, чтобы прославлять походы и героические деяния.       –Что же, почему бы и нет? - Орфей посмотрел на показавшуюся на темнеющем небе Луну и улыбнулся: - Есть у меня подходящая песня, заодно и покажу, что же такое настоящий Певец.        Взяв в руки гитару, мужчина на несколько мгновений прикрыл глаза. А потом он коснулся струн и над поляной полетели звуки музыки. При этом, Хельг ощутил, как что-то неуловимо изменилось, только было непонятно что, но появившаяся у него чувствительность к разлитому вокруг волшебству однозначно сигнализировала, что вокруг творится какое-то неразличимое для остальных волшебство. А затем мужчина запел.               "Луч солнца золотого       Туч скрыла пелена.       И между нами снова       Вдруг выросла стена."               Неожиданно, в этот раз голос Орфея оказался глубоким и пронизывающим, вызывая непонятный отклик внутри.               "Ночь пройдет, наступит утро ясное,       Знаю, счастье нас с тобой ждет.       Ночь пройдет, пройдет пора ненастная,       Солнце взойдет!       Солнце взойдет!"               Песня будила внутри лёгкую грусть, и вместе с тем надежду и уверенность в том, что всё будет хорошо. И взглянув по сторонам, Хельг увидел, что каждый из подростков глубоко погружён в переживания, слыша и видя что-то своё, и только несколько детей, таких же как он, сумевших заинтересовать наставников и получавших дополнительное обучение, бросали заинтересованные взгляды на товарищей. А потом зазвучал второй куплет и к тому голосу Орфея начали присоединяться другие голоса. Мужские и женские, молодых людей и стариков, они органично вплетались в голос певца, но вместе с тем не смешивались с ним, оставаясь чётко различимыми.               "Петь птицы перестали,       Свет звезд коснулся крыш.       В час грусти и печали       Ты голос мой услышь."               Неожиданно, необычная и будоражащая песня превратилась в настоящий заговор на удачу. Хельг как будто наяву видел, как старый воин стоит на прибрежной скале и поёт, даря силу и надежду ушедшему в поход сыну, как жена посылает свою надежду на скорую встречу мужу, а дети обращаются к своим родителям, сообщая, что всё с ними хорошо.               "Ночь пройдет, наступит утро ясное,       Знаю, счастье нас с тобой ждет.       Ночь пройдет, пройдет пора ненастная,       Солнце взойдет!       Солнце взойдет!"               А когда снова зазвучал припев, то дети стали и сами подпевать, вкладывая в простые слова всю свою надежду, что всё будет хорошо. Хельг и сам начал подпевать, пытаясь использовать то немногое, чему уже научился, чтобы вложить в произносимые слова всю свою надежду на хорошее. И пусть он пока был слаб и его сил вряд ли хватило бы хоть на что-то, но сейчас он был не один, а самое главное, что их вёл своим голосом и своей мелодией настоящий Идущий, так что ему нужно было только вплести свою тоненькую струйку силы в мощный неостановимый поток, чтобы тот донёс его просьбу.       

      *****

              Жители Солнечного Града с ужасом и обречённостью смотрели на идущих на приступ кочевников. Днём кочевники не рисковали приближаться к стенам города, держась в отдалении и действуя небольшими группами, до сотни всадников, но вот ночью они устраивали обстрелы и пытались поджечь город. К счастью, дерева в городе было не так много, поэтому возникавшие тут и там пожары удавалось довольно быстро потушить, не допустив распространения пламени. Но сегодня к кочевникам подошло крупное подкрепление и они решили идти на приступ. И было их слишком много, чтобы город сумел отбиться.        Жителей города было слишком мало, чтобы они могли противостоять озверевшим от потерь и предвкушения дикарям с севера. Молить же бога о помощи было бессмысленно, так как до восхода светила было ещё далеко, вся ночь впереди. Висевшая же в небе Луна только холодно наблюдала за происходящей внизу трагедией, безразличная к судьбам тех, кто не был её верующими.        Кочевники пошли на приступ сразу с трёх сторон, так что городу просто не хватало воинов, чтобы защищаться вдоль всей стены, даже с учётом вышедшей на стены храмовой стражи. Они бы и с четвёртой стороны атаковали, но там протекала река, а мост через неё был сожжён ещё вначале осады, так что для штурма были доступны только три.        