Do u love me?

Adi Goldstein – On A Cold Winter Day

      Улицы города гремели от новостей и ряда взрывов, прошедших как в крупных центрах, так и на окраинах. Людские волнения поднимали протесты и новые шествия на главных дорогах. Воздух пропитался гарью и дымом, что стелился далеко за пригородом. Полицейские и пожарные сирены гудели, разрывая шум толпы, в след которой проезжало несколько машин скорой помощи. Снег, впервые пошедший только начавшейся зимой, крупными хлопьями обволакивал деревья, фонари, открытые крыши домов и мокрые промёрзлые дороги, где проезжала часть автомобилей, стараясь не врезаться друг в друга, они аккуратно катились по ровному полотну, создавая многочасовую пробку.       Здание университета и его территорию засыпало плотным и густым снегом, закрывавшим лестницы и тропы, по которым ходили студенты. Сонхва в одиночестве возвращавшаяся из круглосуточного магазина, что находился в нескольких метрах от общежития, согревала ладони о небольшую грелку, купленную совсем недавно на холодный сезон года. Потянувшись в карман за вибрирующим телефоном, она высунула его и, проведя пальцем по экрану, разблокировала. Светившиеся уведомления о скидках к новому году и короткие переписки между друзьями мало интересовали её, отчего перейдя в приложение, девушка быстро зашла в беседу и пролистнула разговор Джерен и Кристофера. «Сонхва, ты придёшь сегодня?» — новое сообщение от отца высветилось сверху. «Да, сейчас забегу в общежитие и поеду к вам», — незамедлительно ответила она ему. «Не иди в одиночку» «Я заберу тебя» «Подожди около ворот университета, я как раз подъеду через тридцать минут, успеешь?» — писал отец, на что Сонхва отправила стикер и, заблокировав экран, убрала телефон, чья зарядка медленно сходила к пяти процентам.       Завернув на узкую, нелюдимую улочку, ведущую короткой дорогой прямо к общежитию, девушка медленно перебирала ногами, слушая скрип подошвы и собственные шаги, она вдруг насторожилась, замечая за собой в отражении стекол домов ещё одного человека. Его кепка и маска закрывала лицо, а куртка неестественно вздулась, будто под ней было что-то спрятано. Вновь свернув с дороги, Сонхва ускорила шаг в надежде выйти на главную улицу, на которой всегда толпились студенты. Незнакомец позади не отставал, чем изрядно начинал нервировать её, вызывая внутри триггеры прошлого. В этот раз в её куртке отсутствовали мелкие вещи, которые она уже привыкла с собой носить по наставлению отца. Пустота карманов и шелест пакета, в котором лежали нужные для дома вещи, возрождала тревогу и давно забытый страх. Девушка шла ещё быстрее по дороге, стараясь держать максимальную дистанцию с незнакомцем, она быстро разблокировала телефон и написала отцу. Бегло завернув на очередную нелюдимую улицу, что явно была шире, чем та по которой она шла, Сонхва, метаясь по окружавшим её домам, глазами искала нужный поворот, но как только вновь свернула, оказалась не в том месте, снова на крючке преследователя. Девушка раз за разом петляла между поворотами, как и незнакомец, изрядно сокращавший расстояние. И снова повторив всё тот же путь, она скрылась меж домов. Видя вдалеке ту самую улицу к которой шла, студентка почти сорвалась на бег, вот только не успев дойти, её схватили за руку и потянули на себя. Скрываясь в пустом открытом доме, чей первый этаж вёл вверх по лестнице к квартирам, Сонхва хотела вырваться из крепкой хватки, что прижала её к стене и закрывала рот рукой. Взгляд мутнел от скопившихся слёз в тёмном помещении, вцепляясь ногтями в кожу человека напротив себя, она царапала его в надежде отстраниться и закричать. — Сонхва, — позвал её знакомый голос. Тёплая рука легла на щёку, убирая часть прилипших к коже волосков. — Это я. Я уберу руку только будь тише, он всё ещё ищет тебя… — парень чувствовал дрожание в её руках и, последовав своим словам, убрал руку и отстранился, ощущая на себе полный ненависти взгляд. — Что тебе надо Чон Хосок? — прошептала Сонхва, вытягивая руку перед собой и не подпуская его ближе. — Тот, кто шёл за тобой, ты его знаешь? — вдруг спросил он, рассматривая испуганную девушку перед собой. — Ты издеваешься? Серьёзно? Спрашиваешь меня об этом, когда сам схватил и затащил сюда? Я ещё раз повторю, что тебе надо? То ты исчезаешь, то ты появляешься передо мной… Я уже знаю про тебя всё… Да и ты про меня тоже. Понравилось играть с моими чувствами? Лгать? — Нет, не понравилось, — честно ответил Чон ей, подходя ближе. — Я не хотел вести себя как полный идиот, что играет с тобой и лжёт тебе, но сейчас я не могу объясниться, — сказал Хосок, посматривая на карман куртки, в которой лежал телефон. — У меня нет времени, ведь твой отец уже едет сюда, поэтому… Сонхва, прости за это, — Он замер, сжимая предмет в кармане так, что побелели пальцы. Взгляд на мгновение задержался на лице девушки и, выхватив из своего кармана острый предмет, полоснул неприкрытую кожу её шеи. Небольшая ранка начала кровоточить, отчего Сонхва не сразу это поняла. «Так было нужно… — заключил он про себя. — Продолжай и дальше злиться на меня и ненавидеть ещё больше». — Какого чёрта ты творишь?! — вдруг громко произнесла девушка, слыша на улице вой полицейской сирены. — Скажи своему отцу, что это я преследовал тебя сейчас и что я угрожал тебе, — он коснулся капли крови, стекающей по шее и растёр её. — Отдай ему эти бумаги, — он положил ей в карман скрученные бумаги. — Ты… — Сонхва притронулась к шее и, посмотрев на свои окровавленные пальцы, перевела испуганный взгляд на Хосока. — Не подходи ко мне, не смей! — Она вновь вытянула руку, заставляя его соблюдать дистанцию. — Приходишь так просто, ничего не объясняешь, ещё и направляешь на меня оружие… Ты… «Какой же ты…» «Прости…», — смиренно произнёс он про себя. — Сонхва… Прости, что причинил тебе столько боли, — шептал он, — Мы больше не встретимся с тобой… Обещаю, — Хосок в последний раз взглянул на девушку, в чьих глазах предстал монстром и, не решаясь подойти, скоро вышел из укрытия, навсегда теряясь в пустых улицах. «Что, чёрт возьми, происходит, Чон Хосок? Ты снова отталкиваешь меня? Снова убегаешь…» — тёплые слёзы согревали холодные от мороза щёки. Ноги девушки подкосились ровно в тот момент, как её нашла полиция, что-то громко передававшая и трепетавшая под ухом.

