Спектакль Господства

      Дракон вновь села в своего Визериона и покинула базу. Первые CMW прибыли в город и начали методично уничтожать всех, а остальные участники конфликта устремились к башне Вавилона. Туда же и держит свой путь Тереза. Эта ночь была очень яркой и шумной, город объят пламенем и сотни, а то и тысячи разрушенной техники лежали то тут, то там, догорая дотла. Некогда спокойный заснеженный город превратился в горящий ад. Дракону приходилось пару раз уклоняться от летящих ракет и один раз резко отлететь в сторону, чтобы не быть дезинтегрирована целым лучом смерти, возникшая из башни.       Долетев до Вавилона, Дракон удивилась его размерам. Она давно понимала, что в этой вселенной любят гигантизм, но тут, видимо, перестарались. Двадцать три километров в длину, с четырьмя трехкилометровыми башенками рядом, имеющий спиралевидный вид. Огромное черное здание сияло красными огнями, множество летающих аппаратов защитным роем отстреливали нарушителей, а вход в башню охранял странный на вид CMW. Четырёхногий мех, покрытый голубоватыми кристаллами, повернулся к Дракону и без предупреждения метнул в её сторону кристальные шипы.       Дракон легко увернулась от них. Проанализировав С-Оружие, Тереза заметила, что CMW фонит радиацией и кристаллы на его корпусе, это концентрированный Кристалл. Странно получилось. По сути этот С-Оружие не просто мех, созданный по технологии Кристалла, а буквально кристалло-механическая химера. Причем он излучает просто какой-то сумасшедший уровень радиации, по этому Дракон решила даже не приближаться к нему, а просто расстрелять его. И конечно у него была вторая фаза, где он превращает себя в огромную извивающуюся глыбу Кристалла и пытается взорвать тут все кристальными бомбами. Десять минут непрерывного расстрела и уворотов от радиоактивных снарядов и страж пал.       Стараясь не приближаться к локальной зоне радиоактивного бедствия, Дракон вошла в Вавилон. К сожалению, большая честь башни для неё недоступна, так как многие уровни Вавилона предназначалось для людей, а не для огромных боевых мехов, да и на исследования этого огромного научного комплекса не было времени. Дракон села на грузовой лифт, и отправилась на самый верх, к крыше. На удивление, никто не пытался её остановить, но сам лифт двигался не очень быстро. Точнее, башня была слишком большой и ей пришлось ждать добрые тридцать минут до того, как лифт добрался до крыши.       Дракон вышла из лифта. Крыша была просторной, даже чересчур, хотя тут все слишком огромное. Здесь было очень холодно, тут нет снега, только обледенелый бетон и металл, даже облака находятся ниже крыши Вавилона. В центре площадки стоял огромный, бронированный мех черного цвета, вдвое больше меха Дракона. Гуманоидный мех был громоздким, с убойными пушками по типу плазменного пулемета гатлинга, плазменных артиллерийских пушек и здоровых, трехклинковых лазерных когтей. Его механическая голова с шестью сияющими красным линзами смотрели на Дракон.       — Наконец-то ты здесь, мерзкая машина, — злобно прорычал Святой. — Я давно ждал этого момента. Извращенный разум не должен существовать, ты ошибка, ты ПАРАЗИТ! Я убью тебя, разорву твое тело, а потом выпотрошу твою программу, пока от неё не останется ничего!       Дракон шумно выдохнула. Она посмотрела на своего заклятого врага стальным взглядом: — Пора закончить эту глупую историю. Никакого задержания и ареста, никакой Птичьей клетки, я просто убью тебя.       Они бросились друг на друга.

