i hate her, i promise

XVI. — Тони, можно тебя на минутку? — обратился тренер Берк после того, как отпустил остальных девочек с тренировки. — Конечно, тренер, — ответила Шалифо и осталась поговорить. Она не сделала ничего криминального в классе или на тренировке в этот день или накануне, поэтому девушка не знала, о чем он хотел поговорить. Тренер Берк огляделся, чтобы убедиться, что остальные девочки ушли, прежде чем начать этот разговор. — Ну, ты знаешь, что в следующую пятницу я назову капитана, а еще ты знаешь, что ты лучшая для этой должности. Тони нерешительно кивнула, она не была уверена, к чему он клонил. — Но я не могу назвать капитаном кого-то, кто каждый день получает замечания и постоянно ввязывается в ссоры или драки, — Шалифо открыла рот, чтобы возразить, что это именно он делал ей замечания, но он просто продолжил. — Я знаю, что ты собираешься сказать, но нет, это не моя вина, что у тебя такие наказания. Ты их заслужила, и ты это знаешь. Брюнетка сжала челюсть, но кивнула в знак согласия. Заслужила она их или нет, но наказание было не лишним. — Учитывая это, я все еще думаю, что из тебя получится отличный капитан, — Тони расслабила челюсть, с надеждой глядя на него. — Сбавь обороты во время занятий. И под этим я подразумеваю отсутствие каких-либо нарушений. Покажи мне действительно свою преданность команде, и место капитана может стать твоим. — Звучит неплохо, тренер. Я обязательно постараюсь, — кивнула девушка. — Хорошо, — мужчина некоторое время пристально смотрел на девушку, прежде чем отпустить ее. — Отправляйся домой и поспи немного. И помни, будь послушной завтра на занятиях. Если ты сумеешь, конечно, — окрикнул он ее, заставив Тони рассмеяться. XVII. На следующий день Шалифо тихо сидела рядом с Шелби. Казалось, прошло несколько минут, прежде чем Гудкинд осознала, что брюнетка ничего не говорила. — Ну, это будет хороший урок, — прошептала Шелби после десяти минут молчания Тони. На протяжении всего урока блондинка становилась все более и более раздражающей. Она отодвигала учебник так, что он занимал почти всю часть парты Тони; когда девушка поднимала руку, она чрезмерно размахивала ею. Шалифо видела, что Шелби наблюдала за ее реакцией краем глаза. Она постоянно отпускала комментарии под нос или в адрес Тони, комментарии, которые обычно провоцировали брюнетку на конфликт. Тони до этого дня и не догадывалась, как много их стычек начиналось из-за Гудкинд. Брюнетка просто полагала, что все споры возникали из-за нее, но, очевидно, это было не так. Только в конце урока, когда тренер дал им время поработать над домашним заданием с соседями по парте, блондинка по-настоящему проверила терпение Тони. — Итак, у тебя есть какие-нибудь планы на эти выходные? — поинтересовалась Шелби, чего она никогда не делала раньше. Это заставило Шалифо закатить глаза. Гудкинд, похоже, заметила это, поэтому это подстегнуло ее продолжить. — Хм, ну, я буду волонтером со своим парнем. Тони покрепче сжала карандаш, сдерживая себя от комментариев. — Мы стараемся быть волонтерами каждые выходные перед Рождеством. — Это даже не День благодарения, — проворчала Тони. Она понимала, что не должна позволять Шелби подстрекать себя, но это было слишком сложно. Блондинка удивленно посмотрела на Тони. — Никогда не поздно для воздаяния, — она сделала паузу, чтобы увидеть, как Тони прокомментирует это. Но брюнетка изо всех сил старалась не сказать ничего лишнего. — К тому же, Эндрю настоял; он такой замечательный парень. Тони почувствовала, что блондинка смотрела на нее; Шалифо повернулась и вызывающе окинула взглядом девушку. Она не собиралась ввязываться в эту перепалку. Она смотрела, как Гудкинд медленно улыбалась, и в ее глазах разгоралось волнение; Тони боялась того, что сейчас будет сказано. — Тебе стоит поискать себе парня, похожего на Эндрю. Карандаш Тони сломался; Шелби удивленно посмотрела на него, затем с интересом посмотрела на брюнетку. Шалифо могла думать, что выиграла; она понимала, что сейчас начнется очередная провокация. — Тренер, можно я выйду в туалет? — спросила Тони, глядя