***

      Приземлившись поздно вечером в международном аэропорту острова Чеджу, Юнги и Ёнро вышли к парковке на нижних уровнях, у которой их уже ожидал незнакомец, подготовивший арендованный автомобиль гостям. Пока Мин подписывал пару документов о принятии машины и выслушал человека, докладывающего ему какую-то информацию. Сырая прохлада проникала к тёплой коже девушки, заставляя её поёжиться и сильнее сжать руки в карманах. Не слушая и не обращая внимания на происходящее позади, Ёнро устало перебиралась с ноги на ногу, пытаясь хоть немного согреться. Внезапное мероприятие, вылет на остров и их скомканный разговор, в ходе которого она просто согласилась на свою «работу», не давала ей покоя. Всё, начиная от этих пригласительных и заканчивая их местонахождением сейчас, казалось ей слишком странным и подозрительным, но вот что именно не так, девушка не могла понять. «Будто мы оба убегаем от чего-то… — подумала она, сжимая и разжимая пальцы в тёплых карманах. — Ладно… это всего лишь на четыре дня. Потом…» — Ёнро замолкла внутри себя, опуская голову. Одно единственное слово заставило её задуматься над множеством других мыслей, из которых она вновь задавалась вопросом — а что будет потом? И только одно лишь это слово «потом» опустошало всё в ней. Вопрос, на который ответа не было. — Ёнро… — средь тишины прозвучало её имя. — Ли Ёнро, — снова он позвал её, отчего та быстро пришла в себя, подняв голову и повернувшись к одинокому мужчине, она посмотрела то на открытую дверь автомобиля, то на него — указывающего взглядом на пассажирское сидение. — Садись.       Оставляя дверь открытой для неё, Юнги пошёл к другой стороне. И как только девушка села, автомобиль двинулся с места и выехал с парковки на улицу, по которой курсировали последние вечерние автобусы и другие машины поздно приехавших гостей острова. Тьма давно накрыла центр города, который утопал в ярких рекламных вывесках и открытых магазинах, скоро завершающих свою работу. Внутри автомобильного салона стояла гробовая тишина, прерываемая работающим мотором двигателя и приглушенными звуками улиц. Девушка украдкой поглядывала на Юнги, слегка утомлённого и полусонного, лениво опирающейся головой на левую руку. Мелькающий за окном свет фонарей выхватывал из темноты его мягкие черты лица, острую челюсть, плотно сомкнутые губы, не намеренные начать хоть какой-то бессмысленный разговор, глаза внимательно следили за ровной дорогой, которая отчасти была уже пуста. Ёнро проскользила взглядом по его шее, спускаясь ниже к тёмной рубашке и руке, что крепко удерживала руль. Она знает, что он чувствует на себе её изредка пристальный взгляд, который девушка иногда уводит в сторону, позволяя Юнги быстро, не отвлекаясь от дороги, поглядывать на неё. Его губы растягивались в слишком мимолетной, растворяющейся в тени, улыбке, а желание ещё раз взглянуть, соприкоснуться друг с другом, только повышало градус тела.       Тяжело вздохнув и взъерошив растрёпанные волосы на макушке, Юнги вновь удалось привлечь её внимание к себе, но на этот раз он уже не смел позволить ей увернуться от него. Его взгляд был непривычно мягок, словно её лица касалось что-то тёплое и нежное. Ёнро всего на несколько секунд замерла, разглядывая красный отблеск светофора на одной стороне его лица. Пара секунд и цвет сменился, автомобиль снова двинулся вперед. Юнги потянулся к экранной мультимедиа и, щелкая пальцами по сенсору, включил музыку, попутно сбавляя и оставляя комфортную для обоих громкость. — Хотите поесть? — спросила Ёнро, замечая на мелькающих улицах ресторанчики с барбекю и традиционной корейской едой. — Уже поздно и мы оба пропустили ужин… — Да, — коротко ответил ей Юнги. — Скоро многие ресторанчики закроются, поедим в круглосуточном? Видела рекламу одного нового рамёна, — непринуждённо продолжила девушка, всё также изредка посматривая на мужчину. — Говорят, если добавить к нему сыр и взять курочку или кимбап, получится не хуже какого-нибудь местного ресторанчика… — Можем просто заехать в магазин и купить продуктов… — съезжая с дороги, по которой вёл навигатор, ответил Мин. — И приготовить. — Разве мы не едем в отель, где будет проходить мероприятие? — Нет… мы едем в дом около восточного побережья, — бросая мимолетный короткий взгляд на неё, прозвучал его ответ. — Так безопаснее… — пробормотал он, и мгновенно осознал, что оговорился вслух. — Насчет мероприятия, — тут же мужчина сменил тон, не зацикливая внимание Ёнро на озвученном ранее, — оно пройдёт в закрытом кругу, тот кто его устраивает — мой друг. Людей будет в два раза меньше, чем на обычных таких встречах, ничего серьёзно. В шесть банкет начнётся и продлится до девяти часов… — посматривая на кольцо девушки, Юнги продолжил. — Тогда в Италии, когда мы встретились с Адемом и его дочерью, я сказал, что мы обручены. Сейчас об этом знают все, начиная от моих людей и заканчивая Апостолами и их людьми из других стран. Поэтому на этом мероприятии мы должны продолжать поддерживать свой статус обручённых. «И долго мы будем в этом статусе?» — пронеслось в мыслях Ёнро, когда она посмотрела на кольцо, изящно украшавшее тонкие пальцы. — Пока это необходимо, — будто читая её мысли, незамедлительно ответил Мин. — Твоя помощь в этом… «Остальное будет на мне», — мысленно закончил он, концентрируясь на оставшейся дороге.

