Страна Самоцветов

Мелкие кусочки облаков, оставшиеся после вчерашней грозы, размеренно плыли по небу, уходя за бескрайний и пустой океанический горизонт, а, провожающий их, лёгкий прохладный ветер нежно освежал, покрытые росой, травы, кустарники и прочие растения. Александрит уверенно вглядывался в бескрайнюю синеватую гладь, окрепшие лучи солнца подсвечивали его, свободно падающие, ярко голубые волосы, заставляли уверенно блестеть драгоценные каменные глаза и совсем не меняли цвета, отбеленной пудрой, «кожи». Чёрная рубашка и штаны, из-за цвета, притягивали на себя тепло, которое самоцвет, увы, не ощущал; галстук и ремень имели чистый белый цвет, в кремовых ножнах, висела искусная чёрная сабля. - Поистине чудесный день для прогулки, не считаешь? – он с расслабленной улыбкой повернулся за спину, Минерва шла спокойным шагом, но потоки воздуха всё равно умудрялись развивать её темный плащ, закрывающий такое же платье и ремень, идентичный ремню главы патрульных, на котором чуть болтался одноручный меч, одолженный у Зиры лишь для пущей безопасности; хотя смысл, если поодаль тебя идёт тот, кому доверяет сама Учитель Дамблдор? - Если бы он не был таковым, вы бы меня не позвали. – свет ударялся о тёмно-серые волосы, собранные в хвост, отдававшие синим, более склонным к чёрному, впрочем, как и глаза, спокойные и возвышенные. - После всего, что было на нашей памяти, я думаю, можно наконец перейти на «ты». – Волан-де-Морт развернулся и, поймав темп Нептунит, продолжил идти задом. - Всё же, верно, но, честно скажу, это не самая главная причина. Девушка закатила глаза, с тяжестью принимая тот факт, что теперь они на «ты». - И какая же главная? - Скука. – он вздохнул. – Патрульные делятся на пары: Двеллер и Элайджа, Андерсон и Джон, Зира и Макс… Но сегодня у Зиры выходной, а Макс и Офелий перебирают библиотеку, поэтому мне оставалось либо патрулировать одному, либо, - Александрит сделал небольшую паузу, - позвать тебя. - Меня? – самоцвет покачала головой и усмехнулась, - Почему же не Гриффиндора? Он был бы рад сразиться с лунарианцами, да и его прочность равна двум моим. - Гриффиндор ещё скучнее, чем патруль в одиночестве. – Волан с наигранной неприязнью отвернулся. – Он начал бы нести какую-то чушь или рассказывать о том, каким же сильным и прекрасным был Годрик, а слушать это, лично у меня, желания нет. МакГонагалл, не теряя своего почтенного вида, посмеялась. - Предпочитаешь Салазара? - Верно. – игривая улыбка сопутствовала словам, а глава ремесленников вновь усмехнулась. - Да… Много лет прошло с того момента, как я так бесцельно прогуливалась в чьей-либо компании. Резкий порыв ветра со стороны океана буквально остановил де-Морта, а за ним остановилась и Нептунит. Природа будто замерла. «Предбоевое затишье.» - мысль была не случайна: чёрное, сияющее как давно сгинувший Борт, пятно во всю разливалось в небе, принимая причудливую, впрочем, обычную для него форму. Парень повернулся, спокойно достал саблю и, с невозмутимым лицом, стал ожидать атаки. Минерва насторожилась, тоже достала меч и сделала пару шагов вперёд, но была остановлена. - Не стоит. – Александрит оставался сконцентрированным на появляющейся тарелке, на её фигурах, голосах и завораживающем трезвоне колоколов, и всё же его голос был лёгким, он даже повернулся, играя со своим бесстрашием. – Мне не сложно, или я буду не достоин звания главы патрульных. – повернувшись обратно, в нём кое-что изменилось: игра света это или нет, но его волосы, глаза, брови и губы мягко сменили цвет с ярко-голубого, на