на Шелби. — Конечно, — ответил он, не поднимая глаз. Шалифо вышла из кабинета, выбросив при этом свой сломанный карандаш. — Этот урок стал еще скучнее. Я и не знала, что такое возможно, — услышала Тони слова Фатин, прежде чем закрыть дверь. XVIII. — Почему она меня ненавидит? — простонала Тони, развалившись на диване Марты. Шалифо чувствовала на себе раздраженный взгляд подруги, даже если не могла видеть его через закрытые глаза. — Потому что ты никогда не кормишь ее, не играешь с ней и не даешь ей любви. Ты просто запираешь ее на заднем дворе, когда она слишком активна. Брюнетка повернула голову и посмотрела на Марту и Мэгги, терьера, которого Марта спасла год назад. — Я просто хочу, чтобы меня любили, — драматично скулила Тони, скатываясь с дивана и обреченно подползая к собаке. — Что ж, похоже, твое желание сбывается, — заметила Марта, когда Мэгги начала облизывать лицо Шалифо, заставляя девушку прикрыть лицо руками. — Тут слишком много любви, — приглушенно ответила Тони, прежде чем, наконец, оторваться от собаки и встать. Марта только посмеивалась над подругой, продолжая осыпать Мэгги любовью и лаской. — Скоро должна прийти Риган, — сказала девушка, вернувшись из кухни, где она набирала воду. — Круто, я не знала, что она сегодня приедет, — слегка смутившись, прокомментировала Тони. Марта и Риган были друзьями, но не того типа, когда они тусовались вдвоем. Шалифо не думала, что они втроем когда-либо случайно проводили время вместе, помимо школы и школьных мероприятий. Чем больше Тони думала об этом, тем больше запутывалась. — Вообще-то, ты же знаешь, что я люблю Риган, но не настолько. Зачем же она приедет? — спросила брюнетка. Марти, казалось, потеряла дар речи, и выглядела слегка виноватой. — Не то чтобы я была против, просто любопытно. — Ну... — Блэкберн прервал стук в дверь, заставивший Мэгги отпрыгнуть от девушки и тут же начать лаять на дверь. — Не волнуйся об этом, Марти, — засмеялась Шалифо, когда Марта продолжала выглядеть виноватой. — Ничего страшного, я впущу ее. Тони дошла до входной двери и придержала Мэгги за ошейник, пока открывала дверь, чтобы впустить Риган. — Прости, она очень радуется новым людям, — произнесла Марта из-за спины Тони, и Риган просто рассмеялась. — Все в порядке, она очаровательна, — Риган села на пол, и Мэгги тут же оказалась рядом с ней, заставив ее завизжать. — Она никогда так не приветствовала меня, — с обидой заметила Тони и посмотрела на собаку, вызвав смех подруг. — Приди в себя, — Марта легонько подтолкнула ее сзади, но это было едва заметное движение, так что Шалифо даже не покачнулась. — Пойдем в гостиную. Тони и Риган последовали за ней, собака бежала рядом с Риган. В гостиной брюнетка легла обратно на диван. Риган более спокойно сидела с другой стороны, а Мэгги села напротив нее, вынуждая девушку уделить ей внимание. — Итак, что мы будем делать? Посмотрим фильм? — предложила Тони, зевая. — Ну, вообще-то... — нерешительно начала Марта. — Мы хотели поговорить с тобой кое о чем, — уверенно закончила Риган. Девушка в замешательстве смотрела на подруг, пытаясь вспомнить, что она сделала такого, что могло бы потребовать их вмешательства. Она ничего не вспомнила. Единственное, о чем Шалифо могла задуматься, это драка с Эндрю и его друзьями. Но это произошло больше недели назад, конечно, они бы уже упомянули об этом, если бы дело было в этом. — Ладно, — протянула Тони, продолжая смотреть на своих подруг. — Что я сделала на этот раз? — Это не столько одна вещь, сколько постоянная закономерность, которую мы заметили, — объяснила Марта, которая на самом деле ничего не объяснила. — Да, но вам придется сказать мне больше, чем это, — брюнетка села и оперлась локтями на ноги, наклонившись вперед. — Мы просто заметили, что вокруг, ну, вокруг одного человека, не то, чтобы мы действительно были там... — Блэкберн продолжала путаться в словах, пока Риган не оборвала ее. — Это о Шелби, — Тони потрясенно уставилась на Риган. — Гудкинд, — добавила девушка после неловко затянувшейся паузы. — Да, я знаю, кто такая Шелби. Мне интересно, почему