И когда начало казаться, что бесконечный вал тел штурмующих сейчас захлестнёт стены и выплеснется на улицы города, чтобы грабить, убивать и насиловать, на крышу Храма вышел один из священников. Он не был первосвященником, и даже старшим священником, просто один из множества тех, кто обеспечивал функционирование Храма и проведение служб, выполняя все рутинные обязанности. Он постоял немного, к чему-то прислушиваясь, к чему-то слышимому только ему, после чего поднял руки к висевшей в небе Луне.       –Солнце взойдёт! - возвестил он, и его голос разнёсся по всему городу.        Его услышал каждый житель, от укрывшегося за стенами города крестьянина, до командиров храмовой стражи и верховного жреца. И столько в этих двух словах было веры в непреложность данного факта, что услышавшие его непроизвольно заражались его уверенностью. Отступал страх и появлялась решимость, руки переставали дрожать, а страх смерти отступал, разжимая свои липкие объятия.       –Солнце взойдёт! - возвестил повторно жрец, и в этот раз его услышали не только защитники города, но и нападавшие.        И если в скрывавшихся за стенами они вселяли уверенность, то нападавшие наоборот почувствовали бессмысленность своих действий. Зачем это всё, если Солнце всё равно взойдёт и посмотрит на них своим безжалостным взглядом? И хоть это не остановило атаку, но вселило в атакующих неуверенность, а значит и их целеустремлённость снизилась и они стали больше оглядываться на соседей, не желая первыми попасть под раздачу. Поддерживавшие штурм шаманы почувствовали неладное и попытались вернуть в воинов уверенность, но...       –Солнце взойдёт! - в третий раз возвестил жрец, и у шаманов просто опустились руки.        Они пытались что-то сделать, но чувствовали, что ничего у них не получается и дух воинов приходит во всё больший упадок, колеблясь в нерешительности. И штурм захлебнулся. Захлебнулся под градом метаемых со стен камней, саманных кирпичей, горшков с углями и просто гомном, а то и обычного мусора, который собирали по всему городу дети и женщины и тащили на стены. Захлебнулся под восхваления Солнца и молитвы жрецов, которые покинули Храм и вышли на стены города, призывая вспышки солнечного света , сжигавшие врагов целыми отрядами, ведь их Вера была крепка, а Солнце взойдёт, и значит нет никакой разницы, что его сейчас нет на небе. Захлебнулся в решимости защитников города умереть, но не пропустить врага внутрь, захлебнулся в собственной нерешительности и нежелании погибать без всякого смысла, ведь они пришли сюда грабить, а не чтобы сложить свои головы. Захлебнулся в нерешительности шаманов, которые ощутили, что дух защитников подавляет дух намного превосходящих количеством кочевников.        Город выстоял. Выстоял тогда, когда казалось бы не было никакой надежды. Выстоял благодаря решимости и вере своих защитников в то, что Солнце взойдёт. Вере, что не имеет значения, есть ли Солнце на небе или нет, ведь оно обязательно поднимется над горизонтом, а значит и они должны быть такими же стойкими и упорными, как оно. И жителям города казалось, что даже Луна смотрит на них с теплом и одобрением, ведь они наконец-то по настоящему поверили в её мужа.        А когда наступило утро, то рассвет осветил опустевшие окрестности Солнечного Града. Ни одного кочевника в пределах видимости больше не было видно, так как все они ещё ночью собрались и ушли, покинув окрестности города.        И так и простоявший всю ночь с поднятыми руками на крыше Храма священник смотрел слезящимися глазами на поднимающийся над горизонтом оранжевый шар. Рядом с ним стоял первожрец, чьё одеяние в паре мест было пробито стрелами, ведь он вместе с остальными жрецами стоял на стенах в рядах защитников, призывая свет Солнца на головы врагов, но который не обращал на это никакого внимания.       –Солнце взошло, - прошептал священник, вытирая слёзы рукавом.       –Солнце взошло, - как эхо повторил за ним первосвященник, а потом прокричал это в полный голос: - Солнце взошло!        Жители города забирались на стену или крыши самых высоких домов и завороженно смотрели на поднимающийся над горизонтом огненный шар, что дарил свой свет всем живым.       –Солнце взошло, - шептали они, улыбаясь.        Радость переполняла людей, ведь Солнце взошло и для них тоже, они пережили эту ночь, а значит будут жить и дальше. И пусть пережили её не все, кто-то погиб от стрел, копий, мечей и чар врагов, но выживших было больше, а самое главное, что будет кому заняться погребением павших, а потом продолжить жить.