***

Сеул.       Прохладная ночь стиснула в объятиях просторную дорогу и леса, что по окраине шептались в бушующем снегопаде. Поле, словно после крупного дождя, окутало мокрой пеленой, на которой остановились несколько машин. Люди Чона и Кима гнались за группой незнакомцев, именуемых Призраками. Они уходили далеко к старым и разбитым деревушкам, некогда составляющих малую деревню. Ветер свистал и усиливал свои порывы, заглушая голоса и скрывая всех, кто уходил в лесную глубь. — Господин Чон, подождите нас! — кричал один из не успевавших и шедших за своим боссом человек. — Господин Ким, скорее, а то упустим Призраков! — кричал второй, переступая тянущую к земле грязь. — Заходите с двух сторон, окольцовывайте и не дайте им уйти! — отдал приказ Тэхён, махая рукой своим людям, чтобы те шли дальше.       Две группы следовали друг за другом, преследуя и загоняя часть людей из Призраков в пустоту. Тэхён шёл за ними, откидывая ветки, что так и стремились хлестануть по его лицу. Чонгук давно отстал от своих людей, почти настигая Призраков и растворяясь между тенями деревьев и завесой снега, что прилипала к вороту куртки и таяла на коже. Где-то впереди хрустели старые сухие ветви под ногами, заставляя Чона замедлиться и вскоре остановиться рядом с группой Призраков. Позади слышались приглушённые голоса и торопливые шаги его людей, почти дошедших до него, но стоило им услышать разрезающий пустую тишину выстрел, как все остановились. Кто-то оступился, с тихим проклятием цепляясь за землю, кто-то схватил оружие крепче, а кто-то оставался позади. — Откуда выстрел? — прошептали где-то рядом с Кимом, взбирающемся по горе к Чону. Тэхён остановился, подняв руку, давая знак тем, кто был рядом. Он чувствовал, как по спине медленно ползёт пронизывающий холод, а выстрел что был слишком близко, явно не от его людей. — Кто выстрелил? В кого? — вдруг прошёлся гул голосов по округе.       Последующая тишина сменилась рядом выстрелов со стороны Призраков. Вместе со своей группой, Ким вышел к ним, осматривая замертво лежавших на сырой земле людей Чонгука. Кто-то упал лицом в грязь, кто-то застыл, глядя в пустоту стеклянными глазами. Руки обхватили корпус пистолета и направили на одного из членов группы Призраков, стоявших неподалёку, но палец так и не нажал на спуск. Глаза Кима метались между силуэтами, лицами, тенями, отчаянно выискивая Чона, но того никто не видел, ни среди павших, ни среди тех, кто держал оружие против преследуемых ими врагов. И лишь мгновенную секунду, Тэхён понял, что ошибся. Люди Кима освещали фонарями маски Призраков, стоявших напротив и направивших на них оружие. Во главе всей группы стояла до боли знакомая им всем фигура, чья рука, забитая татуировками, потянулась к маске и стянула вниз, оголяя всем своё лицо. — Господин… Чон, — отрешённо произнёс один из его людей, опуская пистолет к земле и тут же получая пулю от него, что на полной скорости вонзилась в голову и моментально умертвила.       Шок поверг многих в ступор, наблюдая за своим боссом, люди Чона с дрожью в руках и болью в сердце сжимали оружие, направленное на него и Призраков. Не все могли поверить в случившееся, как и открыть огонь по предавшему их человеку. Гул шёпота, вместе с последующими выстрелами, по некогда своим друзьям, расходился далеко за края лесной чащи. — У предателей — один исход! Убить предателя! — вдруг крикнул кто-то из толпы, открывая по Призракам ответный рой огня. — Скорее передайте другим! — крикнул второй, поднимая за собой волнения других. «Так значит это ты…тот предатель, о котором говорили… — пронеслось в мыслях Кима, которого тут же прикрыл от проносящейся пули один из его людей. Поваленный и катившийся со склона на ровную сырую землю, Тэхён вдруг рассмеялся, сдерживая в руках смешанную с кровью своего человека грязь. — Идиот…»

***

      Первое зимнее утро встретило Чеджу порывистым ветром. Затянутое небо, среди которого изредка поблёскивали солнечные лучи и холодное бушующее море, чьи волны бились о чёрные вулканические камни и песчаный пляж и уносили за собой часть песка. Сторонняя тишина, нерушимая ничем, кроме далёких гулов автомобилей, не смела будить единственных гостей небольшого белоснежного домика, окна которого были закрыты тёмными шторами. Громко трещавший около уха будильник тяжело пробуждал девушку, еле открывшую глаза от крепкого сна. Потерев пальцами часть лба, Ёнро приподнялась на локтях, щурясь от слабого серого света, просачивавшегося сквозь щели между шторами, она поёжилась, приподнимая плечи и подтягивая ватное белое одеяло ближе к себе. Руки потянулись надоедливо-звонящему телефону и отключили непрекращающийся звон. Опустив ноги на мягкий ворс ковра, девушка встала и, схватив со стула тёплый кардиган, накинула его поверх пижамной одежды. Ткань приятно согревала плечи, отчего Ёнро на мгновение замерла посреди комнаты. Тишина нисколько не была гнетущей, наоборот приятно-успокаивающей, словно тот самый ничем не обременяющий большой глоток свежего воздуха.       Девушка медленно подошла к окну и чуть приоткрыла штору. Холодный свет тут же заполнил просторную комнату и ослепил её. За дверью послышался приглушённый стук посуды и тихий скрип половиц, привлекающий внимание Ёнро. Проскользнув в небольшой коридор, она вышла на кухню, где заметила стоявшего за плитой Юнги. Собранная на затылке часть волос оставляла распущенными другую, прилегающую к шее, просторная белая футболка и тёмные брюки, заставляли девушку рассматривать его со спины, проходясь взглядом то по скрытой за тканью спине, то по рукам, державшим нож для нарезки овощей. Ёнро тихо прошла ближе к кухне, оглядывая минималистичное внутреннее убранство дома. Вчера у неё совсем не было желания осматривать домик, в котором они остановились. — Доброе утро, — тихо произнесла девушка, стоя напротив мужчины, взявшего две тарелки из шкафчика. — Садись за стол, — ответил ей Мин, указывая взглядом на небольшой кухонный стол посреди комнаты. Он явно был чем-то недоволен и даже раздражён, на что Ёнро молчала. — Мы здесь одни? — спросила она, пройдя к окнам, за которым могла наблюдать пустующие дома, что находились рядом с ними. Взгляд цеплялся за пустоту как внутри, так и снаружи. Ни одной живой души поблизости не было, несмотря на то, что время давно уже переваливало за десять часов. — Да, — не скрывая правды, холодно произнёс Юнги, поставив тарелки на стол и выпрямившись, посмотрел в сторону девушки, внимательно разглядывавшей окрестности вокруг дома. «Странно… — всё казалось неподдельно подозрительным. Ёнро знала, рядом с Мином всегда были и есть люди, охраняющие его, где бы он ни был, но именно сейчас они и правда были одни, словно сбежали ото всех в безлюдную тишину. Она отошла от окна и присела напротив него, рассматривая приготовленный им завтрак. — Одни и рядом ни души… Почти как тогда в Италии…» — Насчёт этого мероприятия, как я уже и говорил, гостей будет мало, отчего мы будем у