вы хотите поговорить об этой стерве. Шалифо не могла решить, на кого ей смотреть, в конце концов она остановилась на Риган, так как чувствовала себя виноватой, глядя на Марту. — Послушай, Тони, мы просто в недоумении, честно говоря. Я имею в виду, очевидно, что ты ненавидишь ее, — начала Риган. — Но это просто странно. Ты будто ненавидишь ее гораздо сильнее, чем кого-либо другого, включая тех парней на прошлой неделе, один из которых был ее парнем, о чем, я уверена, ты знаешь. Девушка закатила глаза, это был бессмысленный разговор о том, что можно ненавидеть в Шелби. — Вообще-то я ненавижу и тех парней, но Шелби еще хуже, поверьте мне. Вы, девочки, просто не знаете ее так хорошо, как я. — Ну, и чем же она хуже? — поинтересовалась Марта, но не так, будто она действительно хотела знать, скорее, она хотела, чтобы Шалифо что-то поняла, что только разозлило ее еще больше. — Все! Она невыносима на уроках, она думает, что лучше других. Она гомофобка, и настолько тупая, что не понимает, какими уродами являются ее парень и друзья, — размышляла вслух Тони. Этот разговор только сильнее разжигал ее гнев, на половине ее болтовни Мэгги вышла из комнаты. — Ты винишь ее за то, что сказал ее парень? — уточнила Риган, она действительно выглядела заинтересованной. — Ты понимаешь, что большинство вещей, которые он сказал, были унизительны и для нее? Брюнетка разочарованно вздохнула, подруги просто не понимали друг друга. — Да, и мне жаль ее. Она этого не видит, и я ненавижу его за то, что он такой жестокий. Но это просто... — девушка сделала паузу, она подыскивала подходящее слово, но ничего не придумала. — Это просто Шелби, что-то в ней есть такое. Вы бы поняли это, если бы вам пришлось проводить с ней столько времени, как мне. — Тони, я просто чувствую, что ты ведешь себя неразумно. Я полностью принимаю, что она тебе не нравится, но я разговаривала с ней несколько раз, и она действительно не кажется такой уж плохой... Шалифо прервала Марту, прежде чем та успела закончить сказанное. — Значит, она явно вела себя с тобой как фальшивая сука, — Марта поморщилась от резкого тона Тони, обращенного к ней. Брюнетка перевела дыхание. — Послушайте, она ужасна, и все, что она делает, меня раздражает. У меня никогда не было разговора с ней, который не вызывал бы у меня желания покончить с собой. — Но конкретно, что... — начала Марта, но Тони снова перебила ее. — Она просто чертовски идеальна, — Шалифо встала, и от этого резкого движения Риган и Марта вздрогнули. Девушка этого не заметила, так как прибегла к ходьбе по гостиной. — Каждая чертова вещь в ней кажется продуманной и выверенной. Ее волосы слишком идеально прямые. Ее зубы слишком идеально белые. Все в ней слишком идеально. Идеальная семья, идеальный парень, идеальная, блять, жизнь. — Но ты же знаешь, что это неправда, — попыталась вмешаться Риган, но брюнетка едва ее услышала. — И она тоже меня ненавидит, знаете ли. Постоянно делает все возможное, чтобы провоцировать меня на срывы. И, конечно, я всегда виновата, потому что я — ошибка, а она — чертова принцесса, — девушка снова опустилась на диван и громко вздохнула, прежде чем сделать глубокий вдох. Девочки сидели в тишине несколько мгновений, прежде чем Тони добавила: — Мне жаль, — она зажмурила глаза, уже чувствуя, как на них начинают наворачиваться слезы. Это были две ее лучшие подруги, две ее единственные настоящие подруги. Она ненавидела, когда выходила из себя при них, она их не заслуживала. — Может, займемся чем-нибудь другим? Брюнетка закрыла глаза, чтобы не видеть, как Риган и Марта переглядывались. — Конечно, — ответила Марта и встала, протягивая руку Тони, чтобы подтянуть ее к себе. — Пойдем поедим. XIX. Тони было больно. Ее бок был забинтован, а дыхание затруднено. Именно поэтому она решила пробежаться, так что, по крайней мере, ее приемы работали. Шалифо с раннего возраста узнала о себе кое-что важное: когда она злилась, то могла причинить вред либо себе, либо другим. Баскетбол еще не начался, а причинять боль другим в таком контексте было не принято, а поскольку это были