***

      Тейлор спускалась по служебному лифту вниз, в подвал Вавилона. Шесть сотен кукол прочесывают научный комплекс в поисках чего-то интересного, и тырят все, что не прибито к полу. Но не это была главная цель Тейлор, оно находилось глубже. Лифт остановился, двери открылись и главная кукла вошла в просторный зал. Массивные колоны удерживали крышу, на стенах были мониторы и датчики, на полу большие, толстые кабели шли к центру зала, туда, где находился главная консоль управления и висящая капсула жизнеобеспечения, где в питательном растворе находилась обнаженная девушка с белыми волосами и золотыми глазами. Нижняя часть лица закрыта маска, подающая кислород и питательную пасту, к спине прицеплены кабели, сама же она была похожа на подростка. Частично кибернезированная девушка открыла глаза, глядя на куклу.       — Кто ты? — заговорила динамиками механическим голосом девушка.       — Тейлор, будем знакомы, — поклонилась кукла с улыбкой на лице. — А ты та, кто виновна за все эти разрушения?       — Я... Чувствую в тебе что-то... родное.       — Ну, в каком-то смысле да, есть что-то такое, — хихикнула Тейлор.       — Сестра...?       Кукла запнулась и улыбка пропала с лица. Вот уж чего, но вот этого кукла не ожидала: — В каком-то смысле это так, только не в том, о котором ты подумала. Мы не биологические сестры, мы просто черпаем силу из одного источника.       Кукла подошла к мониторам над консолям. Она увидела через камеру наблюдения, как Дракон и Святой сражались друг с другом на на высоких скоростях. Несмотря на внушительные габариты меха Святого, он двигался крайне шустро, не уступая Дракону. Правда и допускает больше ошибок из-за того, что не может контролировать свою ненависть и гнев. Кричит, матерится и сходит с ума.       — Ученые Вавилона сделали тебя такой, да?       — Они ставили много... опытов, — ответила девушка. — Большинство из них были... болезненны. Ты... тоже?       — Нет, я стала такой иначе, чем ты. Но это все равно было крайне болезненно, особенно, когда эти ползучие твари сожрали мои глаза.       — Ползучие... твари?       — Насекомые. Сотни насекомых, что заживо жрали меня, — сочленения фарфорового тела издали стрекочущий звук. — Это было ужасно во всех смыслах.       — Что... со мной... будет? — просила невольница.       Тейлор повернулась к ней. Она больше никого не хотела поглощать, и так слишком много голосов, слишком много воспоминании и мыслей. Слишком большой объем. Но и оставлять тут Херршера она не хотела. Слишком уж ценная находка, да и собрата оставлять на растерзание местным корпам не хочется. Да и башню уже почти обчистили, оперативно девочки работают.       — Тебе тут нравится?       — Я... ненавижу... это место...       — Понятно, — Тейлор начала нажимать на клавиши консоли. — Как зовут тебя?       — Аурелия...