всех на виду, в поле зрения каждого. Скрыться где-либо не получится. Все будут следить за нами как за парой обручённых, так и раздельно — и за мной, и за тобой. Неудобные вопросы, разговоры и высказывания — будут, и в достаточном количестве. Считай нас будут проверять. Не сможешь выстоять — станешь их мишенью, сможешь — признают и с осторожностью будут относиться в дальнейшем. Это надо просто пережить… — Поняла, — с тем же холодом ответила она ему, перекатывая палочками горох по тарелке. — Что-то ещё? — Список гостей, лежит на столе в комнате, изучи его, на всякий случай. Нужно быть готовыми к пяти часам, времени не так много, так что не выходи из дома куда-то. В шкафу заранее подготовлена одежда на сегодняшний вечер. Выезжаем в половину пятого…       Время пролетело быстро. Разойдясь после завтрака по комнатам, Ёнро быстро изучила список гостей, что будут на сегодняшнем банкете и, посмотрев на прошедшие часы, не слишком спешно начала собираться. В шкафу висело закрытое чехлом чёрное платье, плотная ткань которого переплеталась с золотой каймой и такими же холодными металлическими вставками. Зеркало в комнате отражало девушку, с ног до головы осматривавшую себя в нём. Взгляд цеплялся за каждое малейшее свечение металла, при любом её движении. Уложенные волосы, макияж, который она слегка нанесла на лицо, отчего он казался почти не видимым, подчёркивал её естественные черты. Со стороны всё казалось идеальным, вот только Ёнро как будто искала в своём отражении что-то не то, тот самый изъян, настораживающий её при очередном брошенном взгляде на себя. Руки одёргивали края платья, пытаясь что-то поправить в нём и перешли на волосы, что были убраны назад, но тут же вернулись вперёд и закрывали шею. Вновь оглядев себя, девушка отошла от зеркала и, подхватив лежавший на столе клатч, направилась к закрытой двери.       В другой комнате, что находилась напротив той, где была Ёнро, Мин, застегнув запонки на чёрной рубашке, накинул на плечи пиджак, в ткань которого вплетался золотой декор, подстать тому, что был на платье его спутницы. Он прошёл к столу, где каждую минуту вибрировал его телефон оповещая то о сообщениях, то о неминуемых звонках. Подхватив смартфон и сосредоточив взгляд на экране и информации, которую ему присылали его люди, Юнги пробежался глазами по контактам, которые, начиная с прошедшей бессонной ночи, неумолимо названивали ему каждые десять минут. Он долго рассматривал и изучал всё, что приходило, пальцы крепко сжимали корпус телефона, а большой палец отбивал никому неясный ритм, будто озвучивая его сомнения, взобравшиеся внутрь головы, и в конечном итоге, останавливаясь на своём решении, Мин перебрался к кнопке выключения. Экран телефона вмиг погас, разрывая связь с его людьми, оставшимися в Сеуле. Откинув телефон на кровать, Юнги подхватил чёрный галстук и, накинув его на шею, направился в гостиную, что так и застыла в тишине, когда они молча разошлись по комнатам.       Часы тихо отсчитывали утекающее время, а проблёскивающее из-за затянутых туч уходящее солнце, пробиралось сквозь окна внутрь, мягко освещая гостиную. Юнги медленно прошёл по гостиной и, остановившись около стола, за которым они утром сидели, взглянул на окно, где в нескольких метрах от их домика штормило море, что разбивало белые пенистые волны о чёрные камни пляжа. Ветер гнул промёрзлые ветви мандаринового дерева, вырывая из них редкие листья и лёгкий запах цитрусов, что мешался с холодным морским воздухом, проникающим через приоткрытую форточку внутрь. Зимняя прохлада блуждала по домику, заставляя Мина поёжиться от неё. Он отошёл к месту, где утром сидела девушка и, пройдясь пальцем по спинке стуле, сжал руку в кулак. «Нет…» — пронеслось в его мыслях. Останавливая себя от лишних движений, Юнги вспомнил их вчерашний разговор, взгляды, ту полуулыбку, на которую так явно попался. Однако всё это, не оставляло ничего, что так хотелось заполучить… Время То самое время, с каждой секундой оставалось у него никчёмно мало. Он знает — дальше будет только хуже, особенно для них двоих. Пусть лучше совершит ошибку, чем поступит по-другому… в грядущем и ужасно-быстром настигающем будущем.       Дверная ручка щёлкнула замком и опустилась вниз, открывая девушке двери. Выйдя в гостиную, Ёнро прошла к середине комнаты и остановилась, замечая, повернувшегося к ней Юнги. В её глазах он выглядел слегка обеспокоенным и напряжённым, но подойдя ближе, она решила не замечать этого. Взгляд метнулся к его костюму, на котором девушка заметила похожие узоры, как и на её платье. Глаза бегло поднялись выше и остановились на небрежно лежавшем на шее галстуку.       Не скрывая своего беспокойства, Мин продолжал следить за ней также, как это делала она сейчас. Сталкиваясь с ней взглядом и спускаясь ниже к накрашенным губам, что продолжали напоминать о том вечере, который никак не покидал его голову, он шумно вздохнул, привлекая её внимание, отчего первый начал разговор протягивая ей концы развязанной ткани галстука. — Поможешь, — хрипло произнёс Юнги, чуть склоняя спину и голову к несколько растерянной Ёнро, чьи глаза бегло осматривали его тусклое от прошедшей бессонно ночи лицо. — Разве вы сами не умеете? — быстро отозвалась она, небрежно сжимая концы и рассматривая вдруг смягчившийся на ней его взгляд. «С утра вёл себя холодно, а сейчас вдруг стал милее… Что с тобой? — вопросы взбирались на подкорку размышлений, не дающих ей покоя. — Что за странную игру ты опять устроил?» — Нет, — ответил ей Мин, продолжая наблюдать за вдруг задумавшейся девушкой: её брови нахмурились, а взгляд опустился на ткань и снова недоверчиво вернулся к нему. — До этого галстук всегда был аккуратно завязан… — отметила Ёнро, вспоминая дни, когда видела его с ним. — А теперь говоришь, что не умеешь. — Уверена, что всегда его завязывал я, а не кто-либо другой? Да и Кэтрин должна была научить тебя… — Странно, что такой человек как ты не умеет сам завязывать галстук. Кто-то другой вполне мог, но вряд ли бы вы подпустили к себе кого-то, кроме тех, кому доверяете. Я на все сто процентов уверена, что вы и сами можете справиться с таким простым делом, а не просить меня… — подлавливая его на лжи, Ёнро отпустила ткань и искоса поглядывала на него, что с тем же любопытством и насмешливой улыбкой, щурясь, продолжал осматривать её. «Ты и правда… слишком хорошо изучила меня…», — да, за столь долгое время, что утекло и остановилось именно сейчас, Юнги действительно поймал себя на мысли, что они оба стали слишком открыты друг для друга. — Значит научишься прямо сейчас, — ответил Мин, беря её руки в свои и кладя их на концы галстука. — Я буду говорить тебе, просто повторяй.       