выходные, единственными людьми, которых она могла встретить, были ее подруги или приемные родители. Брюнетка не могла обидеть своих друзей, а если бы она навредила приемным родителям, то рисковала бы быть переселенной, так что оставалась только она, отсюда и было это бегство. Тони была в хорошей форме от баскетбола, но есть баскетбольная выносливость и беговая выносливость, которой у нее определенно не было. Дойдя до начала тропы, с которой она стартовала, девушка остановилась. Это была шестикилометровая петля, которую она пробежала чуть меньше чем за тридцать две минуты. Тони взяла бутылку с водой, которую оставила под скамейкой, и начала ходить вокруг, жадно глотая воду. Когда брюнетка перевела дыхание и спазм мышц ослаб, она слегка потянулась. Тони ненавидела растягиваться, это раздражало ее. Она просто хотела закончить тренировку и уйти, но прекрасно понимала, что с тем, как она бежала, завтра будет тяжело, если она не растянется. Закончив, девушка села на скамейку, откинула голову назад, чтобы смотреть на облака, и глубоко вздохнула. Большую часть гнева она выплеснула. Он зародился после того, как тренер сказал ей вести себя спокойнее, а после того, как ее подруги попытались поговорить с ней накануне, он стал еще сильнее. К счастью, через две недели начинался официальный баскетбольный сезон, так что у Шалифо будет, куда изливать свой гнев. До тех пор Тони решила, что будет больше бегать, может быть, ей удастся придумать, как добежать до дома, если она куда-нибудь спрячет свой рюкзак. Пока девушка размышляла о том, как бы ей добраться до дома, не надевая рюкзак, голоса приближались. Сначала Тони не обращала на них внимания, но по мере того, как они становились громче, она постепенно начала узнавать один из них. Из-за техасского акцента его трудно было с чем-либо спутать. Тони подняла голову, когда Шелби вышла на дорожку с другой девушкой. — Блять, только не это, — прошептала Шалифо, когда две девушки приблизились. Тони не пробегала мимо них, так что они, должно быть, вышли с боковой тропы. Девушка рядом с Шелби была ниже ростом, с дико вьющимися каштановыми волосами. Она меньше походила на модель, чем та, с кем, по мнению Тони, Гудкинд должна была общаться. Когда девочки подходили все ближе, Шалифо лучше рассмотрела Шелби. Ее волосы были собраны в хвост, чего Тони никогда раньше не видела, и на ней были розовые леггинсы и серая толстовка. Блондинка никогда не выглядела так... несобранно, хотя ей все равно удавалось выглядеть как модель. Девочка рядом с блондинкой заметила Тони первой, глаза Шелби были устремлены в землю, пока она о чем-то рассуждала. — Добрый день, — легко произнесла девушка, когда они оказались в нескольких метрах друг от друга. Тони не удостоила ее взглядом, вместо этого продолжая смотреть на Шелби. Она наблюдала, как изменилось лицо Гудкинд, когда она заметила брюнетку. Девушка подняла голову и улыбнулась, вероятно, собираясь повторить приветствие подруги, но когда она узнала Шалифо, ее глаза расширились от шока, затем сузились и наполнились яростью. Брюнетка была поражена тем, какой эффект она произвела на Шелби. То же самое она отметила на уроке за несколько дней до этого. Гудкинд всегда что-то затевала в те моменты, от которых Тони должна была злиться или устраивать очередную сцену. — Да ты издеваешься надо мной? — тихо сказала Шелби в отчаянии, закатывая глаза к небу. — Добрый день, — насмешливо добавила она после. — А вот это не прозвучало искренне, — ухмыльнулась Шалифо в ответ. Она была вымотана пробежкой, но стычка с Гудкинд казалась идеальным занятием, чтобы выплеснуть остатки гнева. — Ты хочешь, чтобы я была искренней с тобой? Это уже слишком, — огрызнулась блондинка. Ее подруга растерянно смотрела между ними, но Тони игнорировала ее. Брюнетка сидела на столе для пикника, свесив ноги на скамейку. Она уперлась локтями о колени и наклонилась вперед. — О, я тебя достаю. Приятно знать, что это взаимно. — Я просто не понимаю, почему ты все время такая вспыльчивая, — заявила Шелби, заставив Тони сжать челюсти. Она ненавидела, когда люди