гранатово-красный. Это удивило разве что лунян, такой была неизменная особенность главы патрульных. Луки натянулись, трезубцы стремительно полетели в сторону самоцвета. «Очень не кстати. Всё могло бы быть спокойнее.». Он уклонялся, где-то отбивал их саблей. «Это могла быть самая обычная прогулка из всех возможных.». Волан подпрыгнул, зацепился рукой за край корабля. «И с чего вдруг лунарианцы решили напасть? Сегодня только первый день новой недели, да и, по отчёту, они нападали вчера.». Перекинув центр тяжести ногой, он развеял ей несколько атакующих и отбил новую партию стрел. С чёрного металла полетела стружка. Пришельцы негласно поделились на две группы: одна продолжала сражаться с Волан-де-Мортом, другая выбрала себе новую цель – Нептунит. Прекрасный камень, не правда ли? Тёмный и загадочный, космический и глубокий. Стрелы массивом полетели на МакГонагалл и, с её прочностью 5.5, для них не составило большого труда оставлять на теле широкие сколы и глубокие трещины. Да, у неё получилось отбить пару-тройку - лезвием, но этого недостаточно, чтобы выиграть битву. Золотые трезубцы вонзались и отламывали целые куски, Минерва смогла лишь позвать на помощь. Это было поздно. Александрит с головой ушёл в битву; он уже собирался вновь прыгнуть и нанести решающий удар, но: - Волан! Резко повернувшись, самоцвет увидел лишь груду тёмно-синих осколков разного размера, разбросанных среди порванной чёрной одежды, рядом лежал и чуть покоцанный одноручный меч, одолженный у Зиры. Группка лунарианцев уже подошла к Нептунит с чашами, оперативно забрасывая в них её осколки. Именно в такие моменты их было легче всего разглядеть: светло-розовые волосы, собранные в тугой пучок и две длинных свободных пряди, падающих из-за ушей, схожие по цвету платья, поделённые на две части и золотые цепочки, надетые всегда по-разному. Парень судорожно ринулся к ним, не замечая утыкающихся ему в спину стрел, споткнулся о край тарелки; неудачно приземлился на бок, проклял всех пришельцев, каждого по 3 раза. Он даже не заметил, как та группа ушла, как забралась на корабль, оставив после себя лишь чёрные лохмотья, как прекратился звон колоколов и всё исчезло. Всё. Уронив пару кусков спины со стрелами, де-Морт подошёл к остаткам Минервы. Хотя их тут уже не было. - Ч.. Чёрт. После всего, что они сделали вместе. После того, как они буквально построили новую экономику самоцветов. Так глупо потерять её по собственной вине… Вот она – главная причина – скука. Он всегда патрулирует один, потому что, как только на смену «чистого» цвета приходит «кровавый», для него существует лишь битва. Так было и будет всегда: Опал, Борт, Хризоберилл; его напарники всегда, рано или поздно, попадали на луну, и он замечал это только тогда, когда совершал какую-нибудь ошибку и «отпускал» атакующих, он замечал это только тогда, когда видел остатки их одежды. Он давно патрулирует один, он позвал Минерву, потому что надеялся, что это «проклятие» снято, хотел в этом убедится, да и просто пообщаться, поговорить о прошлом и грядущем. Возможно, она предполагала такой исход событий, возможно, если бы он попросил её вернуться в Школу или сбежал бы с ней, сообщив Ариане Дамблдор, всё могло бы обойтись. Хотя уже поздно. Волан-де-Морт с разочарованием и спокойствием смотрел на её «могилу», с разочарованием в том, что уже который раз подряд кого-то забирают прямо у него из-под носа. Цвет медленно, даже с нежеланием возвращался к голубому и, лежавшие сзади, осколки тоже принимали прежний цвет. На корабле лунарианцев не менялось ни песчинки.