Слегка опешив от его ответа, Ёнро даже не успела что-либо сказать, как её рук касались холодные пальцы. Она крепко вцепилась в плотную ткань посередине с двух концов и, сосредоточенно следуя мужскому голосу, сделала петли, в одну из которых продела длинную часть и слегка затянула, образуя плотную связку. Перебравшись к узлу, девушка потянула его ближе к шее, но резко склонившийся ещё ниже перед ней мужчина, заставил руку вздрогнуть и стянуть плотно-завязанную ткань сильнее, почти перекрывая кислород. Резвое движение с его стороны и без того сократило никчёмное расстояние, что было между ними. Ткань галстука натянулась, подчёркивая линию шеи и вены. Ёнро замерла, осознавая, насколько близко они сейчас стоят друг к другу, её пальцы, руки и тело холодело, отдавая натянутым напряжением. — Птенчик, — прошептал почти на ухо ей Юнги, — не думал, что ты так сильно хочешь лишить меня кислорода, — вновь нахальная ухмылка скрасила его лицо, из-за чего девушка несколько разочаровано выдохнула, выпуская галстук из рук. — Не надо было дёргаться, — спокойно ответила она ему и, отходя на несколько шагов назад и разворачиваясь, направилась к входным дверям, — Ублюдок, — тихо бросила Ёнро, крепко сжимая сумку и ощущая на щеках пылкий жар.       Проводя взглядом свою спутницу, Мин улыбнулся и поправил галстук, посмотрев на наручные часы, он направился вслед за девушкой, вышедшей на холодную улицу. Дорога до отеля, где проходило мероприятие занимала совсем немного времени. Сворачивая с главной дороги в сторону, автомобиль спустился со склона и притормозил, медленно подъезжая к главному входу в здание, около которого их ожидал портье. Подходя к дверям автомобиля, он открыл дверь и вежливо подал руку девушке, а после, чуть склонившись перед мужчиной, поприветствовал его и, получив ключи от автомобиля, тут же передал их камердинеру, быстро подошедшему к ним. Ёнро прошла на несколько шагов вперёд и остановилась, закидывая голову к верху и рассматривая отель в несколько этажей, она так и не заметила, как к ней подошёл Юнги. Протягивая ей согнутую руку, он вновь осматривал её, будто старался запечатлеть в памяти этот яркий, несколько высокомерный, образ, что исходил от неё в тот момент. Ощущая на себе пристальный взгляд со стороны, девушка метнулась взглядом по мужчине, протянувшему ей руку, и положив свою ладонь на его локтевой сгиб, вместе с ним вошла в здание отеля.       Тёплый свет рассеивался по огромному холлу, графичные изгибы подсвеченного потолка, создавали мягкое переливающееся движение дерева, словно упоенные дыханием ветра морские волны. Похожие на облака люстры нависали над прибывшими гостями и администрацией, приветствовавшей посетителей за округлой каменной стойкой. Ступая по гладкому мраморному покрытию, только что зашедшая пара прошла к администрации, подтвердившей их личности и проводившей до гардеробной комнаты. Пропуская девушку вперёд себя, Мин коснулся её плеч и помог снять длинное пальто, после чего и сам избавился от своего, которое тут же забрали. Оба они вышли в продольный коридор и, вслед за встретившей их хостес, направились к банкетному залу, где проходило мероприятие. — Господин Мин, Госпожа Ли, добро пожаловать, — тут же поприветствовал пару низко поклонившийся персонал. — Прошу следовать за мной, я проведу вас, — указывая рукой в сторону, произнёс один из работников.       Открытое пространство с ещё большим простором и декоративными нитевыми элементами, среди которых мелькало несколько гостей, наполнял такой же, как и в холле, песочный свет, обволакивающий светлые стены. Ёнро, легко придерживаясь за руку Юнги, коротко осматривала давно прибывших гостей, которых правда оказалось меньше, чем на тех мероприятиях, которые они посещали. Многие ей были незнакомы, но украдкой отмечая дорогую одежду, ювелирные изделия, ярко мерцающие при столь слабом свете, походку и разговоры, что они вели, она могла определённо сказать — эти люди имеют скрытый, но очень высокий статус в обществе. Атмосфера, давящая на воздух, не уступала той же, что была тогда в Италии. Опуская руку, Мин плавно проскользил пальцами по прямой спине девушки и приобнял за талию, заставляя её идти ещё ближе к нему. — Господин Мин, добрый вечер, — подойдя к ним, тут же поздоровался организатор сегодняшнего мероприятия. Его протянутая рука висела в воздухе в ожидании, когда старый друг пожмёт её. — Да, времени прошло достаточно, — ответил ему Юнги, приветственно пожимая руку. — Давно мы не виделись с тобой и… Госпожа Ли Ёнро, — обратил своё внимание мужчина на в ожидании смотревшую на него спутницу друга. — Это наша первая встреча, приятно познакомиться, я давний друг господина Мина — Бом Джэун и сегодняшний организатор данного мероприятия. — Приятно познакомиться, господин Бом, — слегка склонившись в уважительном и приветственном поклоне, ответила Ёнро. — Слышал вы обручены. Прошло пять лет, с тех пор как я переехал сюда и слышать о вашей помолвке довольно-таки интересно, учитывая, что госпожу Ли я вижу только сейчас, — метнувшись взглядом к девушке, он словно проверял её, выискивая правду в малейшем движении мимики, неловких поворотах тела или слишком натянутой улыбки, которую обычно видел между другими людьми, что открыто лгали и строили из себя не пойми что. Однако, атмосфера, что витала между стоявшей рядом пары ничуть не изменилась от его вопроса и скользящего взгляда то на друга, то на его невесту. — Что ж, я удивился, когда услышал это от других, — продолжил Джэун, натягивая строгую и сдержанную улыбку. Он вновь осмотрел непоколебимую его словами и незаметной проверкой Ёнро, будто так и хотел выбить их двоих из колеи, но заметив не скрываемые лишними движениями кольца на их руках и ответную улыбку девушки, что так походила на улыбку его друга, только рассмеялся. — Вы оба на удивление подходите друг другу. — Приятно слышать, господин Бом, — ответила ему Ёнро, обращая внимание на Юнги на себя. — Думаю, другие гости также очень хотят поговорить с вами и поздравить с помолвкой, не будем томить их ожидание, — обращая внимание на других, следящих за тремя людьми, что стояли в стороне, предложил Джэун, указывая взглядом и одним поворотом головы на ожидающих гостей.       Пройдя в глубь просторного помещения, Ёнро заметила неподалёку пианино, за которым играли тихую, но утончённую мелодию, соединяющуюся с тянущейся скрипкой и струнной арфой. Гости, к которым их проводил Джэун, здоровались, знакомились с ними и, также натянуто и осторожно улыбались, будто опасались их и только выжидали, когда смогут остаться наедине с одним из них. Девушка чувствовала это напряжение между всеми, её глаза задерживались на каждом новом знакомом, отмечая для себя их слишком плохо-сыгранную игру, приторную вежливость, дружелюбие, скрытое высокомерие, зависть и злость, желчь и грязь, что таилась в каждом. Все они напрямую и косвенно были связаны друг с другом, что точно ощущалось и даже слышалось в общении. Ёнро уловила это с первой же секунды, как только двери помещения закрылись за ними, все взгляды, еле слышный шёпот, молчаливый разговор глазами меж друг другом — всё это напоминало ей тот почти забытый вечер.       