Страна Самоцветов

- Помнишь ту историю про стол? - Да, но я так и не понял, что произошло. Мак обвёл взглядом помещение библиотеки и присвистнул. Они с Офелием стояли среди бесконечных стеллажей, у, уже целого, чуть потёртого и поцарапанного, деревянного стола; на его углу стояла стопка энциклопедий и прочих книг, описывающих флору и фауну пляжа, которые, в своё время, писали Хельга и Равена, но, увы, на данный момент многие их записи устарели. Собственно, этим и занималась пара – перебирали книги. На деле, они уже закончили и использовали оставшееся время, как свободное для разговора. Аврор начал своё повествование в довольно весёлом тоне: - Джон и Александра устроили «тихую» дуэль. Кроме стола, конечно, никто не пострадал, но, - он рассмеялся. – они свято верят, что я об этом ничего не знаю! Антаркицит поддержал его смех более лёгким: - И как он оказался у Плесени? - Они хотели скинуть с себя вину, поэтому Циркон отдала стол первому встречному, а Крауч должен был сыграть «злого библиотекаря». – смех не угас, да и ситуация не давала иного выбора, будучи весьма абсурдной. Время близилось к вечеру. Солнце покрывало землю своим ярким, жёлтым свечением делая тени от растений этакими кусочками ночи. Голубой пруд, с небольшими кустами розового, понемногу закрывающегося, лотоса, редко разбросанным по углам, сиял от света ничуть не хуже Колетт; проходя сквозь стеклянные волосы, лучи приобретали холодный белый оттенок, падая на подоконник слева от, сидевшего на нём, самоцвета, вглядывающегося в даль. Был ли то ищущий взгляд или встревоженный непонятно, он всегда был спокойным и в чём-то даже мягким, нежно перелетая от объекта к объекту, рассматривая и вновь улетая. Фигура Александрита с яркой, светящейся на уходящем солнце, голубой головой нерасторопно двигалась к Школе. Не удивительно: патрули уже закончились, да и вечернее собрание не за горами. У наблюдателя даже получилось найти некоторые параллели цвета главы патрульных и прямоугольного пруда, что находился прямо под ногами. Через некоторое время Волан подошёл, его руки были спокойно скрещены за спиной, а взгляд был... Разочарованным? Конечно это вызывало вопросы. - Вы в порядке? – Офелий подбежал к месту, где тот собирался переступить подоконник. - Да... – прозвучало на выдохе. Руки вышли из-за спины, демонстрируя четвёрку ярко-голубых, с одной стороны – покрытых пудрой, неровно отсечённых кусков. – Луняне в спину попали, теперь просить Сфен зашить рубашку... – за этим последовал ещё один вздох. - Могу предложить свою помощь в возвращении осколков на место. Глава патрульных глянул в сторону лазарета, что находился на противоположной им стороне. - Ни Фос, ни Элисон… Что ж… Я принимаю твою помощь. За прямоугольным деревянным столом, покрытым белой краской, и началось собрание самоцветов. Жёлтые фонари, висевшие под потолком кварцевой залы, равномерно освещали всё помещение и стоявших в нём. Конечно, больше всех выделялась Ариана Дамблдор и, будучи выше всех когда-либо существовавших самоцветов, выделялась она не просто так. Ариана - Учитель, старейшая среди всех – Адамант. Чёрное платье, чуть касающееся пола, с, такого же цвета, длинными, спадающими рукавами, интересно сочеталось с светло-серым оттенком кожи и мягкими белыми волосами, собранными в длинный хвост сзади. Сказать честно, выглядела она очень величественно и властно, но это не отменяло её доброты и заботливости по отношению к самоцветам. Стоя во главе стола, Дамблдор оглядела их тёплым взглядом. По правую руку от неё стоял глава патрульных - Волан-де-Морт; сегодня его взгляд казался чересчур спокойным, даже мертвенным и безразличным, а руки были странно скрещены за спиной, походили на стену, будто пытались что-то скрыть за собой. По левую, стояла глава ремесленников - Минерва МакГонагалл. Должна была стоять. А где она? Как ни странно, первой этот вопрос задала Учитель: - Приветствую вас на собрании. А… Где же Нептунит? – она с лёгким вопросом перевела взгляд на Александрита, который начал расправлять руки. На столе оказалось, истерзанное стрелами, чёрное платье главы ремесленников, синхронно этому парень заговорил, голос был вроде спокоен, а вроде и полон жалости и сожаления: - Лунарианцы забрали Минерву сегодня днём. Я был рядом, но… Не смог ничем помочь. В комнате воцарилась напрягающая тишина. Рот Гриффиндора судорожно приоткрылся, затем закрылся, глаза задёргались и быстро успокоились, а брови нахмурились. Стол чуть подпрыгнул от удара прочного, белоснежного кулака. - Это какой?! Уже второй раз, когда ты оказываешься свидетелем или даже соучастником того, как кого-то забирают?! – голос срывался на озлобленный крик, оно и неудивительно: Волан всегда был подозрительным для наследника. Кромешная тишина со стороны остальных не прерывалась, никто попросту не знал, что сказать. Самоцветы никогда не возвращаются с луны, МакГонагалл – не исключение, она больше не вернётся; она больше не будет обсуждать дела с Сайфер, больше не будет будить Плесень, когда тот спит на скамейках, не будет защищать Александрита перед Красным Алмазом. Ариана вновь разрушила тишину: - Алмаз, прошу, успокойся. – она хотела продолжить, но Гриффиндор не собирался сбавлять тон. - Учитель! Это ведь не первый раз, нам стоит задуматься! - Над чем? – её голос похолодел. – Потеря каждого самоцвета – невосполнимая утрата, даже идентичные им камни не смогут их заменить. Именно поэтому нам нужно это принять, двигаться дальше и защищать друг друга, а не винить. Наследник успокоился, тишина возобновилась. Все вроде и соглашались со словами Адамант, а вроде и винили Волана. Слишком многое играло в пользу Красного Алмаза. Глава патрульных еле слышно поправил левую руку Минервы: -Четвёртый.