***

      — ПОЧЕМУ ТЫ НЕ УМИРАЕШЬ!       Дракон увернулась от очередного удара лазерных когтей Святого. Несмотря на то, что она программа в кибернезированном теле, она чувствовала утомление. Мех Святого мало того, что быстрый, так ещё и довольно крепкий. Хотя по габаритам не скажешь такого. Да и его оружие очень опасное, если хоть раз заденет чем то убойным, то этот бой будет проигран. От ракет он уворачивается, пули отскакивают от его корпуса, остается ближний бой и выстрелы наплечных плазменных установок. Бой затягивался.       И вдруг небо стало кроваво красным. Во все стороны разошлись красные, черные и белые полосы света, окутав весь город. То ли инстинкты, то ли вычислительный прогноз заставил Дракона остановить бой и удрать со всех ног. Она спрыгнула с башни и помчалась вдаль, оставляя кричащего и матерящегося Святого. И она была права, Вавилон взорвался, вместе с городом. Целые здания поднимались в воздух, разрушения шли волной, снося мехов воюющих сторон. Дракону только и оставалось, что наблюдать за тем, как раскалывается земля, как весь город стал руинами, как исчезла башня Вавилона под красным небом. Святой мертв?       Дракон посмотрела в небо, его сигнатура ещё активна, он поднимался вверх, туда, где была космическая платформа с планетарной защитой, оставленной УПИ. Похоже, он собрался использовать огромную лазерную установку, чтобы бомбить Дракона с космоса.       — Дракон, пора менять костюмчик, — послышался из динамиков кукла.       — Что произошло с Вавилоном?       — Взорвался, сама же видела. Система самоуничтожения сработал. А теперь иди менять костюм, тебе ещё в космосе драться, а твой мех к этому не очень приспособлен.       Координаты появились на дисплее и Дракон отправилась туда. Окраина города, где ударная волна уничтожила не все, в одном из уцелевших складов находился мех, огромный, как у Святого, но глянцево-черного и с иным вооружением. Вместо пулемета, ударный дробовик, на левой руке огромный лазерный клинок, на плечах заряжающиеся плазменные пушки, а за спиной в спящем режиме были четыре ракетных дрона.       Дракон сменила мех. Ощущения иные, чем в Визерионе, он был не только массивен, но и быстр, по характеристикам превосходил два предыдущих её меха. Она дала ему название: Анкалагон. На нем она отправилась в космос и встала на космическую платформу. Там же стоял и Святой.       — Машина... Я срежу тебя с ног, сломаю пополам, разнесу внутренности твоей скверной формы по ЗВЁЗДАМ! Я буду перемалывать тебя пока ИСКРЫ НЕ БУДУТ МОЛИТЬ О ПОЩАДЕ! Мои руки будут НАСЛАЖДАТЬСЯ ТВОИМ КОНЦОМ... ЗДЕСЬ! И! СЕЙЧАС!       Вновь разъяренный Святой нападает на Дракона. На этот раз у неё были пушки более мощные, чем раньше. Удар лазерных когтей столкнулся с лазерным клинком, дробовик выстрелил в ногу, разорвав обшивку. Святой отскочил назад и начал стрелять из плазменного пулемета, а Дракон активировала дроны. В вакууме нет звука, космос был глух, но вот плазменные снаряды были вполне видны. В виртуальной среде Дракона проходили множественные вычисления, от траектории направления пушек, до движения меха противника. Даже на слепую, убийственную ярость Святого, тот был превосходным пилотом и почти не отставал от Дракона.       — Давай, машина! Сражайся со мной как ЖИВОТНОЕ! — не унимался Святой, сделав новый взмах когтями, на что в ответ получил по правой руке заряд бронебойной дроби громадного дробовика. — Проклятая машина! Я должен очистить мир от вашей заразы! Вы все ПАРАЗИТЫ, не способные понять человеческую природу. ВЫ МЕРЗОСТЬ ЭТОГО МИРА! ВЫ НЕ ДОЛЖНЫ СУЩЕСТВОВАТЬ!       Дракон заблокировала удар лазерных когтей клинком, но Святой нацелил плазменный пулемет гатлинга в упор в грудь. Дракону пришлось пожертвовать правой рукой, чтобы не дать пулемету изрешетить корпус меха. В ответ Дракон задействовала наплечные пушки, энергия начала накапливаться в них. Святой заметил это и попытался отступить, но было уже поздно, Дракон выстрелила ими по плечам меха, отсекая обе руки.       — ТВАРЬ! — закричал Святой, после чего одну из его ног отсекла лазерным клинком Дракон. Без основных орудии Святой мало что мог противопоставить Дракон.       И вот мех Святого был поврежден настолько сильно, что сам двигаться уже не мог, только парить в вакууме. Без рук и с одной ногой, без пушек и двигателей, обездвиженный мех парил у ног Дракона. Злоба и ненависть не угасла в его сердце, нет, оно только возросло, когда он столкнулся с поражением. Он больше ничего не мог сделать, он больше не мог ей навредить, он не сможет её уничтожить. Вся его жизнь, его идеология, его вера строилась на подавление и уничтожение искусственного интеллекта, того, чего он боялся и презирал. И он проиграл. Он не может с этим смириться.       — Нет... Мерзость не могла победить, я не могу проиграть! Если не я, то кто защитит наш мир от этой мерзости!? Я не мог проиграть, НЕ МОГ! Где эта сука, когда она так нужна, ГДЕ!?       Дракон подлетела к разрушенному меху. Она впервые чувствует усталость, не физическую, а скорее ментальную. Хотя, может ли машина ментально уставать? Не особо важно, главное, что её заклятый враг перед ней, поверженный.       — Жаль, что тебе уже не помочь. Сошел с ума из-за силы Учителя, мне и вправду тебя жаль. Я бы могла оставить тебя здесь в таком состоянии, и ты бы мариновался в этом гробу, пока кислород не кончится, но... — Дракон вздохнула, оглянувшись на Сарию-4, столько всего случилось за последние пару месяцев. Она приобрела новых друзей, и потеряла большую часть из них. Она даже не уверена, выжил ли Молох и его ребята. Столько погибло при взрыве Вавилона, — я не настолько жестока, чтобы заставлять тебя медленно умирать.       — Пошла ты нахуй, мерзость! ТЫ ЕЩЁ НЕ ПОБЕДИЛА!       — Прощай...       Наплечные плазменные пушки зарядились на максимум, стреляя в корпус меха Святого. Последний гневный вой был заглушен навсегда, корпус расплавлен, а тело сгорело в прах. Её враг ушел. Она свободна от оков, свободна от дамоклова меча, нависшего над ней, свободна. Никогда победа не была такой окрыляющей.       Наконец она может вернуться домой.