Обращая внимание на Юнги, который с тем же спокойствием отвечал каждому на любой вопрос звучавший со стороны, она вновь осмотрела помещение, а после и каждого гостя, останавливаясь на самом организаторе, тихо потягивающем заканчивавшуюся жидкость в бокале и смотрящем на них с неприкрытым удовольствием. Казалось, они стояли в центре и лишь иногда менялись с кем-то местами, переключая внимание на других немаловажных гостей. — Господин Мин, — к паре приблизился один из гостей, он слегка склонил голову, держа в руке бокал, и продолжил, — давно не видели вас на подобных вечерах. Ходили слухи, что вы предпочитаете… более закрытые встречи. — Да, — Юнги едва заметно улыбнулся ему, — всё-таки подобные мероприятия созданы для простого общения, новых связей и знакомств, и никак не предполагают решения важных вопросов, — сделав короткую паузу с неким давлением на гостя, он тут же продолжил, — как вы думаете? Стоит ли обсуждать при всех сделки и её составляющие или может оставить это за закрытыми дверьми, не позволяя другим воспользоваться сказанной информацией, которую вполне могут обернуть против вас самих… — Насчёт этого, — мужчина притаил дыхание и затих, понимая, что тот подловил его на собственной ошибке, которую он когда-то совершил. — Вы правы, подобные мероприятия действительно созданы для простого общения и знакомств с новыми лицами… Таких как ваша невеста, не так ли? — продолжил он, обращая внимание на девушку, молча стоявшую рядом и оценивавшую их натянутый разговор. — Не представите ли вы нам её? — собравшиеся рядом гости тут же подняли небольшой одобрительный гул, перешёптываясь меж собой. — Моя невеста — Ли Ёнро, — коротко ответил Мин, решая не вдаваться в остальные подробности. — Мы мало, что слышали о ней, — вмешалась в разговор женщина, — поэтому нам очень интересно, кто же она…       Разговор продолжался уже в более мягком тоне, заряженный воздух вдруг спал, ослабляя атмосферу, в которой многие находились. Время шло слишком медленно, отчего даже приятная в моменте музыка, начала сдавливать голову и внутреннюю стойкость девушки. Гости один за другим ближе знакомились друг с другом и словно разделяли её с мужчиной, продолжавшему разговор со знакомыми в отдалении от своих спутниц. Так, оказавшись наедине с малой частью из присутствующих на мероприятии гостей, Ёнро чувствовала себя закрытой в одной клетке с хищными и опасными животными, готовыми разорвать её на мелкие куски. — Вы очень красивая пара, — вдруг произнесла одна седовласая женщина, обращаясь к девушке. — Между вами словно есть какая-то очень глубокая связь… — продолжила она, крепко приобнимая своего любовника за руку и кладя голову ему на плечо. — Госпожа Мун права, я тоже заметила это, — прищурив глаза в сторону Ёнро и приторно-наиграно улыбнувшись, произнесла другая гостья. — Госпожа Ли, расскажите, как же вам удалось… забрать такой крупный кусочек себе? — У нас сложная история… — коротко ответила им Ёнро, не решаясь продолжать разговор, ведущий в заранее подготовленный для неё капкан. — Так уж вышло, что, преодолев вдвоём множество препятствий и недомолвок, мы в итоге вместе. — Да вы что! Я слышала вы стали заменой для Кэтрин, вам знакома же эта девушка? — продолжила гостья, скрывая за улыбкой злой оскал. — Не поймите неправильно, госпожа Ли, вы неожиданно появились рядом с господином Мином и вдруг о вас заговорили все, словно вас специально привели на это место…       Сердце резко пропустило несколько ударов, отдавая тупой болью в груди. Ёнро вдруг осеклась, молча рассматривая ведущую с ней диалог девушку, которая явно знала больше, чем остальные. Ярое желание одолевало и подогревало грязную игру гостьи, намеренной загнать её в расставленные всюду сети. Обступившие Ёнро люди, только и делали что выжидали ответа от неё, точно обращая всё своё внимание на поведение девушки, её эмоции, мимику, мелкие движения — всё, что давало им зацепить её. Она не могла молчать, ведь это также позволит им вцепиться, как и не могла точно ответить на этот вопрос, ведь она и правда стала заменой Кэтрин, и правда появилась неожиданно в его кругах, и правда специально оказалась на этом месте в качестве его невесты. Всё, как и он и говорил — за ними следят, как за парой обручённых, так и раздельно. А неудобные вопросы, разговоры и высказывания — только начались. — Замена… звучит довольно-таки грубо, но вполне подходит вам… — ответ не заставил себя ждать, как отрешённость каждого, кто обступил её и нападал, кроткими словечками. Холодно с давно приобретённым гордым высокомерием, смерив присутствующих взглядом, Ёнро метнулась к этой самой не представившейся девице, что недавно так нахально улыбалась ей. — Госпожа Кан Соён, — она помнила её ещё со свадьбы Ким Джису и Ким Намджуна и точно помнила разговор, свидетельницей которого невольно стала. — О вашей помолвке с господином Юн Доксу очень много кто говорил, но последние новости вызывают осадок на душе… Сейчас не самое лучшее время для него, но раз вы здесь неужели всё наладилось? Странно видеть вас одну без будущего супруга, — продолжила Ёнро, замечая, как у многих на лице появилась та самая растерянность, взгляды перешли на девушку в чьих глазах несомненно читался страх, её правая рука нервно обхватила левую и крепко сжала, а прежде ровно дыхание сменилось сбитым. — Госпожа Кан, но вы же сегодня не одна, — отметила другая гостья, поворачивая голову в сторону мужчины, общавшегося с Юнги и Джэуном — А я-то думала почему господин До, вдруг явился сегодня с госпожой Кан… — прошептала женщина другой. — Да-да, я тоже заметила это! — поддержала её та.       Кан Соён, с нескрываемым страхом поджав губы, что притупило ныне напущенное высокомерие и нахальство, и родило внутри неё злость, разглядывала Ёнро, которая только в ответ ей еле видно, мягко улыбнулась. Взгляд, лишённый совести, сострадания и некого сочувствия к Соён, выдавал в ней его и как ни странно, многие отметили эту насевшую в их кругу ауру, что нужно было чем-то разрядить. Не выдержав напора, Соён отступила назад и склонившись перед собеседницей и другими, бегло ретировалась в сторону уборной, смахивая с глаз подступившую соленую влагу. Многие и впрямь почувствовали, кто стоял перед ними сейчас, тоже самое ощутила и Ёнро. Этот приём, этот взгляд, прямой удар, что являлся правдой и не сломал её, напоминал его. Однако, настроение у всех ни капли не испортилось, будто питаясь этим проигрышем, как ни в чём не бывало они продолжили общение, и только Ёнро вдруг почувствовала расслабление, ведь прежние взгляды, обращённые к ней, спали и сменились уважением. — Госпожа Ли, вам нравится это вино? — вдруг спросила девушка, подавая ей второй бокал, наполненный глубоким бордовым цветом. — Говорят, на сегодняшнем банкете это самый дорогой алкогольный напиток из представленных. В нём раскрывается вся самая изысканность и утончённость спелых фруктов. — Да, спасибо, — с благодарностью принимая второй бокал, Ёнро коротко метнулась взглядом на Юнги, стоявшего к ней спиной и что-то обсуждавшего с Джэуном, не сводящего с неё глаз.       