указывали на ее проблемы с агрессией, это заставляло ее чувствовать себя слабой. — Что, ты пытаешься меня понять? Понять меня? Ты пытаешься относиться ко мне как к благотворительной организации, спасибо, не стоит, — ответила Тони и с отвращением оглядела блондинку с ног до головы. Она ненавидела, когда Шелби думала, будто намного лучше остальных. — Поверь, я не пытаюсь ничего в тебе понять. Не могу дождаться, когда мы будем учиться в разных классах, и мне больше никогда не придется думать о тебе, — Гудкинд проигнорировала свою подругу, когда та попыталась оттащить Шелби от спора. Шалифо посмотрела на Шелби, вдумываясь в ее слова. Это никак не могло быть правдой. Учитывая, сколько времени Тони проводила, думая о блондинке и обо всем, что она ненавидела. — Держу пари, ты думаешь обо всем, что хотела бы сказать мне. Все то, что ты сдерживаешь, чтобы не разрушить свой идеальный образ. Но у тебя не хватает смелости сказать это, — брюнетка встала и подошла к девушке, к этому времени ее подруга немного отошла от дорожки, показалось, будто она хотела остаться в стороне. — Ты одурачила всех в нашей гребаной школе, но я тебя вижу насквозь. Шалифо посмотрела на Шелби еще раз и повернулась, чтобы уйти. После одного шага она почувствовала удар по ногам, от которого споткнулась. Она обернулась, чтобы взглянуть на Гудкинд, и в отчаянии вскинула руки вверх. — Это все, что ты можешь? — спросила она. Блондинка сделала шаг вперед. — Я могу куда больше, но я не собираюсь тратить силы на тебя. Ты того не стоишь. Тони никак не отреагировала. Брюнетка привыкла к тому, что ей говорили, что она ничего не стоит. Вместо этого она решила высмеять то, за что Шелби цеплялась больше всего на свете. — Знаешь, кто цепляется за религию? Те, кто любят рассказывать красивые истории о себе, потому что душа у них гнилая. Шалифо не отводила глаз, и когда Шелби ничего не ответила, Тони поняла, что победила. Брюнетка повернулась, взяла свою бутылку с водой, которую оставила на столике, и ушла. XX. — Всем собраться, — обратился тренер Берк к всему залу. На тренировке были команды старшеклассников, смешанная и команда первогодок, так что всего чуть больше тридцати девушек. Все поспешили отложить мячи и подойти к тренеру. — Вы можете присесть, — он жестом указал на трибуну, и все сели. Тони осталась в нижнем ряду; она надеялась, что ей не придется долго сидеть. В пятницу тренер Берк должен был объявить капитана. Прошло чуть больше недели с тех пор, как он попросил Тони лучше вести себя на уроках, и она выполнила его просьбу. В течение всей недели брюнетка не произнесла ни слова. Хотя она по-прежнему ежедневно отбывала наказание, других наказаний не добавилось. — Как вы все знаете, пришло время назвать капитана. Я знаю, что большинство тренеров назначают капитана в начале предсезонки, чтобы он мог руководить командой на протяжении всей подготовки к сезону, но я не вижу в этом смысла. Я использую предсезонку для принятия наилучшего решения, и хотя в этом году я на мгновение замешкался, я знаю, что сделал правильный выбор, — Шалифо сделала глубокий вдох и сжала пальцы, чтобы снять напряжение, когда тренер посмотрел прямо на нее. — Тони Шалифо, поднимайся. Девочки зааплодировали, а ближайшие к ней похлопали Тони по спине, когда она встала и подошла к тренеру. — Ты молодец, продолжай в том же духе, — сказал ей тренер Берк, похлопав ее по плечу и вручив ей капитанскую ленту. Затем он повернулся к остальным членам команды. — Я не буду просить Тони толкать речи, потому что, мне кажется, что она будет в замешательстве, что сказать, пока тут нет другой команды, которую нужно обыграть. Я не хочу, чтобы ваше первое впечатление о ней, как о капитане, было таким, что она смущается. Так что, вы, девочки, можете идти, я знаю, что еще рановато, но сегодня пятница. А в следующую пятницу у нас будет первая игра, так что не расслабляйтесь. Шалифо шла в раздевалку вместе с остальными членами команды. Они поздравляли ее и подкалывали. У Тони было самое лучшее настроение за всю ее жизнь; она выбросила из головы все мысли о Шелби.