Разговоры о них продолжались, пусть и не с открытым наступлением, но неуместные вопросы всё заставали Ёнро врасплох. В то время как Юнги уже покинул помещение вместе с Бом Джэуном. Малый зал, предназначенный для небольших и коротких конференций, совсем пустовал. Свет около небольшого экрана хоть немного падал на лица двух друзей, вошедших внутрь и остановившихся около стола. Джэун, схватившись за край стойки на сцене, прошёлся пальцами под ней и, вскрыв маленькое отверстие, нажал на кнопку, что открыла им скрытую дверь за тёмными шторами. Оба они прошли за сцену и, осмотрев зал, скрылись за дверьми. Новое помещение было ещё меньше, чем зал и скорее напоминал кабинет, в котором почти ничего не находилось. — Вы хорошо играете помолвленную пару, — начал Джэун, украдкой высматривая реакцию Мина, который лишь усмехнулся на его слова. — Разве нет? Мы с тобой давно знакомы, Агуст. Тебе меня не провести, так что давай рассказывай… — всё выпытывал у него друг. — Признаться, когда я увидел вашу реакцию, и правда подумал, что вы помолвлены, да и то, как ты смотришь в её сторону довольно-таки хорошо читается с твоего лица… Кто она? — Джэун, у меня почти не осталось времени… — вдруг начал Юнги, не отвечая на его расспросы. — Ты всё подготовил? — Юнги, — громко вздохнув, Джэун продолжил, — видя твою обеспокоенность, я спрошу ещё раз, ты ведь не убил Ян Муёна тогда? — намекнул он, разглядывая сосредоточенное лицо Третьего Апостола. — Всё происходящее в Японии, Сеуле, Инчхоне и Пусане, в твоём окружении говорит об этом. Вот только одно не укладывается в голове, с самого начала ты что-то задумал и чётко следовал этому, а тут помолвка, да ещё и у всех на слуху. Так что ответь мне, кто эта девушка? — В то время, я должен был всё проверить, но ошибся… — Это верно, если бы не взрыв, последняя пуля в твоём оружии решила бы ряд проблем, которые сейчас вспыхивают в нашем с тобой мире. — Мой ответ на твой вопрос, кто она… Она та, кого мне необходимо защитить от него, — ответил Третий на его вопрос, что ранее уже звучал. — Я заключил сделку, дал обещание, что смогу обеспечить ей защиту… Ты можешь подготовить ещё кое-что в кратчайшие сроки? — Мин Юнги, хочешь дам верный совет? — вдруг спросил Джэун, с горечью осматривая напряжённого разговором друга. — Знаю хочешь, это риторический вопрос… Пытаясь защитить её от него, от Правления и грядущих событий, ты только погубишь эту юную жизнь, точно также, как и я когда-то пытался защитить своё, так и ты ступишь по тому же пути. — Я должен, Джэун… мой вопрос был тоже риторическим, если ты не понял. Повторю, нужно подготовить ещё — всё тоже самое. — Всё готово, как ты и просил, но для неё — нет и не будет. Сам подумай, ты только подставишь её под удар каждого, кто последует за твоей душой, и первая к кому они подберутся, будет не только твоя мать и брат, а Ли Ёнро — так называемая невеста. Знаешь, каким будет верный выход? Оставить её с ним. Поверь он в любом случае также, как и другие нацелится на неё, а так находясь рядом с ним у неё будет шанс. — Нет, — словно отрезая все мысли, которые остались не озвученными, резко произнёс Юнги. — Друг мой, это единственный вариант сохранить ей жизнь. Ты забрал у него всё, он же в свою очередь хочет отобрать у тебя это с двойной ценой. Я точно знаю, что сейчас именно она станет целью. Именно она — будет его трофеем за тебя. — Я не могу так просто отдать её… — Можешь, тебе не в первый раз так поступать. Отбрось свои чувства, свои желания, свои сделки и заключённые когда-то договоры… Конечно, сейчас ты можешь ненадолго расслабиться и позволить чувствам обуздать тебя, но помни о том плане, что продумал давным-давно… У тебя остались считанные часы… Да и, знаешь что, по ней видно, Госпожа Ли такая же, как и ты. В ней есть тот стержень, что есть в тебе, та расчётливость, то недоверие и смышлёность. Поверь она-то точно сможет выжить… хотя ты и так знаешь это, но продолжаешь отрицать…       Музыка вновь сменилась, как и люди, игравшие на инструментах всё-то время, что прошло. Официанты разносили на подносах алкоголь и лёгкие закуски, предлагая их гостям, собравшимся в небольшие группы. Вместе с девушкой, что ранее предложила вино, Ёнро отошла в сторону, скрываясь за светлыми нитями, свисающими с потолка, они вышли к нескольким столикам, на которых расположена была известная игра — Го. — Госпожа Ли, не хотите ли сыграть? — спросила девушка, присаживаясь напротив чёрных мелких камней, предназначавшихся для игры. — Я не очень хороша в этом, — честно ответила ей Ёнро, не решаясь вступать в игру. — Думаю, стоит поискать другого игрока для вас. — Ничего, я сама непрофессионал в ней и всё же, я хочу сыграть именно с вами, — настойчиво просила та, указывая рукой на свободный стул. — Давайте сыграем одну партию.       Настойчивость и упрямство девушки, напрягало Ёнро и, словно говорило ей, быть осторожнее. Да и сама она понимала — их игра не может быть простой забавой, ради потехи собственного эго. До того, пока мероприятие не будет подходить к концу, Ёнро, как и Юнги, как и все здесь находящиеся смотрят друг за другом, наблюдают, оценивают, создают ситуации, загоняющие в угол и потешаются над этим. Игра вся та же сцена, лишь форма невербального общения, в которой также будут наблюдать и анализировать твои действия, твои мысли, твои последние оставшиеся дыхания.       Недолго думая над своим решением, Ёнро приняла игру и, присев напротив белых камней, осмотрела чистое расчерченное поле. За громоздким окном тихо покачивалось подвешенное на прочных прутьях освещение. Далеко внизу у побережья моря разгуливали люди, а проезжавшие машины быстро скрывались в наседающем тумане. Заметивший двух девушек, сидевших за столом, работник тут же подошёл к ним и, поклонившись, представился ведущим ещё не начатой игры. — Хорошей нам игры, госпожа Ли, — протянув руку, громко произнесла девушка, на что Ёнро с лёгкостью пожала её и, не сводя глаз, наблюдала за улыбавшейся ей соперницей. — Позвольте объяснить правила игры, — разряжая воздух своим твёрдым голосом, начал ведущий. — Каждому игроку перед началом партии выдается набор камней, сейчас они перед вами. Противники на каждом ходе могут поставить на доску один камень… Также игрок может пропустить ход, если считает, что у него нет подходящих вариантов для данного хода и сыграть в следующем, — ведущий продолжал некоторое время объяснять правила, возможные ходы и захваты. — Проигрывает тот, кто набрал меньшее количество очков. Хотите начать пробную игру или перейти сразу к основной? — Мы играем только одну партию, поэтому давайте сразу основную, — ответила девушка, не дожидаясь ответа ведущего. Пальцы подхватили чёрный камень и положили на доску, начиная игру.       Их игра совсем не походила на обычную, каждый сделанный ход предопределял судьбу выстроенных территорий и оставшихся дыханий. Ёнро мало, что знала про столь древнюю игру, как и не знала множество вариантов партий и позиций, которыми могла воспользоваться, в отличии от девушки напротив, что с быстрой лёгкостью отбирала территорию на игровой площади и лишь иногда посматривала на соперницу, также делавшей ход и бросавшей на неё свой взгляд. С самого начала эта была странная игра, в которой они обе оценивали друг друга, мнимо слышали и молча наступали. Ходы продолжались, а ведущий записывал очки каждой стороны. В середине их столь странного общения, происходившего через захват территорий, Ёнро понимала, что играла с обманщицей, ведь девушка слишком хорошо, чтобы называться непрофессионалом, обыгрывает её. — Не хотите пропустить ход? — вдруг спросила её соперница, осматривая текущие позиции. — У нас только одна партия, — ответила ей отказом Ёнро, продолжая наступать. — Вы правы, у нас только одна партия, — повторила та её слова, приступая к своему ходу. С каждой минутой их партия близилась к концу и наконец, в решающий момент, девушка сделала свой последний ход. Расслабленно облокотившись на спинку высокого стула, она взглянула на соперницу. — К сожалению, вы проиграли… — обратилась к Ёнро победительница. — Стоило пропустить тот ход, когда я вам сказала, но ничего, это ведь всего лишь игра, не так ли? — Конечно, — согласилась с ней Ёнро, вставая со своего места, — Однако, проигрыш всегда может предзнаменовать победу, возможно не сейчас, но в будущем… — В будущем, я была бы рада с вами сыграть ещё раз, — вслед за покинувшей помещение, крикнула девушка. В последний раз окидывая взглядом арену игры, она нахмурилась будто заподозрила что-то неладное, что-то, что могла упустить. Сев на место проигравшей, победительница вернулась на несколько ходов назад и осматривая арену другим взглядом, тихо произнесла себе под нос. — У вас был шанс, но вы намерено упустили его или правда не заметили?       Вернувшись в основной зал, Ёнро прошла к столику, за которым были их с Юнги именные таблички. Банкет продолжался, как и пустые разговоры всех гостей, разошедшихся по помещению, вот только среди них она не видела ни своего «жениха», ни организатора мероприятия. Оставаясь один на один с другими средь этой сцены и прописанных ролей, Ёнро вновь увязали в бессмысленный разговор. — Госпожа Ли, вы уже выбрали место проведения свадебной церемонии? — всё не унималась женщина, выпытывая у девушки больше подробностей. — Нет, пока не думали об этом, мы скорее всего доверимся агентству, — незамедлительно ответила ей Ёнро, высматривая средь других Юнги и возвращаясь взглядом к собеседнице, продолжила, — может вы подскажите, что сейчас популярно? Церемония в церкви или выездная, долго думала об этом… — заговаривая женщину, Ёнро смогла отвлечь внимание на столь глупый вопрос, который так ждала её собеседница. — Слышали новости? В Японии клан Маэда объединился с кланом Такахиро и напал на клан Второго Апостола — Такано, — громкое обсуждение привлекло внимание девушки, которая нехотя, через слово, слушала свою собеседницу. Медленно пригубив алкоголь, что всё никак не заканчивался в её бокале, Ёнро подслушивала информацию между двумя общавшимися гостями. — Всё становится ещё серьёзнее, война кланов становится всё опаснее и опаснее, если так продолжится в скором времени Второй Апостол — Такано Асука может оборвать жизнь каждого неугодного ей клана. — Неудивительно, — ответил другой гость, поддерживая разговор. — Японию ждут большие перемены в скором времени, если она сможет показать себя и усмирить другие кланы, если нет — их внутренняя война среди семей затянется… — Прошу прощения, госпожа Ли, — обратился к ней подошедший мужчина, заметив, как другие гости расступились перед ним. — Вы сегодня прекрасно выглядите… — Господин До, добрый вечер, — сдержано ответила ему Ёнро, бросая короткий взгляд на вернувшихся Юнги и его друга, которых тут же обступила и затянула в долгий разговор часть гостей.       Вечер изнурял их, как и бесконечные разговоры, несмолкаемая музыка, носящиеся по округе официанты с предлагаемыми напитками. Со многими Мин уже поговорил и продолжал говорить, обсуждая ситуации на острове и материке, лишь иногда он мог позволить себе отвлечься и устремиться в поиск своей спутницы, ведущей разговор с мужчиной. Гости рядом с ним продолжали судачить о прошедшем ранее диалоге между Кан Соён и Ли Ёнро, насмешливо высмеивая первую, они то и дело растягивали слухи о второй, что мило беседовала с господином До у всех на виду. Гранённая хрусталь в руке качалась из стороны в сторону, смешивая налитую и не выпитую жидкость. Юнги бы так и стоял, словно заворожённый её видом, наблюдал за держащими пальцами бокал недопитого вина, улыбкой и яркими глазами, некогда искавшими его среди других. В его голове прокручивался тот не самый приятный разговор с другом, мешавший чувствам притупиться этим вечером. Глаза блуждали по её лицу и остановились на стёртой на губах помаде. Как ни странно, но почему-то именно сейчас, когда он абсолютно трезв, воспоминания отрывками вспыхивали в его памяти, начиная от их первой встречи и заканчивая сегодняшним утром, когда он впервые назвал её тем прозвищем, что дал давно. — Господин Мин, — отвлекла его девушка, прерывая молчаливое наблюдение. — Выглядите расстроенным, — продолжила она, улавливая прямой взгляд Юнги на себе. — Неужто вас что-то огорчило? — Госпожа Кан Соён, — ныне пустые глаза вдруг оживились, он искренне улыбнулся ей и, не прерывая зрительного контакта, продолжил общение под пристальным взором своего друга, наблюдавшего довольно интересную картину.       Ёнро продолжала своё общение с господином До, прознавшем о случившимся разговоре между ней и Кан Соён, он извинился за грубое поведение своей спутницы и что-то рассказывал ей, пока та внимательно слушала его и кивала головой, подтверждая какую-то информацию. За все два с половиной часа она практически не присела за столик, отведённый им. Её ноги начали болеть от неудобных каблуков, что сводили стопы за долгое время. Выпитые два бокала вина не сильно опьяняли, но и более девушка уже не хотела пить и даже есть. Ёнро терпеливо слушала мужчину перед собой и сдержанно улыбалась, стараясь не казаться слишком грубой и не показывать усталости, ей изредка удавалось в очередной раз осмотреть гостей и, остановившись на знакомой фигуре, она чуть нахмурилась, обращая внимание на Юнги и стоявшей к ней спиной Кан Соён. Неаккуратные касания с её стороны, кроткий шёпот на ухо и та искренняя улыбка, которую мало кто видел, заставляли девушку с горечью внутри за ними наблюдать. Ёнро знала, что он чувствовал на себе её взгляд, но, как прежде это было между ними, не встречался с ней в немом контакте, что заставляло руки крепко сжать клатч и сдерживать сводящее в неприятном зуде и огне сердце, готовое остановиться. «Скорее бы всё закончилось…», — мысли говорили всё за неё, как и взбунтовавшиеся внутри чувства ревности и злости.